Счастье любит тишину

— Гуки, вставай, — тихо шепчет Тэхён, поглаживая Чонгука по волосам. Он нежно ведёт пальцами до щеки и возвращается обратно к волосам. — Мы приехали, Гук, — тот сонно мычит, прижимаясь ближе к груди Тэхёна. — Просыпайся, Гуки, — парень всё-таки поддаётся на уговоры и сонно раскрывает глава, еле удерживая веки, чтоб те вновь не сомкнулись. — Встал, — говорит Чонгук охрипшим и слабым голосом и открывает дверь, вываливая свою тушку из такси. На улице пусть и лето, но довольно прохладно, и Чон ежится, а по коже пробегают мурашки. Тэхён быстро оплачивает такси и выбирается к Чонгуку, становясь рядом. — Ну, что? Домой пошли? — ласково спрашивает Тэ, обнимая друга за плечи. — А можно? — Нужно, Чонгук. Пойдем, мама там, наверное, переживает, — они оставляют еле заметный рассвет позади, заходя в теплый дом. И дело совсем не в температуре. В атмосфере. В который раз Чонгук чувствует, что тут люди любят друг друга, что они — семья. У него дома не было такого ощущения никогда. Было лишь чувство, что каждый, кто живёт в доме, обязан отцу, словно должник. И выбраться из этой клетки было невозможно, но Чонгуку удалось. Вопрос: какой ценой? — О, вы приехали, мальчики. — Да, мам, — улыбается Тэхён, обнимая женщину. — Это Чонгук, ну ты знаешь. Мы пойдем ко мне, ладно? Чонгук спать хочет очень, — говорит он, и мама кивает. Они вдвоем поднимаются в комнату Тэхёна, и Чонгук завороженно осматривает ее. Она мягкая, как и Тэхён, в своей обстановке. Местами стоят плюшевые игрушки, на стенах плакаты с любимыми корейскими группами. Широкий подоконник украшают мягкие пледы, тоже плюшевые, как кажется Чонгуку, и много подушек. Стоят два стеллажа с огромным количеством различных книг. В углу комнаты притаился компьютер, монитор которого по краям был украшен множеством наклеек. В центре комнаты расположилась кровать, аккуратно заправленная мятными одеялами. — Ты так любишь одеяла? — не может содержаться от комментария Чонгук. — Они спасают меня от холода и дарят уют, — улыбается Тэхён. — Чувствуй себя как дома, не стесняйся. Мы уже спали в одной кровати, — подмигивает он. — Давай ты завтра будешь стебать меня, сколько тебе захочется? А сейчас просто обними? — он больше спрашивает, чем просит. А Тэхён не видит причин для того, чтобы отказать. Он заваливает Чонгука на кровать прямо в одежде и крепко-крепко прижимает к себе. Тэхён чувствует, как он опешил от такого развития событий, но не возражает, лишь обнимает за талию, утыкаясь носом в грудь. — Хочешь поделиться, Гук? — Не знаю… — неуверенно говорит Чонгук, но спустя недолгую паузу он начинает свой рассказ. — Просто отец всю жизнь обращался со мной как с куклой. Как будто я персонаж игры под его руководством, понимаешь? Захотел — сделал то, сделал это. Он никогда не думал о моих чувствах, а я в детстве думал, что угодить отцу — просто смысл всей моей жизни. Но чем становился старше, тем больше свободы и воздуха хотел, а отец все больше сжимал руки на моей глотке. Учеба, учеба и ещё раз учеба. Самосовершенствование. Чтобы он мог похвастаться тем, какого сына он воспитал. Я не бесился со своими сверстниками во дворе, у меня не было близких друзей в школе. Наоборот, многие меня презирали. Чон Чонгук — папенькин сынок, лучший во всем. Зазнайка и отличник. А хотелось быть просто Гуком — классным парнем, понимаешь? За двойки и тройки он мог избить меня так, что на следующее утро, а то и не одно, я не мог встать в школу. Отец говорил руководителю, что я упал, — горько усмехается Чонгук, — ногу подвернул. Последней каплей сегодня стало то, что меня хотят насильно женить. Хотели точнее. Я сказал отцу, что не собираюсь этого делать, а в ответ услышал, что я ужасный и неблагодарный. И что я теперь больше не сын Чон Чонсока, и домой я могу не приходить, — договорил Чонгук, тихонько всхлипывая. — Что… Что я сделал не так, чтобы заслужить это, Тэхён? Я всегда был приличным мальчиком, сыном. Делал все, что захочет мой отец. Никогда не прекословил. Я просто хотел быть как и все. Раскрыть свои крылья… Понимаешь? Просто хотел вздохнуть полной грудью и почувствовать эту свободу, — Чонгук горько зарыдал в грудь Тэхёна. Ким с ужасом слушал о насилии над парнем, который ему дороже самого воздуха, ради него он просыпался каждое утро и шел на скучную учебу. Лишь бы увидеть самого важного человека в жизни. Чонгук хочет взлететь? Тэхён оторвёт свои крылья и отдаст ему. Нужен воздух? Тэхён готов отдать весь свой, потому что он дышит и живёт только Чонгуком. — Поцелуй меня, — тихо просит Чонгук, и Тэхёну кажется, что это галлюцинация. — Пожалуйста, Тэхён… — Но… — Я не буду жалеть, обещаю… Просто прикоснись ко мне. Поделись своим теплом. Я так много чувствую к тебе, но сам не знаю, что именно. Я так запутался, Тэхён. Я так чертовски виноват перед тобой. Пожалуйста, прости меня, — плачет Чонгук, и Тэхён не может больше слушать это — сердце разрывается с каждым всхлипом Чонгука. Он целует его, нежно прикасаясь к губам. Совсем непорочно, аккуратно и ласково. Сминает сухие губы Чонгука, от которых пахнет сигаретами. Те слегка соленые от слез, и Тэхён собирает своими губами каждую каплю, разделяя боль. Он проводит пальцами по щеке, а Чонгук жмется все ближе и ближе, стараясь убрать все пространство между ними. Тэхён нежно разрывает поцелуй, но не сдерживается и оставляет ещё одно прикосновение на губах Чонгука. Он гладит большим пальцем по щеке и нижнему веку, убирая слезы и успокаивая. — Засыпай, мой милый Гуки. Утро вечера мудренее. — Спасибо тебе за все, Тэхён… Просто спасибо, — тихонько всхлипывает Чонгук, проводя носом по шее. Тэхён крепко обнимает его, прижимая голову Чонгука к груди, и гладит его волосы. Спустя минут пять, а может и семь, черт его знает, всхлипы сменяются мерным сопением, Чонгук причмокивает губами и горячо выдыхает прямо в шею Тэхёна. А тот все смотрит на его черную макушку и переваривает все, что ранее услышал. Самый сильный человек в жизни Тэхёна оказался самой сломанной игрушкой. Сейчас Чонгук выглядел потерянным, словно не знал, как жить дальше. Раньше он шел по острию отцовского ножа, но путь был четким, ведь шаг вправо, шаг влево, и он бы упал. А сейчас все дороги в его распоряжении, и что делать с этим, он не знает. Как жить, где жить. На самом деле, это было вполне решаемо. Жить он сможет в общежитии университета — вряд ли лучшему студенту откажут, — а учебу будет сполна покрывать стипендия. Еду он сможет покупать с подработки и небольших призов с соревнований по баскетболу. Все, что сейчас нужно было Чонгуку, человек, который укажет путь, поддержит и подставит свое крепкое плечо. Словно маяк посреди морской глади, который указывает путь кораблям. И Тэхён уверен, что он может стать этим маяком. А после случившегося ещё больше хотелось бы и парнем Чонгука, но к этому придется идти дольше, ведь, как сказал сам Чон, он не понимает, что чувствует. Но и Тэхён не из простых, он не из тех, кто сдается на полпути, потому что видит ограждение. Такое всегда можно обойти, а если и нет, то для каждого замка есть свой ключ, и Тэхён найдет ключ от сердца Чонгука. Даже больше — он уверен, что уже нашел.