Мой маленький господин

— Мой маленький господин, вы не пострадали? — голос Юты был как всегда спокоен и Дофламинго с легкой насмешкий приподнял бровь. — А должен был? — с таким защитником как Юта, ему вообще ничего не было страшно, более того, теперь Дофламинго и сам мог справиться с какими-то жалкими головорезами — за последний год он научился владеть своим фруктом достаточно хорошо, чтобы управлять нескольким десятком человек разом. Но, конечно, зачем ему нужно было что-либо делать, когда рядом с ним почти всегда находился Юта? Да, на всякий случай Дофламинго тоже должен быть сильным, однако он не видел смысла тратить свои силы и время на всякую шушеру, которую Юта мог изрезать в мгновение ока. Это, говоря по правде, было удивительно — то, как мгновенно Юта становился его орудием убийства. Всего несколько секунд назад они мирно шли по главной площади и ели мороженное — точнее, ел Дофламинго, а Юта к своему не притронулся (потому что они оба знали, что Доффи захочет еще и порцию Юты, уж слишком вкусное тут было мороженое), а в следующий миг рожок Юты оказывается в ладони Дофламинго, а сам Юта, вытащив катану, убил несколько глупцов, которые попробовали покуситься на жизнь Доффи. Ну что за тупой скот, право слово? Дофламинго десять лет, и он достаточно поумнел, а еще готов был признать, что восхищается Ютой, своим великолепным ручным чудовищем. Юта был силен, чертовски силен, и Доффи хотел стать таким же сильным. Даже нет, не так, из чувства соперничества он просто обязан обойти Юту и стать сильнее, чем он. До этого еще идти и идти, но Доффи считает, что уже делает неплохие успехи — у него есть отличный фрукт и Королевская Воля, так что… Главное: возвести эти навыки в абсолют, и тогда он станет непобедим, Дофламинго в этом уверен. — Ты испачкался — мороженное я тебе не отдам, — фыркнул Доффи, хотя на самом деле ничего Юта не испачкался — он всегда убивал так, что его куртка оставалась идеально-белой. Пачкалась лишь катана по понятным причинам, и где-то в глубине душе Дофламинго было интересно — увидит ли он когда-либо окровавленного и уставшего Юту? Найдется ли противник, способный довести его до такого состояния, так еще и заставив выложиться на полную? Дофламинго казалось, что Юта — самый сильный, но… Он не был глупым и понимал, что этот мир огромен и в нем может найтись кто посильнее, тот же Белоус или Большая Мамочка. Странно, что обладая такой силой, Юта совершенно не стремился к власти — он лишь плыл по течению и следовал за Дофламинго, точно верный пес, что ужасно льстило и радовало, заставляя сердце сжиматься от переизбытка каких-то странных чувств, которые Дофламинго понять не мог. — И что же господин с ним сделает? — Юта приподнял брови, словно действительно не понимал. В его голосе слышалась отчетливая насмешка, но лицо оставалось каменной невыразительной маской — Юта в принципе эмоции не выражал, и Дофламинго не понимал причины, однако не собирался вникать. Его пока что все устраивало, а это главное. К тому же, Доффи более-менее научился различать настроение Юты по тону его голоса и глазам (не то чтобы Дофламинго делал это целенаправленно, абсолютно и точно нет), так что все было не так уж и плохо. — Сам съем, — едва не закатил глаза Дофламинго, отчего уголок губ Юты едва дрогнул, но улыбка на его лице так и не появилась. Доффи с трудом сдержался, чтобы не цыкнуть от разочарования — это была его маленькая игра и большое желание увидеть улыбку Юты, однако приказывать улыбаться ему он не собирался, потому что это являлось делом принципа. Порой в некоторых (почти во всех) вопросах Дофламинго был достаточно упрям. И вовсе это не плохое качество, а очень даже хорошее, мало того — даже полезное, если не обращать внимания на минусы и тихие вздохи Юты, который аккуратно намекал, что переусердствовать на тренировках и во время учебы — не самая замечательная идея, однако Дофламинго шел до упора, чтобы потом либо уснуть прямо за учебником, либо валиться с ног, не в силах дойти до своей кровати. В такие моменты его всегда нес Юта и… И Дофламинго ни за что не признается, что доводит себя специально, просто ради таких моментов — ощущать заботу Юты на себе — приятно, даже слишком приятно, причем всегда и в любом проявлении, будь то защита от кретинов-головорезов, и заканчивая такими покатушками на руках, во время которых Доффи очень честно притворялся спящим. За прошедший год Дофламинго и его, хм, подручные захватили власть на этом острове — больше никто не смел смотреть на Доффи сверху вниз, а сам Дофламинго решил сделать этот остров своей базой, некой отправной точкой. Здесь оказалось не так плохо, особенно когда местные жители не гонятся за тобой с вилами и факелами, а дрожат от страха. У Доффи и его семьи появился дом — почти такой же, какой был у него, когда Хоминг был жив, правда чуть меньше, но ничего. Дофламинго был уверен, что рано или поздно их база — их дом, переедет на более крупный и выгодный остров, чем этот. А пока стоило набираться сил, отыскать парочку кораблей и увеличивать численность команды. Но не все сразу — в таком деле спешить глупо, Дофламинго это понимал. Сейчас, когда они достаточно сильны, можно было взять корабль и попробовать захватить следующий остров — Доффи уверен, Юта без особых проблем справится с такой задачей. Он просто не мог не справиться. Слухи о Юте были громкими, дело замять никто не смог — вести о Шинигами, дезертире морского дозора и бывшим вице-адмирале, собственноручно вырезавший с десяток тенрьюбито, охватили практически весь мир, как пламя сухие поля. Листовки виднелись на каждом углу, а самого Юту в лицо не мог не узнать только глупец (поэтому Доффи безжалостно называл тех, кто нападает на него в компании Юты — тупицами), но, конечно же, сделать с этим никто ничего не мог — потому что Юта, по мнениею Дофламинго, действительно был смертью во плоти. Как корабль назовешь, так он и поплывет, да? Но Дофламинго был благодарен верхушке морского дозора, все же это именно они пошли на уступки его тетушке, чтобы в итоге Юта оказался подле него. Пусть зазнавшиеся ублюдки едят землю от зависти с осознанием того, кого именно они упустили. Тем не менее, несмотря на множество хороших изменений, что случились за этот год, было то, что совершенно Дофламинго не радовало — младший брат так и не вернулся. Доффи с трудом сдержался, чтобы не приказать найти Росинанта… Ладно, хорошо, он не сдержался и по истечению первого месяца приказал Юте обыскать весь гребаный остров. Юта сделал это за день, проверил каждое гребаное деревце, каждый заброшенный дом, однако Росинант будто сквозь землю провалился. Мог ли он каким-то образом уплыть на корабле? Вполне. Роси был мелким и хорошо умел прятаться, но теперь это ужасно раздражало. Дофламинго ничего не мог с этим сделать, потому что показывать такую ярую привязанность не хотел, как и не хотел отправлять других на поиски Роси, это было бы попросту не целесообразно. Росинант, скорее всего, на тот момент был ужасно далеко, а то, насколько действительно к нему был привязан Дофламинго, мог знать только Юта. Только с Ютой Доффи позволял себе все, потому что уже тысячу раз убедился — Юта его человек, его семья. Возможно даже больше, чем сбежавший Росинант, но это был его младший брат, который всегда был слишком глуп и наивен, поэтому Дофламинго, после того, как гнев прошел, решил, что не стоит держать зла на Росинанта. Он не сделал ничего такого, в отличие от Хоминга, так что… Доффи мог лишь надеяться, что с Роси все хорошо, и когда тот наконец перестанет быть таким тупым, он вернется к старшему брату, который обязательно возьмет его обратно под свое крыло. В конце концов, Росинант всегда был и будет его тупым младшим братом. Даже если сейчас Доффи не мог позаботиться о нем, потом он обязательно это сделает, если (когда) Росинант перестанет играть в прятки и вернется к нему. По поводу умственных способностей Росинанта Дофламинго надежд не строил, если до братца и дойдет, то явно не скоро, а уж как он будет искать Доффи и добираться до него… Хотя как раз с этим проблем возникнуть не должно — Дофламинго был серьезно настроен на громкую репутацию, желая стать одним из самых влиятельных и страшных пиратов, почти как Юта, только лучше. Юту так и не приписали к пиратам, на листовках он оставался обычным дезертиром, что ужасно раздражало Доффи — ведь Юта принадлежал ему, а значит автоматически был пиратом, так почему эти тупицы не могли исправить дурацкие буквы на листовке? Возможно, Доффи просто еще не заработал нужную репутацию, но ничего. Он был намерен это исправить.