Все дороги

— Ты в порядке?       Лань Ванцзи кивнул. — Не нужно быть таким осторожным.       Вэй Усянь наклонился и нежно поцеловал Лань Ванцзи. — Я просто не хочу причинять тебе боль. — Ты бы никогда не причинил мне вреда, — уверенно сказал Лань Ванцзи.       Выражение лица Вэй Усяня стало сложным, когда он услышал это, и Лань Ванцзи точно знал, о чем он думает. — Прошлое есть прошлое, — сказал Лань Ванцзи, притягивая Вэй Усяня за шею вниз, чтобы они могли поцеловаться еще немного. — Я простил тебя, и ты тоже должен простить себя. — Я просто думаю…       Лань Ванцзи поцеловал его крепче. — Пожалуйста, перестань думать.       Вэй Усянь улыбнулся и вдавил щеки Лань Ванцзи так, что его губы оттопырились, как у рыбы. — Что я говорил тебе о терпении? — Что мне нужно немного, — сказал Лань Ванцзи, его голос звучал смешно. — Ты бесконечно терпелив со всеми и во всем, кроме меня, почему так? — спросил Вэй Усянь. — Я слишком тебя раздражаю, чтобы соблюдать приличия?       Лань Ванцзи мягко оттолкнул руку Вэй Усяня от его челюсти и нахмурился. — Ой, ты выглядишь очаровательно! — сказал Вэй Усянь, целуя покрасневшие щеки.       Прежде чем Лань Ванцзи успел отомстить, Вэй Усянь дотронулся до чего-то внутри него, от чего Лань Ванцзи ахнул и выгнулся с кровати. — Хорошо? — спросил Вэй Усянь с самодовольной улыбкой.       Все, что Лань Ванцзи мог сделать, это кивнуть.       Он ждал этого так долго, что это почти не казалось реальным. Даже в спальне Вэй Усянь не торопился разгадывать Лань Ванцзи пальцами и словами, пока Лань Ванцзи не превратился в лужицу чувств на мягких простынях Вэй Усяня. — Пожалуйста, — взмолился Лань Ванцзи, — я больше не могу. Пожалуйста, альфа. — Черт, ладно, — сказал Вэй Усянь, и его маска отчужденности спала. — Скажи мне, если будет больно.       Лань Ванцзи кивнул.       Вэй Усянь был большим, поэтому он настоял на том, чтобы касаться Лань Ванцзи в большинстве прелюдий. Лань Ванцзи не знал, что бы с ним случилось без тщательной подготовки, потому что вторжение причиняло боль даже сейчас. — Милый? — спросил Вэй Усянь, поглаживая волосы Лань Ванцзи. — Ты в порядке? — Я так думаю? — Я собираюсь выйти.       Лань Ванцзи быстро покачал головой и обвил ногами талию Вэй Усяня, чтобы тот не отодвинулся. — Нет. — Лань Ванцзи… — Я выдержу, — решительно сказал Лань Ванцзи, — просто дай мне секунду, чтобы привыкнуть.       Вэй Усянь поцеловал Лань Ванцзи в шею, затем прижался носом к ароматической железе Лань Ванцзи, мгновенно наполнив его успокаивающим запахом петрикора.       Лань Ванцзи вздохнул и расслабился, приказывая Вэй Усяню двигаться.       Вэй Усянь трахал его медленными, неглубокими толчками, прежде чем попытаться протолкнуть дальше. В конце концов, это стало настолько приятно, что Лань Ванцзи активно надавливал на член Вэй Усяня, намереваясь полностью погрузить его в себя. — Лань Ванцзи, притормози, — сказал Вэй Усянь, останавливая движение бедер Лань Ванцзи одной удерживающей рукой на его талии. — Завтра ты не сможешь ходить, если будешь продолжать.       Без ведома Вэй Усяня, мысль о том, что он не сможет ходить из-за того, что Лань Ванцзи был оттрахан, была чрезвычайно привлекательной для омеги. — Я планирую, чтобы меня несли, — сказал Лань Ванцзи, прежде чем сжать бедра вокруг Вэй Усяня и втянуть его полностью внутрь.       Лань Ванцзи вскрикнул от внезапного всплеска удовольствия от того, что его растянули так, как никогда раньше. Даже Вэй Усянь, при всем своем беспокойстве, не был застрахован от ощущения, что он находится глубоко внутри своего омеги, и издал гортанный стон на ухо Лань Ванцзи. — Ты будешь моей смертью, — пробормотал Вэй Усянь, прежде чем снова сесть на корточки, поднять бедра Лань Ванцзи с матраса и трахнуть его так, как он хотел. — Ты настолько хорош. Ты так чертовски хорош.       Лань Ванцзи подумал, что вот-вот потеряет сознание от того, как хорошо ему было, когда Вэй Усянь вдруг взял руку Лань Ванцзи в свою и прижал ее к животу Лань Ванцзи. Лань Ванцзи не мог понять почему, пока не ощутил следующий толчок Вэй Усяня не одним, а несколькими способами.       Он посмотрел на Вэй Усяня, который уже смотрел на Лань Ванцзи со смесью возбуждения и любви. — Ты бы выглядел так хорошо беременным, — сказал Вэй Усянь, казалось бы, не задумываясь. — Вэй Усянь. — Лань Ванцзи ахнул, схватившись за руки Вэй Усяня, когда Вэй Усянь снова склонился над ним. — Да? — Вэй Усянь, конечно же, сразу почувствовал, что Лань Ванцзи это понравилось. — Хочешь, я вложу в тебя ребенка?       Лань Ванцзи кивнул, не понимая, о чем вообще спрашивает. Вероятно, это была тема для сидения и размышлений; тема, о которой им обоим нужно было серьезно поговорить. Но в данный момент мозг Лань Ванцзи не работал достаточно ни для того, ни для другого. — Пожалуйста, — бездумно сказал он, — пожалуйста.       Вэй Усянь яростно трахал его, словно действительно пытался вложить в Лань Ванцзи ребенка. Он, конечно, не мог, потому что они оба принимали противозачаточный чай уже больше недели — вероятно, очень умно из-за того, что они не помешались на сексе, — но он действительно старался изо всех сил.       Лань Ванцзи пришел с криком, и вскоре за ним последовал Вэй Усянь, его узел заковал их на месте на следующий час или около того. Растяжение расширяющегося узла заставило Лань Ванцзи немного вздрогнуть, но вскоре его сменило удовольствие наблюдать, как его живот набухает от спермы Вэй Усяня. Это было непристойно, но любое смущение, которое мог почувствовать Лань Ванцзи, было стерто выражением чистого восхищения на лице Вэй Усяня. — Я люблю тебя, — сказал Вэй Усянь, проводя костяшками пальцев по подбородку Лань Ванцзи. — И я люблю тебя, — сказал Лань Ванцзи, повернув голову, чтобы поцеловать ладонь Вэй Усяня.

_____________

      Цзинь Цзысюань ждал у двери, чтобы встретить Вэй Усяня. Цзян Яньли, которая была на пятом месяце беременности, тихо ожидала возвращения брата в своей спальне. Она была бы первой, кто поздоровался бы с Вэй Усянем, если бы мать Цзинь Цзысюаня позволила это.       К сожалению, последние несколько дней шел дождь, и мраморная лестница у входа в башню Кои была скользкой и опасной. К счастью, Цзян Яньли не слишком протестовала против их опасений за ее безопасность. Цзинь Цзысюань не знал, почему именно он должен приветствовать Вэй Усяня, но он не мог сказать Цзян Яньли ‘нет’. — Ты… — ‘поздно’. Слова застряли в горле Цзинь Цзысюаня при виде человека, идущего по ступенькам рядом с Вэй Усянем.       Вэй Усянь обвил рукой талию омеги, не давая ему поскользнуться, хотя было очевидно, что указанный омега мог справиться с задачей самостоятельно. — Лань Ванцзи, — слабым голосом сказал Цзинь Цзысюань. Это был последний человек, которого Цзинь Цзысюань ожидал увидеть; человек, которого Цзинь Цзысюань никогда не думал, что встретит снова. — Цзинь Цзысюань, — сказал Лань Ванцзи, слегка поклонившись в знак приветствия. — Вы двое знаете друг друга? — недоуменно спросил Вэй Усянь.       Цзинь Цзысюань прочистил горло. — Мы были знакомы, когда были моложе, — сказал он, молча желая, чтобы Лань Ванцзи последовал его примеру. — Наши деды были друзьями.       Лань Ванцзи, к счастью, не стал вдаваться в подробности. — Позвольте мне показать вам вашу комнату, — сказал Цзинь Цзысюань. — Я не знал, что ты приведешь гостя, поэтому для твоего пребывания подготовлена только одна комната, но до наступления темноты можно организовать еще одну. — В этом нет необходимости, — сказал Вэй Усянь.       Цзинь Цзысюань повернулся к паре с широко раскрытыми глазами. По тому, как Вэй Усянь держал Лань Ванцзи, было очевидно, что они больше, чем друзья, но… — Вы спарились? — спросил Цзинь Цзысюань. Было неуместно, чтобы омеги и альфы сосуществовали иначе. Он поискал характерную отметину на шее Лань Ванцзи и, конечно же, увидел ее, резко выделяющуюся на бледной, безупречной коже Лань Ванцзи.       Шок от того, что он увидел Лань Ванцзи, был настолько велик, что Цзинь Цзысюань совершенно упустил самую шокирующую деталь. Лань Ванцзи был повязан. Вэй Усянем из всех людей. — Вау, — сказал Цзинь Цзысюань, не в силах осознать это.       По правде говоря, Лань Ванцзи и он были не просто знакомы.       Их деды всегда хотели объединить семьи Цзинь и Лань узами брака; только они оба произвели на свет альфа-сыновей. Когда их внуки, Цзинь Цзысюань и Лань Ванцзи, представились альфой и омегой соответственно, их дедушки с энтузиазмом возродили свои мечты об объединении двух семей. Это никогда не было настоящей помолвкой, но Цзинь Цзысюань долгое время думал, что женится на Лань Ванцзи.       Затем семья Лань Ванцзи пришла в упадок из-за вспышки болезни, которая убила всех омег в его доме.       Тем временем семья Цзинь приобрела известность, быстро приобрела влияние и богатство, и Лань Ванцзи больше не считался подходящим партнером для Цзинь Цзысюаня. Вместо этого семья Цзинь Цзысюаня попыталась обратить его внимание на Цзян Яньли, дочь богатого торговца, вышедшего из маленького городка Исин и ставшего владельцем нескольких портов в Юньмэне.       Увидев снова Лань Ванцзи после стольких лет, нахлынули неприятные воспоминания; воспоминания о том, как сердце Цзинь Цзысюаня так жаждало жениться на нем, что он плохо обращался с Цзян Яньли. Конечно, это не вина Лань Ванцзи, но было немного забавно думать, что Вэй Усянь был женат на человеке, который был в эпицентре конфликта между Вэй Усянем и Цзинь Цзысюанем.       Вэй Усянь по праву защищал свою сестру от безразличных и часто обидных слов Цзинь Цзысюаня тогда — вещи, которые, как полагал Цзинь Цзысюань, отговорили ее от принятия предложения, — но он понятия не имел, почему Цзинь Цзысюань так отверг ее привязанность. Его сердце принадлежало Лань Ванцзи с тех пор, как он впервые увидел его, когда им было по шестнадцать.       Было странно думать об этом сейчас, когда Цзинь Цзысюань не мог представить, что любит кого-то так сильно, как Цзян Яньли. Еще более странным было то, что Лань Ванцзи женился на Вэй Усяне.       Цзян Яньли была в восторге, увидев своего брата, и еще больше в восторге, увидев его пару, задавая им всевозможные вопросы о том, как они познакомились и как они сошлись.       Вэй Усянь был нехарактерно молчалив об их первой встрече, но пересказал их брачную церемонию у озера в мучительных подробностях. Они провели церемонию в последний день лета, когда солнце не было достаточно теплым, чтобы заставить их потеть сквозь брачные одежды, но достаточно теплым, чтобы потом прыгнуть в озеро. — Это было очень неожиданно, — сказал Вэй Усянь, — ты же знаешь, я не продумываю такие вещи. Мы говорили об этом, но однажды я проснулся и подумал, что сейчас идеальная погода, чтобы сделать мужчину, которого я люблю, моим.       Это действительно звучало довольно спонтанно и мило. Их стая чуть не сошла с ума, готовясь к последней церемонии, и Вэй Усянь смеялся над тем, как он, вероятно, сто раз был проклят в тот день. — Они любят тебя, — вмешался Лань Ванцзи. — Никто из них не проклянет тебя. — Бьюсь об заклад, ты это сделал, — пошутил Вэй Усянь. — С тех пор я проклинаю тебя в своей голове, — невозмутимо ответил Лань Ванцзи. — Я не простил тебя за то, что ты унес меня в озеро сразу после окончания церемонии.       Вэй Усянь рассмеялся и обнял Лань Ванцзи за плечи. — Ну, я же не собирался тебя толкать! Ты драгоценный груз.       Лань Ванцзи выглядел неохотно очарованным.       Цзян Яньли нежно улыбнулась их выходкам и сказала Цзинь Цзысюаню: — Разве они не так прекрасны вместе? Лань Ванцзи идеально подходит ему. — Да, — несмотря ни на что ответил Цзинь Цзысюань.       На следующий день Вэй Усянь и Лань Ванцзи ушли пораньше, чтобы добраться до Исина к ночи. Однако незадолго до этого Цзинь Цзысюаню удалось поймать Лань Ванцзи в одиночку. — Лань Ванцзи, — поздоровался он. — Цзинь Цзысюань. — Ты закончил собираться? — спросил Цзинь Цзысюань.       Лань Ванцзи кивнул. — Упаковывать было особо нечего.       Это было правдой. Большая часть того, что привезли Вэй Усянь и Лань Ванцзи, были подарками для Цзян Яньли и ее ребенка. Вэй Усянь, очевидно, пошел принести им завтрак, после чего они вдвоем отправятся в путь.       Цзинь Цзысюань возился со своими карманами. — Я хотел подарить тебе это, — сказал он, вручая Лань Ванцзи нефритовую шпильку.       Лань Ванцзи потрясенно взял его из рук. Он какое-то время изучал, а затем спросил: — Откуда у тебя это? — Твоя мать дала мне ее, — объяснил Цзинь Цзысюань. — Это передалось от твоей бабушки. Твоя мать хотела подарить это тебе сама, но подумала, что будет более значимо, если ты получишь это от своего будущего супруга так же, как она получила от твоего отца. — О, — сказал Лань Ванцзи. — Ага, эм, — неловко сказал Цзинь Цзысюань, — я держал его на случай, если когда-нибудь снова встречу тебя.       Глаза Лань Ванцзи расширились. — Не таким образом! — Цзинь Цзысюань пояснил. — Мне просто казалось неправильным выбрасывать семейную реликвию. Я надеялся, что когда-нибудь она вернется к тебе. — Спасибо, — растроганный Лань Ванцзи сказал. Он восхищался мастерством шпильки, прослеживая трясущимися пальцами ее извилистые узоры. — Она очень много значит для меня. — Я рад. — Цзинь Цзысюань улыбнулся.       Внезапно Цзинь Цзысюаня отдернули за воротник и ударили в челюсть. Не ожидая внезапного удара, Цзинь Цзысюань с силой упал на пол. — Вэй Усянь! — закричал Лань Ванцзи, удерживая Вэй Усяня, встав перед разъяренным альфой. — Что ты делаешь?       Несколько охранников тоже бросились вперед, но Цзинь Цзысюань остановил их, покачав головой. — Я убью тебя сегодня, Цзинь Цзысюань! — крикнул Вэй Усянь. — Лань Ванцзи, отойди в сторону.       Услышав шум, Цзян Яньли тоже вышла из своей комнаты, выглядя сбитой с толку. — А-Сянь, что происходит? — Вэй Усянь, — строго сказал Лань Ванцзи, — успокойся. Ты неправильно понимаешь ситуацию.       Цзинь Цзысюань поднялся с пола и отряхнул одежду. — Давайте перейдем в более тихое место, и мы с Лань Ванцзи сможем объяснить. — Не произноси его имени, — предупредил Вэй Усянь. — Как, черт возьми, я тогда должен его называть? — спросил Цзинь Цзысюань, сытый по горло другим альфой.       Их темпераменты всегда расходились, и их ссоры всегда заканчивались физическими побоями. Хотя они не позволяли Цзян Яньли стать свидетелем всего этого, она, по крайней мере, знала, насколько непостоянными они были рядом друг с другом. Лань Ванцзи, который понятия не имел об их бурной истории, выглядел так, будто полностью винил себя в ссоре.       Они выбрали комнату, которую Вэй Усянь и Лань Ванцзи занимали на ночь, так как она была ближайшей. Когда Цзинь Цзысюань объяснил, как он стал обладателем семейной реликвии Лань, выражение лица Вэй Усяня помрачнело. Трудно было сказать, о чем он думал.       Лань Ванцзи, сидевший рядом с ним на кровати, сжался, как увядший цветок. — А-Сянь, — мягко сказал Цзян Яньли, — я уже знала об этом.       Услышав это, гнев Вэй Усяня немного улетучился. — Ты знала?       Цзян Яньли кивнула. — Конечно. Цзинь Цзысюань мне все рассказывает. — Прости, — пробормотал Лань Ванцзи.       Вэй Усянь повернулся к нему с растерянным хмурым взглядом, а когда увидел явно виноватое лицо Лань Ванцзи, сел на пол перед Лань Ванцзи и взял его руки в свои. — Я на тебя не сержусь. — Это не так, — добавил Цзинь Цзысюань. — Он злится на меня. — Ты давал ему шпильку! Что я должен был думать? — Вэй Усянь повернул голову и рявкнул на Цзинь Цзысюаня. — Ты не только заигрывал с моей парой, но и изменял моей сестре. — За исключением того, что я это не делал — нахмурившись, указал Цзинь Цзысюань.       Вэй Усянь раздраженно фыркнул. — Да, ты мог бы сказать это и раньше. — Что было до того, как ты появился из ниоткуда и ударил меня?! — Ладно, ладно, хватит, — сказала Цзян Яньли. — Они всегда такие, Лань Ванцзи. Пожалуйста, не принимайте это на свой счет.       Лань Ванцзи кивнул. — Вэй Усянь. — Да, любовь моя? — спросил Вэй Усянь. — Ты должен извиниться, — сказал Лань Ванцзи. — Что? — ошеломленно спросил Вэй Усянь. — Никогда не применяйте физическое насилие без необходимости, — серьезно сказал Лань Ванцзи. — Пожалуйста, извинись перед Цзинь Цзысюанем.       Цзинь Цзысюань покачал головой. — Все в порядке. — Извини, — сказал Вэй Усянь, удивив и Цзинь Цзысюаня, и Цзян Яньли. Вэй Усянь был не из тех, кто так легко извиняется, особенно в ситуации, когда он считал свои действия оправданными.       Черт, даже Цзинь Цзысюань не считал это совершенно неоправданным. Если бы он увидел, как кто-то подарил Цзян Яньли богато украшенную заколку для волос — очень очевидный подарок для ухаживания, — он бы отреагировал точно так же. — Э-э, — неловко сказал Цзинь Цзысюань, — все в порядке. — Наверное, нам пора идти, — сказал Лань Ванцзи. Он встал и протянул руку Вэй Усяню, которую Вэй Усянь принял с восхищенным выражением лица. — Спасибо, что пригласили нас.       Цзян Яньли подошла и обняла Лань Ванцзи. — Было так приятно видеть тебя здесь, Лань Ванцзи, пожалуйста, заходи почаще.       Лань Ванцзи улыбнулся. — Я сделаю все возможное. — Позаботься о нем, А-Сянь, — сказал Цзян Яньли Вэй Усяню, — или я велю мужу украсть его. — А-Ли! — возмущенно сказал Цзинь Цзысюань. — А-Цзе, — одновременно заскулил Вэй Усянь, — даже не шути об этом.       Цзян Яньли рассмеялась, явно довольная собой за то, что взъерошила перья альф. — До скорой встречи, Лань Ванцзи.

_____________

— Вы двое странно пахнете.       И Вэй Усянь, и Лань Ванцзи подпрыгнули бы, будь они кем-то другим. Вместо этого они оба незаметно посмотрели друг на друга в безмолвной панике. — Как странно? — медленно спросил Вэй Усянь.       Фэн Сюэцинь наклонился, чтобы обнюхать Вэй Усяня, который оттолкнул младшего альфу за лицо. — Личное пространство! — выругался он, как будто это когда-либо имело значение.       Не было серьезной причины, почему они еще не сказали стае. Просто не было. В любом случае, это было слишком рано; Лань Ванцзи только неделю назад согласился на ухаживания Вэй Усяня. ‘Странный’ запах был, конечно, слабой смесью их ароматов.       Проблема заключалась в том, что ни один из них не умел держать себя в руках, несмотря на то, что ранее Вэй Усянь настаивал на целомудрии, пока не начал ухаживать за Лань Ванцзи должным образом.       Утром Вэй Усянь шел встречать Лань Ванцзи с какой-то травой или цветком, который он нашел в лесу, потому что Лань Ванцзи очень хотел записать их в свой блокнот, и каким-то образом это заканчивалось тем, что они целовались на кровати Лань Ванцзи. Вэй Усянь сопровождал Лань Ванцзи во время ночных прогулок по аванпосту только для того, чтобы обнаружить, что ноги Лань Ванцзи обвились вокруг его талии, когда он прижимал омегу к стене в каком-то темном укромном уголке.       На самом деле, становилось все труднее и труднее не доводить дело до жарких поцелуев и тяжелых ласк. Вэй Усянь был молодым альфой, в конце концов, и он не мог сдерживаться так долго. Особенно, когда Лань Ванцзи выглядел так, как всегда.       Действительно, подумал Вэй Усянь, никто не должен быть таким красивым.       Лань Ванцзи в замешательстве склонил голову, как будто понятия не имел, о чем говорит Фэн Сюэцинь. — Ты опять тайком пил со своими друзьями из города И?       Фэн Сюэцинь не знал, откуда Лань Ванцзи узнал об этом, и тут же начал заикаться. — Нет. Дело не в этом! — Ты болеешь? — обеспокоенно спросил Лань Ванцзи. — Это утренние заплывы? Ты же знаешь, что вода в четыре утра ледяная… — Откуда ты вообще все это знаешь? — Фэн Сюэцинь взвизгнула. — Знаешь, что? Неважно! Наверное, мой нос ошибся.       Вэй Усянь вздохнул, когда Фэн Сюэцинь убежал. — Откуда ты все это знаешь? — спросил он с любопытством. — Вот для чего нужны прогулки, — беззаботно сказал Лань Ванцзи. — Ты многому учишься, находя время, чтобы наблюдать за своим окружением. — Ты страшный, — сказал Вэй Усянь. Когда он увидел, что все остальные слишком поглощены своим завтраком, чтобы обращать на них хоть какое-то внимание, он положил руку на бедро Лань Ванцзи под столом. — Мне нравится это в партнере.       Лань Ванцзи опустил голову и рассмеялся: плечи тряслись, глаза блестели — все как положено.       Вэй Усянь посмотрел на него с благоговением и сказал: — Я чертовски сильно тебя люблю.       Невежественный к своему окружению, Вэй Усянь не осознавал, что многие альфы слышали его громко и отчетливо. После этого Вэй Усянь и Лань Ванцзи не могли продолжать прятаться.       Это был первый раз, когда Вэй Усянь прямо сказал Лань Ванцзи, что любит его. Вскоре последовал второй. На самом деле, это была та самая ночь.       Они были рядом с заставой, а Лань Ванцзи сидел, прислонившись к дереву. Вэй Усянь положил голову на колени Лань Ванцзи, и Лань Ванцзи нежно провел пальцами по его волосам. — Теперь все знают, — сказал Вэй Усянь. — Мн. Это тебя волнует? — спросил Лань Ванцзи. — Нисколько. Прятаться было весело, пока это продолжалось, но я хочу иметь возможность держать тебя за руку и обнимать тебя, когда захочу. Я также буду нюхать тебя каждое утро, чтобы ты знал.       Лань Ванцзи улыбнулся. — Я бы хотел этого.       Они наслаждались наступившей приятной тишиной, пока Лань Ванцзи не нарушил ее. — Хорошо, что это вышло сейчас, — сказал он.       Вэй Усянь, почти задремавший, открыл глаза и посмотрел на Лань Ванцзи. — Хм? — Я чувствую, что мы подсознательно скрывали это, потому что не хотели навредить Хань Шаоцину или Инь Ливэю, — сказал Лань Ванцзи. — Но я думаю, что они сочли бы это оскорбительным.       Вэй Усянь согласился. Так оно и было на самом деле, хотя ни один из них не хотел этого признавать. Они не хотели совать свои отношения в лица Хань Шаоцин и Инь Ливэй и так скоро. — Если бы они узнали, что мы скрываем наши отношения, чтобы пощадить их чувства, это задело бы их гордость, — сказал Вэй Усянь. — Ты прав. Я рад, что теперь все открыто.       Лань Ванцзи еще немного помолчал, прежде чем спросить: — Тебе все еще трудно уснуть? — Да, — сказал Вэй Усянь, не в настроении лгать, — знаю. Это началось из-за каких-то тривиальных забот, но бессонница осталась. — Ты мне доверяешь? — спросил Лань Ванцзи. — Да, — без колебаний ответил Вэй Усянь. — Ты позволишь мне использовать на тебе мой омега-голос? — осторожно спросил Лань Ванцзи. — Просто чтобы уложить тебя спать вовремя, пока ты естественным образом не поправишься.       Вэй Усянь выпрямился.       Лань Ванцзи, похоже, воспринял это как отказ, потому что тут же начал объяснять: — Я только что заметил, что у тебя в комнате есть успокаивающие травы, подобные тем, которые ты приносил мне во время течки, и они, похоже, тоже не действуют на тебя. — Ты видел их? — Вэй Усянь вздрогнул. — Я не хотел, — сказал Лань Ванцзи.       Вэй Усянь поверил ему. И все же что-то в том, что сказал Лань Ванцзи, беспокоило его. — Подожди, что ты имел в виду под словом ‘тоже’. На кого еще они не работали?       Лань Ванцзи отвернулся. — Разве ты не говорил мне, что у тебя была безболезненная течка? — встревоженно спросил Вэй Усянь. Мысль о том, что Лань Ванцзи солгал и действительно страдал эти три дня, была невыносима. — Да, — сказал Лань Ванцзи, — но не из-за трав. — Что? — смущенно спросил Вэй Усянь. — Это из-за твоего запаха, — признался Лань Ванцзи. — Значит, то, что я ночевал у тебя на крыльце, действительно помогло? — с облегчением спросил Вэй Усянь. — Т-ты был там все это время? — спросил Лань Ванцзи, его лицо быстро краснело. — Да, конечно, — сказал Вэй Усянь. — Подожди, ты имеешь в виду запах, который я оставил на тебе, когда нес тебя?       Лань Ванцзи кивнул. — Это исчезло бы очень быстро, учитывая, что я не учуял тебя должным образом, — сказал Вэй Усянь.       Его запах, должно быть, просочился в дом Лань Ванцзи извне — что-то, что Вэй Усянь не до конца учел, когда решил остаться, но чему он был рад, что в конечном счете помогло Лань Ванцзи.       Он внезапно обнял Лань Ванцзи. — Слава Богу. Я рад, что ты не пострадал.       Лань Ванцзи обвил руками живот Вэй Усяня и положил лоб ему на плечо. — Ты знаешь, что это означает, что мы очень совместимы, верно? — Вэй Усянь пошутил, чтобы разрядить атмосферу и рассеять смущение Лань Ванцзи по поводу сложившейся ситуации. — Можем ли мы подумать о свидании?       Лань Ванцзи тихо рассмеялся. — Хм? Что скажешь Лань Ванцзи? — Вэй Усянь раскачивал их из стороны в сторону. — Я мог бы попробовать понюхать тебя, чтобы избавиться от бессонницы, — сказал Лань Ванцзи, — но не уверен, что в данном случае это сработает. — Ты можешь использовать на мне свой голос омеги, — сказал Вэй Усянь.       Лань Ванцзи удивленно посмотрел на Вэй Усяня. — Я серьезно. Я не собирался отказываться, — сказал Вэй Усянь, — я просто был удивлен, вот и все. Я очень тебе доверяю, Лань Ванцзи. Я тебя люблю.       Лань Ванцзи наклонился и нежно поцеловал Вэй Усяня в губы. — Я тебя люблю.       Вэй Усянь сказал это не для того, чтобы получить ответ, но это была самая приятная вещь, которую он когда-либо слышал. — Повтори еще раз, — бесстыдно потребовал он. — Я люблю тебя, Вэй Усянь.       Вэй Усянь наклонился и снова поцеловал Лань Ванцзи. Он действительно мог целовать Лань Ванцзи вечно.