Сынмин чертовски сильно хочет целоваться

             Сынмину семнадцать. У него гормоны бушуют и кровь кипит. Он хочет целоваться и обниматься. Хочет рядом кого-то, с кем тепло и уютно. Но он вообще-то айдол. У него со дня на день судьба решится. А он целоваться хочет.       Сынмину семнадцать, и он смотрит на девчонок-трейни из агенства с сердечками в глазах, засматривается на стафф с лёгкой улыбкой, даже на мемберов своей группы глаз кладёт. Залипает на чужие губы, когда с ним кто-то разговаривает, и хочет их смять своими.       Сынмину семнадцать, ему романтики хочется. Поднимает глаза к небу, чтобы посмотреть на стелющиеся дымки облаков, и думает, как здорово бы было обнимать кого-то, лёжа где-нибудь на лугу, и жмурить глаза из-за ярких лучей солнца.       Сынмину семнадцать, им ведёт желание стать настоящим айдолом с миллионной аудиторией. Однако желание целоваться всё-таки сильнее. Старается тушить пожар в груди, но не то чтобы это действительно хорошо у него получается.       Сынмину семнадцать, и он подписывает трехлетний контракт с запретом на отношения. Но ему и не нужны отношения. Ему катастрофически нужны чужие нежные губы на его собственных и мягкие ладони на талии.

♡

      Один печальный день без поцелуев сменяет другой, и Сынмину вроде легче с этим становится. Изматывающие тренировки, съемки, репетиции притупляют желание, однако роняя себя на мягкую кровать и укутываясь одеялом с головой, Сынмин всё ещё мечтает, чтобы согревало его тепло чужого тела рядом.       Он много думает и решает поделиться мыслями хоть с кем-нибудь, авось получится отпустить навязчивое.       — У тебя нет каких-то странных желаний? — спрашивает Сынмин у Чонина в небольшом перерыве между прогоном танца.       — Странных нет, а вот желание лечь и поспать очень сильное, — тяжело дыша, отвечает Ян, облокачиваясь о стену, как и старший, сидя на полу.       — Да, это первое, что приходит на ум, — хмыкает Ким. — Наверное, вселенная просто перегружена одним запросом от каждого человека на земле.       — Смешно, — качает головой Ян. — А почему ты спрашиваешь? У тебя есть какое-то странное желание?       — Не то чтобы даже странное, просто не могу избавиться от одной мысли, — Сынмин закусывает губу, прожигая пол взглядом.       — Какой?       — Не бери в голову. Ерунда на самом деле, — махнув рукой, Ким устало улыбается.       — Брось, мы же друзья, — уверяет Чонин. — Ты можешь поделиться со мной всем.       — На исходную! — командует Минхо, хлопая в ладоши, вероятно, спасая Сынмина от дальнейших расспросов.

♡

      Сынмин так и не решается рассказать кому-то, хотя Чонин не отстаёт, пытаясь выведать, что же там на уме старшего.       Сынмин ходит с понурым видом и опущенной головой, а все списывают его состояние на усталость. Но он не устал. Не физически. Ему просто хочется обычной подростковой жизни, где он бы мог гулять с девчонкой за ручку и целовать её каждый раз, когда только захочет, а не быть в заточении четырёх стен с возможностью дышать через раз, не дай Бог неправильно.       Сынмин вздрагивает, когда на его плече оказывается чужая рука. Он резко оборачивается, практически стукаясь лбами с Минхо, взявшегося из ниоткуда, и уставляется на него широко раскрытыми глазами.       — Пойдём, — командует Ли и давит ему ладонью между лопаток, подталкивая вперёд.       — К-куда? — удивляется Ким.       — В уединённое место. Нужно поговорить, — хмыкает Ли, уводя младшего в свою комнату.       Сынмин садится на край кровати и смотрит большими непонимающими глазами.       — Рассказывай, — уверенно кивает Минхо, садясь рядом, и роняет голову набок.       — О чём?       — О том, что с тобой происходит. На тебе лица нет вот уже неделю.       — Я в порядке, хён, чест...       — Да, просто устал, верно? — без капли серьёзности произносит Ли.       — Ну... да.       Минхо тяжело вздыхает и поджимает губы, на которые отчаянно старается не смотреть Сынмин.       — Если ты не расскажешь, тебе же будет хуже, Минни, — мягко произносит старший и накрывает ладонь Кима своей в доверительном жесте. — Эти мысли съедят тебя, а ты нам ещё нужен, — обещает он, ласково улыбаясь.       Сынмин смущённо хихикает, опуская голову, и снует взглядом по полу.       — Давай по-честному — ты говоришь, что тебя тревожит, а я обещаю, что никому не скажу, но постараюсь помочь, м? — предлагает Ли.       Ким кивает, нервно облизывая губы, и делает глубокий вдох, прежде чем произнести вслух.       — Надоело всё, знаешь, — шепчет Сынмин. — Как заведённые скачем тут, бегая с репетиций на тренировки и обратно. Никакого свободного времени, никакой... личной жизни. А ведь дальше только хуже будет.       — О, ну это пройдёт. Тебе стоит немного отдохнуть, и отляжет эта мысль. Мы же в полушаге от мечты, Минни, оно точно того стоит, — улыбается Минхо, поглаживая младшего по плечу. — Хочешь, я договорюсь, чтобы у тебя был завтра выходной, м?       — А зачем? Я всё равно останусь тут. Просто не с вами в танцевальном зале, а один в комнате. Надоело быть одному, — тяжело вздыхает Сынмин.       — Ах, вот оно что, — понимающе кивает Ли. — Разнообразия хочется?       — Поцелуев хочется, — фыркает Сынмин и тут же зажимает рот ладонью, широко распахивая глаза.       Он точно не хотел этого говорить, и сказал, не подумав.       — Мм, — Минхо задумчиво мычит, закусывая губу, и убирает руку с чужого плеча.       — Я имел в виду...       — Ну, хочешь я поцелую тебя, — усмехается Минхо.       — Что?       — Что?       — Ты шутишь? — у Сынмина скоро глаза из глазниц выпадут.       — Конечно, — успокаивает Ли, похлопывая младшего по коленке.       — Хух, а то я подумал, что ты правда хочешь меня поцеловать, — выдыхает Ким, чуть расслабляясь.       — Вполне может быть, — поигрывает бровями Минхо.       — Хватит смеяться надо мной, эй, — Сынмин стукает его по плечу и сводит брови вместе. — Я же доверился тебе вроде как.       — А я и не смеюсь. Не один ты хочешь целоваться, — пожимает плечами Ли.       Сынмин смотрит ему в лицо и пытается найти подвох, но в глазах не царит коварство, а на губах не играет усмешка. Минхо кажется искренним в этот момент, но Сынмин не хочет ему так просто верить, потому что знает, что он тот ещё актёр.       Но...       Минхо протягивает руку вперёд, чтобы коснуться шеи Сынмина, и смотрит так, словно скажет сейчас что-то настолько важное, что могло бы спасти планету. Или посмеётся. Невозможно понять.       — Так что, поцелуемся? — негромко спрашивает Минхо, притягивая младшего к себе ближе.       — Но мы же оба парни...       — И что? Твои губы какие-то другие? Не такие, как у какой-нибудь девчонки? — ехидничает Минхо, но взгляд такой добрый, что ещё немного и Сынмин расплавится.       — Нет, — на грани слышимости.       Минхо двигается почти вплотную, касаясь кончика носа младшего своим, и шепчет практически в самые губы — не касается, но Сынмин чувствует его дыхание.       — Так чт...       Ким тяжело вздыхает и сам припечатывается к губам Минхо, не давая договорить. Он неловко цепляет нижнюю и мажет по ней языком, а после замирает так же, как и Ли, ожидая действий со стороны. Сынмин блаженно прикрывает глаза, ощущая, как ласково Минхо отвечает на поцелуй и аккуратно приобнимает свободной рукой за талию. Он несильно сжимает мягкую кожу через футболку и проходится языком по губам, увлажняя их.       Сынмину выгнуться хочется от переполняющих чувств из-за ненастойчивых касаний, но сидит смирно, затаив дыхание, и робко отвечает на поцелуй, когда Минхо сам его углубляет, запуская руку в волосы младшего и легонько перебирая прядки.       Сынмин не может сказать, сколько это длится. Разброс времени в его голове от пары секунд до нескольких столетий, но учитывая, что шея начинает затекать в одном положении, возможно, где-то середина.       Губы давно саднят, язык млеет, а спина побаливает из-за неудобной позы, но отрываться не хочется. Тем не менее нужно, потому что низ живота приятно тянет, а вот позорно сбегать в душ нет желания от слова совсем.       Однако Сынмин не успевает ничего сделать и давится воздухом, потому что рука Минхо как-то неожиданно оказывается на его ширинке и несильно сдавливает уже довольно твердый член сквозь ткань джинсов. Ким и хочет и не хочет скинуть его руку с себя, мечется в сомнениях, а Ли опускается поцелуями к шее, выбивая все нарочитые мысли из головы.       Пальцы Минхо лезут за пояс штанов младшего, поддевая край, и обвивают кольцом из пальцев болезненно пульсирующий член. Сынмин грузно вздыхает, откидывая голову назад, и млеет от ласковых поцелуев за ушком. Чужая рука странно ощущается там, но так приятно, что хочется в голос застонать, однако Сынмин лишь тяжело дышит и жуёт свои губы.       Ему тоже хочется проникнуть за кромку шорт Ли и сжать в ладони его член, но эта мысль будоражит настолько, насколько и пугает. Минхо изворачивает кисть, лаская головку, и рассудок медленно, но верно улетучивается, оставляя за собой лишь шлейф желания.       Ким ступает за эту грань и всё же засовывает руку в шорты старшего, чтобы самыми кончиками пальцев коснуться его возбуждения; провести по каждой выпирающей венке и наконец плотно сжать ладонь.       Наверное, это слишком странно — держать член своего друга в руке, но Сынмину так нравится, что он больше не задаётся вопросом. Подстраивается под темп Минхо, опуская голову, и тихо стонет ему в плечо, несильно прикусывая нежную кожу через ткань футболки.       Сынмину немного стыдно за то, что он чувствует себя на грани буквально спустя пару движений руки Минхо, и щёки покрываются румянцем. Он кончает в кулак старшего достаточно быстро, давая себе отчёт, что Минхо держится значительно дольше. Ким продолжает водить ладонью по чужому члену, пока его шею покрывают ласковыми поцелуями, и ловит себя на мысли, что в следующий раз хотел бы ощутить этот член у себя на языке. И это почему-то не пугает; пугает то, что не факт — будет ли следующий раз. Никто ничего не обещал и не давал гарантий; это и вовсе бонус к нежным поцелуям, о которых просил Сынмин.       Минхо пачкает ладонь младшего и собственное бельё, кончая с протяжным стоном. Он пленит губы Сынмина, тяжело дыша ему в рот, а тот и мысли не допускает противиться. Целует, как в последний раз, и отпускать не хочет.       — И что теперь? — шепчет в самые губы Сынмин.       — Теперь в душ и на тренировку, она в шесть. Помнишь ещё? — усмехается Минхо.       И Сынмин хочет сказать, что он имел в виду другое, но почему-то не говорит. Отстраняется от старшего и неловко опускает глаза. Минхо привстаёт и берёт его за руку, чтобы отвести в ванную. Сынмин нерасторопно плетётся сзади и думает о своём.

♡

      — Так а что теперь... между нами? То есть... как это назвать? Ну, что это было? — неловко тараторит Сынмин уже на полпути к корпусу, где расположен танцевальный зал.       — Ну, я бы назвал это взаимопомощью, — хмыкает Минхо.       Ким задумчиво мычит, сглатывая вязкую слюну, что копится во рту.       —А разве не так? — Ли бросает на него нечитаемый взгляд с подозрительным прищуром.       — Так, — кивает Сынмин.       Минхо больше ничего не говорит, да и младший не решается снова открыть рот.       Ведь и правда речь шла изначально лишь о помощи, так что... не о чем и спорить.

♡

      Минхо ведёт себя как обычно. Не смотрит с хитрым прищуром, не улыбается коварно, не шутит и не подкалывает. Словно ничего и не было. А с другой стороны, что такого было? Ну подумаешь поцеловались и подрочили друг другу. Ничего критичного. Наверное, от безысходности любой бы настоящий друг помог. Вот и Минхо помог. Просто помощь и ничего больше.       Сынмин старается не мечтать и не романтизировать, а после искренне приятно удивляется, когда Минхо уводит его в темную маленькую каморку метр на два и зажимает у стены, крепко целуя в губы, но быстро отстраняется. Он ничего не говорит и не объясняет. Смотрит с немым вопросом в глазах, и Сынмин свои прикрывает, возобновляя поцелуй.       Держать чужой член в руке уже не кажется таким странным — даже довольно приятно. А губы Минхо на своих собственных ощущаются так правильно, что целовать бы их и целовать.       В следующий раз, когда Минхо уводит его от посторонних глаз, Сынмин опускается на колени. Он действительно мучил себя фантазиями об этом долгое время, чтобы не попробовать. Что он, собственно, теряет? Подумаешь, отсосёт другу.       — Знаешь, это уже что-то не о взаимопомощи, — шепчет Минхо, поглаживая Сынмина по щеке, и смотрит вниз немного неоднозначно.       — Так я и не прошу возмездия, — хмыкает Сынмин, расстёгивая джинсы Минхо. — Просто хочу это сделать.       Минхо закусывает губу и улыбается так странно, что хочется сжаться до размера атома, но Сынмин старается не брать в голову — берёт в рот и обводит языком головку на пробу. Он старается не медлить, потому что у них всего пятнадцать минут. Опускается до середины и принимается усердно сосать, втягивая щёки. Минхо запрокидывает голову назад, впутывая пальцы в волосы Сынмина, и рвано дышит через раз.       Сынмин точно не знает, как правильно, посему делает наугад, представляя, как ему было бы приятно. Доводит Ли до дрожи в коленях за считаные минуты и гордится собой, когда тот кончает. Он успевает вынуть член изо рта, отвернуться и подставить руку, но немного спермы попадает на лицо и губы. Ким морщит нос, облизывая их, и стирает тыльной стороной ладони теплые капельки с щёк, доводя себя второй рукой до звёзд перед глазами.       Немного гложет мысль, что он кончает стоя на коленях, пока чужой член упирается ему в лицо, но она и помогает удовлетворить себя за пару касаний.       Сынмин поднимается на ноги, и Минхо притягивает его к себе, чтобы поцеловать, но Ким отворачивается.       — Не надо, — шипит, когда Ли ловит пальцами его подбородок.       — Почему? — кажется, искренне не понимает Минхо.       — Ты уже забыл, где был мой рот? — суетливо произносит Сынмин, опуская глаза.       — Такой глупый, — качает головой Минхо и всё же целует в покрасневшие губы.

♡

      Ничего не меняется. Их неоднозначные отношения продолжаются, но вот расставлять точки над ё никто не спешит.       Минхо всё так же относится к Сынмину, как и раньше. Может быть, он стал чуть заботливее и учтивее. Может быть, Сынмину кажется.       Однако Минхо и правда обходительный. Стал. Приносит кофе с утра, зовёт поужинать в кафе, платит за счёт, помогает со сложными связками танцев. Словно и обычное поведение хёна, а вроде и особенным хочется себя чувствовать, потому что к другим Ли так не относится. Или Сынмин не замечает. Он не уверен.

♡

      — Хён, — шепчет Сынмин, лежа на плече Минхо и обнимая его поперёк талии.       — Мм, — не шибко заинтересованно отвечает Ли, не отрывая взгляда от телевизора.       Конечно, там идёт его любимое аниме, которое он позвал посмотреть с собой Сынмина.       И кто такой Сынмин, чтобы отвлекать его?       — Что ты хотел, Минни? — спустя паузу спрашивает Минхо, не дождавшись слов, и поворачивает голову вбок.       — Наверное, лучше позже спросить об этом, — лепечет младший, поджимая губы.       Минхо сужает глаза, быстро оглядывается по сторонам и, не находя никого на горизонте, целует его в кончик носа.       — Говори, — улыбается Ли, — я уже отвлёкся.       — Просто хотел узнать, а что между нами? И есть ли что-то? — Сынмин смотрит глазами-бусинками в глаза старшего, и чувствует, как у него ладошки потеют, а сердце начинает биться чаще.       — Дружба с привилегиями? — скорее спрашивает, чем уточняет, Минхо, отвечая незамедлительно, словно всю жизнь ждал этого вопроса.       — А, мм... Хорошо, я понял, спасибо, что ответил, — растерянно щебечет Ким.       — А ты хочешь чего-то другого?       — Ну... нет? Не знаю.       — А если без лукавства? — Минхо роняет голову набок и всем видом показывает, что внимательно слушает.       — Мне просто всегда казалось, что то, что мы делаем, обычно делают парочки. Знаешь, люди в отношениях и всё такое.       — Хочешь со мной встречаться? — легко спрашивает Минхо, а у младшего щёки воспламеняются.       Сынмин распахивает глаза и уводит взгляд, отворачиваясь, но Ли кладёт руку ему на шею и притягивает обратно, заставляя снова на себя посмотреть.       — Ответь, — его голос словно сталь, а тон буквально приказной, и Киму плохо от этого всего.       — Да? — на грани слышимости и с очевидной неуверенностью отвечает Сынмин так, словно спрашивает, причём самого себя.       — Тогда давай встречаться, — улыбается Минхо.       — Так просто? — удивляется Сынмин.       — А что здесь сложного? Ты нравишься мне, а я тебе, так почему нет? — рассуждает Ли.       — А как же... контракт? Мы же подписывались, что...       — Так мы никому и не скажем, — пожимает плечами Минхо. — Или ты хочешь кричать во всеуслышание? Ну, нет, я бы тоже, конечно, не против похвастаться тобой, но смогу жить с тем, что никто не узнает. А ты? Сможешь?       У Сынмина глаза, как блюдца, он смотрит ими на Минхо и хлопает ресницами, пребывая в явном ошеломлении. Он кивает неуверенно, и Ли целует его в уголок губ, быстро отстраняясь, потому что в общую комнату в любой момент может кто-то зайти.       Минхо смотрит ласково-ласково и переключает взгляд на экран телевизора, где всё ещё идёт его любимое аниме. Сынмину явно странно, что они так легко поговорили и так просто всё выяснили, ведь мучил себя досаждающими мыслями слишком долго. Расставлял всё по полочкам, думал, как лучше сказать, а оказалось... совсем несложно?       Сынмин завидует той простоте, с которой Минхо относится ко всему вокруг. Это умиляет. Он смотрит ещё мгновение на профиль старшего и прикладывается щекой к его плечу, ложась удобнее.       Сынмин не уверен, но, кажется, он никогда не чувствовал себя так хорошо, как в этот момент; возможно именно сейчас он ощущает себя абсолютно счастливым. Счастливым рядом с Минхо, который беззаботно смотрит в экран и обнимает за плечи. Сынмин морщит нос в улыбке и зарывается носом в изгиб его шеи, а тот лишь крепче прижимает к себе.