Счастье любит тишину

Уже ближе к вечеру, когда Чимин вернулся домой, его встретили радостными криками и объятиями родители и Тэхён. На столе ждал вкусный торт, Чимин уверен был, что он вкусный, ведь других тортов не бывает, и ароматный чай. Он рассказывал о новых знакомых в лице Юнги и Чонгука, о своем кураторе — весьма приятном мужчине по имени Ким Намджун. А Тэхён с важным видом поддакивал, говоря, что профессор Ким чуть ли не самый лучший педагог во всем университете. Конечно, когда зашла речь о Чонгуке, его лицо стало выражать то ли неприязнь, то ли восхищение, то ли все вместе взятое. И Чимин обещал себе, что узнает, почему же именно эту реакцию вызывает имя Чона. Когда все было съедено и выпито, а Тэхён отправлен домой, Чимин со спокойной душой лег спать, после принятого душа и отправленного сообщения Сахарному. Этот день был так сильно окрашен положительными эмоциями, и, казалось, что Чимин никогда раньше не испытывал столько всего за день, ведь его будни и выходные были одинаковыми, сменяясь неделями и месяцами. Переполненный эмоциями и воспоминаниями, он уснул как никогда раньше, лишь положив голову на подушку. Уснул так сладко и хорошо, что не услышал первый будильник и нещадно опаздывал. Все, что он успел сделать — почистить зубы и надеть первый попавшийся свитер. И все бы ничего, он успел до начала пар приехать в университет, и первым значилась математика, кабинет которой был в неизвестном направлении. Чимин правда пытался найти его, даже еще раз посмотрел расписание, глянув на номер аудитории, но все было бессмысленно. Он просто-напросто потерялся. Когда он уже принял свою участь, то как раз в его коридор повернул Юнги. — Юнги-хён! — крикнул Чимин, взмахивая рукой. Он правда надеялся, что крикнул, а не промямлил это, потому что себя, сколько бы он не старался, воспринимать было весьма затруднительно. И, судя по тому, что Юнги оторвал взгляд от телефона, тот его услышал. Он улыбнулся и стал сближаться с Чимином. — Хэй, — он протянул ладонь для пятерни, и Чимин звонко отбил. — Что-то случилось, почему не на паре? Она вот-вот начнется. — Да… Я потерялся, — горько усмехнулся Чимин. — Какая пара у тебя? — Математика, вроде как. — Ну пошли, у меня рядом с тобой лекция. Следующим что? — сказал Юнги, обнимая Чимина за плечи. — Секунду, — попросил Чимин, доставая телефон, и Юнги смело заглянул в экран. Он открыл расписание и повернул экран к старшему. — Физика, значит. Это на другом этаже. — Зачем мне математика и физика, если я танцор?.. — возмутился Чимин. — За тем же, что и мне высшая математика, а я композитор. Общая программа, Чимин. Она у всех тут такая. Повезет, если математика закончится на втором курсе, то у меня четвертый, и как видишь, — усмехнулся он. — Мы пришли. Вот твой кабинет. Попроси прощения у Кана, — наставил он, развернувшись на 180 градусов. — Спасибо, хён. — Да не за что, — обернувшись, слабо улыбнулся Юнги. — Ты меня только дождись. Мы с Чонгуком отведем тебя в кабинет физики. — Тебя это правда не затруднит? — Иди уже, то Кан не впустит, — поторопил Мин, снова улыбнувшись, и Чимин кивнул. Войдя в класс и извинившись, как и сказал Юнги, он оглядел кабинет и наткнулся на знакомое лицо в виде Чон Хосока. Место с ним как раз было свободно, и Чимин, собрав всю волю в кулак, направился к нему. Он поприветствовал его, легко улыбаясь и сел рядом. Университет — новая жизнь, и в ней нужно что-то менять. Например, находить друзей и становиться более общительным. Нет, Чимин мог бы хоть всю жизнь прожить только с Юнги и Тэхёном, но искать новые знакомства — это практически всегда весело и интересно. Если не брать в расчет, что ему придется каждый раз рассказывать о своей глухости. Но дружить с Юнги это пока никак не мешало. — Чимин-щи, — настойчиво повторил голос, пока сам Чимин усердно записывал в тетрадь решения уравнений. По аудитории прошел смешок, а учитель еще раз громко произнес имя Пака, подходя ближе к его парте. Когда на столе появилась тень от профессора, Чимин вскинул голову, глядя на него. — Чимин-щи, я смотрю, Вы у нас самостоятельный и педагогу не отвечаете, да? Ну выходите к доске и покажите, что Вы умеете, — еще несколько человек в классе пустили смешок, а Чимин неуверенно поднялся со своего места. Когда он шел мимо рядов, кто-то решил, что поставить подножку будет весьма уместно, и Чимин, не увидев ее, споткнулся и упал, больно сдирая кожу с нежных ладоней. Наушник слухового аппарата выпал из уха при падении и покатился в сторону, пока Чимин пытался судорожно подняться и забрать его обратно. — А это что? — спросил парень с грубой интонацией, в которой слышалась насмешка. — Так понятно, почему он ничего не слышит, — он рассмеялся, и дружок рядом с ним подхватил «шутку». Чимин стоял как вкопанный и смотрел прямо в лицо обидчику, а потом схватив свой рюкзак и тетрадь, выбежал из кабинета, не обращая внимания уже ни на что. По щекам лились крупные слезы, оставляя после себя обжигающие дорожки. Руки болели и кровоточили от падения, а в голове набатом било осознание, что он глухой. Когда Чимин нашел скромное местечко, чтобы поплакать, мимо него прошел человек, который услышал тихие всхлипы. Он приблизился к нему, дотрагиваясь до плеча, и Чимин, резко скинув голову, увидел Тэхёна. — Эй, ты чего? — прочитал он по губам. Тэхён больше ничего не спросил, а лишь обнял покрепче, прижимая ближе к себе. Ладонями аккуратно гладил спину и волосы и слегка покачивался. Понадобилось всего несколько минут родного тепла, чтобы Чимин успокоился и смог внятно все объяснить. Он рассказал, что произошло в кабинете, как ему поставили подножку и как засмеяли. И не было обидно, что он поранил руки, совсем нет. Больше было обидно за слова, сказанные тем парнем. Чимину было до слез обидно, что он снова в той ситуации, когда над ним будут издеваться, но уже не в школе. Чимин дрожащими руками объяснял все Тэхёну, пока тот смотрел на его ладони с кровавыми царапинами и усваивал всю информацию. Когда Чимин закончил, Тэ попросил его надеть наушники обратно и повел обратно к кабинету. До конца пары оставалось совсем чуть-чуть, и Тэхён предложил посидеть в коридоре. Как только звонок прозвенел, Тэхён наклонился ближе к Чимину и попросил показать на того, кто его обидел. Попытки не делать этого Тэхён пресёк сразу же, обещая, что просто поговорит. И когда на горизонте показался обидчик, Чимин указал на него, и Тэ сразу же узнал младшую копию его сокурсника. Братья были до боли уж одинаковые и, видимо, схожие в характере. — Пошли, — сказал Тэ, хватая Чимина за руку. — Хван! — парень обернулся глядя прямо на Тэхёна. — О, глухой дружка привел? — Тэхён схватил его за воротник, прижимая к стене, и Чимин не на шутку испугался. — Значит так, Хван. Советую тебе закрыть свой рот и не открывать его, иначе весь университет будет знать, что ты позоришь имя своего брата и дискриминируешь глухих, насмехаясь над ними. А у меня тут еще и друг в газете универстета работает. Устроить тебе веселую жизнь, а, Хван? — прошипел Тэхён прямо в лицо обидчику. Мимо проходили студенты, не обращая внимания на такое. Чуть ли не каждый день в многотысячном университете происходили стычки, но кое-кого уж сильно заинтересовало увиденное. — Что тут происходит? — к ним подошли Чон и Мин. Взгляд Чонгука сразу уперся в Тэхёна и Хвана, пока Юнги подошел к Чимину оглядывая его. — Что-то случилось? — спросил Юнги у него, видя опухшие красные глаза. Он сразу смекнул, что Чимин недавно плакал, и почувствовал укол совести. Ему было обидно и стыдно перед Чимином, что в первый же день случилось такое. — Да, — ответил Тэхён. — Вот этот дебил решил при всей аудитории высмеять, что Чимин глухой. — Ну значит Хван? Так твоя фамилия, то уж больно ты похож на своего братца? Тогда Хван в первый день отправится в кабинет к декану, да? — предложил Чонгук. — Хочешь? — парень активно замотал головой. — Тогда извинился перед Чимином и пошел нахуй отсюда, — приказал Чонгук, и как только обидчик пролепетал слова прощения, то Тэхён отшвырнул его в сторону, и он поторопился уйти подальше от этой чокнутой четверки. — Ты в норме, Чимин? — спросил Чон. — Забей на него, у него и братец такой же, временами. Но, видимо, старшему мозгов больше досталось, чтоб не вести себя как говно публично, он за спинами это все делает. Ты вообще не думай, лады? — Чимин неуверенно кивнул. — Если еще раз полезет, то говори. Первый раз я его предупредил. — А что дальше? — с упреком спросил Ким. — Побьешь? — А ты не побьешь за своего младшего? Чимин-то, судя по его глазам, ревел из-за слов этого идиота. Я его предупредил. Дважды дебилам повторять бесполезно, значит мой кулак объяснит лучше. И какого хуя я должен оправдываться перед тобой, пидор? — Пошел нахер, Чон. — Сам пошел, уж ты-то это любишь. — Подскажешь хер получше? Тебе-то лучше об этом известно, — съязвил Ким в ответ, и Чон, зло выдыхая, направился на него. — Слышь, блять, голубизна ходячая, рот прикрой. — А то, что? У тебя встанет от моих губ и языка? — спросил он, облизываясь. — Так! А ну-ка оба, блять, успокоились. Бесите. Потрахайтесь уже наконец и живите счасливо. — Пошел нахуй, — раздалось единогласно. — Не обращай внимания на них, они так всегда, — сказал Мин. — Они же не будут драться? — испуганно прошептал Чимин. — Только если горизонтально, — усмехнулся Юнги. Он обнял Чимина за плечи, и они со стороны смотрели на лающих друг на друга Кима и Чона. Но в один момент Чонгук развернулся, подходя ближе к ним, пока за его спиной плелся счастливый Тэхён. — От педика хорошая идея появилась, — воскликнул Чонгук. — Пошел нахуй, — ядовито плюнул в него Тэхён. — Не это предложение, — усмехнувшись, сказал Чонгук. — В общем, давайте прогуляем? Вряд ли Чимин хочет оставаться здесь после случившегося. А завтра на входе мы поймаем нашего любимчика Хвана-младшего и объясним еще раз, что унижать никого нельзя, — Чонгук глянул на Тэхёна и добавил, указав пальцем: — Кроме него. — Пошел нахуй еще раз, — вытянул средний палец Ким, тыкая им прямо в лицо Чонгуку. Но тот успешно проигнорировал послание, обратив все внимание на Юнги и Чимина. — Ну что? — Нам не влетит? — испуганно взглянул на них Чимин. Эти трое явно были не против прогулять, судя по их лицам, да и, видимо, делали это не в первый раз. — А мы объясним все Намджуну, — предложил Юнги. — Я у него типа в любимчиках. — А я в любимчиках у старосты, она меня отметит на парах, — счастливо улыбнулся Тэхён. — Ну пошли, чего думать-то? Надо начинать все в первый раз, Чимин. И прогуливать пары — тоже, — и Чимин, усмехнувшись, кивнул. Он протянул руку Тэхёну, и тот сразу схватился за нее. — Я надеюсь, вы не трахаетесь, — слегка брезгливо произнес Чонгук. — Я тебе сейчас втащу, — зло предупредил его Тэхён, и Чон вскинул руки в мирном жесте. — Понял, — произнес он. На самом деле, драться с Кимом никогда не хотелось. Чонгук в принципе был из тех, кто просто так руку не поднимал — лишь говорил, сводя все к шутке. Но, по каким-то неведомым причинам, ему постоянно хотелось подколоть Тэхёна. Увидеть злобно-раздраженное лицо младшего, его средний палец и недовольный вид. Услышать голос, и, честно, Чонгук ничего не понимал в своем поведении, но как-то меняться не особо-то и хотел. Ему в некоторой степени даже казалось, что Тэхён это заслужил, но не знал, почему именно. Потому что он гей или потому что так был воспитан сам Чонгук? Его отец ведь всегда именно так и делал — принижал тех, кто не такой ориентации как он. Но сегодня что-то щелкнуло внутри Чонгука, и он говорил уже это больше в шутку, не ощущая внутри себя слепой ненависти к Киму. Иначе, чем он отличается от Хвана, что принижал Чимина? Только лишь причиной обидных шуток, пожалуй.