Часть 12
26 ноября 2023 г., 10:53
Ольга молча смотрела на Жана. Графине Воронцовой нездоровилось, а ее бывший муж был врачом. Но, как ни странно, Дешам старательно не обращал внимания на приступы слабости, которые уже и Ольгу Анваровну заставили задуматься о причинах ее недомогания.
В данный момент, уложив ноги на дедов диван, Ольга наслаждалась покоем. Дешам сидел на стуле и демонстративно рассуждал о причинах, толкнувших Никиту Шумилина на убийства. Лично Ольге было ясно, что без Женька не обошлось. Юный вампир был не большого ума. Наследил в Вешках, оставил друзей Серёжи умирать от кровопотери и переохлаждения и сбежал. И кто знает, выжил бы Барановский, если бы его не разбудили те, кто пришли после Дятлова?..
Ольга хмыкнула. Получается, что Никита спас Барановского, хотя и собирался его убить. Но главное не намерение, а результат. Какая разница, зачем вообще Никита пришел в лес и решил слить кровь? Мало ли сумасшедших на белом свете?
Да вот взять хотя бы Жана. Жил себе француз, и вдруг стал вампиром. Так нет бы сидеть в своей берлоге с душным дедом, да срезать мозоли старухам. Полез в высшее общество. Заморочил голову несчастной вдове. А она, раздавленная горем от потери любимого мужа, упала в объятия доктора. Воспользовался ее бедственным положением, подлец!
Получил доступ к телу как врач, а потом соблазнил юную неопытную вдову, графиню Оленьку Воронцову.
Мерзкий упырь… Безжалостный монстр! Козлиная морда!!!
Ольга давно уже могла бы покоиться с миром. Осталась бы в памяти потомков блистательной красавицей-графиней. И не была бы вынуждена следующие сто лет выслушивать бред выжившего из ума древнего вампира, в окружении опостылевших родственников.
— Я понимаю, что никто особо не переживал, но всё-таки, — торжествовал Святослав Вернидубович.
В комнату дед вошёл вместе с Дятловым. Даже Ольга испытала прилив облегчения, от возвращения новенького в их компанию. Всё ж хоть какая свежая кровь.
— О, вернулся! Блудяшка! — оживился Жан.
— Надеюсь, тебя никто не видел? — строго спросила Аня.
— Сто пудов, — заверил Остроумову Женёк.
— В Вешках ты тоже самое говорил, — словно старая бабка, не унималась Анна Петровна.
Так ведь она бабка и есть. Старушка дряхлая, как мебель в этой квартире. Ей ведь уже за девяносто, кошелке старой.
— Ты как сбежал, малыш? — дружелюбно оскалилась на Женька Ольга. — Башковитостью ты никогда не отличался.
— И я рад вас видеть, Ольга Анваровна.
Кривич повел Дятлова на кухню.
Как же не хотелось вставать с дивана! Ольге было лень сделать даже шаг. Но вся семья потекла из гостиной в кухню. Жан галантно предложил Ольге опереться на его руку и помог подняться на ноги.
Надо было бы утянуть его за собой и упасть вместе обратно на диван, что б пружины заскрипели! Пусть расспрашивают этого мальчишку, а у нас есть свои взрослые дела. Заодно и поставишь мне диагноз, мой милый добрый доктор. Или добрый ты только для людей? А для страшной и ужасной Ольги Анваровны ты, как обычно, и пальцем не пошевелишь?..
Как ты всегда любил говорить? Il y a des remèdes contre la maladie, il n'y en a point contre la destinée. Точно, ты послан мне судьбой в наказание.
С кухни доносились голоса Кривича и Дятлова.
— Идём, идём. Садись, садись. Голодный, небось? — ворковал над своим обращённым Кривич.
— Я не…
Женёк явно хотел сказать что-то важное, но ему не давали этого делать, удушая заботой и бурно радуясь его возвращению.
Чему радуетесь? Ещё неизвестно, что теперь на уме у этого мальчишки. Сбежать с собственной казни — то ещё «приключение». И где только его Святослав Вернидубович нашел такого? Дед голову его на плаху положил, а он, дурачок, радуется.
— Сейчас, сейчас. А Жан только свеженькой принес, — не замолкал Кривич.
— Деда, спасибо большое, я сыт, — наотрез отказался Женёк.
Вот и правильно. Я бы тоже не стала ничего из его рук брать. Опоят, и глазом не моргнут.
— Сыт? Нам начинать волноваться? — коршуном налетела Остроумова.
— Нет, людей я не трогал, но переживать стоит, — ответил Женёк.
Графиня Воронцова всё-таки решила выйти на кухню, но садиться не стала. Сама кухонька, под стать всему нечистому собранию, была довольно убогой. Стулья того и гляди развалятся. Не зря Кривич всегда в своей качалке сидит. Голова снова закружилась, и Ольга остановилась около холодильника и оперлась на него локтем.
— Дед Слава, а вам знаком вампир по имени Клим?
У Кривича аж пакет с кровью из рук выпал.
— Кто это? В твоём талмуде о нем ничего не было, — пробормотал Жан.
— Ну не вписал, вот и не было, — буркнул дед.
Дед поднял кровь и стал переливать ее в стакан.
Ха-ха-ха! Что у тебя с лицом, милый маркиз? Когда-нибудь и нас с тобой с такой же лёгкостью вычеркнут из этой летописи.
— Я ж думал, он мертвый, — пожал плечами дед.
— Ну, короче, он вполне себе живой и по закону жить не собирается, — объявил Дятлов.
Боже мой! Он и правда полный дебил, этот Эжен. Да никто из нас не хочет жить по этому закону! И не живёт! Просто не надо попадаться.
— Чуден, право, белый свет, — выдавил из себя Кривич.
Клим… Надо запомнить. А он точно не такая размазня, как доктор Дешам. Первый раз вижу Святослава Вернидубовича таким растерянным. Что же между ними произошло? А главное, как этому замечательному Климу удалось насолить деду и уцелеть?
— Ты знаешь, где он? — взяла след Остроумова.
Ату, ату его! Аннушка будет радостно хвостом вилять, когда притащит за шкирку этого Клима на расправу Кривичу. Какие же вы все предсказуемые.
— Естественно, — засуетился Дятлов, — Сейчас на карте покажу. Тут.
Дурачок. А вот Клим поумнее будет. Если дед помнит его со времени, когда даже Жана ещё не было, то ему может и триста лет быть. Матёрый вампир.
— Едем, — буднично приняла решение Анна.
Ну уж это дудки! Едем куда? На встречу с сильным упырем, который самого Кривича обвел вокруг пальца. Вон, как дед притих. Видно же, что не хочет на рожон лезть. А мы что, добровольно в расход пойдем? Я точно не Эжен и на плаху за ручку с Кривичем не пойду, и не уговаривайте.
— Вы думаете, он там сидит и прям нас ждёт, да? — воззвала Ольга Анваровна к логике, выступая в качестве «голоса разума».
— Я уже все придумал. Короче, я возвращаюсь к нему. Если он дома — даю вам знак, — уверенно и напористо заговорил Дятлов.
Боже, как все просто в двадцать лет. Хотя это же он едва не убил моего Серёжу. Будет урок недотыкомке этому. Упырь молочный, во что ты ввязался? Судя по всему, Клим тебя пальцем раздавить может.
— А ну, сядь! Сядь, я сказал! Возвращаюсь! Никуда ты не возвращаешься! — окрикнул Женька Кривич.
А Святослав Вернидубович в кои веки разделяет мое мнение. И, судя по испуганной физиономии старого упыря, волнует его Клим не на шутку.
— Хватит! — вздернулся Дятлов.
— Тебе что, жить надоело? — удивлённо спросил дед.
— Хватит меня считать за какого-то полудурка! — с упорством ребенка, остановившегося в отделе конфет, продолжал скандалить Женёк. — Дайте доказать, что я чего-то стою. Клим мне доверяет. Я для него тоже жертва закона. Плюс ко всему, я талантливо отыграл, что хочу деда Славу убить. Момент!
Женёк выбежал из кухни, мимо стоящей неподвижно, как статуя, Ольги Анваровны.
Клим… Где же ты был все это время? Как смог вырваться от этого старого упыря? И почему Жан ничего о тебе не знает! Какой всё-таки бесполезный у меня муж. А ведь мы могли найти Клима первыми. И тогда… О, посмотрела бы я на Бредихиных, когда мы пришли бы с головой Кривича в руках. Впрочем, может ещё и посмотрю…
— Вот так вот. Вы ж все: «придурок». А я сразу понял: толковый парнишка. Толковый! — обратился к застывшей в недоумении семье Кривич.
— И как давно у вас открылся дар ясновидения? — огрызнулась Ольга Анваровна, теряя остатки терпения.
Ты же понимаешь, что его убить могут? Неужели не дрогнет ничего? Женёк не невинный агнец, но все-таки в нем ваша кровь, Святослав Вернидубович. Или это такое наказание в назидание остальным?
— Давно, — заворчал дед, — Я вот, тебя когда в первый раз увидел, сразу понял: не баба, а заноза в жопе — и не ошибся.
Еще бы не понять, Кривич! Лебезить перед вами не буду. И дурой никогда не была. Да, такие дети в вашей семье всегда ходят в постылых. Не пойму только, что же Женёчка своего не бережете? Ведь любит вас, верит, и умом не отличается, — весь набор лучших семейных качеств.
Жан усмехнулся в ответ на слова Кривича про графиню. Но это уже давно перестало ранить Ольгу. Хотя и приятного было мало, чего уж тут скрывать.
— Видите? — снова пробежал мимо Ольги Дятлов, — он сейчас вот здесь. Я беру его с собой, — сказал Женек, сжимая в руке трекер, — И если Клим на месте, я включаю gps-трекер, и вы приезжаете.
— Похоже на план, — загадочно улыбаясь, произнес Жан.
Похоже, тебе изрядно надоел этот юноша, милый мой маркиз. Ждёшь-не дождешься, чтобы жилплощадь освободилась, и вы снова остались с Остроумовой вдвоем? Какие же вы все лицемеры.
— Так, а кто придумал? — одобрил дед, довольно улыбаясь.
Допив кровь, семья вернулась в гостиную. Жан быстро вымыл бокалы и поставил их на место. Ольга села в кресло, понимая, что эту ночь придется провести в кругу ненавистной семьи.
А ведь она могла бы сидеть у камина в своей гостиной или лежать в кровати рядом с молодым, живым любовником! И это было бы несравненно лучше, чем тухнуть среди таких же упырей, как и она сама.
Ольга никогда бы не пришла сюда, если бы Сережа был рядом. Но, увы, Барановский остался в больничной палате, а у Жана хотя бы можно было рассчитывать на очередную порцию консервов. Честно говоря, на охоту последнее время сил не было. Поэтому графиня Воронцова с удовольствием поужинала и теперь наблюдала за нехитрым семейным бытом Кривичей.
