Часть 16
14 декабря 2023 г., 13:33
В больничном дворе было пусто. Кажется им это удалось! Сережа уселся на переднем сидении, и Ольга уже хотела занять место водителя. Но внимание вампирессы привлек мужчина, который тащил знакомого ей капитана Жалинского.
Он что здесь делает? Аннушка решила задержать меня и доставить к своему любимому деду? Напрасный труд. Впрочем, ты оказала мне услугу. А вот и хранители! Всё-таки они устроили засаду. И первым в их сети угодил бравый капитан.
Значит, они действовали не вместе. Но после Ивана эти твари займутся нами!
— Сережа, я сейчас, — быстро произнесла Ольга Анваровна.
Ольга поспешила к черной машине, в которую уже затащили бесчувственного капитана.
Только бы хватило сил. Прикусить не выйдет, но хотя бы руки не дрожат, надо всего лишь отбросить этого мужика подальше.
Отделавшись от хранителя, графиня поспешила к Жалинскому.
Только бы не опоздать. Потом ещё придётся доказывать, что это не я проломила ему череп.
— Вы пользуетесь спросом, товарищ капитан, — сказала Ольга, похлопав Ивана по щеке.
Аннушка и Жан уже бежали на помощь. Заметили наконец!
— Ну, ты как? — спросила Остроумова, наклоняясь к Ивану.
— Нормально… — пробормотал Жалинский, приходя в себя.
— Ни фига не нормально! — возмущённо заявила Остроумова, — Теперь ты понимаешь, насколько все это серьезно?
Что-то не слышу радости в твоём голосе. А не запланировала ли ты все специально, чтобы остаться вдвоем с Жаном? Откупились Женьком, потом сдали капитана. Сам виноват. Его же предупредили, что тайна вампиров очень опасна для людей. Надо было послушать старика и уехать в Москву.
— Спасибо, — недовольно произнесла Аннушка, глядя на Ольгу.
— Совет да любовь! — ответила графиня.
А вообще, хорошо вы с Жаном устроились. Женёк сразу был головной болью, капитан слишком много знал. И меня проводили. Только зачем такие сложности? Я бы и сама с радостью уехала отсюда. Давно бы уже уехала. Если бы Жан не был таким трусом и сразу сказал, что я мешаю ему жить с Аннушкой. Старый ханжа и пошляк.
Ольга уже хотела уйти, но Жан окликнул ее, возясь с хранителем.
— Ольга, где мое лекарство? — потребовал Дешам.
— Это теперь мое лекарство, — напомнила Ольга Анваровна.
Почему у хранителя на лице кровь? Я ведь всего лишь слегка отбросила его в сторону. У меня и сил что-то в последнее время нет.
— Быстрее! — нетерпеливо крикнул Жан.
Такого Дешама Ольга прекрасно знала. Иногда ей приходилось видеть мужа во время его работы. Операция не оставляла времени для формул вежливости. Отрывистые чёткие фразы, приказания, которые должны исполняться мгновенно. Каждая секунда промедления могла стоить человеку жизни. Но сегодня же никто не умрёт?.. Этого ещё только не хватало!
Графиня Воронцова поспешила вернуться в машину за своей сумкой.
— Оля, это что сейчас было? — спросил Сергей.
А вот тебе не надо сюда вмешиваться. Это для взрослых дядей и тетей. А малышам, которые и полвека не прожили, тут делать нечего.
— Успокойся, хороший мой. Это кино снимают, комедию. Не бойся, хорошо будет всё.
Возвращаясь к Жану, Ольга торопилась изо всех сил. И кажется успела. Ампула должна была спасти ее от больших бед.
— Это вообще сюр какой-то. Вампиры реанимируют человека, — проговорил Иван, пока Жан делал спасительный укол.
— Отнесем его в больницу? — спросила Аннушка у Жана.
На лице у доктора Дешама промелькнуло знакомое выражение.
Нет, нет, нет, нет! Только не это… Жан, ты ведь должен был его спасти.
— Увы, боюсь в этом больше нет необходимости, — сухо констатировал смерть пострадавшего Жан.
— Почему оно не сработало? — пришла в ужас Ольга Анваровна, понимая, что подписала себе смертный приговор.
Ты что, дал мне фальшивку?
— Я не понимаю, — пожал плечами Дешам, — Все компоненты были идентичны этому кристаллу. И потом, кровь…
Давненько я хранителей не убивала. Вот теперь точно надо уносить ноги. Тут уже и Кривич вызверится. Он же с этих убогих пылинки сдувает. Решит ещё, что я против его власти взбунтовалась. А я просто хочу спокойно жить. С Серёжей.
— Черт! Я на тебя надеялась.
Прощай, Жан-Клод. Твои неудачи перешли на меня. Лучше я уеду в компании со счастливчиком Барановским.
***
Ольга Анваровна очнулась на холодном полу. Открывая глаза, Ольга поморщилась. Руки были закованы в железные кандалы. Кажется, её посадили в клетку, как дикого зверя. Зашипев, графиня Воронцова показала свои острые клыки. Вот когда не надо, вампирские способности вернулись. И тошнота отступила. Зато и крови захотелось просто невыносимо. Рядом в соседней клетке сидел Жан. Ольга смотрела на его сгорбившуюся фигуру в знакомом пальто, купленным им ещё во Франции, в далёкие 90-е, когда открылись границы. Дешам пылинки с него сдувал и потом пытался найти такое или хотя бы похожее в Смоленске, заказать в интернет-магазинах, но так и не нашёл. Падок Жан на тряпки. Последнее, что помнила Ольга, было купе поезда. Они уже готовились к отправлению в Петербург, оставалось подождать несколько часов и никакие смоленские хранители не смогли бы до них добраться. Они… А где же Сергей? Где ее человечек? Он был так слаб. Что они сделали с ним?! Да все, что угодно. Вернули в больницу, заперли в специальном учреждении. Озираясь по сторонам, графиня поняла, что кроме нее в клетках сидят и остальные члены семьи, включая деда Славу. А вот это уже интересно. Неужели Кривичу не удалось выкупить свою жизнь? И зачем тогда он привел всех к хранителям? Разве роль Святослава Вернидубовича не заключается в том, чтобы стоять вместе с этой людвой и смотреть, как его детям рубят головы? Как же им удалось поймать всех? Значит и Кривича тоже электрошокером вырубили? Я это запомню. Не так уж он и неуязвим. Ну ничего, ничего. Рано ещё впадать в отчаяние. Только откройте решетку. Хотя мне и эти прутья не помеха. Просто подойдите ближе и посмотрите в мои глаза. Я заставлю вас вырвать друг у друга глотки! А ты, Жан, даже не представляешь, как я отомщу тебе за это. А вот Кривича я, пожалуй, спасать не буду. И эту Остроумову. Хватит, набегалась, комиссарша. Ольга застонала. Очень хотелось пить. Но даже кружки с водой для пленников никто оставить не догадался. — Думаю, обойдёмся без этих архаичных церемоний, — проскрипела Ирина Витальевна. — Всем все понятно. Убийство хранителя, попытка скрыться. Так что по закону… На Ольгу повеяло запашком больной крови и лекарства из капельницы. Бредихина с трудом стояла на ногах, поддерживая жизнь в своём теле какой-то химией, стремящейся по её вене. Ах ты, жаба старая. Жан говорил, что она умирает. Но нет, ради такого нашла в себе силы. Еле ходит, но все равно приползла. — Пела ворона соловьиные песни. По какому закону? Наплевали вы на этот закон с высокой колокольни, — проворчал Кривич. Хм… Совершенно справедливо. Ваш закон глупость несусветная. Никто его никогда не соблюдал. Только причем тут я? Вот и казнили бы этого старого упыря. Он с вами подписал договор, ему и расплачиваться. А ваш хранитель знал, на что шел. Профессиональный риск. А если бы это он Жалинскому голову разбил, когда в багажник волок? Тоже казнили бы? Или для людей законы другие? — Все сказал? — огрызнулась Бредихина. — Не всё. Дети мои, повиниться перед вами хочу. И слушать не буду старого маразматика. Ненавижу вас всех!!! Допрыгался старый хрыч. Теперь нас всех убьют из-за тебя. И никто не придет на помощь. Нас же в Смоленске нет. Хранители постарались превратить нас в невидимок. Да, ты пожил в свое удовольствие. Тысяча лет! Я бы хотела дожить хотя бы до двухсот, как маркиз. А Остроумова даже свою жизнь не дожила. Но, конечно, ты теперь будешь читать сопливые проповеди, что все в равных условиях. Расскажи это Женьку! Он за свою вампирскую жизнь ничего хорошего так и не увидел. Даже крови вдосталь напиться не успел. — Давайте меня первого, — подумав, попросил Кривич. Ну хоть какое-то утешение. А там может и нас выпустят. Хотя вряд ли. Знают же, что после такого в живых я их не оставлю. — Подождите! Давай его последним, — в помещение вошёл какой-то мужчина. Незнакомец снял капюшон. А он ничего, не такой старый, как дед. Но все равно намного старше и меня, и Жана. — Двести лет назад из-за него я свою любимую женщину потерял. Ольга Анваровна вслушивалась в то, что говорил Кривич и неизвестный. Ничего невероятного. Кажется деда настигло возмездие. И если бы графиня Воронцова сама не сидела бы в клетке, она могла бы даже обрадоваться. Клим, значит? Да, начните убивать с деда. А нас отпустите. Людву надо держать в строгости. Когда ты узнаешь, какими способностями я обладаю, ты не захочешь меня казнить, милый Клим. — А теперь я хочу, чтобы он смотрел, как его вымески будут свои бошки ронять. Charmant. Здесь настоящий сhevalier sans crainte ni reproche. И кстати, я не обращённая Кривича. Меня Жан-Клод обратил. Так что надо присмотреться к новому родственничку. А этот Клим имеет потенциал. И характер волевой. К тому же, возраст. Интересно, какой он, когда обращается… — Мы в ответе за тех, кого обратили, — продолжал бубнить дед. — Да подавись ты, своими мудромыслиями! — злобно осадил Святослава Вернидубовича вампир. Браво, Клим! Наконец-то ты заткнул старику рот. И, судя по всему, тебе не меньше трех сотен лет, а то и все четыреста. Жутковато немного, кто знает, что у таких Древних в голове. Но ничего, справлюсь. Лишь бы живой остаться. –… и когда тебя, Клим, чума скосила, я тебя и обратил, — произнес дед, — Последний из рода Кривичей. Родственник Святослава Вернидубовича? А это яблочко упало далеко от яблони. — Так я твоя кровь? — удивился Клим, — Что же нам делать с тобой, дедуля? Давай обнимемся и заживём счастливой семьёй, а? Ещё чего не хватало. И Клим его будет дедулей называть? За что мне все это? Только блеснул лучик надежды на лучшую жизнь. Нет, всë правильно. Я бы тоже послала этого деда подальше. Поскорее бы все это закончилось. Я сейчас умру от жажды. Заканчивайте уже болтовню. Казните детей Кривича и самого старика. А я сама по себе. И насколько я смогла уловить из разговора, Клим имеет весьма нежное сердце. Ну что же, никого лучше меня на роль первой леди не найти. Что эта жаба, Бредихина, опять заквакала? Помирать собралась с чистым сердцем? Это было бы замечательно, если бы и ее казнили заодно с остальными. — Возьмите убийцу! — собрав последние силы, отдала приказ Бредихина. Что? Она передумала? Но Клим хорош. Вот это я понимаю, сверхспособность. Не то, что чтение по крови. Ой, Ванечка? А ты откуда взялся? Вот совсем тебе здесь не место. Тут большие дяди дерутся. Сейчас Клим этих малохольных по стенкам размажет и все закончится. Уходи, лучше, пока цел. Или ты пришел Аннушку спасать? Напрасный труд. Этого вурдалака тебе не одолеть. — Не трожь людей, Клим, — отвлек дед Клима от поверженного Жалинского, — Что они тебе? Ты же меня убить хотел! Да, поскорее, Клим. Сначала убей Кривича. А там разберемся, кого казнить, кого миловать. Клим взял топор, но Бредихина бросилась на него и вытолкнула в окно. Дьявол! И откуда силы взялись? Не ожидала от вас такого, Ирина Витальевна. Как жалко. А свобода была так близка. Ваня встал на ноги и выглянул в окно. — Все вниз! — скомандовал Жалинский, и хранители поспешили во двор. — Не упусти его, Ваня! Не упусти! — закричал Кривич. — Дави его! Дави! — орал, высунувшись в окно, Жалинский. Интересно, кому это он кричит? Но раз хранителей здесь больше нет, пора бы выбираться на свободу. Клим наверняка живехонек. Всего-то из окна упал. — Да откройте вы клетку, дьявол вас раздери! — прокричала графиня. Жан наконец-то разломал железные прутья. Ольга давно бы сломала свою решётку, не будь её руки стянуты наручниками. — Ты как? — прошептал Жан, помогая Ольге подняться. — Помоги мне снять кандалы, идиот! Жан подошёл к хранителям и вернулся с ключом. Ольга смотрела, как Иван открывает клетку Аннушки. Неужели всё позади? А им ещё повезло, что они остались живы. Жан и Аннушка прилипли к клетке Кривича. Дедуля нажал плечом посильнее и дверца со скрипом отвалилась. — Осторожнее, сынок, — напутствовал Ивана дед. — Секиру берите, — прохрипела Ирина Витальевна. Хранители вместе с Иваном вышли во двор. На верную смерть. Графиня оглянулась на Аннушку. Девчонка прижалась к дедуле. Надо же быть такой наивной. Лучше с мужиком бы своим попрощалась. Ольга подошла к разбитому окну, из которого доносились звуки выстрелов. Вместе с остальными смоленскими вампирами графиня стала жадно наблюдать за тем, что происходит на улице. На снегу лежал Клим, превратившийся в живой факел. Ну что же, кажется, в этот раз Кривичу снова улыбнулась удача. Ольга слушала, как Бредихина зачитывает приговор. Мороз по коже. А ведь так и Женька казнили. Иван занёс секиру и отрубил Климу голову. Ольга почувствовала, как Жан сжал её плечо. Да уж, зрелище не из приятных. Но теперь точно всё закончилось. А этот трясущийся от слез человек, обнимающий Ирину Витальевну, наш новый хранитель? Это же ее сын, Костик. Жалкое зрелище. Графиня Воронцова вздрогнула. Круг замкнулся. Новый хранитель заступил на свою должность. Для них ничего не изменится. А теперь прочь отсюда! Поскорее на свежий воздух! Ольга отстала от общей компании, остро чувствуя своё одиночество. Дешам первым делом к деду бросился. Собачья преданность, воистину. Добравшись до Ивана, Жан стиснул его в объятьях. Задушить хочешь? А ведь Аннушку он у тебя теперь точно увел. Кривича обнял своих деток и принятого в семью Жалинского, сплетая всех в тесный змеиный клубок. Наверно долго ждать не придется, скоро Иван станет одним из нас. Очередным василиском с раздвоенным языком. Надо бы присмотреться к нему получше. Жизнь у нас длинная. Может и отомщу Аннушке за Жана. Клима убили, но Ивана не стоит сбрасывать со счетов. — Ну что... Это было… эпично. Спасибо, — поблагодарила Жалинского Ольга. Я же тебе нравлюсь, да? Ты любишь блондинок. А твоя Аннушка мне и в подмётки не годится. Надо пригласить тебя как-нибудь поужинать в мой особняк. — Спасибо вашему Сергею, — ответил Иван. Он жив? Вот это новости! Барановский, а ты умеешь удивлять. — Сережа? А где он? — удивилась Ольга. Рядом за спиной стоял Жан. Но Ольга, игнорируя доктора Дешама, смотрела только на Ивана. — А где-то был вон… там… Жалинский махнул рукой в сторону. Ольга увидела, как из темного угла выглянул смущённо улыбающийся Сережа. Ну надо же, действительно Сергей. Жан, ты смотришь? Хорошо, а теперь мой выход. Как учил Константин Сергеевич, актер должен не играть, а жить своей ролью. — Мой герой, — низким голосом произнесла графиня. Ладно, раз уж Сергей остался жив, значит заслуживает провести ещё один вечер в моих объятиях. И как же мне хочется свежей крови. Он же не умрет, если я сделаю пару глотков? Особняк встретил свою хозяйку тишиной. Ольга зажгла огонь в камине. Полено весело затрещало, отблески пламени заиграли на стенах гостиной. По дороге домой Ольга успела внушить Барановскому, что ничего не было. Он забыл даже о том, как Ольгу похитили в поезде. — Теперь, когда тебя выписали из больницы, будешь жить в моем доме. И никаких гаражей с пьяными рокерами. — Оля, я не могу без музыки, — упрямо заявил Барановский. — Ты хочешь стать рок звездой? Не самый худший вариант. Но сначала восстанови силы, а потом уже гастроли. Глядя, как Барановский ест заказанную пиццу, Ольга думала о завтрашнем дне. Теперь, когда им не грозит опасность, необходимости уезжать из города не было. К тому же февральский Петербург не лучшее место для прогулок. Можно дождаться лета, и вот тогда посетить Северную столицу. Телефон зазвонил и Ольга увидела на экране имя Жана. — Алло! — Оля, дед приглашает тебя завтра к нам. Надо помянуть Женька. Ты придёшь? — Ну если надо… И если дед так сильно настаивает. — Я буду ждать, — голос Жана звенел от напряжения, — Нам обязательно надо поговорить, это очень важно, и если у тебя не получится прийти, то я сам приеду. Ольгу не удивил такой напор. Она не собиралась бежать к маркизу по первому звонку. Ясно как божий день, зачем он её зовёт. Всплеск адреналина вызывал у Дешама острое желание заняться сексом. Но не в этот раз. Ольга улыбнулась про себя. Аннушке повезло больше. Наверняка сейчас со своим Ваней кувыркается. И правильно делает. И потрахаться можно и закусить. — Нет-нет, Жан, завтра поговорим, — Ольга положила трубку. Поминки, так поминки. И раз место в семье освободилось, надо узнать, не согласится ли Кривич обратить вместе с Иваном ещё и Серёжу. Во всяком случае, такой шанс не стоит упускать.
