Большая Медведица глядит равнодушно

Учитывая, что хранители Момента, судя по всему, жили прямо здесь, Эмбер пусть и рассчитывала увидеть подсобные помещения, но точно не то, что они прошли первым: кажется, это была грибоферма. Из-под закрытого плёнкой входа тянуло запахом перегноя и сладковатым ароматом навоза, а если приглядеться, можно было увидеть высокие, простиравшиеся до потолка стойки, из которых виднелись странные тёмно-серые грибы, похожие на скомканную паклю. – Выглядит жутковато, но они вкусные, и даже полезные, – заметив её любопытство, встрял Террин, – Они называются чёрные ушки, из-за формы. – Вы же сказали, что находитесь на полном обеспечении других жителей Разрозненных Земель, – заметила Эмбер, всё же разглядывая помещение. – Это действительно так, – он улыбнулся, – Но на самом деле, когда достали это оборудование, да ещё и со спорами в нём, захотелось попробовать. Грибы любят тёмные сырые помещения, а у нас как раз такое было. Началось как баловство, а теперь самое настоящее хозяйство. Мы собираемся начать выращивать и другие грибные культуры. Одна проблема: собирать с трансформированными глазами братьев не очень-то удобно, так что мы приглашаем местных. Они и собирают, и заготавливают. Такой вот обмен. Хотите взглянуть? Только, боюсь, нам понадобится респиратор. Споры, сами понимаете. – Как-нибудь в другой раз, – ненавязчиво одёрнул её Аркан. – Плохо себя чувствуешь? – встревожилась девушка, но бог лишь покачал в воздухе ладонью, мол, не то чтобы плохо, но и не очень хорошо. – Ничего, грибы вас обязательно дождутся, – Террин улыбнулся, потирая костяшки пальцев, – А теперь на склады. Склады мало отличались от таковых в каком-нибудь гипермаркете мебели: надо сказать, всё даже было вполне удобно расставлено, возможно, праведными стараниями того же самого Террина. Мелкая мебель не мешалась с крупногабаритной, кое-где даже казалось, что расставлено по цветам и текстурам. На некоторых вещах висели бирки, должно быть, они ждали своих будущих владельцев, или это была какая-то другая бронь. – Есть что-то конкретное, что вы хотели бы посмотреть? – выйдя на середину склада, раскинул руки Террин. – Эмбер, он спрашивает тебя, – окликнул растерявшуюся девушку Аркан. – А. По правде сказать... – она замялась, – У вас есть проигрыватели? – Для виниловых пластинок, или какие-то другие? – уточнил делец. – Для пластинок, – блондинка неловко улыбнулась, и, заметив удивлённый взгляд младшего из богов, шустро пояснила, – Не знаю, лишнее это или нет, но... дело в том, что мне очень понравилось, как разносится звук в пещере Энлиля. – Даже если мы найдём проигрыватель – а мы непременно его найдём, – подмигнул Террин, – Вам понадобится и хорошая коллекция пластинок. – А такого нету? – ещё больше стушевалась Эмбер. Она в принципе не привыкла вежливому обслуживанию в магазинах, не говоря уже о такой ситуации. Как можно забрать что-то, и при этом абсолютно бесплатно? Одежда ещё туда-сюда, но что-то из предметов мебели... – Не извольте беспокоиться, найдётся! Не знаю, правда, какой жанр Вам больше по душе, у нас есть всякое, можете посмотреть из того, что не берёт господин Энлиль, он у нас любитель классической музыки. Прошу сюда, – Террин указал в нужный проход развёрнутой ладонью, и девушка, заприметив коробки, подошла ближе, отыскивая понятные надписи. – Ты выбирай пока пластинки, которые понравятся, а мы сходим за проигрывателем, – пояснил Аркан. – Хорошо, а... У меня есть какой-то лимит? – Помните, что сказал Карух? Главное, чтобы вещь была Вам нужна, остальное неважно. Если Вы действительно собираетесь слушать эту пластинку, тогда берите. А не понравится – занесёте к нам обратно. Только выбирайте внимательно, некоторые из них довольно старые, не могу ручаться за качество звука, сами понимаете, У нас самих нет времени их прослушивать. – Хорошо, большое спасибо, – найдя коробку с нужной надписью и инвентарным номерком, Эмбер осторожно приподняла крышку, встретившись глазами с цветными корешками. Пластинки были разложены не по жанру, а по алфавиту, и, должно быть, они стали тем немногим, что заставило девушку ощутить, что она всё-таки находится в будущем: первыми попались странные, кажется, сгенерированные нейросетью обложки, и что крылось за ними, можно было только гадать. Хорошо, что на некоторых всё-таки значилис жанры. Возможно, в том, далёком будущем, уже не было композиторов, и люди генерировали музыку при помощи машин. И как прикажете выбирать? Доверившись своей интуиции, Эмбер отложила в сторону парочку тех, чьи обложки показались наиболее привлекательными. Возможно, это что-то вроде электросвинга, или стильного инструментала, как знать… Ага! Наконец-то хоть что-то знакомое. Всё-таки некоторая классика не устаревает. Вот мелькнул Элвис Пресли, и, кажется... да, Лана Дель Рей, пластинка пусть и затёртая, но, судя по всему о ней заботились. И ещё несколько, с изображением фортепиано и даже скрипки. Эти можно смело брать, хотя бы какие-то знакомые инструменты. На одном из конвертов, стилизованном под звёздное небо, значился какой-то кругляш с насечками на нём, вроде тоже музыкальный инструмент, и компаньонку очень заинтересовало, как может звучать на записи это нечто. Один из попавшихся ей альбомов назывался «Купола», и девушка притормозила с выбором, разглядывая странные города, заточённые в своеобразные прозрачные клоши. Так вот как мог выглядеть мир, из которого пришла Ганга. Серый урбанистический пейзаж, а снаружи – буйство зелени. Девушка даже содрогнулась. Неужели благими намерениями выстелена дорога только в ад? Но, если подумать, Разрозненные Земли очень похожи на что-то подобное, пусть на них и полно растительности, но по сути, они расположены аккурат между небом и сущим адом из раскалённого магмы. – Нет, нет и нет! Что за непослушный мальчишка! – донёсся до девушки полный негодования голоса Аркана. заинтересованная, она схватила выбранные пластинки под мышку и высунулась прочь из стеллажа ровно для того, чтобы увидеть Террина, который гнался за младшим из богов, словно привязанная к капоту автомобиля консервная банка. В руках у дельца был странный предмет, похожий на ободок: – Я ни в коем случае не хотел Вас обидеть, просто... – Просто ты жутко любопытный и любишь совать нос не в своё дело, вот что, – продолжил отчитывать его Аркан, – Прошу заметить, я бог, а не лабораторная крыса. – Не извольте сердиться! – голос Террина наполнился жалобными нотками, – Я ни в коем случае не пытался Вас обидеть! Эта разработка лежит у нас довольно давно, и неужели Вам самому не интерес... – Нет! – Да что такое случилось? – заволновавшись, подошла к ним Эмбер. – Это уникальное устройство, я думаю, его может использовать только кто-то, подобный богу. – Чушь собачья, – странно, но Аркан выглядел не раздосадованным, а скорее... смущённым? – А что это? – сочтя, что ей не отбивают руки, решила уточнить Эмбер. – Раньше это называли синхер, – заметив её интерес, живо принялся тараторить Террин, – Там два модуля в одном. И он... – Ладно, твоя взяла, а то ты сейчас все мозги проконопатишь! – Аркан буквально выхватил устройство у него из рук, пряча в широких полах своего одеяния, – Всё? Доволен? Отчёт тебе предоставить? – Всё для счастья наших богов! – делец сложил ладони лодочкой в угодливом жесте, но судя по улыбке, он был более чем доволен. – Пластинки? – в своей привычной отрывистой манере обратился к девушке младший из богов. – Да, выбрала! – в стиле армейца отчиталась перед компаньонка. – А мы нашли хороший проигрыватель со встроенными колонками. Я надеюсь, ты не хотела огромную стереосистему? Девушка отрицательно покачала головой: – Я не настолько продвинутый пользователь, думаю, такого более чем достаточно. Просто включать время от времени. И... возможно, танцевать. – Неужели тебе надоело жить? – с угрозой спросил Аркан, заметив, что по лицу Террина снова расплывается улыбка. – Всё, всё, не лезу, – делец кашлянул, снова напуская на себя деловой вид, – Вам понадобится доставка? – С такой мелочью мы справимся сами. – А как вы доставляете что-то большое, вроде дивана? Мне кажется, по мосту такое безопасно не проволочишь, – решила спросить Эмбер. – Мосты, хоть и тонкие, но достаточно крепкие, но да, со скарбом выходит та ещё возня, особенно учитывая нисходящие ветра, – с удовольствием подхватил тему Террин, – У нас есть специальные синтеты. Если не боитесь, пойдёмте, покажу. – Да что может быть страшнее людей с червями в глазах? – шепнула ему по дороге девушка. – Ах, бросьте, – местный распорядитель лишь прищёлкнул пальцами, – Думаете, в вашем времени не доставало чудаков? Червей в глазах, может, и не было, но люди во все времена видоизменяли своё тело для того, чтобы либо обозначить свой статус, либо достичь каких-то новых путей просветления. Татуировки, шрамы, пирсинг... Неужели такая большая разница? То украшает, а это хотя бы служит благой цели. – Не поспоришь, но мне кажется, всё-таки тату не столь радикальны, – почесала нос девушка, – Кстати, а зачем удаляют веки? Это специально так нужно? – Это решили сами братья, чтобы не беспокоить своих паразитов, – ответил Террин, открывая несколько дверей, должно быть, ведущих наружу: по ногам заметно сифонил сырой ночной воздух, – Вот вы, заводя, скажем, собаку, делаете ей дверцу, чтобы она могла выходить на улицу, правильно? Хранители Момента также обеспечивают комфорт. К тому же, если повредить червя, может начаться воспаление и самого глаза. Пусть он уже не видит, но инфекция способна распространиться и по всему телу. Раньше, когда технология была не столь отработана, у нас случались и болезни, и смерти. – Если отбросить благо для всего народа Разрозненных Земель, – осторожно начала девушка, – Неужели это того стоит? – Люди во все времена были любопытны, им нравилось вылезать за границы возможного, – взял слово Аркан, придерживая для неё дверь, – Никто не говорит, что все мечтатели адекватны, но они хотя бы не чинят вреда другим, предпочитая эксперименты над собой. – Понятно, а... разговоры о цене, что это такое? – Считайте это разновидностью… философского учения, пожалуй, – развёл руками Террин, – Когда сам идёшь на весомые жертвы, хочется верить в то, что вещи, которые достаются таким трудом, не будут простой безделушкой. Поэтому идёт в ход философия цены и всего, что с ней связано. Далекая от денег, скорее, следующая велению сердца. Эмбер мысленно пообещала себе относиться к пластинкам очень и очень бережно, как и к проигрывателю, прижимая стопочку к груди. И буквально в это же мгновение у неё появилось странное чувство, которое обыкновенно бывает, если перед тобой вот-вот возникнет огромное животное. Странное, ни на что не похожее, последний раз Эмбер ощущала нечто такое, когда попала в зоопарк, и они с матерью подходили к слоновнику. Только там информацию сообщал запах и трубные звуки, издаваемые толстокожими гигантами, а здесь... – Познакомьтесь с нашей службой доставки, – с широкой улыбкой открыл дверь Террин, и Аркан, предвидя реакцию девушки, положил руки ей на плечи, чтобы она не успела драпнуть куда глаза глядят. Это было если не крупнее, то точно выше слона. В загоне, до смешного похожего на нелепый газончик, окружённый крохотным белым штакетником, смиренно ждали своей работы три громадных синтета ростом не меньше жирафа, с огромными, клинообразными головами, украшенными гребнями цвета индиго. Они ловко стояли на всех четырёх лапах, но было видно, что передние являются ничем иным, как сложенными перепонками цвета мокрого асфальта. Очень знакомая анатомия. Похожи на Синтетического Дятла Гермеса, только гораздо, гораздо крупнее. – И это летает? – как только к ней вернулся дар речи, не без труда спросила девушка. Одна из тварей скосила на неё крохотный коричневый глаз, пощёлкивая беззубым клювом. – Разумеется, иначе как нам было бы доставлять грузы? –хохотнул Террин, щелчками пальцев подманивая к себе одну из увесистых голов, которая с удовольствием склонилась для того, чтобы её почесали, – Конечно, без модификаций не обошлось, всё же им нужно уметь удерживаться на лету вместе с грузом, но всё работает. Это наши кетцалькоатли, собранные господином Гермесом. Хороши, не правда ли? – Самое главное, что не выдуманные, – подлил масла в огонь Аркан, склоняясь над ухом девушки. – Только не говори мне, что такие твари когда-то населяли Землю, – сглотнула она. – Увы и ах, – в тоне Аркана не слышалось ни тени сожаления к её чувствительной персоне, – Эти милые зверушки питались динозаврами. Скажи круто? – Невероятно, – ответила компаньонка с кривоватой улыбкой. – Хотите погладить? Не волнуйтесь, они смирные, правда, иногда бывают шумноваты, – предложил делец. – Думаю, я и это перенесу на другой раз, – с нервным смешком скорее взмолилась, нежели довела до его сведения Эмбер. – Спору нет, они производят впечатление, – с сожалением протянул Террин, отходя от громадных синтетов, – Но по части перевозки грузов им цены нет. К слову, в воздухе они выглядят очень величественно. Всё равно что самолёты, хотя их уже давно не собирают. Несмотря на испуг, Эмбер всё же преисполнилась: эдакая громадина – сколько у неё размах крыльев, интересно? – скорее всего действительно производила незабываемое впечатление, особенно когда доставляла что-то из складов хранителей Момента. На самом деле странно, что местные возвели в ранг богов только четвёрку братьев и сестру, ведь синтеты сами по себе тоже выглядели как самое настоящее чудо. Один из ящеров повернулся боком, и Эмбер разглядела затейливую упряжь, с местом для ездока и стропилами для крепления различного рода грузов. – А у них есть имена? – неизвестно зачем полюбопытствовала девушка. – А то как же! – не без гордости приосанился их провожатый, – Вот этот, самый крупный, Кусака. Поменьше и с более тусклым гребнем – Старатель. А этот – Лакомка. Видите ли, он очень любит понежиться на солнышке, очень долго заряжается, даже когда ему уже особо и не надо. Эмбер изо всех сил пыталась попыталась представить, как эдакий птенчик принимает солнечные ванны, распластав крылья, но вышло не очень. Мозг настойчиво выдавал картинку, что ежели такая тварь ляжет где бы то ни было, она тупо начнёт свешиваться с острова. И смешно, и страшно одновременно. – Террин, мы же можем выйти со взлётной площадки? Вы починили лестницу? – уточнил Аркан, показывая в нужном направлении. – Конечно, господин, уже давно. – Большое спасибо за экскурсию и пояснения, – искренне поблагодарила провожатого Эмбер. – Обращайтесь, госпожа. Как понял, Вы только-только обставляете комнату, и ещё что-то может пригодиться, – улыбнулся в ответ делец, – Заходите в любое время, мы будем рады. Особенно Карух обрадуется, Если ввернёте словцо о тех вещах, что взяли. Ему приятно слышать, когда мебелью пользуется. И да, чуть не забыл, – он протянул аккуратно упакованную коробку с ручкой, – Ваш проигрыватель. Приятного вечера! Выйдя наружу, девушка поняла, что подевушке пролетает мимо: над Разрозненными Землями царила ночь, и тьма была такая густая, что казалось, её можно было потрогать руками. Россыпь звёзд Млечного пути начиналась где-то внизу, выныривая из беловатого марева пара. Они были гораздо ниже уровня острова, хоть и не на самом дне. Рядом с лестницей то тут, то там торчали корни растений, укреплённые сеткой наподобие рабицы. – Иди вперёд, – разрешил Аркан, беря у неё коробку, – Надо было попросить пакет для пластинок. – Да ничего, я вроде бы хорошо держу, – прижав находки к груди, девушка начала подниматься вверх. В принципе, было не особо и страшно, и дорога не показалась такой долгой, как по винтовой лестнице, возможно потому, что здесь путь проходил напрямик. Вверху их уже ждал ходун, чуть притоптывая передней ногой. Увидев новые предметы, он изменил конфигурацию, выдавая подобие маленького багажника на крупе. – Хрупкое. Осторожно, – подал команду Аркан, и когда они разместились и закрепили всё, что было взято на складах, механическое животное помчалось очень аккуратной рысью, дабы не повредить новые вещи своих хозяев. – И всё же невероятно, – произнесла Эмбер спустя некоторое время. – Невероятно что? – А вообще всё, – она окинула взглядом сонные острова, которые притихли под светом далёких звёзд, – Всё. И как вы здесь живёте, и сколько всего вы придумали... Это удивительно. В моём мире многие люди просто привыкли к некоторым вещам как к данности, а здесь их приходится добывать немалыми усилиями. Наверное, у очень многих не угасает вкус к жизни. И сама их жизнь... цельная. Не смотри на меня так, я не философ, просто пытаюсь сформулировать мысль. – А я и не смотрел, просто слушаю и пытаюсь понять, – задумался следом Аркан, – Уж и не знаю, если бы не произошло... – он осёкся, а затем тряхнул головой, как лошадь, которую дёрнули за удила, – Нет, ничего. Всё как есть, так есть. Без толку перемалывать прошлое. – Аркан. – Что? – А я могу спросить про ту штуку, которую так настойчиво втюхивал тебе Террин? – Можешь. Но я не отвечу. – Так нечестно! – Иногда ты бываешь жутко настырной, – он вздохнул с видом мученика, – Ну да ладно. Эта штука помогает передавать мозговые волны, сигналы, получаемые от органов чувств. Иными словами, если человек к кому-то подключен, он может ощутить боль, или радость, или... удовольствие любого рода, чем бы это ни было. И Террин подумал, раз у меня теперь есть компаньон, я смогу протестировать какие-то принципиально новые ощущения при помощи тебя. – Ой... – девушка густо залилась румянцем, – Но это как-то... Нет! Какой идиот! – Я говорил ему тоже самое, но на беду появилась ты. Так что теперь эта негодная штука болтается у меня в кармане, и нам с этим жить. – Но мы же не будем её использовать? – Эмбер удивилась тому, как легко с её губ слетела эта мы. Не «ты и я». А мы. – А ты собиралась что-то делать? – покосился на неё младший из богов, – Эй, не бей меня, у меня ещё швы не зажили! – А ты не намекай! – рявкнула на него девушка, раскрасневшись ещё больше. Со стороны Аркана послышался смешок, переросший в негромкое хихиканье. – Извращенец, – буркнула Эмбер, отвлёкшись на звёзды. Снова нашла Большую Медведицу. Она не особо поменялась, несмотря на ход времени. Помнится, в школе на уроках астрономии говорили, что созвездие меняются даже не за тысячи, а за миллионы лет. Этот ковш видели ещё римляне. Как знать, может быть, позже другие, отличные от человека твари назовут занятный контур именем какого-то другого животного, если у них будет образное мышление. – Кстати, это штука опасна, – решил продолжить тему Аркан, – Поэтому в своё время её запретили. Точнее, очень-очень ограничили. Дело в том, что спектр эмоций, испытываемых женщинами, намного сильнее того, что присущ мужчинам, и некоторые... экспериментаторы умирали от своеобразной эмоциональной передозировки. А Террин весело сплавил мне это, зная, что у меня такие же две Х-хромосомы, как и у тебя. Каково? – Несладко, наверное, – девушка попыталась вложить в эту фразу как можно больше сочувствия, но прозвучало как издёвка, – Слушай... а ты умеешь танцевать? – Что? Танцевать? – Н-ничего! Наверное, ночь и нервы... Это... не обращай внимания, я не хотела ничего такого! – Нет уж подожди. Ты хочешь потанцевать под ту музыку, которую ты нашла? Вместе? – Да, – девушка впервые в жизни почувствовала, как краснеют даже её уши, – Это какая-то несусветная чушь, правда, наверное, я где-то это увидела, и теперь... Словом, мне бы хотелось. Если ты не хочешь, я пойму. Да и танцевать я, признаться, не умею. – Я умею вальсировать, – раздался пусть и негромкий, но ответ, – Если хочешь, тоже могу тебя научить. Это полезно для… вестибулярного аппарата. Да и по-своему, наверное, весело. – Мне кажется, я неуклюжая. – Тебе кажется. Если хочешь, стоит попробовать. Всё же... – он взглянул на небо, словно призывая звёзды в свидетели, – Человеческая жизнь очень коротка. Какой смысл отказывать себе в удовольствии, если можно просто сделать? Эмбер только теперь задумалась о том, что младший из богов прожил гораздо дольше любого человека, видел рождения и смерти. Уж кому, как не ему, верить в таких делах? – Тогда, если ты не против, мы могли бы потанцевать, скажем, завтра, – предложила девушка, заметив вдалеке силуэт холма Хашенброка, – Сегодня уже поздно, и без того много впечатлений, тебе нужно отдыхать и восстанавливаться. А завтра, если ты будешь хорошо себя чувствовать, можешь показать мне пару па, если ты не против. – Да, конечно, там ничего сложного, – он кашлянул, прочистив горло, или причина была в чём-то другом? Эмбер чувствовала, как между ними начинают образовываться новые связи, как сказал бы Карух, нарастает цена. Только не от каждого по отдельности. А их общая. И это ещё только предстояло осмыслить.