В наших глазах

От любви до ненависти – один шаг. От поцелуя до ножа у горла – одно движение. Йовар всегда знал: приближаться к ней опасно. Но что, если он, могучий колдун, не сможет удержать себя? Кажимера всегда знала: её шутка может кончится бедой. Но что, если безумье – это самая лучшая игра? ~~~~ Она – свет солнца. Почти невинный, чистый и желанный Стоило Йовару увидеть чужеземку Крунхильд, он понял это. Она – огонь. Может согреть, а может спалить без жалости. Её движения – самые легкие – казались удивительными, неземными. Колдунья. Госпожа. Мстительница. Королева. Властная, жадная, скрытная, неуловимая. Казалось, её острой улыбкой можно порезаться. Их встреча – почти случайная – была написана звездами. Здесь, сейчас. Пока они молоды, пока в жилах закипает кровь, а на кончиках пальцев вьётся колдовство. Пока они так жаждут чувств и боли, золота и крови. Он – дремучий лес. Самый опасный, голодный и страждущий. Когда Крунхильд увидела того, кого считали ужасом Севера, она поняла: он – пропасть. Один неосторожный шаг и всё накроет тьма. Йовар не знает жалости, не знает милосердия и нежности. В нём живёт весь ужас дикого леса и лютой зимы. Он зверь, который уже вкусил тепло и сладость крови. Он тот, кто никогда не утолит свой голод. – Вы привыкли, что перед вами все трепещут, Йовар? Она обращается на «Вы». Йовар усмехается и смеряет Кажимеру тяжёлым тёмным взглядом. Она почти смогла скрыть своё волнение, но его глаз цепкий к деталям. – А ты, летняя девочка, привыкла к блеску, но не к грязи. Он не спрашивал. Он с силой наступил на все границы дозволенного, стоило ей задать всего один вопрос. И всё же, пока маг изучал её тело, Кажимера мягко коснулась его разума своим колдовством. Усмешка на обоих лицах, как в зеркалах. – Нам стоит считаться друг с другом. С иронией в голосе произносит девушка, протягивая руку. На тонких, длинных пальцах изящные кольца. Кожа – бархат. Йовар медлит, но всё же касается её руки. Крепче, чем Кажимера ожидала. Его руки грубые, сильные и уверенные. – Держи чары при себе, Крунхильд. Она отводит светлые глаза, под давлением его тона. Но не торопится отрывать руку. ~~~~