нейшенел джиографик
"Чёрт возьми, да этот щенок, этот сопляк, мной еще и командует. Самое паршивое, я и слова против вякнуть не могу, только стою и киваю как дурак. Гений, чертов! Достало..." - он спотыкается обо что-то и тут же, со всей силы, запинывает объект в дальний угол.
Пластиковая канистра, с дребезжание прокатившись по бетону, гулко ухает о ангарные ворота и, раскручиваясь, откатывается куда-то под стойку с инструментами. Его переполняет злое раздражение, но он лишь тяжело выдыхает, растирая лицо ладонью.- Знаешь, я тоже думаю, что этому твоему "щенку" не следует снимать намордник - он без него наглеет, - слышится откуда-то из-за спины, слева.
Сайлас дсже не вздрогнул, плавно опустил руку, выпрямился, медленно, словно преодолевая сопротивление, повернул голову. Во взгляде - ни удивления, ни страха, только ледяное спокойствие. Два ярких пурпурных огня, не таясь, пристально наблюдают за ним из полутьмы. Она всё слышала. Внутри свербит неприятное чувство, но он не подаёт вида, чтобы лишний раз не тешить её этой секундной слабостью.- Тебе когда-нибудь говорили, что подслушивать - неприлично. Много нового узнала? - голос его лишен привычной выправки, звучит просто устало.
- Достаточно, - она кривит лицевую в улыбке, скаля аккуратные клыки - Твой подчиненный хочет попилить меня на лом, а ты - боишься сказать ему "нет".
Сайлас фыркнул и подошёл ближе, но вовсе не к ней, а к стойке с мониторами, набирая что-то на панелях, делая вид, что сверяет показатели и ищет снятые Хирургом данные, но цифры и графики проносились мимо, как фоновый шум. Значение сейчас имеет только видимое периферийным зрением ярко-сиреневое свечение.-А с чего ты решила, что я собираюсь сказать "нет".
Взгляд десептиконши ввинчивается меж лопаток, как штопор. Хочется обернуться, но он ещё держится, устанавливая свои правила игры: если хочет жить - пусть выкручивается.- А с чего бы тебе согласиться? - ловко парировала паучиха, - Это задача подчиненных - прислушиваться к словам лидера, не наоборот.
Сайлас коротко оборачивается, смеряя ту суровым взглядом, из под низко опущенных бровей.- Ты просто понятия не имеешь о чём говоришь. - Он не отворачивается, руки замирают над кнопками клавиатуры, он выжидает, мол: "Давай, убеди меня".
- Я? - она издала короткий злодейский смешок, стальные тросы лязгнули, если бы не оковы, то она бы сделала какое-нибудь артистичное движение когтистым манипулятором,- Люди столь наивны...
- Ты в курсе, что ты начинаешь меня раздражать? - он перебивает её и скептично отворачивается обратно к экранам, - Говори, если есть что сказать, не надо всей этой, - он делает неопределенный, витиеватый жест рукой, - Демагогии.
- Я учту. - после её слов повисает пауза.
Пальцы ложатся на клавиатуру, на экране пробегают строки данных "Химеры": вниз бегут документы, фотографии, чертежи и расчёты. Взгляд перестал прожигать спину - она тоже показательно отвернулась, смотря теперь прямо перед собой.- Еще немного, и твой механик решит, что ты - обуза, через которую легко можно переступить.
Он не отрывается от экрана, но щелчки клавиш немного замедляются:- Мимо. Хирург никогда не метил на моё место. Он искренне старается приносить организации пользу, - Сайлас делает небольшую, но выразительную паузу, - У нас просто небольшое межличностное недопонимание.
- Старается, - Голос её стал тише, но от этого только острее, - Так же как и ты стараешься быть их лидером?
Клацанье клавиш стихло. Кажется, разговор начинал приобретать эквивалент игры в морской бой: сейчас ещё не ранило, но уже опасно дало у самого борта, окатывая брызгами капитанский мостик. Он наконец оторвался от экранов, развернулся к ней, спиной прислоняясь к стойке. Он говорит, размеренно и сухо, как читает лекцию:- Мы называем это "ответственность", чего тебе, дикому зверю, явно не понять. На этой планете не все вопросы решаются только силой и наглостью.
Паучиха снисходительно оборачивается, но лишь для того, чтобы смерить его флегматичным взглядом, поверх плечевого сегмента брони. Аккуратные коготки нервно настукивали по платформе.- Столько амбиций: новое оружие, новый мировой порядок, что-то еще... прости, не запомнила, - холодный взгляд скользнул по монументальному каркасу "Химеры" на стене, а затем пренебрежительно снизошёл до мужчины,- Жаль, что тебе, всего лишь человеку, никогда не понять, как нелепо ты выглядишь в глазах кибертронца. - Десептиконша зловеще усмехается, - Твой проект - игрушка, дикая, безумная, но игрушка. Она сломается быстрее, чем ты наиграешься.
- Да, игрушка, - вторит он, оборачиваясь на секунду к грандиозному каркасу, как он сам его называл, "Нимезис Прайма", - Игрушка, которая с легкостью даст фору любому из вас.
- Мечтатель - прошипела Эйрахнида, в её голосе заиграла новая нота, не злобы, скорее раздражения - Вы, люди, всегда такие?
Сайлас усмехается:- Нет, у всех свои тараканы. Хирург вот - прагматик.
- "Прагматик" - она чуть заметно ухмыльнулась в ответ - Такие как мы - безумцы. Ошибка в его логическом алгоритме, если я верно помню значение термина.
Сайлас промолчал, сцепив руки на груди - она с поразительной точностью препарировала его, а он будто и не пытался этому противиться.- И всё же, ты боишься, - она сухо констатировала, как бы в довершение.
- Я не боюсь. - он хмуриться, руки, сцепленные на груди, крепче обхватывают предплечья.
Если это всё еще морской бой, то сейчас следует сказать "ранен".- Нет? - пурпурная оптика сузилась до хищных щелочек. - Тогда почему ты здесь?
Повисло тяжелое молчание. Сайлас опустил глаза в пол - не знал что сказать. Этот жест спокойно можно было расценивать как капитуляцию. В таких случаях, обычно говорят "убит". Он не двинулся с места, но под кожей заходили желваки. Он не боялся предательства: роль - выверенная и убедительная, казалась надежным щитом. Пока он позволяет свободу своему механику - он ему верен, пока он верен - не о чем переживать. Организация не сможет жить без них обоих. Но что будет, если этот перспективный малец увидит, что его лидер - сдал и больше не действует в интересах организации, став помехой? Встанет ли он тогда на сторону первого шакала, посягнувшего на шкуру старого вожака? Страшит не смерть а то, что его корабль найдет нового капитана и преспокойно поплывёт по заданному курсу, выбросив старого за борт.- Почему? - наконец произнёс Сайлас поднимая взгляд, в котором наконец плясал живой отблик пламени, - Думаешь, так просто удержать авторитет среди кучки разношерстных правительственных агентов, бывший военных и наёмников?!
Сайлас, отлипает от стойки, руки, на автопилоте, прочно сцепляются за спиной. Он проходит вдоль стены, уцепляясь взглядом за "Химеру". Замирает и делает несколько шагов назад, чтобы иметь возможность видеть робота в полный рост: стальной гигант, около тридцати шести футов в высоту, точная копия Оптимуса Прайма, он был бы титаном даже рядом с Эйрахнидой, что уж говорить о нём самом. И это, по её мнению, игрушка? Наверняка "Дамокл" она бы и вовсе обозвала зубочисткой, если бы знала значение этого слова. Ляпни это кто-то другой - он бы вспылил. Но тут... Принципиально исключительный случай.- Мои люди, они хотят видеть подтверждение силы, хотят верить, что я смогу привести их к обещанной цели. Они идут на риск, принося данные, спонсируя организацию и сражаясь на моей стороне, - он устало вздыхает и оборачивается через плечо,- И я тоже обязан давать им то, что они от меня ожидают, понимаешь?
Может ему кажется, но она понимает, по крайней мере, должна понимать.- Но это совсем не то чего ты хотел,- не просто произносит, заключает она для себя, вставляя в общую картину недостающую деталь пазла. - Тогда зачем? - Эйрахнида склоняет голову набок, неприятно скрежетнув по платформе рогом на своём шлеме.
Если так подумать, она этими своими рогами похожа на ту злую колдунью из какого-то очень старого мультика. Он невольно усмехается этой мысли когда произносит:- Для того же, для чего и ты вернулась к десептиконам. В стае выжить проще, чем в одиночку.
Медленный метрономный такт, отстукиваемый металлом когтей о ребристый металл стола, к которому Сайлас уже привык, внезапно стих. Оборачиваясь к "Химере" спиной он заметил, впервые за разговор, что оптика её не прищурена - а широко раскрыта, в не наигранном удивлении.- Ты знал?
Сайлас медленно, самодовольно кивнул, сделал шаг и двинулся вперёд, медленно проходя по ангару.- Я бы соврал, что мы научились дешифровать десептиконские закрытые каналы, но скажу как есть: ваш прошлый главнокомандующий травил байки, о том, что его заменили цитата: "Лицемеркой Эйрахнидой" и божился отомстить.
Фем молчит секунд десять. Сайлас прошел до середины ангара. Туда же, где стоял этой ночью, наблюдая за бойцами. Прямо перед ним, из единственного высокого окошка над воротами пробивался свет, ложась неровным прямоугольником на бетон. Еще шаг и он бы мог оказаться в квадрате света.- Старскрим, - наконец выдыхает та, цедя имя сквозь зубные пластины, как грубое ругательство - Он сотрудничал с тобой?
У слышав это, лидер механоидов улыбнулся и неожиданно искренне, по-человечески хохотнул:- Да, мы лишили его т-шестерни!
Эйрахнида моргнула. Раз. Два. Быстро, словно перезагружая оптические сенсоры. А затем издала звук, который с трудом можно было сопоставить с существом, которое, при желании, могло разделаться с человек одним движением когтя. Это был смех. Не злодейский, не театральный - искренний, хриплый и немного клацающий. Паучьи лапы, сложенные за спиной, непроизвольно дернулись. Лязгнули стальные скобы.- О, я бы с удовольствием на это посмотрела... - в голосе её прорезалось что-то мечтательное.
Сайлас стоял к ней лицом, но продолжал смотреть в сторону, будто танец пыли был куда интересней, чем разговор с инопланетной машиной. В каком то смысле, это и впрямь было так. И снова тишина. Но она не была напряженной, скорее спокойной, даже мерное гудение аппаратуры в кое-то веки казалось умиротворяющим. Он почувствовал, как медленно расслабляются плечи.- К вопросу о выживании, добровольно я бы не вернулась к десептиконам и ни за что не ступила на борт этой проклятой посудины именуемой "Немезидой".
Он кивает:- Но та мото-дамочка, в компании со школьником, уничтожили твой корабль и у тебя не осталось выбора. - сияющий золотом прямоугольник, медленно полз по полу и теперь свет почти касался носка правого ботинка.
- Мой корабль... - задумчиво протянула она, - После падения Кибертрона, я оставила пост генерала в рядах десептиконов и долгие астроциклы бороздила космические просторы в одиночестве. Нашла себе новое увлечение: начала собирать коллекцию трофеев, - в размеренном голосе её даже проступила наигранная нотка печали, - Я охотилась на вымирающие виды, правда, они не были вымирающими до встречи со мной.
Сайлас просто молчит, позволяя ей продолжать. Это не то что он ожидал, но то, что ему интересно было узнать. Луч света, тем временем, поднялся выше, забрался по голени, выкрасив в горчично-охристый цвет тёмный кевлар. Она тоже смотрит в сторону, продолжает ровным, будничным тоном, кажется, даже чуть нехотя:- С десептиконами история была короче и куда прозаичнее. Козни за спиной Мегатрона, доклад Саундвейва... - она делает паузу, и затем уточняет, - Ты когда-нибудь слышал о Саундвейве?
- Имею смутное представление.
- Отлично, - она коротко ухмыльнулась. - Великому Лорду не хватило чести прикончить меня лично, - когти быстро перебирают по металлу, заменяя какой-то очередной картинный жест, - Он отправил со мной на задание двух напарников, которым дал указ прикончить меня. Один из них решил, что раненный хищник окажется легкой добычей, - на этих словах она поворачивается, смеряя презрительным взглядом содержимое второй платформы. Затем оборачивается к нему и с явной гордость завершает - А второй - сбежал в ужасе, когда услышал его предсмертные вопли.
Сайлас тоже смотрит на разобранного Брейкдауна, вспоминает то, что он видел, когда его только доставили: с хирургической точностью разъединённые сочленения, рассеченные магистрали энергопроводов и навсегда застывший в погасший оптосенсерах ужас. Работа профессионала, не иначе. Затем переводит взгляд на Эйрахниду и, кажется, начинает понимать, почему просто не дал Хирургу её разобрать. Луч света заполз на бедро, горячее невадское солнце начинало пригревать кожу даже сквозь военный костюм. Он отшатнулся в сторону, пятясь в полумрак, обратно к сумеречному мерцанию экранов.- А затем ты отправила сигнал нам- резюмирует он - Только не пойму, на что ты надеялась.
В его взгляде читается открытый скептицизм: "Ну да, ещё скажи что на моё благородство ".- Я надеялась, - Она чеканит каждое слово, слово, словно ей и впрямь доставляет великое удовольствие игра на человеческих натянутых нервах, - Что тот кто придёт, хотя-бы не станет задавать мне глупых вопросов.
Он фыркает, не обиженно, скорее с облегчением.- То есть, ответа я не услышу?
- Не услышишь, - подтверждает она. И после паузы чуть тише: - По крайней мере того, который не собираешься слышать.
Кажется, это его вполне устраивает. Он устало кивает и делает шаг ближе, а за ним еще, взгляд безразлично ползёт по бетонному полу, по стенам, по стеллажам с инструментами, каркасу платформы и экранам; их желтоватый свет падает на его лицо: грубое, покрытое шрамами и морщинами. Сбитая с лица маска укатилась куда-то в угол, железного лидера М.Е.Х. подменили.- Знаешь, я ведь тоже когда-то думал, что я могу быть сам по себе, - он говорит это в пол, не пересекаясь взглядом, - Что я сильнее, умнее и хитрее всех этих старых напыщенных бюрократов из штаба. Что я, как и ты - хищник, - он усмехается не самодовольно, скорее горько, - Я ушёл, но злоба - осталась. И чтобы отомстить, я собрал вокруг себя таких же, пообещав, что дам им то, чего не достиг сам. Иногда я думаю, что однажды, если я не отдам то, что пообещал - они сожрут меня с потрохами.
Он подходит ближе, ведя рукой по самому краю платформы. Что до Эйрахниды, будь её воля, она могла бы прожечь в нём дыру ещё тогда, когда он стоял у экранов. Но она не стала и не станет, наверняка и впрямь считая его последней своей надеждой. Как опрометчиво. Фем не отвечает сразу, просто смотрит в упор, опасливо следя за каждым егр движением. Ей не нравилось, когда кто-то нагло вторгался в границы её личного пространства.- Но ты совсем не хищник, Сайлас, и никогда не смог бы им стать, - произносит она наконец без привычного яда, лишь с сухой констатацией факта. - Ты лишь падальщик, таскающий в своё логово уже обглоданные кем-то кости.
Он замер. Рука скользившая по краю платформы - остановилась. Он не отдернул её, не сжал кулак - просто застыл, будто слова крепко зарядили ему под дых, выбив из лёгких весь воздух. Он поднял глаза - в них не было гнева, только усталость и раздражение:- Падальщик - кивает он, явно примеряя новое имя, - Хах, что ж, может и так, - пальцы бессознательно провели по краю платформы, нащупав на металле углубление - старый скол.
Сайлас отвел взгляд в сторону продолжая:- А ты у нас, значит, хищник, - ровно почти без интонации. Он поднял взгляд, в глазах отблескивало желтое излучение экранов - И как, помогло?
Эйрахнида замерла, смотря прямо в глаза, почти гипнотически, подобное можно было интерпретировать только одним образом - как прямую угрозу. За всей наигранной бравадой, за попытками казаться выше и сильнее обстоятельств, её всё еще нервировали оковы и его присутвие. Она не собиралась отвечать. Он сделал ещё шаг:- Тебя дважды победили автобот и шестнадцатилетний пацан, - в голосе его проступила интонация судьи, выносящего приговор, с одним только но - у Эйрахниды это выходило бесстрастней, - Ты пыталась свергнуть своего босса, но оказалась здесь.
Он дошёл до её зеркального наплечника и его силуэт отразился в чёрном глянце граней: угловатый, темный грубо вырезанный на фоне желтого свечения за спиной. Затем, он ловко подтянулся и уселся на край платформы, Эйрахнида зашипела и дернулась, лязгнул металл под когтями, зазвенела цепь и затрещали троссы. Но ничего более. Теперь они были почти на одном уровне.- Так и кто из нас, - он чуть склонил голову, встречаясь с ней взглядом, - Действительно хищник?
В воздухе еще вибрировал остаточный низкий гул.- Ты смеешь сравнивать? - голос сел до рыка, а когти со скрежетом впились в платформу. - Я сражалась на Кибертроне в те времена, когда твои предки еще прыгали по деревьям.
Он расслабленно опирается спиной на плечевой сегмент её брони, углы неприятно упираются в позвоночник.- Но при этом,- он не повышает голос, говорит ровно, почти дружелюбно, - Сейчас мы оба здесь и оба, в довольно паршивом положении.
Эйрахнида смотрела на него долго но напряженные когти, с явным усилием разжались.- Хирург прав, - он отвернулся, зачем-то изучая взглядом уже осмотренный вдоль и поперёк каркас "Химеры", - Со своей прагматической точки зрения, - он чуть повёл плечом и ненадолго притих, силясь продолжить, - Но я так не хочу.
- Почему?
- Иногда даже мне кажется, что живой зверь лучше, чем трофейная шкура висящая на стене. У нас говорят, что убивший дракона - станет драконом, а мне вполне к лицу и дальше оставаться стервятником.
Эйрахнида молчала, но напряжении, залегавшее в каждом изгибе черной глянцевой брони и в каждом спрятанном за ней приводе, медленно сошло на нет.- Ты не похож на человека, - произнесла она неохотно, - И на десептиконов с автоботами тоже. Ты вообще не похож ни на кого из тех, кого я знала.
- Это комплимент? - он коротко обернулся, невесело ухмыляясь одним уголком губ.
- Факт, отрезала она сухо, - ты безумен и я не знаю чего от тебя ожидать.
- Взаимно.
Он спрыгнул с платформы, выпрямился, гордо развернув широкие плечи и уверенно побрел к выходу.- Что ты собираешься делать? - почти безразлично бросает та в след.
- Отдыхай, - бросает он не оборачиваясь, опять делая этот неопределимый замах рукой, - Ну, или что вы там в отключке делаете.- Сайлас, - уже грубее и настойчивей.
- Узнаешь.
Уже у самого выхода он оборачивается через плечо, на лице - знакомая, типичная для ледера механоидов, самодовольная усмешка:- Если не передумаю, - и с заминкой добавляет, - и механика моего больше не пугай, он с твоих шуток чуть не помер.
