Большая Медведица глядит равнодушно

Эмбер сделала всё возможное, чтобы сохранить глаза открытыми, решив, что закроет их, только если они перевернутся под мостом. Однако Лакшми не собиралась идти на такой замысловатый финт: убедившись, что на той стороне никого, она пустила антилопу по прямому маршруту. Девушка оглянулась: ходун Аркана последовал за ними. – Иногда братец слишком перестраховывается, – негромко поделилась соображениями Лакшми, – Люди должны понимать, что раз мы куда-то направились, то это в 90% случаев – важное дело, и чаще всего оно связано с благополучием этого проклятого мира. Нет нужды ехать понизу, как и нет нужды отказывать себе в хорошем ходуне. Никто из нас четверых не сможет жить жизнь обычного человека – так к чему стараться? – А почему вообще... – Эмбер сделала паузу, стараясь сформулировать вопрос понятнее, – Почему вообще Земля стала выглядеть так? Молчание, укутавшее богиню, казалось, можно было резать ножом: – Боюсь, что... это не так-то просто объяснить. – Ладно, как-нибудь в другой раз! – Эмбер предпочла спасовать, а не раскапывать эту мрачную тайну, судя по всему, тяготившую всех, кто её касался. Мама говорила, что ничто не происходит слишком рано или слишком поздно – лишь вовремя. Но сейчас девушке казалось, что она видит слона в посудной лавке, а все вокруг старательно делают вид, что это самое что у меня есть обычное дело, сложившееся исторически. Антилопа проскакала два или три длинных моста, и на каком-то этапе Эмбер ощутила, что дорога пошла в гору. – У Гермеса лучшая точка обзора, – прервав затянувшееся молчание, пояснила Лакшми, пришпорившая своё ездовое средство. Животное издало то ли вздох, то ли скрип поршней, но всё равно не посмело перечить. Эмбер невольно задумалась над тем, бывают ли у синтетов какие-то свои, особые желания, или, как в этом случае, нежелания. Воздух стал сырым, и девушка ощутила мимолётное прикосновение тысяч крохотных капелек тумана на лице. Уши периодически закладывало. – Оглянись назад, – предложила Лакшми, и её пассажирка последовала совету, полагая, что это нужно для того, чтобы выяснить, где находится Аркан. И… – Облака! Мы что, прошли через облака?! – Ага, – довольно сверкнула улыбкой богиня, – Добро пожаловать в Облачные Вершины, дом Гермеса. Он тут как на Олимпе, восседает тебе над простыми смертными. Эмбер припомнила общительного и дружелюбного бога, прикидывая, что раз он возвышается и не кичится, наверное, Энлиль изволит кантоваться где-то в космосе. Интересно, этот ерошистый тоже прибыл на общую миссию? – Ветер, – предупредил Аркан, чуть обгоняя их, – На горных лезвиях бывают резкие порывы ветра, осторожнее. – Лезвия? – переспросила Эмбер, не видя по пути ничего похожего. – Так в обиходе называется узкая дорожка с провалами по обе стороны, ведущая к вершине горы, – пояснила Лакшми, – Мы по ней и идём. – Поняла, – Эмбер невольно порадовалась тому, чтобы обе стороны лезвия она видела только молочный кисель облаков, а не упомянутые пропасти. Тот самый случай, когда эстетика успешно замаскировала весь ужас реальности. Видневшаяся на конце лезвия гора была зелёной. В местах, где растительность по непонятным причинам прижиться не смогла, виднелась пластинчатая структура камня. – И всё-таки он тот ещё позёр, – пробурчал Аркан, указывая куда-то вперёд. По бокам дороги, немного прикопанные, виднелись громадные черепа. Из распахнутых челюстей и глазниц проросли молодые деревца, а между зубов смущенно проглядывали синие, похожие на звёздочки цветы. – Каждый использует трофей как хочет, – усмехнулась Лакшми, – Да и растениям, судя по всему, комфортно. – Если спросим, непременно начнёт юлить, что это отпугивает рыськов, а не он – великий охотник, – фыркнул младший из богов, пристраиваясь сбоку от сестры и своего компаньона. Его ходун, сменивший бег на более медленное передвижение, напоминал крадущегося зайца. Эмбер только теперь заметила, насколько транспорт Аркана потёрт, возможно, уже разменял не первый десяток. Действительно, Лакшми права. Какой смысл ездить на старой машине, если твой собственный брат собирает ездовых синтетов? Простая привязанность? Лезвие вывело путников к винтовой тропинке. Только с этого ракурса Эмбер смогла разглядеть дом Гермеса: здание, похожее на тибетский монастырь, было сложено из серого камня и идеально сливалось с окружением. В покатых изгибах крыши притаились пышные ломти мха, но дом вовсе не выглядел ветхим. – БУ!! Антилопа Лакшми отпрыгнула от испуга. Из её кожи хаотично выступили многочисленные волоконца, похожие на вибриссы ходуна Аркана. – Другого способа протестировать функционал моего ездового средства не было? – проворчала богиня, глядя на скалистый уступ. – Зачем? Экстремальные условия всегда круче, – раздалось в ответ, и перед потрясёной Эмбер на тропинку ловко спланировало неизвестно ей существо с ярко-красным гребешком и чёрным, испещрённым белыми пятнышками телом. Со спины зверя спрыгнул Гермес, в его кудрявой шевелюре притаились лётные очки: – Привет, маленькая. Так и думал, что ты не устоишь перед нашим небольшим приключением. – Доброе утро, – вежливо поздоровалась Эмбер. – Надеюсь, Моти тебя радует? – Я обнаружила его функцию маскировки. – Что, уже? – Гермес хохотнул, – Я использовал паттерн хроматофор каракатицы, но вышло только на стандартный кошачий окрас. А чего он психанул, неужто рыська увидел? Лакшми смущённо кашлянула, и раньше, чем брови Гермеса успели сойтись на переносице, девушка замахала ладошкой: – Выглядело круто! И я в порядке, и… и я ни разу не видела такое животное, в смысле, не рыська, а… Уловка сработала. Лицо Гермеса опять разгладилось, и он даже улыбнулся. – Да спускайся уже, глянь поближе, – разрешил Аркан, спешиваясь и протягивая девушке руку, – Этот выпендрёжник интригу до завтра держать будет, упиваясь тем, как ты любуешься его... Как эту тварь зовут? – Сделан на основе птерозавра по имени кавирам, – охотно пояснил старший из четвёрки, – Конечно, у меня на руках были только реконструкции, ничего более. Окрас придумал. Зовут Синтетический Дятел. – А, точно, Вот кого мне напомнили эти пестрины, – закивала Эмбер, всматриваясь в пулеобразную морду, усеянную кривыми зубами разной величины. Кавирам производил впечатление эдакого астеника, но девушка легко могла представить, как это синтетическое совершенство парит в потоках тёплого воздуха, расправив перепонки цвета топлёного молока. Синтетическое… – Откуда такое странное имя? – погладив кончик носа твари, сочла необходимым спросить Эмбер. Аркан тут же закатил глаза. – Ага! – засверкал зубами Гермес, будто бы только и ждавший этого вопроса, – Это весьма Интересная история! Дело в том, что я – счастливый владелец одной рукописи под названием «Синтетический дятел». Она рассказывает о маханутом мире вроде нашего, где проходят гонки на... А, впрочем, я забегаю вперёд, не хочу спойлерить! – Мы уже все читали, – развела руками Лакшми, – Герм помешан на этом рассказе, так что мы вежливо просим тебя сделать нам одолжение. – Раз в честь произведения назван синтет, там наверняка кроется что-то любопытное, – решила Эмбер, – С удовольствием прочту. А кто автор? – Увы, уцелело только имя: Сьюки, – пожал плечами Гермес, – Предполагаю, что это какая-то нестандартная форма имени Сьюзен. Больше я с этим автором, увы, не сталкивался. – Может, она из моего времени? – Нет, точно нет, – покачал головой бог-охотник, – В твои времена ещё не производили бумагу из переработанного пластика. – Ясно, – Эмбер неявно, но всё же ощутила давление лет, разделявших её реальность с этой, – А... Мы кого-то ждём? Ответом на вопрос послужили хлопки могучих крыльев: звук был такой, будто кто-то поочерёдно открывал целый взвод автоматических зонтов. – Энлиль, – будто извиняясь, развела руками Лакшми, косясь на старшего брата, – Для того, чтобы прибуксовать остров, потребуются все силы.