Счастье любит тишину

Время за ужином прошло достаточно скромно. По-семейному. И, на удивление, Юнги отлично вписывался туда. Мама сразу же почти заставила Юнги называть его просто мамой, сказав, что у нее уже два сына — это Чимин и Тэхён. И что ей, если будет одним больше. Юнги, ужасно смущаясь и краснея, поблагодарил ее, чувствуя материнское тепло. Так и общался весь ужин, неуверенно называя ее мамой. А потом еще и отец решил вмешаться, жалуясь на то, что его называют сэром. Пришлось и его называть папой, смущаясь еще больше. Набив полный желудок теплой еды, Юнги откинулся на спинку стула, тяжело выдыхая. Чимин последовал его примеру, прикрывая глаза от наслаждения. — Спасибо, мама, — в голос сказали мальчики. — Не за что, милые. — Мама, — позвал ее Чимин. — Мы пойдем с хёном в мою комнату? — Да, конечно, идите-идите! Завтра, если погода станет лучше, папа отвезет вас и Тэхёна на учебу. Мы с его мамой уже договорились. Последним, что услышала мама, было «Отлично, я люблю вас» от Чимина, и он, схватившись за руку Юнги, полетел на второй этаж. Уже оказавшись на лестнице, Чимин чуть сбавил шаг, но руку Юнги не отпустил. Только зайдя в комнату Чимина, они отпустили руки друг друга, и Пак завалился на постель, мыча от удовольствия. Мышцы тянуло приятной усталостью после тренировки, и полежать в постели было так приятно, что хоть сейчас засыпай. Он прикрыл глаза и постарался тихо проговорить, чтоб Юнги располагался как у себя дома. Юнги, конечно, никому не скажет, что Чимин достаточно сильно закричал, но место всё-таки послушно занял. Его взгляд приковало подвесное кресло, и он уселся в него, поджимая ноги под себя. Мягкая ткань так и манила остаться в нем навсегда. Слегка покачиваясь, он тоже прикрыл глаза и прислушался. Мерное дыхание самого Юнги и Чимина, тиканье часов на стене и громкое падение разбивающихся капель дождя. Ветер завывал, но скорее вызывал успокоение вкупе с дождем, чем тревогу или холод. — Юнги-хён… — Ммм? — промычал Юнги в ответ. — Чем займёмся? — и честное слово, Юнги совсем не хотел думать о чем-то неприличном, но мысли сами полезли в голову. Он всеми силами отгонял их, словно надоедливых голубей. — Может, посмотрим дораму? — Давай! — слишком громко согласился Юнги, смутившись своих мыслей. — Какую? — уже тише добавил он. — Я давно хотел посмотреть «Плечо, чтобы поплакаться». Там, вроде как, играют айдолы. Но… — Но что? — уже заинтересованно спросил Юнги. — Она слэш… — Чимин перевернулся на живот и громко замычал в подушку. — Ну давай посмотрим. В чем проблема? — И тебя ничего не смущает? — Тебя не смущает, что я пять месяцев назад признался тебе в своей гомосексуальности? — Чимин, немного подумав, кивнул. Он вообще-то тоже гей, но никто, кроме Тэхёна, об этом и не знал. И Чимину показалось, что сейчас — идеальный момент. — Я тоже… — Чимин перевернулся, глядя на Юнги, и тот кинул на него взгляд, полный непонимания. — Что именно? — Ну… — смущённо протянул Чимин. — Гей… — Юнги понимающе кивнул и улыбнулся. Это было сложно для Чимина и безумно смущающе, и он это прекрасно видел. — Родители знают? — Чимин активно закивал, улыбаясь. — Я рад, что и ты теперь знаешь… — Спасибо за доверие, Мини, — мягко сказал Юнги, чем заставил Чимина покраснеть и снова оглушительно замычать в подушку. Внезапно в дверь постучали, и, после разрешения Чимина, она открылась. В комнату заглянула мама. — Как вы тут? Все хорошо? — парни синхронно закивали. — Сынок, не забудь отдохнуть от слухового аппарата, хорошо? Врач сказал, что тебе нельзя так много в нем ходить, это может быть опасно. — Да, мам, конечно, — спокойно ответил Чимин, а Юнги напрягся. Как это опасно? Он никогда не задумывался о другой стороне глухоты Чимина. Что за ней скрывается, почему Чимину может грозить опасность? Сердце забилось сильнее, тревожно отдавая в ребра. Как только дверь закрылась, он перевел взгляд на Чимина. — Чимини? — он обратил на него свое внимание, и Юнги продолжил: — А почему это может быть опасно? — Оу… — он замолчал, явно обдумывая свой ответ. — Наверное, — спустя пару секунд начал он, — ты не знаешь об этом, да? Когда человек глухой, то у него абсолютная тишина, и звуки на него действуют отрицательно, особенно в самом начале, когда он начинает слышать. Мозг, привыкший к тишине, получает сигналы, очень много сигналов. Такой поток информации для него опасен. Я могу потерять сознание, голова может заболеть или кровь из носа пойдет. Примерно такие же симптомы как при повышенном или пониженном давлении. Так что иногда мне нужен отдых. Вечера я стараюсь проводить вообще без наушников. — Тогда снимай их. — Но… А как мы будем общаться? — Найдем способ. Я не хочу, чтобы ты пострадал, Чимин. Ты же мой младший, — заботливо прошептал Юнги. — Ну иди сюда тогда. В кресле мы не поместимся. Будем смотреть дораму. Я с субтитрами обычно смотрю, — Чимин встал с кровати, забирая со стола ноутбук. Он открыл крышку, запуская систему. Пока ноутбук включался, Чимин потянулся за своим портфелем, доставая оттуда футляр для слухового аппарата. Аккуратно уложив наушники, он закрыл футляр и отложил на прикроватную тумбочку. Чимин приложил пальцы к горлу и постарался сказать ровно настолько, насколько получится. — Я читаю по губам, — он старался изо всех сил, медленно проговаривая каждое слово, и у него получилось. Юнги уверенно кивнул и сел на кровать рядом. Пока Чимин открывал сайт для просмотра дорам, увлеченно глядя в ноутбук, Юнги смотрел на него. Его профиль лица был таким точеным, словно у статуи или картины. Чимин в целом выглядел как восьмое чудо света. Чимин поднялся с кровати и выключил свет, включая ночник на тумбе. Он подготовил все для просмотра и поднял указательный пальчик, мол, дай мне секунду. Чимин открыл чат с Сахарным и написал ему. <Чимин> Хён, я тут решил посмотреть «Плечо, чтобы поплакаться». Посмотришь, и мы обсудим потом? Телефон Юнги звякнул уведомлением, и, честно, сейчас он был самую малость рад, что Чимин глухой, иначе его бы взяли с поличным. Чимин отложил телефон и повернулся к Юнги, показывая знак «ОК». Юнги ответил ему тем же, и они, устроившись поудобнее, начали просмотр дорамы. Поначалу все шло очень даже неплохо, временами даже забавно. Но вот на половине дорамы Чимин ревел, уже не сдерживая слез, и Юнги как настоящий джентльмен притянул его к себе. Футболка впитала все свои слезы и прекрасно справилась со своей задачей. А Чимин так и остался на груди Юнги, сжимая в одной руке ткань футболки, а другой обнимая талию хёна. Под конец Чимин смущенно хихикал, и Юнги это безумно нравилось. И смех Чимина, и его доверие и открытость. Чимин так доверчиво смеялся, не стесняясь ничего, так крепко обнимал его, так мило прятал лицо в грудь, когда момент того требовал, и посматривал всего одним глазиком на субтитры на экране. По-моему, Юнги, конечно, не уверен, но в этот вечер он влюбился еще сильнее.