Моя нежная нефертут.

— Не шевелись. – Амен ведет средним пальцем над грудями, следуя по кромке корсета. Дышать все труднее, а его палец повторяет тот же путь в обратном направлении. По спине бегут мурашки. Он останавливается и жестом показывает, что мне надо повернуться. Сейчас я готова для него на все. Я стою лицом к кровати. Он обнимает меня за талию, притягивает к себе, прижимается лицом к моей шее. Потом кладет ладони мне на груди, ласкает их, кружит большими пальцами по соскам, так что они напрягаются и проступают под тонким атласом корсета. — Моя... – шепчет он. — Твоя… – выдыхаю я. Оставив в покое груди, он переходит на живот, потом ниже, на бедра. Пальцы подбираются все ближе к развилке. Амен спускает с моих плеч лямки и со своей обычной ловкостью расстегивает застежки подвязок. — Минуту. – Говорит он и прерывает столь сладкую пытку, направляется к двери. Слышу негромкий хлопок.  Снова скрипит дверь — Амен возвращается, слышны его шаги и позвякивание льда в бокале. Амен закрывает дверь и, судя по шороху, снимает брюки. Они падают на пол, и я понимаю, что на нём ничего нет. — Ты хочешь пить, Эвтида? — Да, — шепчу я, потому что внезапно у меня пересохло во рту. Снова слышу звяканье льда — Амен ставит стакан, наклоняется и целует меня, вливая восхитительно терпкую жидкость в мой рот. Белое вино. Это так неожиданно и воспламеняет, хотя само вино прохладное, а губы Амена холодны. — Еще? Я киваю. Вино только вкуснее от того, что оно было у него во рту. Амен склоняется надо мной, и я делаю еще один глоток из его губ. — Не будем увлекаться, Эва, ты слишком восприимчива к алкоголю. – Он ухмыляется вспоминая наверное тоже самое что и я. Не могу удержаться и улыбаюсь.       Он наклоняется, чтобы влить в мои губы еще один глоток, потом кидает меня на кровать и ложится рядом со мной, так что я бедром чувствую его эрекцию. Я напрягаюсь, а он снова берет стакан, целует меня и проталкивает вместе с вином в мой рот кусочек льда. Потом медленно  оставляет на моем теле дорожку прохладных поцелуев: вниз по горлу, между грудей и дальше, к животу. Мои бедра непроизвольно сжимаются. — О нет, de défi, если ты разольёшь вино, я тебя накажу. Я издаю стон, едва сдерживая желание двинуть бедрами. Нет… пожалуйста. Амен снимает корсет, и моя грудь, такая беззащитная, оказывается на виду. Он наклоняется, целует по очереди соски, дергает их прохладными губами. Я борюсь со своим телом, которое выгибается, отзываясь на ласку. — Приятно? – спрашивает Амен, подув на один сосок. Он сводит меня с ума. Я буквально слышу, как он улыбается. Лед в пупке тает, а я вся горю — горю, и остываю, и безумно хочу. Хочу почувствовать его внутри себя. — Ты только мой. — Ты только моя. – строго произносит он, обводя большим пальцем мой клитор, а потом нажимает. Мое тело изгибается под его искусными пальцами, я не сдерживаю громкие стоны. — Хочу тебя. – выдыхаю я. — Знаю, – шепчет он и наклоняется, чтобы поцеловать меня. Его пальцы по-прежнему ритмично двигаются внутри моего тела, большой палец описывает круги и нажимает. Язык Амена повторяет движения пальцев, и я поддаюсь. Я закрываю глаза, полностью отдаваясь во власть этого проворного, ловкого и изобретательного языка. Мои бедра движутся, подчиняясь заданному им ритму – вверх-вниз, взад-вперед, по кругу. Он сжимает их, стараясь удержать, усмирить, но при этом не прекращает восхитительную пытку. Я улетаю все выше… Соски сладостно горят под его искусными губами, каждый нерв моего тела поет и трепещет в агонии упоения. – Пожалуйста, – умоляю я. Голова у меня закинута назад, рот открыт в стоне, ноги цепенеют. – Пора, mon rebelle. – шепчет он. Его зубы сжимаются на одном моем соске, а пальцы ускоряются над моим клитором. Я рассыпаюсь в его руках на тысячи кусков, мое тело пронзает судорога восторга. Он зажимает мне рот поцелуем, его язык вбирает мои крики. Мое дыхание все еще неровно, я только прихожу в себя после оргазма. Рука  спускается мне на талию, на бедра, а затем скользит между ног… Господи. Его палец отодвигает тонкое кружево и медленно, кругами проникает туда. Он на мгновение закрывает глаза, его дыхание учащается. — Боже, как я тебя хочу. – Амен заталкивает в меня палец, и я вскрикиваю, потому что это повторяется снова и снова. Его ладонь касается моего клитора, и я снова не могу сдержать восклицания. Его палец движется во мне все сильнее и сильнее. Я стону. — Сейчас я войду в тебя. – шепчет он  и входит. — У тебя там так тесно… Не больно? Я отрицательно мотаю головой, мои глаза широко раскрыты, руки сжимают его предплечья. Я чувствую его в себе. Он неподвижен и ждет, чтобы я привыкла к новым ощущениям. – Сейчас я буду двигаться, mon nefertut rebelle. – предупреждает Амен. С утонченной медлительностью он отодвигается назад, а потом снова входит в меня – со всей силы. Я опять вскрикиваю, и он замирает. — Ты хочешь ещё? – Да. – выдыхаю я. Я не сдерживаю стоны. Мое тело принимает его в себя. – Хочешь еще mon nefertut conquis? – Да, mon protecteur cardiaque. – шепчу я, и задыхаюсь в собственных стонах, смотря на улыбку Амена. На этот раз Амен не останавливается. Он опирается на локти, и теперь я чувствую на себе вес его тела. Сначала он движется медленно, свободно выходя и входя в меня. По мере того, как я привыкаю чувствовать его внутри себя. Мои бедра начинают неуверенно двигаться ему навстречу. Он движется все быстрее и быстрее в беспощадном, неослабевающем ритме, и я подхватываю это движение. Он громко стонет, и ритм его атак ускоряется, а удары проникают все глубже. Я пытаюсь впитать все, но волна слишком велика, слишком сильна, и она затопляет меня. Мой мозг взрывается. Тело взрывается. Я хочу вытянуть ноги, хочу контролировать надвигающийся оргазм – и не могу. Я беспомощна, я – его, только его.  Слезы наворачиваются на глаза. Напряжение разрывает меня изнутри. Я не могу остановить его. Я не хочу его останавливать. Амен сжимает мою голову руками и жадно целует, прикусывая нижнюю губу. Он чуть смещается, и теперь я чувствую, как где-то глубоко во мне нарастает уже знакомое чувство. Я вся деревенею, трепещу, обливаюсь потом. О великий Ра. Я и не знала, что так бывает.  Даже не представляла, что может быть так хорошо. Мысли разбегаются… остаются лишь ощущения… только он… только я.. – Кончай, Эвтида. – шепчет он почти беззвучно. От его слов я обмякаю, достигнув высшей точки блаженства, и распадаюсь на тысячу частей. Сразу вслед за этим он проникает еще глубже и, со стоном выдохнув мое имя, замирает, кончая в меня. Я как будто взрываюсь, и не один раз, а несколько. меня сотрясает очередь взрывов, и я кричу во весь голос, а меня разносит на кусочки оргазм, меня опаляет огненный всепоглощающий вал. Я все еще не могу отдышаться, сердце колотится от счастья, в мыслях полный разброд. Это было потрясающе. Я открываю глаза: Амен по-прежнему упирается лбом в мой лоб, его глаза закрыты, дыхание неровное. Он открывает глаза и встречается со мной взглядом. И только потом медленно выходит из меня. — Ты сводишь меня с ума, Эвтида. – выдыхает он. – Я люблю тебя, mon tendre nefertut. У меня нет сил ответить, открыть глаза или рот. Амен бережно поднимает меня и кладет на кровать, последнее что я вспомнила прежде чем отключиться.