Макароны с сыром.

Лекса наигрывала на гитаре аккорды. Стихи сами сложились в её голове. Месяц на больничном. И лишь завтра будут снимать гипс. Комиссия временно отстранила Александрию от любимой работы, и Маркус вынужден был перевести её из ранга спасателей в разряд операторов службы спасения. Лекса закрыла глаза. Тот разговор до сих пор крутился в мыслях. Всё, чем она дорожила, разрушилось месяц назад: работа, привычный ритм жизни, Кларк. Хотя Гриффин и никогда не была её. Лишь в мечтах. В планах. В желаниях. Александрия открыла единственную фотографию. Она сделала её тайно. Кларк не видела, как Лекса её снимала. Полуулыбка на пухлых губах. Длинные ресницы застыли. Взгляд, устремлённый в даль. Светлые волосы разметал ветер, голубая блузка подчеркивала идеальную фигуру и грудь. Лекса отвернулась. Не твоя. И никогда не будет твоей. Впервые в жизни Александрия почувствовала невыносимую тоску. Виновата вся ситуация! А что было бы, если бы Кларк была рядом? Чувствовала бы себя Лекса так же паршиво, как сейчас? Вудс прекрасно знала, что стоит ей лишь позвонить по одному из многочисленных номеров в своём телефоне, и к ней примчится любая. Любая. Но не она! — Черт возьми. Хватит! — крикнула Лекса в темноту. Хватит думать. Хватит сниться одинокими и холодными ночами! Алкоголь не помогает. Боль внутри сердца продолжает точить, раскрывая незаметные для других раны. Как в один миг изменилась жизнь! Лекса встала с дивана. Шатаясь, подошла к окну. Отрывая, почувствовала аромат ночного воздуха, смешанного с кофе и свежестью моря. Шатенка приняла решение мгновенно. Схватив кроссовки и ключи, она покинула свою квартиру.

***

— Любишь гулять одна? — Люблю! — Что с ногой? — Утром снимут гипс, так что все отлично. — А ты красотка! — Как и ты. — Номерок дашь? — Безусловно. Утром Лексе было некомфортно. Незнакомая квартира. Чужая кровать. И рядом не она. Другая. Но теперь все по-другому. Вернулась старая Лекса, которая не знает, что такое любовь. Вудс, ухмыльнувшись, посмотрела на свое отражение. Из зеркала на нее смотрела уверенная в себе женщина. Стерва, которая не любит никого! У которой вместо сердца камень. Но в изумрудных глазах застыло отражение её внутреннего состояния — запутавшаяся маленькая девочка.

***

— Маркус, комиссию я прошла. Все отлично, все показатели в норме. Прошел уже год. Позволь вернуться на свое место. — Нет, Вудс! — резко ответил капитан. — Я расскажу совету о наших нарушениях! — Что? — Кейн остановился у двери в свой кабинет. — Я знаю все нарушения за этот год. И мне будет невыносимо больно, если вас или кого-то из нашей команды уволят. Но без работы я схожу с ума. Позвольте мне вернуться обратно. — Метод шантажа. Как низко вы упали, мисс Вудс, — разочарованно произнес Маркус и посмотрел на Лексу. — Я был о тебе лучшего мнения. — Я потеряла всё! Любимую работу, смысл жизни. И человека, к которому думала, что испытываю чувства. Её, видимо, не вернуть. Но смысл моей жизни — это и есть моя работа. Верните хотя бы это, мистер Кейн! — Изумрудные глаза наполнились слезами. — Приходи в понедельник. Беллами хотел в отпуск, а нам нужен опытный водитель. — Уголки губ Маркуса приподнялись в тот момент, когда Лекса с визгом обняла его.

***

Вудс гладила свою форму, словно завтра её первый день на работе. Первый день спустя год. Фоном в телевизоре шли новости. — С вами была Кларк Гриффин и прямое включение с места аварии. Берегите себя и своих близких. Взгляд шатенки застыл. Она вернулась. Она приехала обратно. — Теперь все по-другому. Я изменилась, — прошептала Александрия и не сдержала предательскую солёную слезинку. — Теперь никто не сломит меня. И особенно ты, Кларк Гриффин. Сколько раз она вспоминала её за эти месяцы? Бесчисленное количество раз. Сколько раз шептала её имя во сне… Сколько блондинок побывало в её объятиях... И всего этого недостаточно. Недостаточно, чтобы стереть из памяти одну. Ту, с которой сердце сжималось. Ту, с которой хотелось прожить жизнь. — Довела меня. Хватит! — крикнула Лекса и швырнула в телевизор пульт. Экран треснул от удара. Так же как и сердце Лексы несколько месяцев назад.