Тайны мертвого города

      Завтрак проходил в весьма унылой обстановке. Иннара что-то напряженно обдумывала и время от времени, забывшись, начинала вырисовывать затейливую кривую черенком вилки на столешнице. Бледная и осунувшаяся принцесса ковырялась в тарелке, больше размазывая по ней еду, чем отправляя в рот. Что же касается Антеса, он тихо мучился от головной боли и прилагал всевозможные усилия к тому, чтобы держать глаза открытыми.       Возвращение Ильдара несколько развеяло царящую в столовой минорную атмосферу. Судя по его спокойствию, с принцем не случилось ничего непоправимого, и Антес, вяло ответив на приветствие целителя, снова погрузился в свои мысли, даже не пытаясь вслушиваться в оживленный разговор магов. Иннара, наверное, рассказывала о приступе ее высочества, который он наблюдал своими глазами и вряд ли мог услышать что-то новое. Так что можно позволить себе помечтать о том, как они доберутся до Ардора, закроют контракт, и он сможет наконец расслабиться и как следует выспаться…       Перед отъездом Ильдар снова совершил какие-то манипуляции с его головой, после которых боль отступила, а вора потянуло в сон с утроенной силой. Благо экипаж у придворного мага-целителя оказался просторным и с удобными сидениями, и можно было спокойно спать всю дорогу до Ардора. Оказавшись в городе, они первым делом сняли комнаты в знакомом уже трактире, оставили там принцессу и вдвоем двинулись в дом Гильдии. На их счастье, господин Ульф оказался у себя и ждать им пришлось всего полчаса, пока он не закончит встречу с новыми клиентами. За это время Антес выпил две чашки кофе и, если не проснулся окончательно, то по крайней мере немного взбодрился.       Оказалось, что Иннара написала в Гильдию о ранении Дженса еще неделю назад, так что встреча изрядно затянулась. Господин Ульф сперва пожелал выслушать все детали контракта, – о помощи принцессы они еще накануне договорились молчать, по ее же просьбе, – а потом попросил написать подробный отчет об их пребывании в Элевсине.       – Я давно собирался внести предложение отказываться от подобных заданий, – заявил он, хмуря седые брови. – В последние годы мы чаще обычного посылали отряды в Элевсин, и со всеми происходили какие-то досадные неприятности. Правда, насколько мне известно, вы единственные подверглись прямому нападению в городе. В любом случае, я не вижу смысла дальше рисковать нашими людьми. Возможно, нам удастся уговорить его величество Ролана Третьего провести глобальную зачистку, но до того светлого момента, я считаю, мы должны просто отказывать контрактам, которые приводят наших воинов в Элевсин. Ваш отчет послужит мне хорошим подспорьем в предстоящем совете. Буду благодарен, если сможете написать его как можно раньше.       – Да чего дело откладывать, сегодня же и напишем, – рассудительно заметила Иннара. – Сразу после того, как мы разберемся с бумагами и закроем контракт.       – Тогда не будем затягивать, – кивнул господин Ульф, перелистывая толстую папку в поисках нужного документа. – Давайте заказ и ваши контракты, я подпишу.       Процедура закрытия контракта была отработанной и много времени не заняла. Брошь и конверт с заключением оценщика перекочевали в массивный сейф, в обмен на три векселя. Гильдия уже много лет как отказалась от выдачи гонорара наличными, и, за исключением особых случаев, это всех устраивало.       – Мне нужно поговорить с вами, господин Ульф, – сказал Антес, пряча вексель во внутренний карман куртки. – Вы сможете уделить мне еще немного времени?       – Да, конечно. Иннара, был рад с тобой сотрудничать.       – Взаимно, – улыбнулась волшебница, вставая. – Ант, я попрошу у Фанни свободный кабинет, приходи туда, как закончишь. Всего доброго, господин Ульф.       После ее ухода Антес подробно рассказал о нападении бойцов клана и об их требованиях. В отличие от Сигвара, господин Ульф то и дело перебивал его доклад вопросами, порой совершенно неожиданными, заставляя припоминать мельчайшие подробности. К концу рассказа в окно уже заглядывало клонящееся к закату солнце, а в горле изрядно пересохло.       – Я напишу всем твоим напарникам по этому контракту, – сказал господин Ульф, когда вор иссяк. – Можешь не беспокоиться, мы с этим разберемся. И с нападением на тебя тоже. Если клану захотелось померяться силой с Гильдией, он это получит. И, гарантирую, они об этом еще пожалеют. Но пока идет расследование…       – …я буду сидеть тихо и не появляться в столице, – угрюмо докончил Антес.       – Рад, что ты это понимаешь. Ты хочешь рассказать мне что-то еще?       Антес покачал головой.       – Хорошо. Ты собираешься остаться в городе? Занести тебя в базу? Или же ты хочешь поискать работу в другом месте? Я бы рекомендовал тебе поехать на юг, ближе к эсбенской границе, в Сартор, например…       – Я домой хочу, господин Ульф, – без обиняков признался Антес. – Еще после прошлого контракта думал отпуск взять, но тогда не получилось, а сейчас самое то. То есть, я сначала проведаю Дженса, а потом уже домой.       – Тоже хорошее дело, – одобрил глава Гильдии. – Кто у тебя дома? Жена, дети?       – Сестры, братья и племянники.       – Точно, я и запамятовал, что ты из большой семьи. Никого из младших братьев-сестер в Храм не отдали по твоим стопам?       – Помилуйте, господин Ульф, вы же знаете расценки Храма. Я не аристократ, просто мои родители хорошо зарабатывали. Мое обучение они потянули, но отдать второго ребенка в Храм им уже было не по карману. А после того, как отец умер, об этом и вовсе не могло идти и речи. Разве что когда племянники подрастут…       Господин Ульф улыбнулся и откинулся на спинку своего кресла.       – Пока твои племянники подрастут и окончат обучение, боюсь, я уже уйду на заслуженный покой. Ладно, Антес, не буду тебя больше задерживать. Был рад с тобой сотрудничать. Кстати, имей в виду, что банк закрывается через двадцать минут, так что тебе стоит поторопиться, если ты хочешь вложить вексель сегодня.       – Спасибо, господин Ульф. Всего доброго.       Королевский банк был через дорогу, так что Антес успел как раз вовремя. После этого он вернулся в дом Гильдии и спросил у рыжей Фанни, здесь ли еще госпожа Иннара, втайне надеясь, что та уже дописала отчет и ушла. Увы, напарница ответственно подошла к заданию, и, когда он ввалился в восьмой кабинет, она все еще корпела над листом бумаги, исписанным мелким почерком.       – О, ты как раз вовремя, – приветливо улыбнулась она. – Я описала нашу с тобой встречу с теми парнями, а вот стычку с ними, когда ты был с принцессой, придется написать тебе. Или, – поспешно добавила она, правильно истолковав его выражение лица, – хотя бы проговори детали вслух, а я напишу.       Над отчетом они просидели еще почти полтора часа, и к концу работы живот вора урчал так громко, как будто век еды не видел. Господин Ульф и Фанни к этому времени уже ушли домой, так что они опустили запечатанный конверт во «внутренний» почтовый ящик, в котором члены Гильдии оставляли сообщения и просьбы, и покинули дом.       – Я посмотрю, как там Лорэйн, – сказала Иннара, когда они подошли к трактиру. – Заодно плащ возьму, а то прохладно уже.       – Пойти с тобой? – безнадежно предложил Антес, жадно втягивая ноздрями доносящиеся из общего зала аппетитные запахи.       – Да иди уже поешь, – рассмеялась волшебница. – А то того и гляди кого-нибудь покусаешь с голодухи. Тем более, что обед мы как-то умудрились пропустить, а те пряники, что были в кабинете, вряд ли тебя насытили…       – Я уже говорил, что я тебя обожаю?       – Кажется, это первый раз. Иди, мы скоро присоединимся.              ***              В трактире, где он полтора месяца назад отмечал с напарниками завершение предыдущего контракта, было людно и шумно. Антес приметил было свободный столик, но тут его внимание привлек здоровенный рыжий мужчина, лет сорока на вид. Прищурившись, он разглядел еще несколько знакомых лиц и решительно двинулся к ним.       – Чтоб мне провалиться, – провозгласил рыжий, едва вор приблизился к их столику. – Ант! Живой и невредимый!       – А что, были сомнения? – удивился Антес, озираясь в поисках свободного места. – Ты мне лучше скажи, Томаш, вы что, все полтора месяца здесь просидели?       – Ну куда уж нам, простым воителям! Не всем же быть востребованными искателями, вроде тебя, которые не успевают закрыть один контракт, как тут же получают другой! Хотя… может, дело в другом? Нам тут одна птичка напела, что на тот контракт наняли волшебницу, и что господин Ульф позволил ей самой выбрать себе напарников… Признавайся, ахи́, ты сделал ей глазками и она поплыла?       Мужчины за столом весело расхохотались.       – Да ну вас, – беззлобно отмахнулся вор, высмотрев, наконец, свободный стул и, едва опустившись на него, тут же потянулся к тарелке с мясной нарезкой. – Если вам так интересно, то она выбрала Дженса, они давно знакомы. А я с ней до этого вообще ни разу не виделся.       – Так уж и не виделся? – прищурился один из мужчин, молодой и худощавый, со шрамом на щеке. – А как же та южанка, которая тем вечером сидела с Дженсом? Разве это не была та самая волшебница? Ты еще ее тогда чуть не зашиб, а потом все уговаривал погулять под луной… Неужели она осталась равнодушна к твоим чарам?       Антес обреченно махнул рукой и, утащив у рыжего кружку с остатками эля, осушил ее в два глотка. Нет, он не злился на бывших напарников, просто был слишком голоден, чтобы упражняться в остроте языка.       – А вот это уже наглость, – возмутился Томаш. – Я, конечно, всегда знал, что у искателей особые понятия о чести, но воровать кружки средь бела дня, на глазах у всего честного народа!.. Ты что, ахи́, еще не ужинал?       – Нет. И обед пропустил. И вообще я умираю с голоду.       – Так бы сразу и сказал. А то я смотрю, ты даже не огрызаешься толком. Так неинтересно! Эй, красавица! Иди сюда и прими заказ у этого голодного. И еще эля принеси пару кувшинов, будь так добра.       – Спасибо, Томаш, – с чувством сказал Антес, – ты настоящий друг.       – Ну спасибо, заметил наконец. Ешь давай, ахи́, а потом уже расскажешь о своем контракте с волшебницей. А пока, чтоб тебе не было скучно, я поведаю тебе сказ о том, как мы с мужиками охраняли одну баронессу…              После хорошей порции жареного мяса с молодой картошкой и кружки темного эля жизнь снова стала казаться прекрасной. Горячая еда, веселая компания, симпатичные официантки, только и изыскивающие повод чтобы задержаться у их столика – что еще нужно простому парню для хорошего настроения? Жаль было рушить такую идиллию, но, увы, дело не требовало отлагательств.       – Томаш, Тео, мне нужно с вами поговорить, – сказал Антес, с сожалением отставив в сторону только что принесенную кружку. Разговор предстоял серьезный и ему хотелось сохранить ясность мышления. – Давайте выйдем на несколько минут. Мужики, без обид, мы скоро вернемся.       Мужики вразнобой заверили, что они все понимают и ничуть не обижаются. За это Антес и любил отдыхать с такими же, как и он, воинами Храма, которым не нужно объяснять о конфиденциальности, и которые действительно все понимают. Друзей детства пришлось долго и терпеливо приучать к тому, что он не всегда может поведать о своей работе, и не потому, что не доверяет, а потому что так надо. Что ни говори, а после того, как ты привык рассказывать лучшему другу все, без утайки, вынужденная молчаливость поначалу была тем еще испытанием…       Они вышли на крытую веранду, встали у перил недалеко от входа и Антес, на всякий случай понизив голос, в очередной раз поведал о своей встрече с бойцами клана, об их требовании вернуть украденное, и о советах Сигвара и господина Ульфа. Томаш и Тео выслушали молча, и если первому это известие явно не испортило настроения, то Тео нахмурился и поджал губы так, что шрам на щеке стал еще заметнее.       – Выходит, утечка пошла из Гильдии, – мрачно заключил он.       – Не факт, – возразил Томаш, сделав еще один глоток из предусмотрительно прихваченной с собой кружки. – Мы же не знаем, как далеко клан раскинул свои сети и откуда получили эту информацию. Да и не нашего ума это дело, господин Ульф же сказал, что Гильдия этим займется.       – А ведь именно ты работал с тем тайником, – произнес Тео, остро глянув на вора. – Я помню, Демир накануне умудрился неудачно потянуть запястье и остался в штабе. Как ты думаешь, они знали и это? Или просто ты по чистой случайности попался им первым?       – Откуда ж мне знать, – развел руками Антес. – Я с Демиром после закрытия контракта не пересекался, я вообще не знаю, где он и что с ним.       – Я слышал, он подался на север, в Ирон, – подал голос Томаш. – Пошел, наверное, через гэлморский портал, но он свалил очень быстро, буквально через несколько дней после того, как мы закрыли контракт. Скорее всего, на момент его появления в столице клан еще ничего о нас не знал.       – А как вы думаете… – начал было Тео и внезапно осекся, уставившись на что-то за спиной Антеса.       Проследив за его взглядом, вор увидел, как со ступеней крыльца сбежал молодой парень, один из тех, что сидел за столиком вместе со всей компанией воинов Храма. Он стремительно подскочил к спокойно шедшей по улице женщине и с радостной улыбкой что-то ей сказал. Женщина, поначалу попятившаяся от неожиданного визитера, улыбнулась ему в ответ, подала руку и позволила увлечь за собой в трактир. Они прошли совсем недалеко от скрывшихся в тени трех воинов Храма, но, увлеченные разговором, их не заметили.       – Ну надо же, – негромко произнес Тео, когда парочка скрылась за дверью. – Сто лет ее не видел…       – Ты ее знаешь? – поинтересовался Томаш.       – Да, конечно. Это Рэй, она из наших.       – Из наших, – медленно повторил Антес.       Тео неожиданно смутился, но быстро взял себя в руки.       – Ну да, она тоже воин Храма. Вернее, целительница. На один или два выпуска старше меня.       – Ты уверен?       – Да, конечно… Что за странные вопросы, ахи́, у тебя что, есть повод сомневаться?       – Просто я не видел у нее татуировки Храма…       – Для этого тебе сначала нужно было бы увидеть ее раздетой, – усмехнулся Томаш.       – Что ты имеешь в виду?       – Просто Тео назвал ее имя, и я вспомнил, что слышал об этой девушке от Шенера. Помимо прочего, он упомянул, что эта девушка – одна из немногих целителей, решивших спрятать свою татуировку в укромном месте. Но бессмертник у нее есть, он говорил, что видел его своими глазами.       – Надо полагать, он ее видел раздетой, – сквозь зубы процедил Антес.       – А тебе что, завидно? – хохотнул Томаш, беззлобно ткнув вора кулаком в плечо. – Ну так не хлопай ушами, а то Тайр явно настроен серьезно. Кстати, ахи́, а ты когда успел рассмотреть ее руки, чтобы заметить отсутствие цветочка? Тоже с ней работал?       – Можно и так сказать…       От дальнейших расспросов его избавило появление Иннары. Волшебница легко взбежала по крыльцу и безошибочно двинулась в их сторону.       – Добрый вечер, – бодро поздоровалась она. – А чего вы здесь прячетесь?       – Мы не прячемся, мы разговариваем, – широко улыбаясь пояснил Томаш. – А вы и есть та самая волшебница, да?       – Не уверена насчет «той самой», но я действительно волшебница, – улыбнулась она в ответ, задорно тряхнув разноцветными волосами. – Можно просто Иннара. А вы коллеги Антеса? Ладно, не буду вам мешать. Ант, как закончите, подойди на два слова, хорошо? Я буду внутри, умираю с голоду!       – Да мы, собственно, уже закончили, – заметил Тео, вопросительно посмотрев на бывшего напарника. – Или ты хочешь еще что-то сказать?       – Да не торопитесь, мальчики! Договорите спокойно, я никуда не спешу.       – А раз никуда не спешите, – тут же поймал волшебницу на слове Томаш, – то подсаживайтесь к нам. Ну, после того как посекретничаете с Антом, конечно. Компания у нас веселая, скучно не будет, обещаю.       – Я подумаю.       – Мы угощаем.       – Ну, против такого аргумента мне нечего возразить, – рассмеялась Иннара. – Все, я побежала, пока никого из вас не съела.       Мужчины проводили взглядом ее невысокую фигурку, а потом Томаш с завистью прицокнул языком.       – Везет же тебе с напарницами, ахи́! Но мне здесь искать нечего, да? Ты ее наверняка уже застолбил…       – Ты же сам видел, как она меня отшила, – равнодушно отозвался вор.       – Так когда это было! С тех пор вы столько времени проработали бок о бок, и она наверняка дала тебе второй шанс.       – Не говори глупостей, ахи́. Мы с Иннарой просто напарники. Если она тебе понравилась, можешь попытаться за ней поухаживать, я не возражаю.       – Ну-ну, – недоверчиво похмыкал Томаш. – То-то ты так посмурнел… Да ладно, я же просто шучу. Не буду я пытаться ее увести, слово воина Храма. Иди к ней, негоже заставлять такую женщину ждать. А потом, действительно, присоединяйтесь к нам. Мы сегодня, как и твоя напарница, никуда не спешим и будем рады вашей компании.       Антес кивнул, проводил взглядом обоих воителей, но вместо того, чтобы пойти за ними, облокотился на перила и невидяще уставился перед собой.       …Почему она ничего не сказала? Как так получилось, что за все… сколько там… почти три недели знакомства ее высочество ни разу не упомянула, что тоже училась в Храме? Она ведь совсем ненамного его старше, значит свой День Посвящения она прошла, когда он был на втором или третьем курсе. Ну да, целители всегда держались обособленно, не принимали участия в ритуальных боях, и в целом не привлекали к себе внимания; неудивительно, что он ее не запомнил и не узнал. Но ведь она же знала, кто он такой! И будь на ее месте любой иной, факт ее обучения в Храме всплыл бы при первой же беседе, они нашли бы кучу общих знакомых, – Тео наверняка не единственный, – и все могло бы сложиться совсем иначе. И не пришлось бы тратить столько усилий в попытках наладить с ней контакт и добиться, чтобы она перестала его бояться…       А боялась ли она?..       Он воспринимал ее отчужденность как должное, потому что именно так в его представление должна была вести себя выросшая в общине дикая, внезапно оказавшаяся среди людей. Но, если она провела семь лет в Храме, а потом работала по специальности в Альеноре, то ей не привыкать быть в окружении чужаков. Да и Дженс наверняка рассказал ей, что его напарники не расисты и не разделяют идей Ролана Первого. Но тогда почему? Почему она избегала их, – точнее, его и Иннару, – почему сводила их общение к минимуму и не задерживалась в их компании дольше необходимого? Неужели… неужели она опасалась, что он, Антес, ее узнает?.. Она понимала, что он был на ее Дне Посвящения, и что он может ее вспомнить, и поэтому старалась держаться от него подальше. Проклятье, а вот это уже обидно! Чем же он заслужил такое недоверие, что она не только не рассказала ему о своей учебе в Храме, но и прилагала всевозможные усилия, чтобы сохранить этот факт в тайне? Правда, она чуть не прокололась в тот раз, когда на них напали в катакомбах и она помогла ему отбиться… Она ведь понимала, не могла не понимать, что ее вмешательство вызовет вопросы. Оно и вызвало, только Антес на тот момент был слишком измотан, чтобы добиться ответа, и позволил ей увести разговор в сторону. Позже, возвращаясь мыслями к этой драке, он мысленно шутил, что ее высочество обладает боевыми навыками профессионального воина Храма. Кто бы мог подумать, что шутка окажется реальностью?! Все воины Храма в первую очередь были воинами и только потом специалистами в своей области, и целителей гоняли наравне с остальными. Так что нет ничего удивительного, что она так ловко управлялась с мечом. Тут можно разве что удивиться, что она была готова рискнуть своей тайной ради спасения его никчемной жизни…       …Но, если продолжить мысль, она с самого начала не хотела афишировать свое обучение в Храме, раз решила скрыть свою татуировку целителя. Ту самую татуировку, которую традиционно наносят в День Посвящения, которой гордятся бывшие кадеты, и которая для непосвященных является просто милой картинкой. У воителей, искателей и лазутчиков, по понятным причинам, татуировки наносились в укромных местах; его собственная сойка, символ искателей, пряталась на внутренней стороне плеча. Целители же традиционно татуировали бессмертник на запястье. Ничего подобного на руках ее высочества не было, в этом он был уверен. Более того, он действительно не видел этот проклятый бессмертник даже тем утром, когда, казалось, исцеловал каждый квадратный дюйм ее нежной кожи. Правда, он его и не искал, всецело занятый другим, более приятным делом… Да и потом, откуда ему было знать, что у наследной принцессы диких может быть метка воина Храма?..       Интересно, а Дженс знает?       А Иннара?       Проклятье, она же его ждет!.. Парни-то давно вернулись в трактир, а он все стоит тут и тупо пялится в сгустившуюся темноту, совершенно не замечая течения времени. Ох, как неудобно получилось!..