Пятьдесят оттенков чувств

      Арс довольно улыбался. Мир казался прекрасным: неоновый свет отражался в зеркалах, музыка гремела в такт сердцебиению, а воздух был пропитан сладким коктейлем из дыма, духов и чужих эмоций. Вокруг двигались люди — свободные, раскованные, сияющие, будто звёзды, упавшие с неба. Душа пела, тело вибрировало в ритме музыки, а разум плыл в сладком тумане счастья. Чувство эйфории захлёстывало, как тёплая волна. Казалось, что весь мир сузился до этого танцпола, до этих движений, до жара прикосновений. Он двигался в такт биту, прижимаясь к какому-то мужчине, ощущая его горячие ладони у себя на пояснице. Глаза блестели, тело пылало, а в груди разливался восторг — чистый, беспримесный, искрящийся, как шампанское.       Вот только его счастье было неполным. Даже когда разум отключался, он помнил, что не один. За одним из столиков сидел Серёжа — тот, кого он давно желал, о ком фантазировал и не мог получить.        Мужчина, с которым Арс танцевал, прижал его к себе крепче, сжимая ягодицы обеими руками. Тёплое дыхание касалось шеи, пальцы скользили по спине, но Арс лишь прошептал, что скоро вернётся, и направился к своему столику. Ему нужна была передышка. Мысли распадались на осколки и никак не собирались в единое целое. Всё вокруг расплывалось в ритмичном калейдоскопе света и теней. Арс расстегнул последние пуговицы рубашки, позволяя коже ощутить прохладу, и, покачиваясь на мягких ногах, подошёл ближе.       Он шагнул к столику, схватил стакан с водой и сделал несколько быстрых глотков. Лёгкая испарина покрывала кожу, сердце всё ещё отбивало ритм музыки, а дыхание оставалось сбивчивым.       За ним сидел вечно трезвый, вечно скучный Серёжа. Свет падал на его лицо, подчёркивая скулы и создавая тени, которые делали его образ почти загадочным. В этом хаосе танца и огней его спокойствие выглядело нереальным — словно статуя среди вихря.       — Ты чего сидишь? — подмигнул Арс, присаживаясь и залпом выпивая несколько стаканов воды. — Скучаешь?       — Зато смотрю, ты веселишься. Кто тот тип, с которым ты танцевал и который не сводит с тебя глаз?              — А, это… то ли Александр, то ли Алексей, — отмахнулся Арс, скользнув взглядом по Серёже. Затем, будто невзначай, положил руку ему на колено. Тело горело. Требовало внимания.       — Арсюш, что ты творишь? — Серёжа перехватил его руку, затем внимательно всмотрелся в лицо, в тонкую испарину на коже, в расширенные зрачки. — Батенька, да ты под чем-то. Это твой дружок тебе что-то подсыпал? Сколько раз повторять — не бери коктейли у незнакомцев.       — Да ничего он мне не подсыпал! Просто предложил «Секс на пляже», а я не смог отказаться. И вообще я стёкл, как трезвышко, — улыбнулся Арс, чувствуя, как внутри разгорается жгучее желание. Он вновь положил руку на колено Серёжи. Их взгляды встретились, и Арс, не колеблясь, впился в губы Серёжи страстным поцелуем.       Пальцы прошлись по затылку, зарылись в волосы, притягивая ближе, требовательнее. Горячее дыхание смешалось, губы жадно искали друг друга, языки сплелись в стремительном, нетерпеливом танце.       Серёжа сначала замер, но потом его пальцы сжались на талии Арса, будто решая — оттолкнуть или притянуть ближе. Это ощущалось, как настоящее блаженство. Кожа горела, мысли путались, и на несколько секунд мир вокруг исчез — остались только жар, вкус и стремление раствориться друг в друге. Внезапно Серёжа отстранился, тяжело дыша. В его глазах смешались желание и сомнение, но он быстро взял себя в руки.       — Я заметил, — хрипло сказал он, взъерошил волосы на голове Арса и мягко предложил. — Поехали домой.       — Мы будем заниматься безудержным сексом? — игриво спросил Арс, поднимая руку ещё выше и лениво проводя кончиком ногтя по его ширинке. Желание стало еще сильнее.       — Арс, ты не в себе. Я не буду с тобой спать, — уверенно произнёс Серёжа.       — Ты мой личный сорт героина, я опьянён тобой, — прошептал Арс, проигнорировав отказ. Его губы дрогнули в предвкушении нового поцелуя, но в следующий момент он почувствовал, как Серёжа жёстко его отстранил.       — Я сказал нет, — твёрдо повторил он.       Эйфория начала медленно рассеиваться, оставляя после себя неприятный осадок. Вместо сладкого возбуждения в груди закипала горькая обида.       — Тогда я пойду с мистером А. Он точно мне не откажет, — Арс заставил себя встать и развернуться в сторону мужчины имя которого, он и не собирался запоминать.       — Стоять, — грозно остановил его Серёжа, схватив за руку. — Ты не пойдёшь к тому, кто тебя накачал.       — Я пойду к тому, кто останется со мной на всю ночь, — упрямо сказал Арс, складывая руки на груди.       — Хорошо, — устало выдохнул Серёжа.       Арс кивнул, ухватил со стола устрицу, лениво поднёс её ко рту и, улыбнувшись, добавил:       — Это афродизиак… Может, с ним ты будешь сговорчивее?       Серёжа молча проглотил устрицу, но взгляд его оставался тяжёлым, с долей упрёка. Он явно был недоволен ни этим маленьким шантажом, ни поведением Арса в целом. Но Арсу было плевать. Его тело горело, требовало любви и внимания. В идеале — от одного конкретного человека. Но он быстро выучил урок: не всем желаниям суждено сбыться. Поэтому мужчина с именем на букву «А» оставался запасным планом. Если бы Серёжа его отверг, всегда можно было найти способ утихомирить бушующее внутри пламя.       Серёжа быстро расплатился, и они вышли на улицу. Но даже ночной холод не охладил разгорячённое тело. Напротив, резкий контраст заставил Арса содрогнуться. Казалось, что кожа вибрирует от любого прикосновения ткани к телу, от каждого дуновения ветра.       — Я хочу тебя, — уверенно произнёс Арс, садясь в машину.       — Надеюсь, когда мы приедем, тебя попустит.       — Ты же обещал остаться.       — Я сдержу обещание. Вдруг тебе станет плохо.       — Плохо мне будет без тебя.       В машине стало душно. Возбуждение давило на ширинку, тело будто выходило из-под контроля, подчиняясь лишь необузданному желанию. Арс пытался сохранять невозмутимость, но внутренний жар разгорался всё сильнее, превращаясь в нестерпимый огонь. Он ощущал его в каждой клетке, в каждом ударе сердца, в каждом затаённом вздохе.       Серёжа молчал, но Арс знал — он чувствует эту волну, этот трепет, эту пропитанную электричеством тишину между ними.       До квартиры они добрались за считанные минуты, но для Арса это было пыткой. Едва дверь захлопнулась, он сорвался. Одно стремительное движение — и он прижал Серёжу к стене, крепко схватив за ворот рубашки. Губы нашли губы в требовательном, безжалостном поцелуе. Воздух между ними стал горячим, как пламя, мысли распались на части, оставляя лишь жгучее желание.              Пальцы дрожали от нетерпения, расстёгивая пуговицы, срывая ткань, скользя по разгорячённой коже. Он слышал собственное дыхание — прерывистое, отчаянное. Слышал, как учащённо дышит Серёжа, но тот не отталкивал его.       — Арс… — голос Серёжи был хриплым, но твёрдым. Он прижал ладони к его плечам, пытаясь остановить этот безумный напор. — Ты что творишь?       — Ты слишком много болтаешь, — прошептал Арс, впиваясь в его шею, оставляя за собой горячую дорожку поцелуев.       Его руки уверенно скользнули вниз, пальцы сомкнулись на запястьях Серёжи, властно удерживая. Он потянул его за собой, в сторону полутёмной спальни, где прохладные простыни ждали, чтобы впитать их жар. Пальцы Арса жадно пробежались по его спине — гладили, сжимали, изучали, запоминали каждую линию, каждую дрожь под кончиками пальцев.       — Молчи, — голос его звучал хрипло, но твёрдо. — Просто будь со мной. Серёжа перехватил его руки, крепко сжав запястья, дыхание горячей вспышкой обожгло кожу. Их взгляды встретились — напряжённые, пронизанные безмолвным вызовом. В этот момент между ними вспыхнула борьба — не только тел, но и желаний, принципов, границ.       Арс не отводил глаз. В этом взгляде горело не только желание, но и отчаяние. Он не мог позволить ему уйти. Не сейчас.       — Мне нужно это, — прошептал он, притягивая его ближе, утягивая в водоворот своей жажды.       Его руки уверенно скользнули вниз, пальцы нетерпеливо пробежались по поясу. Ещё секунда — и штаны вместе с нижним бельем полетели на пол. Увиденное порадовало: член Серёжи уже стоял, а это значило, что, несмотря на внешнюю холодность, несмотря на молчание, Серёжа хотел его. И это было самым важным.       Не давая ему возможности оттолкнуть себя, Арс крепко сжал бедра и быстро опустился на колени и начал сосать, облизывая головку, прокручивая руки вокруг ствола и заставляя окончательно признать поражение и получать удовольствие.       — Сука, ты же об этом пожалеешь, — хрипло простонал Серёжа, отстраняя его.       — Обещаю, что не пожалею, — выдохнул Арс, облизывая пересохшие губы. Он отстранился, грациозно выгнулся, словно кошка, опираясь ладонями о чужие колени. В следующий миг его губы снова нашли губы Серёжи — поцелуй был требовательным, жадным, пронизанным жаром. Он не просто целовал — он доказывал. Доказывал свою уверенность, свою решимость, а мысленно молил его сдаться, принять это безумие. Серёжа замер, но лишь на мгновение. Затем ответил, впуская его в этот жар, в этот вихрь чувств.       И в этот момент Арс понял — он победил. Теперь всё будет.       В следующую секунду Серёжа перехватил инициативу: рывком притянул его к себе, вжимаясь так жёстко, что Арс почувствовал жар его тела каждой клеткой. Пальцы скользнули вниз, грубо сжали ягодицы, заставив его вскрикнуть. Всё стало острее, глубже, болезненно-прекрасно.       Афродизиак пульсировал в крови, разгораясь внутри, растекаясь по венам, превращая каждое прикосновение в пытку наслаждения. Арс задыхался, ловя воздух дрожащими губами, но воздух не приносил облегчения. Его тело стало одной сплошной эрогенной зоной — любое движение Серёжи отзывалось в нём волной нестерпимого желания.       Горячие поцелуи опускались всё ниже, оставляя огненные следы. Каждый укус, каждый выдох на его коже будто прожигал насквозь. Серёжа изучал его тело медленно, жестоко, заставляя выгибаться от одного лишь касания. Когда пальцы скользнули по внутренней стороне бедра, Арс судорожно сжал простыни.       — Боже… — выдохнул он, почти всхлипнув.       Серёжа усмехнулся, языком очерчивая каждую венку его требующего внимания члена.       Арсу казалось, что по его венам вместо крови тёк чистый афродизиак. Всё его тело превратилось в один оголённый нерв, обостряя каждое прикосновение до предела. Он тонул в этом безумии, в этом сладком плену, полностью отдаваясь ему.       Когда Серёжа опустился языком к его анусу, а рукой провел по члену, Арс окончательно перестал соображать. Он начал ласкать его дырочку и Арс кончил. Каждое его движение было правильным — уверенным, властным, но в то же время нежным. Казалось, Серёжа знал его тело лучше, чем сам Арс. Внутри всё горело, а по венам разливалась сладкая истома. Афродизиак доводил ощущения до предела, обостряя каждое прикосновение. Казалось, что его нервы оголены, что каждое движение Серёжи — словно электрический разряд, пущенный прямо в сердце.       В глазах взорвался фейерверк звёзд. Арс захрипел, выгибаясь в последний напряжённый миг, пока волны оргазма захлёстывали его с головой. Мир вокруг дрогнул, расплылся.       От переизбытка чувств тело ослабло, дыхание сбилось, и в следующий миг тьма накрыла его. Сознание утекло, оставляя только ощущение абсолютного блаженства.

***

      Утро встретило его запахом кофе. Арс довольно потянулся, улыбаясь — его план сработал. Серёжа сидел на кухне, задумчиво глядя в окно. Перед ним на столе стояла чашка с давно остывшим чаем.       — Доброе утро, — поздоровался Арс, нагнувшись и чмокнув его в щёку. Серёжа не ответил сразу. Взгляд его был странным — не злым, но напряжённым.       — Прости за вчерашнее, — наконец произнёс он. Арс удивлённо приподнял брови.       — В смысле? Это ты меня прости, я так быстро вырубился и даже не помог тебе кончить.       — Ты был под чем-то, — тихо сказал Серёжа. — Твой этот мистер «А» тебе что-то подсыпал, я должен был уберечь тебя, а вместо этого воспользовался твоей уязвимостью.       — Это не он, — покачал головой Арс и, предвидя возмущение Серёжи, быстро добавил: — Я сам. Я всё рассчитал. Дозу, эффект… Хотел, чтобы желание взяло верх над разумом. Чтобы мне ничего не помешало тебя соблазнить.       Серёжа резко повернулся к нему, в глазах мелькнуло возмущение.       — Ты серьёзно? А если бы я сказал «нет»? Если бы этот твой «А» оказался маньяком?       Арс лишь усмехнулся, беспечно махнув рукой.       — Но ты же не сказал «нет». Всё получилось идеально. Ты мне давно нравишься.       Серёжа долго смотрел на него, словно пытаясь понять, шутит он или нет. Затем тяжело вздохнул, покачав головой.       — Твой способ соблазнения — это, конечно, нечто… — то ли с восхищением, то ли с укором протянул он. — Давай в следующий раз ты обойдёшься без таких радикальных методов?       — Я подумаю, — ухмыльнулся Арс и лениво потянулся за чашкой приготовленного специально для него кофе.