Под новым именем

Пэй Мин всю оставшуюся дорогу до ресторана молчал, тупо глядя вперёд. Лишь изредка поправлял локоны Ши Уду. Фэн Синь заметно нервничал, постоянно впиваясь пальцами в чужую талию. Дабы успокоить, Му Цин нежно гладил его руки, оставляя короткие поцелуи на скулах. В машине прохладно, а губы Сюаньчжэня родные и тёплые, Фэн Синь прилип к нему всем телом и не желал отпускать ни на секунду. Дорога до ресторана заняла не более часа. Пэй Мин подвёз их к шикарному участку с туями и как под линейку подстриженными кустами. Весь двор пестрел небольшими беседками с мангалами и мягкими скамейками. Повсюду сновали официанты, поднося гостям блюда и напитки. Всё это выглядело красиво и безумно дорого, но Фэн Синь не сомневался, что у матери есть на это деньги. Вымощенная дорожка привела их к огромному коттеджу с кучей балконов. — Нас должны провести. — Пэй метнул быстрый взгляд на часы. К ним поспешил подойти молодой парень с тату на ладони. Весь его вид говорил о том, как он рад здесь работать, а натянутая до ушей улыбка — о безграничном гостеприимстве. — Вы в зону восемнадцать? Позвольте, я вас проведу. — Молодой человек открыл дверь, пропуская гостей. — Вот ключ-карта, по ней вы сможете пройти на балкон, также там написан номер. Можете ввести его в приложении и уже оттуда вызывать персонал. Еду в зону подадут через пятнадцать минут, если что-то понадобится — обращайтесь. Пэй сдержанно поблагодарил и взял карту. Краем глаза Му Цин заметил, как Фэн Синь напряжённо сжимает кулаки. *** Как только они вышли на балкон, их встретил столик с закусками и пять бокалов с текилой. Му Цин скривил губы: «Ненавижу текилу». Он поморщился и взял под руку Наньяна, обнимая его со спины. Пэй Мин попытался проделать то же самое с Ши Уду, но был жестоко отвергнут ледяной ладонью. Водный Самодур недовольно скривил губы и взял под руку Мингуана, одним неловким жестом показывая, что не слишком обижен и есть шанс извиниться. Пэй любил его гордую осанку и такой же характер. Мягкую кожу и гладкие, будто шёлковые изгибы тела. Любил смотреть, как он работает, сосредоточенно разбирая бумаги, составляя отчёты и быстро набирая текст на клавиатуре. Любил их вечера вдвоём и нежные ладони, перебирающие его седые корни волос. Уду предлагал записать его к хорошему мастеру или собственноручно покрасить, но Мингуан лишь отмахнулся и продолжил щеголять с седыми прядями. У Ши Уду были всегда тёплые, мягкие губы, которыми он с заботой и волнением мерил температуру лба Пэя, поглаживая его виски. Мин обожает страстные ночи и минуты перед тем, как провалиться в сон, после горячего душа и согревающего супа. И сейчас Ши Уду будто готовил ему суп, подсыпая нужные специи. Наверняка у него сейчас в голове рой мыслей, ведь ладошки слегка дрожат. Мин пальцами растёр его кисть, прогоняя волнение. Пэй Мин наклонился, чтобы тихо прошептать: «Люблю тебя». Ши выпрямил спину, откашлялся и присел на диванчик, располагающийся вдоль перил. Мингуан сел совсем рядом, соприкасаясь с ним бёдрами. На балконе было совсем тихо, пока не послышалось цоканье каблуков. Мингуан прочистил горло, потирая пальцами шею. В дверях замаячил силуэт низкой женщины. Кожа покрылась россыпью морщин, глаза сокрыты тёмными очками, не позволяющими увидеть век. Чалма на голове прятала туго затянутые на затылке редкие волосы. — Ты постарела. — Пэй сказал это вполголоса, но довольно громко для того, чтобы Цзы его услышала. — Не лучшее приветствие после столь долгой разлуки. — Фэн Цзы села напротив них, закинув ногу на ногу. Не похоже было, чтоб она хоть чуть-чуть нервничала. На лице играла яркая улыбка, а в движениях сквозила твёрдость и уверенность. — Да и ты, знаешь, тоже не помолодел. Пэй лишь развёл руками, убирая с лица седую прядь, ненароком выбившуюся из чёлки. Мужчина ухмыльнулся, глядя на бывшую жену своего брата. Она даже не кинула взгляда на сына, только пристально разглядывала Мингуана. Повисшую неловкую паузу разбавил Ши Уду. — А где же невеста? — Мужчина презрительно глянул на женщину, ритмично покачивая ногой. — Она приедет к вечеру. — Цзы наклонилась к столу, подцепила тощими пальцами вишню и уставилась на сына. Во взгляде не было ни материнского тепла, ни любви, ни радости. Лишь удовольствие от предстоящего контракта. Фэн Синь молчал, сухо сжимая губы. Одна ладонь покоилась на колене Му Цина, нежно поглаживая. — Кхм, совсем забыла спросить, кто это? Сюаньчжэнь поднял глаза. Постарался сделать взгляд более суровым, надменным, скрывая внутреннюю тревогу. Получалось отменно: женщина шумно вдохнула воздух и терпеливо склонила голову. — Это мой настоящий жених. — Невозмутимо брошенная фраза отвлекла Цзы от разглядывания парня. — Он? Смело: многожёнство у нас запрещено, тем более, он тоже мужчина. — Я не женюсь на той девушке. Я ни имени её не знаю, ни возраста. — Фэн Цзы хохотнула. — Не переживай об этом, кто-то из вас точно знает. — Её смех, слащавый, приторный, царапал уши. Соскребал с них кожу и заставлял болезненно морщиться. Все заметно напряглись. Юйши скривила губы, прислоняясь плечом к Уду. Напряжение ощущалось кожей, от него чесались ноздри и поднимались волосы на руках. Фэн Цзы выплюнула косточку от вишни и обвела взглядом компанию. Её вязкий голос и быстрое дыхание эхом пробежались по перилам и осели на плечах у всех присутствующих. — Я достаточно долго следила за твоей страничкой в Инстаграм, — она обратилась к Фэн Синю, — и твоего дяди тоже, за аккаунтом вашей компании, за Юйши, я помню всё, что вы когда-либо мне говорили, я знаю о вас всё, и она знает ровно столько же. Я не думаю, что кто-то из вас будет против того, чтобы мой сын на ней женился: она умна, порядочна, красива и опытна. Поверь, мальчик мой, никакой «жених» рядом с ней и не стоит. Она любит своё дело, свою работу, свою семью и, главное... В коридоре послышался стук каблуков, уже не такой тяжёлый и громкий. Как будто шла миниатюрная, молодая девушка. Её силуэт установился в проходе. Озорные глаза обвели людей, каштановые волосы спадали на плечи волной. Фэн Синь вдруг вспомнил её.