La vie ne connaît pas la pitié

– Да, это тоже понял... – Феликс смотрит альфе в глаза, а после чувствует, как щеки, по которой нещадно текут слезы, касаются чужие нежные губы, собирая всю влагу. Омега от этого движения замирает и, кажется, перестаёт дышать. – Всё, наплакался? – Отстраняясь говорит Хван. Альфа смотрит с похотью и желанием. Если бы не девственность омеги - разложил бы уже прям в этой машине, забивая на не особо удобную поверхность. – Что... Что будет дальше? – Спрашивает Феликс, поднимая заплаканный взгляд на Хвана. Похоть и желание в глазах старшего тут же исчезают. Появляется только безразличие и холод, от которых у младшего по спине мурашки. В этот момент альфа кажется таким властным и доминантным, что омежья сущность начинает скулить где-то внутри, умоляя разрешить пресвоить себя. Омега внутри рвёт и мечет, но страх перед неизвестным в голове Феликса затмевает желание стать не просто омегой, а омегой Хван Хёнджина. – Что дальше? Дальше мы поедем домой. У меня есть огромный загородный особняк, в котором ты будешь жить. – Слова Хвана звучат неплохо, напрягает только слово «ты». А Хёнджин? Где живёт альфа? Не с ним? Если не с ним - то такая жизнь Феликса даже радует. Если Ли правильно понял, то готовить и делать всю остальную грязную работу будут слуги, а он будет управлять этим всем. Ну, будет его во время гона альфа трахать, ну подумаешь девственности лишат... Зато, у него будет целый особняк слуг и он сможет почувствовать себя самым настоящим королём. Хван выходит из машины и идёт на водительское сидение. В руках старшего уже сигарета, видимо, он закурил её, пока обходил машину. Феликс, если честно, взгляд с этих прекрасых узловатых пальцев не сводит. А сейчас, видя перед собой, как в этих шикарных пальцах зажата сигарета, он откровенно пялится. Если бы омега познакомился со старшим при любых других обстоятельствах, к примеру, если бы они встретились в институте, младший бы обязательно бегал за Хёнджином, добиваясь его внимания. Омега бы спал и видел, как Хван трахает его где-нибудь в пустой аудитории. Феликс бы тёк под альфой, как последняя сука, а после умолял дать узел... И вроде бы, всё хорошо, если бы не треклятое «бы». Всё это лишь в фантазиях младшего. В реальности всё куда хуже - отец продал его. Продал, как не нужную вещь. Продал так, словно омега для него ничего не значит. Больно. Больно от осознания, что не нужен даже родному отцу. Отцу, которого Феликс любил и, будучи маленьким, пытался подражать ему, не понимая, что отец - альфа, а он - омега. А даже поняв разницу в вторичном поле, он всё равно пытался подражать отцу. Пусть не действиями, но хотя бы характером. Мечтал быть таким же мужественным и отважным. Уже будучи взрослым, Ли искал такого альфу, чтобы был, как отец. Чтобы любил, уважал и ценил. Но подвох жизнь дала именно в тот момент, когда Феликс не ждал. И, самое главное, дала подвох в том человеке, которого Феликс ценил, уважал и доверял. А вышло, вот как... Вышло предательство. Есть ли смысл отныне доверять людям, если даже родной отец продал тебя какому-то незнакомому альфе? Наверное, смысла в таком слове, как «доверие» Феликс больше не видит. Омега не знает, что такое должен сделать любой другой человек, чтобы после такого невероятно жестокого предательства Ли снова начал доверять. * * * * * Хёнджин нажимает на педаль газа и машина плавно трогается. Хван выезжает из двора, в котором ранее жил Феликс. Трасса, в столь позднее время, практически пуста, за исключением нескольких проносящихся мимо машин. Трасса пуста, поэтому альфа быстро набирает скорость и отметка на спидометре достигает ста километров в час. На лице Хёнджина только спокойствие и холод, а вот в душе - буря эмоций. Хван, когда смотрит на омегу, нереально хочет его зацеловать. На каждой веснушуке оставить след своих губ, оставить на омеге свой запах и метку, чтобы весь мир знал, что этот омега - его и ни чей больше. Этого требовал и альфа внутри. Только вот, надо делать это всё, параллельно сохраняя хладнокровие и жестокость. А как? Как совместить это всё воедино, при этом не причинив омеге ни капли боли? Пойти против принципов и быть для младшего мягким? Непонятно. Слишком запутано всё. Жизнь вообще - штука тяжёлая. Порой она такие шутки над тобой шутит, что плакать хочется и тут уж, когда как. Когда от смеха плачешь, а когда от боли. Но тут самое главное - не сдаваться. Хотя, иногда, суицид кажется единственным выходом и, в некоторых ситуациях, так оно и есть. Говорят, можно решить всё и на всё договориться. Но, Хёнджин уверен, это высказывание нагло лжёт. Не обо всём можно договориться и не со всеми. Вышеуказанное высказывание может применяться только в народе, то бишь, между простыми людьми. А в мире мафии такой закон не работает. Если глава любой мафиозной организации захочет убить кого-либо - он добьётся этого. Рано или поздно, но добьётся. Тебя может спасти только одно - сила твоей организации и количество союзников, а так же сила организаций союзников. Если ты и твои союзники превзойдёте по силе - жизнь спасена. А если нет - даже не пытайся бежать, всё равно найдут и всё равно убьют. Хёнджин знает все эти правила на своей собственной шкуре. Всё-таки он - глава самой крупной организации среди мафии. Но эта компания ему не по наследству досталась. Путь к вершине он прошёл сам, своими силами. После помог подняться и своей сестре. Та, конечно, прошла не меньше страданий. Девушка с самого раннего детства росла в неполноценной семье. В доме жили бабушка, она и её мама. И, не смотря на отсутствие отца в её жизни, та была счастлива. Мать девушки - Ким Джуен - была обычной женщиной и работала официанткой в кафе за копейки. Иногда приходилось брать подработки. В основном, больше денег требовалось перед началом учебного сезона. Дочке нужно было купить форму, пенал, иногда рюкзак, ведь старый становился детским и не модным, ещё надо купить обувь, тетради, канцелярию и ещё много всего другого. Бабушка работала кассиром в магазине и получала ещё небольшую пенсию. Денег в семье было не много, но спасали ещё алименты от отца Йеджи. Но, даже с ними, доход был не самый огромный. Денег хватало ровно, чтобы одеть, обуть и прокормить небольшую семью, на лишние расходы денег не было . Тем не менее, Йеджи была невероятно счастлива живя там. Мама любила девочку больше жизни, всегда была для неё опорой и поддержкой. Йеджи могла рассказать маме абсолютно всё, не боясь, что та наругает её за что-либо. С каждой зарплаты мама откладывал денежку, чтобы раз два года возить дочь на море. Так же, получалось откладывать и на университет, если вдруг Йеджи не поступит на бюджет. А если поступит - эти деньги пойдут на права и машину. И всё было хорошо, семья жила счастливо. Вскоре, практически сразу же после своего совершеннолетия, Йеджи привела в дом молодого человека. Красивый и очень статный парень, так ещё и не из бедных. Он, пусть и был старше Йеджи на пять лет, уже владел строительной компанией, которая досталась ему от отца. Тот мог обеспечить и девушку и будущих детей. Прошёл год, с того момента, как Йеджи жила со своим молодым человеком - Пак Сонхвой. В один день та узнала, что у неё есть брат. Ранним утром ей позвонил неизвестный номер. Девушка ответила. В результате диалога узналось, что ей позвонил её... Брат. У Йеджи всю жизнь был брат, который, оказывается, очень успешен в сфере бизнеса и он совершенно случайно узнал о ней. Отец умер несколько дней назад и Хёнджин смотрел старые фотографии из альбомов. На одном из них была очень красивая девочка, которая, как две капли воды, похожа на него и отца. Тогда-то Хван-старший и решил узнать кто она. От матери узналось, что у отца была любовница. И, спустя уже каких-то два месяца, он наконец нашёл Йеджи. Вскоре состоялась встреча в кафе. Брат и сестра о многом общались, многое обсуждали. Хёнджин сказал, что поможет с деньгами и обязательно будет навещать сестру, как только у него будет возможность. Строятся счастливые планы. Но эти планы они рушатся слишком быстро. * * * * * Два года назад. Элитный район Сеула. Йеджи стоит у плиты и готовит любимому мужу ужин. Тот уже вот-вот придёт с работы. Завтра вечером приедет её любимый братец - Хёнджин. Тот уже давно хочет познакомиться с Сонхвой. Пусть девушка и узнала про брата довольно поздно, она всё равно его очень полюбила. Альфа же любил свою сестрёнку не меньше. Жизнь, спустя столько лет страданий, наконец налаживается. Ещё несколько лет назад Йеджи жила очень бедно, не имея возможности позволить себе даже шоколадку купить, не говоря уже о игрушках, косметике и прочем. Сейчас бета живёт просто прекрасно. Её муж - миллионер, владелец одной из самых больших строительных компаний. Её брат - тоже миллионер, владелец самой большой строительной компанией, имеющий сеть баров по всему миру, имеющий сеть отелей по всему миру. И оба альфы задаривают её подарками. Например, машина, на которой Йеджи ездит куплена её братом, в подарок на её не так давно прошедший день рождения. Квартира, в которой сейчас она живёт, - подарок мужа. Конечно, сам Сонхва тоже здесь живёт, но совместная жизнь целиком и полностью была инициативой беты. – Любимая, я дома! – Слышен голос мужа из коридора. Йеджи улыбается, а после выключает печь, так как ужин уже готов. Сонхва проходит на кухню и обнимает любимую жену, а после наклоняется и целует уже хорошо заметный животик. Счастью Йеджи и Сонхвы не было придела, когда они узнали, что у них будет ребёнок. На удивление девушки, Хёнджин был рад ещё больше. Тот пообещал, что будет помогать и обязательно будет нянчить племянника или племянницу. Хван-страший чуть от радости не подпрыгнул, когда узнал, что сестра ждёт сына-альфу. Не омегу, не бету, а альфу! Хёнджин был ещё свободен и у него не было ни омеги, ни детей. Но, смотря на брата, Йеджи кажется, что он будет хорошим отцом. Главное, найти такого же хорошего омегу, чтобы тоже любил деток. И тогда, наверняка, у него будет самая лучшая семья. Хёнджин, Йеджи уверена, воспитал бы отличного альфу - порядочного, с манерами, уважающего бет и омег. Если бы у него родилась омега, то он бы воспитывал её не менее лучше. Всё счастье прерывается разбитым окном, а после криком мужа. Сонхва падает на пол, держась за кровоточащую рану в районе лёгкого , а после выдыхает свой последний выдох. Глаза мужчины закрываются, чтобы больше никогда не открыться. Больше никогда не взглянуть на любимую жену. Никогда не увидеть брата любимой. Никогда не увидеть их с Йеджи ребёнка. Никогда. Всё это возможное счастье забрала смерть от пули не вылет. Смерть. Йеджи падает на колени и тянет руку к пульсу мужа. Его, конечно, как и ожидалось нет, но надежда умирает последней. Бета хватает мужа за руку, прижимает кисть к своим губам и в голос кричит. Слезы катятся по щекам девушки, голос надрывается. Бета смотрит на тело покойного мужа, а после слышит, как в входную дверь кто-то сильно ударяет. Ещё. Ещё. И ещё. Девушке уже всё равно. Сегодня убили её мужа. Её опору и поддержу. Отца её ребёнка. Её счастье. Сонхва любил Йеджи так, как никто никогда уже не полюбит. Обычно, альфы, как он выбирают омег, а не бет. В любом случае, компании нужен наследник, а у беты шанс забеременеть в разы меньше. Поэтому, обычно, выбор падает на омег, но Сонхва выбрал именно Йеджи. Не смотря на вторичный пол. Альфа влюбился не в бету, а именно в Йеджи. В тихую скромную девушку, которую обрызгала его машина в суровую ноябрьскую пору и тот не смог ей не помочь. Йеджи не представляет жизнь без этого человека. Дверь выбивают. Та с грохотом падает, а после слышатся торопливые шаги по коридору. В проходе появляется... Хёнджин. Брат подбегает к Йеджи и смотрит на тело Сонхвы. – Что случилось? Йеджи, к вам кто-то зашёл? – Тот берёт лицо девушки в свои ладони и смотрит ей в заплаканные глаза. Слезы, словно град, катятся по щекам сестры, капая на домашнее платье девушки. – Хёнджин... Убили... Сонхву убили... – Девушка прижимается к брату, а тот обнимает её в ответ, успокаивающе поглаживая по спине. Ненависть. Вот, что за чувство страшным огнём разгорается в душе Хёнджина. Кто-то посмел лишить сестру мужа, лишить её счастья. Счастья, которое она заслужила, как никто другой. – Тише, родная, тише... Я найду убийцу, всё будет хорошо, милая, всё будет хорошо... Через пару дней, на УЗИ, Йеджи узнала, что потеряла ребёнка. Девушка слишком перенервничала, поэтому у неё случился выкидыш, который повлек за собой очень большую проблему. Бета больше не сможет иметь детей. Через неделю, Хёнджин нашёл и убил убийцу мужа и ребёнка Йеджи. Организация, которая совершила убийство, была за три дня и семь часов уничтожена. Хван-старший отомстил за мужа, сестру и его племянника. Но альфе всё равно казалось, что эти гады не заслуживают такой привелегии, как смерть. Они должны были долго и мучительно страдать, как теперь всю жизнь будет страдать Йеджи. * * * * * Наше время. Воспоминания о том дне, словно нож режут сердце Хёнджина, открывая ещё не зажившую рану. Эта рана никогда не заживёт. Такое на всю жизнь. Хван резко сворачивает на обочину, а после останавливает машину, включая аварийку. Тот отстегивает ремень безопасности и поворачивается к Феликсу. Тот непонимающе хлопает глазами, смотря на Хёнджина. Альфа хватает омегу за руку и притягивает к себе, Ли вскрикивает от удивления, а после чувствует на своих губах губы Хвана. Старший прижимает омегу к себе и нежно целует, не проникая языком в рот. Это простой поцелуй, без капли похоти. Хёнджин этим поцелуем просит омегу не уходить. Конечно, Феликс не понимает этой просьбы. Возможно, если бы он знал, что Хёнджин вспомнил ту ситуацию с сестрой и её мужем то, возможно, он бы догадался о немой просьбе альфы. Но омега не знает не только историю сестры, но и в принципе сестру, тот помнит, что Хван упоминал свою сестру, но ничего более, поэтому, для Феликса этот поцелуй -ничего не значит. Просто поцелуй потому что его альфе так захотелось. Этот альфа, возможно, не был выбран Феликсом, но он был выбран судьбой. Поэтому, Феликс может только печально хлопать глазами и молча терпеть всю боль, что будет. – Поехали. – Хван резко отстраняется от Ли, а после снова продолжает движение. Феликс, конечно, немножко ахуел от эмоциональных скачков Хёнджина, но, ладно. Всё-таки, омега по-прежнему проданная за несколько сотен миллионов вещь и его мнение уже давно не имеет веса. Вскоре город за окном сменился лесом, а дальше, Хёнджин повернул прям в этот лес. Оказывается, в лесу, вдали от города, стоял большой особняк, который, видимо пренадлежал Хвану. Ворота в дом открывались автоматически, Хёнджину потребовалось только нажать на пульт, который лежал у старшего в машине. Цвет ворот был серым, колонны забора, как и сам дом, были кирпичными. На двух основных колоннах возвышались две статуи золотых львов. Хёнджин оставляет машину в гараже и выходит из неё, после открывая дверь и омеге. Альфа вновь делает из себя джентльмена, протягивая младшему руку. Ли не смеет не принять данный жест, поэтому сразу же выходит из машины, придерживаясь руки старшего. Хёнджин, после того, как Ли покинул машину, пошёл вглубь двора, к особняку. Ворота за ними закрылись, как и открылись, автоматически, отрезая всех, кто находится на территории от внешнего мира. Теперь только двор и особняк. Дом выполнен из серого и бежевого кирпича, который чередовали в произвольном порядке, не прибегая к какой-либо закономерности. Крыша была темно-серая, подходящая под цвет серых кирпичей. Под ногами - плитка, вокруг - аккуратно подстриженные кустарники. Цветов во дворе не было от слова совсем, только кусты и пару сосен, для красоты. Недалеко есть небольшое искусственное озеро. Вероятно, там должны были бы плавать рыбки, но сейчас там никого нет. Ещё одно доказательство, что либо за двором не следят, либо тут просто никого нет. Феликс прошёл через весь двор к особняку. Подойдя к входу в само помещение, Феликс отметил очень скользкие ступени, сделанные из мраморной плитки и безумно красивую веранду. На ней стояли только два напольных растения и всё. Если бы Феликс тут жил, он бы поставил на эту веранду кресло, чтобы можно было читать вечерами, отдыхая от душного помещения на свежем воздухе. Двор, кстати, как и веранда - очень пустой. Вероятно, Хван здесь бывает редко... Или просто ему не нужен уют и тепло. Он же, всё-таки альфа, а не омежка, который хочет везде создать уют. Феликс вообще отметил очень много вещей, которые хотел бы поменять тут. Например, в озере жили бы китайские лунные карпы и росли цветы лотоса. Тропинку он бы усеял фонарями, наверное, тоже в китайском стиле, чтобы подходило к озеру. Сам дом, снаружи, конечно никто бы не менял. Но вот веранду он бы обустроил более красиво. Далее Феликс прошёл в дом. Дом внутри оказался таким же пустым, как и двор с верандой. Холодные стены, мебель из тёмного дуба, несколько зеркал, винтовая лестница и холодный пол. Так ладно, начнём по порядку. Сначала прихожая. В ней стоит серый пуфик и висит зеркало в полный рост, которое, кстати, с подсветкой. Сзади стоит шкаф из тёмного дерева, а рядом полка для обуви. На ней ничего не стоит. Не тапочек, ничего. Феликс снимает обувь и проходит дальше, вслед за Хёнджином. Пол выполнен из крупной чёрно-белый плитки. Хван привёл его в столовую, соединённую с кухней. Ну, как соединённую... Она просто не отделена дверью, но стена есть. Проход аркообразной формы без штор, без дверей. Так же в стене своеобразное окошко, без стекла. На прямоугольном столике возле этого окошка стоят несколько горшков с засохшими цветами. Грустненько выглядит. На столе из тёмного дерева ничего не стоит. Кухня тоже пуста. Только гарнитура, а посуды и остального тут нет. Пусто и холодно. Большего об этом месте не скажешь. Всё было пустым и холодным, каждая вещичка источала эти качества. Не так как у омеги, не так, как дома. Дом, чаще всего, ассоциируется у людей с теплом, близкими и какими-то воспоминаниями, которые люди успели нажить в этом месте. А это место нельзя было назвать домом. Хёнджин, видимо, и вправду здесь практически не живёт. Слишком уж пусто для места, в котором постоянно находятся. Дальше они пошли в гостинную. Там висит огромный телевизор, стоят диван и два кресла белого цвета, а рядом стеклянный журнальный столик. На нём стоит пустая ваза. Ещё есть ванная, в которой стоит душевая кабина, рукомойник и стеллаж в три полки. На нём ничего не стоит. Место и вправду не жилое. Есть ещё одна комната, но она для персонала. По крайней мере, так написано на двери. Наверное , там будут жить те самые слуги, которых Хёнджин упоминал. Дальше есть ещё одна огромная комната - библиотека. Там было очень много книг. Наверное, это единственная комната, в которой чувствовалась жизнь. Дальше винтовая лестница на второй этаж. Там не очень много комнат. Три спальни, рабочий кабинет и ещё один санузел. Так же, стоит отметить, есть ещё огромный балкон, на котором стоят чайный столик и два кресла. В двух спальнях всё одинаковое : двуспальная кровать, шкаф из белого дерева, ковёр. Место в комнатах ещё есть, поэтому, можно будет ещё что-то поставить. В рабочем кабинете, который, в теории принадлежит Хвану, оказалось, на удивление , пусто. В прочем, удивления с каждым разом всё меньше и меньше. Так же была ещё одна пустая комната. Наверное, её оставили для ребёнка, который в будущем родится. – Вот дом, в котором ты будешь жить. – Подытожил экскурсии Хёнджин, поворачивать к Феликсу. – Мне не удобно каждый раз сюда ездить, поэтому приезжать я буду крайне редко. Завтра утром тут уже будут слуги. Их тут будет шесть, если надо - найму ещё. Так же, я выделю тебе деньги и ты сможешь обустроить и дом и двор. Делать можешь всё, что угодно, но в пределах разумного. Вопросы? – Вопросов нет, любимый. – Феликс улыбается, и оставляет чмок на щеке Хёнджина. Старший искренне удивляется действию омеги и оставляет поцелуй на макушке младшего. «Я не люблю тебя, Хёнджин. Я влюблён в твои деньги и возможности. И, поверь, моё содержание тебе обойдётся очень дорого.» – Ухмыляется в мыслях Феликс и устремляет взгляд на Хёнджина. * * * * * *