Это правильно

— Прости, что? — обескураженно спрашивает Эндрю, оставляя вилку возле своего рта, чтобы переварить сначала информацию, любезно предоставленную Нилом, а затем кусок сендвича с курицей. — Хорошо, я скажу еще раз, — Нил набирает побольше воздуха в свои легкие, а потом начинает быстро говорить: — Я записался на курсы минета, который мне порекомендовала Элисон перед свиданием с Джереми, про которого ты, конечно же, уже слышал, потому что я не мог тебе не рассказать про его лучезарную улыбку и приглашение в ресторан, ведь ты мой лучший друг. Так вот. Я прослушал все лекции, хоть они были весьма скучными, потому что та девушка с голубыми волосами много говорила про одно и то же, но это неважно, потому что последнее задание заключается в настоящем минете. С настоящим человеком. С настоящим членом. Хорошо, что оно не такое уж и обязательное, ведь до этого мы тренировались на бананах и всем таком прочем, но. Я не могу опозориться перед Джереми, потому что я абсолютно не знаю свои навыки на настоящем члене, только на банане, а банан не может сказать мне хорошо получилось или нет. И таким образом, мы приходим к одному вопросу. Позволишь ли ты мне сделать тебе минет? Дружеский минет моему лучшему другу, чтобы узнать мои способности и не опозориться перед Джереми. У Эндрю еще больше открываются глаза, а брови поднимаются вверх так, что Нил может видеть складки на его лбу. Эндрю, в принципе, сложно удивить, даже несмотря на то, что он дружит с Нилом Джостеном более десяти лет, за которые они три раза практически спалили лабораторную на уроке химии, прокололи шины машине их директора за несколько часов работ, распространили слух про ВИЧ заболевание у капитана футбольной команды, что было неправдой, но Гилберт был мудаком, украли ответы у учительницы для важного экзамена, который они успешно провалили, потому что вариант попался другим, и развешали поддельные фотографии целующихся Аарона и Кевина, чтобы повеселиться, но в итоге свели их вместе. Последнее было самым ужасным решением Эндрю, когда он согласился на такую авантюру от Нила. Теперь ему приходилось каждый день видеть обнимающихся повсюду брата-близнеца и второго лучшего друга, что было отвратительно, потому что при любой ссоре он мог наблюдать за кислой миной Аарона, поэтому им с Нилом приходилось их мирить и выходить из дома, когда из комнаты Аарона начинали доноситься тихие стоны. Но сейчас Нил предлагал самое ужасное, что он только мог придумать, потому что Эндрю не то чтобы мог мечтать о взаимных чувствах со стороны Нила, но он даже никогда не задумывался о, мать твою, минете. Эндрю был влюблен в Нила со своих двенадцати, когда окончательно признал, что видеть голые торсы парней ему было намного приятнее, чем голую грудь девушек. Нил был слишком ярким пятном в его серой жизни с огненными волосами, постоянно растрепанными, потому что Нил не знал о существовании геля для укладки волос и даже презирал его, и голубыми-голубыми глазами с синими крапинками возле зрачков. У Нила не было сильно выделяющегося пресса или накаченных рук, но у него были эти бедра, которые целиком и полностью были заполнены мышцами, потому что Нил — чертов мудак, любящий бегать двадцать четыре часа в сутки и не уставать. Он ходил в своих отвратительно коротких шортах для бега, из-за чего Эндрю приходилось смотреть на эти загорелые ноги каждый чертов день и делать вид, что ему они совершенно не интересны, как и подкаченные ягодицы в узких джинсах, подаренных Элисон. Эндрю сказал бы Элисон спасибо, но тогда бы ему пришлось признаться в своих чувствах, а этого ему не хотелось, потому что Элисон не умеет держать свой рот на замке. Эта новость бы прямиком добралась до Нила, и тогда Эндрю остался бы один со своим разбитым сердцем. Помимо великолепной красоты Нила у него был еще этот рот, который никогда не закрывался и мог нести чушь несколько часов наперед. О, и эти горячие монологи, когда он начинал раскидывать по фактам в лицо собеседнику, который начинал выводить Нила или каким-либо образом задевать его друзей. На это Эндрю готов был смотреть вечно. Говоря о чуши, вылетающей изо рта Нила быстрее, чем тот сообразит об этом. — Ты проходил курсы минета? — опуская вилку обратно в тарелку, спрашивает аккуратно Эндрю, отпивая воду из бутылки, чтобы предотвратить попытку его рта превратиться в Сафари. Ему срочно нужно успокоиться. — Я так и сказал, — Нил кивает и смотрит своими невероятно голубыми глазами на Эндрю, ожидая. — И ты идешь на свидание с Джереми, — он опускает бутылку обратно на стол, отодвигая от себя тарелку с кусочками нарезанного сендвича, потому что прямо сейчас у него полностью пропал аппетит. — Я так и сказал. Эндрю смотрит в сторону, чтобы не пересекаться с глазами Нила, потому что если он посмотрит, то точно согласится на эту экстремальную авантюру, при которой он останется в минусе, а тот самый Джереми в огромном плюсе. — И ты хочешь, чтобы я, — Эндрю прокашливается, наблюдая за целующейся парочкой, сидящей под деревом в теньке в двадцатиградусную жару, и пытается вспомнить их имена, но на ум приходит только Нил и его дурацкое предложение, — оценил твои способности в минете? — Да, — Нил широко улыбается, наклоняясь над столом. Эндрю ненавидит его улыбку прямо сейчас, даже если он ненавидит всего Нила Джостена всегда. — Почему я? Нил надувается, как воздушный шар, начиная еще шире улыбаться и размахивать руками. Эндрю уверен, если бы у Нила был хвост, как у собаки, он непременно бы начал им размахивать в разные стороны от счастья. — Ты же мой лучший друг! — восклицает он, будто этим можно всё объяснить. — Тем более, ты разбираешься в этом. Я имею в виду, ты гей, а значит спец в этом. Ты точно сможешь сказать насколько хорошо я справился, если только у тебя не было очень хуевых партнеров. Хотя я уверен, что Реджи был очень хорош, потому что ты возвращался от него с таким удовольствием на лице и.. Эндрю думал, что ему поскорее нужно убраться отсюда. — У меня были нормальные партнеры, — в итоге говорит, вспоминая, что ту девушку из парочки зовут Кассандра из группы по чирлиденгу. — Ну вот! Тогда ты точно сможешь оценить, насколько я хорош в минете! — Нил наклоняет голову, пытаясь поймать взгляд Эндрю, но тот каждый раз отворачивался, пытаясь вспомнить имя того накаченного парня. — Так, что скажешь? Эндрю правда раздумывает над этим. Он может согласиться, потому что ждал и хотел этого слишком долго, и сейчас есть такая возможность, как прочувствовать ощущения губ Нила на своей плоти и насладиться этим десять минут, чтобы потом, стоя в твердом одиночестве в душе, вспоминать об этом и представлять другие вещи, которые они могли бы сделать, если бы Нил был в него влюблён. С другой стороны, если он согласится сейчас, то в следующий раз ему будет трудно смотреть на Нила и не вспоминать его губы на себе, а еще будет хуже наблюдать за Нилом и Джереми, зная, что Нил может сотворить с твоим телом и разумом. Но если он откажется, то никогда больше не сможет увидеть Нила со своим членом во рту. Но если он согласится, то до конца своей жизни останется с разбитым сердцем, пока Нил будет строить свои крепкие отношения с Джереми. Пусть он лучше останется со своей не разделенной любовью с огромной банкой мороженого в руке и за просмотром сопливых мелодрам. — Нет, — как можно спокойнее говорит Эндрю, поворачиваясь к Нилу и замечая угаснувший огонек в его бездонных глазах. — Нет? — тихо спрашивает Нил, усаживаясь на место. — Нет, Нил. Это последнее, что он говорит, прежде чем встать и уйти с той проклятой поляны, надеясь, что Нил сможет убрать за ним поднос. Эндрю решает, что оставаться на два последних урока, один из которых физкультура, где Ваймак — их тренер и по-совместительству отец Кевина — заставит его бегать пять кругов по стадиону, не обращая внимания на то, что вне школы они хорошо ладят между собой, нет смысла, поэтому он направляется к своей машине. Дорога до дома заняла у него больше времени, чем обычно, да и вообще обычно в его машине еще присутствует Нил, который громко подпевает песни и заставляет Эндрю заезжать за фастфудом, чтобы потом остановиться на заправке и, сидя на капоте машины, перекусить, измазывая друг друга в сырном соусе из-под картошки фри. Предложение Нила осело на его небе сладкой коркой, подталкивая его на самое ужасное решение в жизни, от которого он часами будет размышлять в своей комнате, не выходя даже тогда, когда Би будет звать на приготовленные пироги с клубникой. Он уже думал о том, чтобы написать Нилу насчет своего согласия на обезбашенную авантюру, когда в гостиную влетают смеющийся Кевин и хмурый Аарон с клубничным молочным коктейлем в руке. — Да ладно, Ри! — смеется Кевин, рукой подталкивая его к дивану, где сидит притихший Эндрю. — Я куплю его тебе в следующий раз. Обещаю. Честное кевинское. — Когда ты в прошлый раз так сказал, то в твою комнату ворвался отец! — громко вскрикивает Аарон, садясь рядом с Эндрю и протягивая ему молочный коктейль, который тот принимает и кивает в знак благодарности. В такие моменты Аарона не так сильно хотелось убить, потому что коктейль оказался достаточно сладким для него и даже с кусочками клубники. — Мне до сих пор ужасно стыдно перед Ваймаком! — Ну, ты хотя бы не был на вечерней лекции, где он мне рассказывал о важности презервативов и чертовой смазки, — Кевин усаживается на кресло со стороны Эндрю и блаженно вздыхает. — Это было отвратительно, но он даже обрадовался, потому что я не принесу ему внезапных внуков. Папа сказал, что не перенесет моих маленьких копий. — Да, — кивает Аарон, — потому что ты создал бы себе мини сборную по экси. — Боже, да! — восхищается Кевин. — Только представь, насколько они были бы хороши! — Они были бы занудами, Кевин. — Нет, они были бы лучшими игроками в экси, — Кевин улыбается, восхищаясь своей маленькой затеей, но потом смотрит на Эндрю, смотрящего в одну точку, и затихает, кивая на него головой. Аарон пожимает плечами. — Эм. Привет, Эндрю. Эндрю кивает, продолжая вытягивать из трубочки холодный коктейль и сверля взглядом выключенный телевизор, и понимает, что его мысль о согласии была самой наитупейшая. Даже тупее, чем свидание Нила с Джереми. Думать о курсах по минету он даже не хотел, а тем более представлять Нила с бананом во рту. Интересно, насколько глубоко он смог протолкнуть его в свое горло? — Где Джостен? — прерывает тишину Аарон, оглядываясь по сторонам, чтобы в случае чего заметить его заранее, ведь когда-то Нил специально прятался в разных местах и пугал Аарона до обморока. Тогда Кевину пришлось вызвать скорую. Это был одним из лучших дней Эндрю. — В школе? — спрашивает Эндрю, не отрывая взгляда от телевизора, в котором может видеть свое отражение. — Вы поругались? — Кевин говорит так, будто сам не верит в свои слова. Будто они с Нилом никогда не ссорились. Эндрю прижимает колено к груди, понимая, что да. Они никогда не ссорились. — Мне стоит радоваться? — с усмешкой произносит Аарон. — То есть я, конечно, переживаю за тебя, потому что вы буквально, как попугайчики-неразлучники, но он меня всегда раздражал, так что я смогу хоть немного поиздеваться над его грустной рожей и.. — Нил предложил отсосать мне. В комнате наступает мертвая тишина, пока Аарон открывает рот, переваривая услышанные слова, а Кевин. А Кевин просто смотрит на Эндрю с расширенными глазами и громко вскрикивает: — Он предложил что? — Оу, — протягивает Аарон. — Так вы просто целовались что ли? — В каком смысле целовались? — так же громко спрашивает Кевин. — Только не говори мне, что ты никогда не видел, что они сохнут друг по другу, — Аарон смотрит на Кевина и цокает, когда тот молчит. — На следующий день рождения ты получишь в подарок очки для зрения. Иисусе, не могу поверить, что мой парень буквально не видит очевидного. — Они никогда не проявляли своих чувств, кроме обжиманий на диване, но я думал, что это чисто по-дружески! Типа, все друзья кладут колени на другого, разве нет? Аарон поднимает левую бровь вверх, скрещивая руки. — То есть, по твоей логике мы друзья? Кевин тут же качает руками. — Нет, Ри, я не то имел в виду! Мы с тобой еще целуемся и отлично трахаемся, а еще дарим всякие штучки друг другу. Хорошо проводим вместе время. — О, это же делают все друзья, да? — язвительно говорит Аарон, наблюдая за хаотичными движениями рук своего парня. — Я… Эндрю пытается уловить суть разговора, но у него плохо получается, когда он снова вспоминает слова Нила и представляет его губы на своей плоти, руки в его кудрявых волосах и звуки, которые Нил мог бы издавать, заглатывая его член глубже и носом зарываясь в складках. Ему срочно нужно подрочить. — Мы с Нилом не вместе, — говорит он в итоге, привлекая к себе внимание этих двоих, успевших создать драму на месте. — Нет? — неуверенно спрашивает Аарон, отвлекаясь от вспотевшего Кевина, пытающегося уладить назревающий конфликт. — Нет, — твердо говорит Эндрю, уверяясь в том, что они никогда не переходили границы дозволенного. Кроме обжиманий на диване. — Тогда почему он предлагает тебе отсосать? — Чтобы не опозориться перед Джереми на их свидании, — Эндрю снова делает глоток почти заканчивавшегося молочного коктейля. — Хочет проверить свои способности на мне. По-дружески. — Ты согласился? Он не собирается говорить Аарону, что практически сделал это перед их приходом. — Нет. — Можно мне ему врезать? Кевин вступает в разговор. — Смотря, куда ты собираешься ему врезать. Если в лицо, то ноль претензий, если это только не помешает его игре, но если ты сломаешь ему руку, то мне придется обидеться на тебя. — Да ну? — с вызовом спрашивает Аарон. — Останешься без секса до его полного выздоровления, — Кевин ухмыляется, когда видит средний палец в свою сторону. Эндрю не собирается слушать их треп ни о чем еще следующий час, поэтому встает с дивана, отдавая пустой стаканчик Аарону, и уходит в свою комнату под наблюдающие взгляды этих двоих. Эндрю не созванивается с Нилом вечером, как они это делают обычно, потому что ему нужно подумать, но сделать это с воодушевляющими воплями Нила по поводу предстоящего матча по экси, означало ничего не сделать. Поэтому он поедал мороженое с кусочками шоколада и читал роман со странными диалогами и таким же странным первым сексом, но он не жаловался, потому что ему было интересно чем это в итоге закончится. В три ночи книга закончилась неожиданной смертью девушки и пожизненными страданиями парня, пока он не умирает от старости и не встречает свою любовь на небе. Эндрю фыркает, убирая книгу подальше от себя, надеясь, что больше не придется читать о таких страданиях героев, но в следующий момент берет следующую книгу, когда понимает, что уснуть он уже не сможет. В этой книге герои знали друг друга с детства и были влюбленными уже долгое время, но постоянно ходили вокруг друг друга, боясь быть отвергнутыми в случае признания. Эту книгу Эндрю не дочитывает. Эндрю и Нил были лучшими друзьями с начальных классов, когда маленький рыжеволосый мальчишка переехал в их город со своим странным дядей британцем, который подвозил и забирал Нила на какой-то крутой машине, разговаривая с ним с британским акцентом, и его возлюбленным — грозным японцем, сужающим глаза на любые реплики директора, когда их вызывали по поводу шалостей Нила. Эндрю сначала думал, что он не понимает английский язык, но потом он услышал, как тот разговаривает с Нилом на парковке, и понял для себя, что таким образом возлюбленный дяди Нила делал вид, что не понимает, чтобы не встревать в глупые разговоры. С Нилом они быстро нашли общий язык, когда вместе начали воровать сосиски в тесте у школьной поварихи, когда та ненадолго отворачивалась. Нил казался загадкой, которая пугалась грозных мужчин среднего возраста и зажмуривал глаза, когда их учительница начинала ругаться из-за его плохого поведения и подходила слишком близко к маленькому мальчику, грозя пальцем. Позже Эндрю узнал секрет Нила. Оказалось, что его отец был серийным убийцей и самым ужасным человеком на планете, которого в итоге казнил его дядя, а мать состояла в британской мафии, трагически погибнув от рук мужа-тирана. Теперь он жил со своим дядей Стюартом, который каждый раз хмурился, стоило Эндрю зайти в их огромный особняк с камерами на каждом углу и несколькими охранниками с пистолетами в кобуре, и вторым опекуном Ичиро, являющимся главой японской мафии. Ичиро нравился Эндрю больше, потому что тот не говорил лишних слов за ужином, как это делал его муж — Стюарт. Также он узнал о его якобы дяде, который являлся младшим братом Ичиро, но Нил видел его лишь раз в Японии на Рождество и старался больше никогда не пересекаться с ним. Взамен правды Нила, Эндрю решил рассказать о себе. Как он с детства находился в приемных семьях, каждая из которых не представляла из себя ничего хорошего, как до него домогался один из отчимов и приемный брат, из-за которого он оставил на себе шрамы, чтобы остаться с милой женщиной Касс, и как его в самый нужный момент оттуда забрала Би, являющаяся его приемной мамой. Он рассказал о том, как впервые в восемь лет увидел угрюмую копию себя и начал издеваться над ней, выводя на эмоции, и как Би устраивала им сеансы терапии, объясняя, что им необязательно друг на друге срываться, чтобы показать истинные чувства. Эндрю рассказал Нилу все, даже о светящемся кузене — Ники, теперь живущем в Германии со своим парнем. Нил доверил себя Эндрю, а Эндрю доверил себя Нилу. И это было лучшее решение в его жизни. С того момента они постоянно находились рядом, помогая друг другу и находя в друг друге то утешение, которое не могли найти в других людях. Они начали добавлять в свой маленький круг других людей, которые стали им близки, но такого взаимопонимания, как между ними, больше не было ни с кем. Их дружба была крепкой, моментами странной, потому что Нил иногда превращался в любвеобильного кота, которому не хватало ласки, из-за чего Эндрю приходилось доставлять ее, чтобы Нил не был таким надоедливым. Эндрю мог спокойно положить свою руку на кудрявые волосы Нила, начиная массировать кожу головы и слышать, как тот начинает чуть ли не мурчать от удовольствия, или он мог взять колени Нила и перекинуть через свои бедра, когда видел, что тот начинал мешкаться, сидя на диване, траве, на чем-угодно, или Эндрю мог переплести их руки, когда Нилу было панически плохо и ему нужен был контакт, который Эндрю мог предоставить. Эндрю нравилось, когда Нил прижимался к нему в особо страшные моменты фильма, напоминающие ему о старой жизни, в такие моменты Эндрю мог начать гладить его по спине, успокаивая его учащенное сердцебиение и напоминая, что Нил находится здесь. Но несмотря на это, Нил никогда не переходил границы Эндрю, слыша каждое нет и видя любой намек на неудобства, и сразу же отстранялся, давая Эндрю пространство. Эндрю нравилось, что они всегда могли понять друг друга и помочь, если это понадобится, именно поэтому ему страшно было переходить границы их дружбы к чему-то более серьезному, потому что он не хотел потерять их это. Именно поэтому Эндрю было страшно соглашаться на приглашение Нила. В следующий раз они увиделись спустя два дня выходных, когда Эндрю притворился больным и остался дома, чтобы не видеть Нила. Обычно в выходные они проводили время вместе, но в эти что-то пошло не так, когда Нил не стал ему писать, а Эндрю не хотелось давить. Выходные ощущались горечью во рту. Они были ничем не заполнены, только Кевином и Аароном, устроившим сеанс кино в их доме, и Би, которая помогала ему с приготовлением кексов, не задевая тему Нила, за что он был ей благодарен. Когда он услышал стуки в свою дверь посреди дня, то подумал, что это опять пришел Аарон, чтобы одолжить у него смазку, потому что их снова закончилась, а в магазин идти было неохота. Эндрю перевернулся на другой бок, закрывая голову уголком одеяла, притворяясь спящим, но это не обвенчалось успехом, потому что в дверь снова постучали. — Мать твою, Аарон, сходи сам за своей ебанной смазкой! Я тебе не чертов секс-шоп! Стуки прекратились, и тогда донося мягкий голос, принадлежащий только одному человеку. — Это Нил. Эндрю взвесил все за и против присутствия Нила в своей комнате, но он настолько соскучился по этому звонкому голосу, что ничего не оставалось, кроме как впустить его в свою комнату. — Заходи, — его голос был притихшим из-за одеяла, все еще накинутого на его голову. Дверь тихо открылась и закрылась, а затем кровать прогнулась рядом с ним под чужим весом. Эндрю не собирался выползать из своего импровизированного кокона, поэтому ждал, когда Нил начнёт говорить. — Аарон сказал, что ты заболел, — шепотом сказал он. — Он выглядел так, будто собирался меня зарезать в ту же секунду, но я полагаю, что он выглядит всегда так, когда видит меня. Но Кевин выглядел странным. — Кевин всегда странный, — говорит Эндрю. Нил мычит в соглашении. — Наверное, — по движениям Эндрю может понять, что Нил пожал плечами. — Но он осматривал меня с ног до головы, пока Аарон не пихнул его и не увел за собой. — Может, ты выглядишь сегодня более отвратительно, чем обычно, — Эндрю все-таки убирает одеяло с головы, осматривая Нила, но тот был одет, как обычно. Растянутая толстовка оранжевого цвета, потертые на коленях джинсы и кольцо, подаренное когда-то самим Эндрю. — Нет, ты всегда выглядишь ужасно. Нил тихо смеется, не поворачиваясь к Эндрю. — Сочту это за комплимент. Эндрю наблюдает за ним, понимая, что тот выглядит более растерянным, чем обычно. Он перетирает рукава своей толстовки и смотрит куда-угодно, но только не на Эндрю. Интересно. — Ты в порядке? Но Нил говорит одновременно с ним. — Послушай.. Он поворачивается к Эндрю и застывает, на что тот поднимает бровь и кивает, чтобы он смог продолжить. Нил мнется еще некоторое время, а потом говорит: — Я правда не хотел обидеть тебя тем предложением. Просто я долго думал об этом и почему-то решил, что ты на основаниях моего лучшего друга сможешь помочь мне с этой проблемой, и.. — Кевин тоже твой лучший друг, — подмечает Эндрю, опираясь правым локтем на кровать. Он был без повязок с сегодняшнего утра, но Нил так часто видел его без них, что беспокоиться было не о чем. — У Кевина есть Аарон и.. боже, да это просто мерзко, — он морщится в лице. — Представляю, каким он нудным бывает в постели, когда что-то идет не так, как ему нужно. Эндрю кивает, соглашаясь. — И ты решил, что я лучший вариант? Нил смотрит в его глаза так, что Эндрю может почувствовать спазмы в своем животе от этого взгляда. — Мне показалось, что это правильно, — шепчет он, не отрываясь от лица Эндрю. У Эндрю что-то сводит от этих слов также, как от голубых глаз Нила, которые смотрят на него, и он чувствует, как тепло скапливается в его сердце, отдавая жгучей приятностью во всем теле. Эндрю хочется поцеловать Нила прямо сейчас, потому что это выглядит правильно. Но Нил не всегда отдает отчёт в своих словах, поэтому они для него могут значить совершенно другое, а не то, что надумал себе Эндрю. Но именно сейчас, в это мгновение, Эндрю уверен, что он хочет согласиться на изначальное предложение Нила и ощутить эти сухие губы на своем паху. — Хорошо, — говорит он быстрее, чем мысли дошли до него. — Хорошо? — брови Нила взлетают вверх. — Я согласен на твое предложение. Эндрю видит, как осознание проявляется на лице Нила и он открывает рот. — О. — Да, — Эндрю поднимается, спиной откидываясь на изголовье кровати, куда до этого положил несколько подушек. — Давай, чем быстрее мы закончим, тем быстрее я получу свою порцию мороженого, а ты долгожданную оценку. — Да, да, конечно, — Нил кивает, как болванчик, устраиваясь между ног Эндрю, и улыбается. — Помни, что это мой первый минет в жизни, так что не жди от меня выкрутасов, как от своих профессиональных партнеров. — Меньше слов, больше дела, Нил, — говорит Эндрю, снимая с себя спортивные штаны и откидывая их на пол, как и одеяло. Нил улыбается словно чеширский кот и принимается поглаживать бледные бедра, отчего у Эндрю уже пересыхает во рту, а кровь приливает к паху. Боже, он мечтал об этом последние четыре года и ощущать сейчас это всё на себе было странно и немного предвкушающе. Нил не смотрит на Эндрю, когда начинает слегка прикасаться губами к плоти сквозь черные боксеры, проводя руками рядом, но Эндрю позволяет себе понаблюдать за этим. За трепещущими ресницами, мокрыми от языка губами и хаотичным движением рук, когда они снимают боксеры, открывая Нилу вид на полустоячий член Эндрю. Он берет плоть в правую руку, а затем отпускает и смотрит на Эндрю, который прикусил нижнюю губу в ожидании. — Нужна смазка. Эндрю закатывает глаза, доставая ее из верхнего ящика прикроватного столика и отдавая в руки Нила. Тот выдавливает себе немного на пальцы, растирая между ними, а затем снова прикасается рукой к плоти, проводя вверх и вниз несколько раз, убеждаясь, что он готов. Нил целует головку плоти, проводя по ней языком, не забывая про вторую руку, которая гладит внутреннюю сторону бедра. Эндрю закрывает глаза в блаженстве, когда Нил проводит языком по длине и заглатывает только головку, начиная ее посасывать, рукой поглаживая основание. Нил смотрит наверх, держа головку во рту и проводя языком по уретре, и ухмыляется, когда Эндрю закрывает глаза, откидываясь головой назад. В неожиданный момент он полностью его заглатывает, ненадолго оставаясь в таком положением, и Эндрю тихо стонет сквозь зубы: — Черт. Нил принимается медленно поднимать свою голову вверх и также медленно вниз, правой рукой поглаживая мошонку, отчего у Эндрю перед глазами сверкают искры и он зажмуривается сильнее. Нил останавливается на середине плоти, заглатывая только ее и делает вакуум внутри рта, слыша сверху приглушенные рукой стоны, которые Эндрю пытается скрыть. В какой-то момент Нил остается этим доволен и начинает быстрее двигать головой, заглатывая плоть Эндрю полностью. Эндрю не может нормально мыслить, только издавать стоны от того, как это хорошо ощущается. Он знает, что это первый минет в жизни Нила, но это настолько чертовски горячо, что он даже подумывает о некоторых практиках Нила на других людях, но это все уходит из его головы, когда Нил зарывается носом в складках, удерживая член Эндрю внутри. Он пытается податься бедрами вверх, но Нил вовремя замечает и останавливает. Эндрю не сдерживается, хватая Нила за его кудрявые волосы, зажимая их в своей руке, но Нил только продолжает хаотично двигать своим ртом, с каждой секундой ускоряясь. — Нил. Нил понимает его и начинает больше вбирать в себя член, двигая головой настолько быстро, насколько может. Эндрю чувствует, что оргазм уже к нему подкрадывается, и у него начинает немного подрагивать бедра от всех чувств, которые он испытывает в данную секунду. Он сильнее сжимает волосы Нила в своей руке и понимает, что еще одно движение и он точно кончит. — Я близко, Нил, — протягивает он, когда тот не останавливается, а лишь улыбается. — Черт возьми. Он позволяет себе взглянуть вниз, замечая, что Нил уже смотрит на него, и Эндрю не может подобрать слов, потому что Нил выглядит с его членом во рту настолько хорошо, что у него сводит все тело и он кончает под томный взгляд Нила, отпуская себя. Нил не отстраняется, глазами ухмыляясь, когда Эндрю открывает рот, сдерживая себя, чтобы не закрыть глаза и запомнить эту картину такой, пока есть возможность. Нил еще находится в таком положении некоторое время, проглатывая все семя Эндрю, отчего тот снова стонет и откидывается на подушки, пока Нил все же отстраняется с характерным чпок и начинает тяжело дышать, переводя свое дыхание. У Эндрю кружится голова и его даже не волнует то, что он не надевает боксеры и остается в таком положении перед Нилом. — Ну, как тебе? — хрипит Нил, убирая руку с его бедра. Это был лучший минет в жизни Эндрю Миньярда, но если он так скажет, то Нил тут же побежит к Джереми и сделает самый крышесносный минет. Поэтому он говорит: — Какая у нас система оценивания? — Десятибальная. — Тогда девять, — Эндрю открывает глаза, замечая прищуренные глаза Нила. — Если ты хочешь удивить Джереми, то тебе нужно еще потренироваться. Нил задумчиво кивает, подавая Эндрю боксеры, которые тот сразу же надевает и усаживается поудобнее, наблюдая за мокрыми от слюней и смазки губами Нила, которые тот облизывает. Боже, Нил даже не предполагает, что он делает с Эндрю. — Позволишь мне сделать это во второй раз? Эндрю застывает. Он ожидал, чего угодно, но точно не такого. Это было неожиданно. Но кто он такой, чтобы отказаться от этого, если у него есть возможность еще раз увидеть Нила с его членом во рту? — Конечно, — кивает он. — Ты потрясающий, — выдыхает Нил, улыбаясь. У Эндрю сжимается сердце. — Я знаю, — он встает с кровати, надевая свои серые треники, и оборачивается к сидящему Нилу. — А теперь мы идем за мороженым. За твой счет. — Другого я и не ожидал. Каждый день в течении недели Нил делал ему обескураживающий его разум минет, применяя разные практики со своих курсов и делая его всегда по-разному. Один раз они даже попробовали контроль оргазма, но Эндрю практически ничего не помнит, потому что большее время он проводил в неведении, умоляя Нила кончить, но он точно мог сказать, что это было очень хорошо. Таких чувств во время секса Эндрю не испытывал никогда, даже с тем Реджи, которого Нил упоминал, не было такого, потому что они делали все по инерции, доставляя друг другу удовольствие, и расходились, делая вид, что не знакомы за пределами его дома. Эндрю вообще редко, когда доставляли удовольствие, потому что ему было важно контролировать ситуацию и руки партнера, а сделать это было трудно, когда твой член находится в чужом рту и ты теряешься, как только подходишь к концу. Ему больше нравилось отсасывать другим и наблюдать за их блаженством, прописанном на лице. С Нилом было по-другому. Наверное потому, что в первую очередь он мог доверить Нилу свою жизнь и знать, что тот ее сохранит. Эндрю знал, что Нил не сделает ничего того, что могло бы доставить ему дискомфорт, но если он что-то захочет добавить, то обязательно спросит. Поэтому Эндрю позволял себе отдавать контроль Нилу и получать удовольствие от его ласк, движений ртом и мелких укусов на его бедрах. Они никогда не целовались, потому что предложение заключались только в минете, но иногда Эндрю хотелось притянуть Нила к себе за шею и впиться в его мокрые от слюней губы, чтобы забыться и прочувствовать весь шквал его эмоций. Но Нил никогда не тянулся к нему или намекал на поцелуи, поэтому Эндрю не принуждал и молчал, представляя эти сцены вдали от Нила. После каждого минета он ставил Нилу девять и соглашался на следующий сеанс их пробы, чтобы еще раз сказать число девять и увидеть растерянное лицо, которое думало, что в этот раз было намного лучше. Эндрю знал, что как только из его уст вылетит десять, то Нил тут же побежит к Джереми на свидание, поэтому он был немного эгоистом. Но его тоже можно понять. Быть влюбленным в своего лучшего друга на протяжении пяти лет было задачей трудной, особенно когда ему до невозможности хотелось поцеловать Нила после оргазма. Но он держал себя в руках. В душе каждый вечер, представляя, как доставляет удовольствие самому Нилу и наблюдает за его вылетающими стонами. Эндрю делает себе кофе на утро вторника, когда Аарон заходит на кухню со странным выражением лица и прищуривается при виде него. Эндрю поднимает бровь в вопросе, но брат его игнорирует, усаживаясь на стул, благодарно кивая на свежий крепкий кофе, от которого Эндрю каждый раз морщится, когда готовит ему или Нилу. Ему больше доставляет удовольствие кофе с четырьмя ложками сахара и огромным количеством сливок. И минет от Нила. — Итак, — начинает Аарон, делая глоток своего горячего кофе. — Между тобой и Джостеном что-то происходит. Да, между ними после всех уроков происходит минет в его комнате, а потом поедание мороженого в гостиной под сопливые мелодрамы, во время которых Нил задает кучу вопросов, и мультфильмов, во время которых Нил начинает петь песни во весь голос, потому что знает их наизусть. Эндрю на все только закатывает глаза, отправляя следующую порцию мороженого в рот, охлаждая свой мозг. — Нет, — отрицает Эндрю, опираясь бедрами на кухонный гарнитур. — Конечно же, он будет все отрицать, — закатывая глаза, говорит тот. Эндрю не обращает на него внимания, отпивая из своей кружки с хмурым котом, показывающим средний палец, и понимает, что не хватает сиропа, поэтому он достает его из верхнего ящика и наливает в кофе. Аарон смотрит на него и сужает глаза. — Ты скажешь мне, что между вами происходит? — он дует на горячую жидкость и кладет свои ладони на стакан, согревая ладони. — Еще неделю назад вы поругались, что было для меня сладостной песнью, потому что его не было в моем поле зрения два чертовых дня. И я совру, если скажу, что это были мои худшие дни, но видеть твое хмурое лицо было еще отвратительнее, чем ваши обжимания на нашем диване. — Ты трахался с Кевином на нашем диване, — вставляет Эндрю, сморщившись при воспоминании той сцены. Он не должен был быть свидетелем их секса, но он забыл свой учебник по алгебре, без которого его не допустили бы к уроку, поэтому ему пришлось вернуться домой и застать их в интимной позе. Он надеется забыть это навсегда. — Вы буквально осквернили его. Аарон краснеет. — Не надо отвлекать меня! — Но я буду, потому что мне еще месяц снились кошмары с вашим участием. Аарон отмахивается от него, делая еще один глоток. — Сейчас мы говорим о тебе и Джостене, а не обо мне с Кевином, — твердо говорит Аарон. — Так, на чем мы остановились? А! Потом он приходит в наш дом каждый день, когда до этого вы могли хотя бы тусоваться у него время от времени, и проводите в комнате несколько часов. Эндрю громко выдыхает, ставя кружку на стол. — Что ты хочешь, чтобы я сказал? — О, я хочу, чтобы ты объяснил, почему я слышал стоны из твоей комнаты, когда пытался войти? Эндрю прищуривается, поднимая бровь вверх и скрещивая руки на груди. — Почему ты пытался войти в мою комнату? Они могли войти друг к другу в комнаты только в экстренных случаях, но только после стука, а Эндрю не помнит, чтобы кто-то стучался в его комнату, пока они с Нилом были заняты. Но наблюдать за вспыхнувшим лицом Аарона было смешно. — Черт, да я пытался забрать свой учебник по биологии, потому что перед этим помогал вам с математикой! Но я остановился, как только услышал стоны! Эндрю пытается никак не реагировать, надеясь, что у него хорошо получается. — Может я порно смотрел? — лучшее решение — нападение. — Тогда ты либо чертов фетишист, либо думаешь, что я долбаеб, раз не смог узнать имя Нила из твоего рта! Эндрю пожимает плечами, не зная, что сказать. Ему могло быть стыдно перед своим братом, но он столько раз слышал стоны Аарона и Кевина, что ему только одно удовольствие от того, что Аарон слышал это, потому что его лицо сейчас выглядит, как спелый помидор. Ради этого стоило согласиться на предложение Нила. И ради его губ вокруг члена. — Как долго это происходит между вами? — спрашивает Аарон, успокоившись. — Неделю. — Неделю? — громко вскрикивает Аарон. — Он же предложил один раз отсосать! Только..если тебе не понравилось и ты решил продолжить. — Так и есть, — кивает Эндрю, смотря на правое плечо брата. — Я каждый раз ставил ему девять и он предлагал еще одну практику. Я соглашался. Аарон озадаченно смотрит на него. — То есть ты ставил ему за отсос девять, и он снова возвращался, чтобы попрактиковаться? — У тебя проблемы со слухом? — А у тебя проблемы с мозгом? — Эндрю щурится. — Тебя ничего не смущает? — А что меня должно смущать? — Эндрю снова берет кружку в руки, нуждаясь в кофеине. Ему этот разговор уже наскучил. — Нил хочет удивить Джереми, а значит ему нужно больше практики. Аарон тяжело выдыхает. — Боже, Эндрю, какой ты идиот, — он потирает лицо руками. — Нилу нахуй не сдался Джереми, потому что Джереми уже в отношениях. Эндрю не реагирует. — Может у них свободные отношения или Джереми решил, что Нил более привлекательный партнер. — Господи, Эндрю, Джереми добивался Жана три года! Они в отношениях уже полгода и он ни за что на свете не будет изменять Жану, потому что по уши в него влюблен! О. — Но я видел их вместе, — тихо говорит он, пытаясь убедить себя в том, что Нил делал минет ему из практики для свидания с Джереми, а не из своих побуждений. — Да, потому что они иногда тусят вместе, как и Кевин, ведь находятся в одной команде по экси, — Аарон сдувается. — Пойми, что Нилу совершенно не интересен Джереми. Они даже не договаривались о свидании. Значит Нил предложил ему минет отнюдь не из-за практики для свидания с Джереми, но тогда для чего он это все делал? Он не видел ни малейшего намека на взаимные чувства от Нила или, возможно, просто не замечал? Тогда почему Нил не сказал ему обо всем, у него с этим точно нет таких проблем, как у Эндрю. У него никогда не затыкается рот, в один момент он точно должен был проболтаться. — Тебе нужно поговорить с ним, — спокойно говорит Аарон, вставая со стула. — Ведете себя, как два идиота. Эндрю закатывает глаза. — Вы с Кевином до сих пор бы ходили вокруг друг друга, если бы не мы с Нилом. — Вы с Нилом дали нам толчок, после чего мы сразу поговорили, — он вздыхает и нежно смотрит на своего брата. — Теперь я даю тебе этот толчок и, будь добр, не проеби его. Как бы я ненавидел Джостена, твои чувства выше этого, и я хочу, чтобы ты был счастлив. А счастлив ты рядом с ним. Эндрю кивает Аарону, впервые замечая насколько чувственным и искренним он может быть рядом с ним, а не только рядом со своим парнем. Они садятся в машину, как обычно заезжая за Кевином, и направляются к школе, где он намерен перехватить Нила из рук сокомандников и поговорить с ним. Но это плохо получается первые уроки, потому что они не пересекаются на этажах, а на переменах Эндрю видел его в компании Джереми и того хмурого парня, и к ним он не собирался подходить даже на пару метров. Он слышал слова Аарона, но для него это недостоверная информация, пока он не услышит все сам из уст Нила. На обеденном перерыве он берет поднос, накладывает для себя обычные продукты, которые берет обычно, и направляется на пришкольную поляну, где каждый раз набирается огромное количество людей. Он сразу же замечает Аарона и Кевина, разговаривающих за одним из столиков под деревом, и так как Нила нет поблизости, то ему приходится направиться к ним. Этот столик никогда не пустовал, потому что многие хотели в жаркие дни посидеть в тени, но его брат каким-то образом почти всегда занимал его первым, не считая Нила, который будто караулил его каждую минуту своей жизни. Вообще у них была столовая, где тоже можно было пообедать, но многие предпочитали месту с запахом краски и вредных поварих, поляну с ярким солнцем. — Выглядишь дерьмово, — говорит первым Кевин, отпивая яблочный сок из бумажного пакетика. — Могу сказать тебе тоже самое, — говорит Эндрю, усаживаясь напротив них. Кевин показывает ему средний палец, отдавая свой шоколадный пудинг, который Эндрю не смог заполучить, потому что именно на нем они закончились, поэтому он благодарно кивает, оставляя его на подносе. — Я рассказал ему о Джереми, — спокойно говорит Аарон, размахивая своей вилкой и пережевывая жирный сендвич с индейкой. У Кевина расширяются глаза. — Эй, я же сказал тебе, что это секрет, — недовольно бубнит он. — Секрет, который знает половина школы, автоматически перестает быть секретом, Кев. Эндрю направляет вилку на Аарона, соглашаясь с его словами, и тот выглядит довольным, когда улыбается Кевину, кивая в сторону брата. — Ты поговорил с Джостеном? — спрашивает он, прекращая дразнить своего парня. Эндрю отрицательно качает головой. — Что ж, — тянет Аарон, смотря за спину Эндрю, — тогда ты сможешь сделать это прямо сейчас. Эндрю оборачивается, замечая улыбающегося Нила, идущего к ним с яблоком в руке вприпрыжку, и тут же отворачивается, понимая, что он точно не готов к серьезному разговору, где ему придется рассказать о своих настоящих чувствах и надеяться на взаимные. Он смотрит на Аарона. — Мне срочно нужно отойти. — Что? — Аарон переводит свой взгляд на брата. — Куда? — Не знаю, — собирая свои вещи, говорит он. — Скажи, что я пошел отлить. Или на встречу с Рене. Точно, давно не виделся с Рене. — Боже, Эндрю.. — О, Нил! — перебивает их Кевин, махая рукой в сторону Нила. Эндрю тяжело вздыхает и чувствует, как Нил садится рядом с ним. — Привет, ребята, — спокойно говорит Нил, положив яблоко на стол, пока Эндрю отвлекается на свой сендвич. Он чувствует горячее тепло, исходящее от бедра Нила, которое находится в непозволительной близости от его, и в горле резко пересыхает. — Эндрю. Эндрю кивает ему, смотря только на свой сендвич разрезанный на маленькие кусочки, и принимается есть. Этот чудесный сендвич всегда был таким вкусным? Произведение искусства просто. Аарон переводит свой взгляд с одного на другого. — Ох, знаете, я тут вспомнил, что нам с Кевином пора, — быстро говорит Аарон, вставая со стола и пихая Кевина в бок. — Вообще-то.. — Да, Кевин, — он берет его за локоть, поднимая. — Ты же не забыл про то дело? — Но мы даже не доели, — недовольно говорит Кевин, смотря на Аарона, который глазами показывает на тихо сидящих Нила и Эндрю. И тут его осеняет. — Да, конечно! То дело! Совсем забыл, что у нас есть важное дело! — Очень-очень важное дело! — говорит Аарон, снова пихая Кевина, чтобы тот отошел. — Давай, поторапливайся. — Ну, мы пошли на то важное дело! Увидимся, ребят! Аарон еще раз пихает Кевина и они уходят под вопросительный бубнеж Кевина, который Эндрю уже не улавливает, зато он улавливает тепло тела Нила. А еще ему приходит осознание того, что его только что предал брат-близнец, который ушел вместе со своим парнем, не прихватив с собой. Эндрю всегда знал, что Аарона следовало съесть еще в утробе. Аарон — чертов мудак. Потому что теперь Эндрю не сможет спокойно уйти, ведь Нил знает его расписание наизусть и знает, что Рене сейчас занята с Элисон, а где Элисон, там и Рене. А Нил хорошо общается с Элисон. Даже слишком. — Что за важное дело? — спрашивает Нил, наблюдая за уходящей парой. Эндрю пожимает плечами. — Наверное, хотят потрахаться в классе, пока никого нет. — О, — тянет Нил, поворачиваясь обратно. — Тогда все понятно. В один момент Эндрю понимает, что его сендвич закончился, поэтому он берет шоколадный пудинг и принимается есть его, не смея взглянуть на Нила. — Знаешь, я тут подумал.. Эндрю хмыкает. — Ты умеешь это делать? Нил нервно смеется, наклоняя голову, из-за чего Эндрю может увидеть рыжие кудри, которые еще вчера он сжимал в своих руках, направляя его голову к своей плоти и сжимая в зубах подушку, чтобы не простонать в голос, ведь внизу была Би, а через несколько стенок от них Аарон с Кевином. Эндрю срочно нужно отойти. — Так вот, я подумал, — Нил мнется. Эндрю не видит, но он может почувствовать, как его глаза бегают, а движения руками выглядят неестественными и скорее нервными. — Мы могли бы попробовать кое-что большее? Эндрю почти давится пудингом. — Кое-что большее? Он все же поднимает свой взгляд на Нила и считает это своей ошибкой, потому что Нил выглядит великолепно красивым, даже если никак не прихорашивался перед школой. — Да, мы могли бы добавить что-нибудь? — говорит он, смотря поверх левого плеча Эндрю. — Например, добавить руки? Поцелуи? То, что обычно делают все партнеры во время секса? Эндрю поднимает левую бровь вверх. — Я имею в виду, что не приду к Джереми и просто начну отсасывать, должно быть какое-то начало. А я в этом плох, понимаешь? Нет, Эндрю, честно говоря, ничего не понимает, потому что Нил сидит слишком близко к нему, что он может рассмотреть каждую веснушку на его переносице и даже самую еле заметную крапинку в его глазах, а еще он точно чувствует бедро Нила, которое прижалось к его. И если раньше Эндрю мог посчитать это за норму между ними, то сейчас, зная какие вещи Нил может сотворить своим ртом, ему становится очень жарко. Он сглатывает. — Ты предлагаешь нам заняться сексом? От одной мысли об этом, у Эндрю начинает кружиться голова, быстрее биться сердце, а кровь начинает кипеть в его венах, потому что это не просто минет без поцелуев, даже если он слишком хорош, а полноценный секс. Нил краснеет. — О.. э.. я, то есть, не это имел в виду, — он отворачивается от Эндрю, начиная перебирать свои пальцы под столом. — Но это звучит хорошо? Нет. Это звучит ужасно, потому что Эндрю нужно было поговорить с Нилом насчет Джереми и всей этой херни насчет поддельного свидания, потому что если слова Аарона окажутся правдой, то это значит, что Нил соврал ему. Но Эндрю сам врал Нилу насчет своих чувств на протяжении пяти лет. — Нил, — зовёт он его, — это не смешно. — Я серьезно, Эндрю. Нил поворачивается к нему с самым серьезном лицом, заглядывая своими бездонными глазами в его, и протягивает руку к Эндрю, переплетая их пальцы между собой, когда тот кивает. — Да или нет? Нил практически шепчет и скажи он еще тише, то Эндрю точно бы не услышал этого вопроса. Он думает, что все это гребанная шутка Нила, потому что тот иногда не следит за своими словами и говорит первое, что приходит в его голову, но сейчас он выглядит более чем серьезно. Эндрю правда думает, прежде чем ответить, но Нил выглядит, как человек, которому Эндрю бы доверил себя, поэтому слово с его губ слетает быстрее, чем он смог сообразить: — Да. Нил улыбается ему так, что Эндрю хочется достать ему луну с неба, даже если тот не просил. Они договариваются поехать в особняк Нила, потому что сегодня его опекуны будут не дома, а значит там остаются только несколько охранников и домохозяйка — милая женщина средних лет, которая готовит для Эндрю вкусные кексы, но не вкуснее чем это делает Би. Сначала они в полном молчании доезжают до Эндрю, чтобы тот смог предупредить Би об его отсутствии и оставить свои вещи, а также чтобы прихватить смазку и презервативы, потому что Нил, конечно же, не подумал об этом, а потом в таком же молчании до особняка Нила. Эндрю приветствует знакомых ему охранников, следуя за Нилом в его комнату, и понимает, что он совершенно не знает, что ему делать. Они, вроде как, договорились о полноценном сексе, но как его начать? Всё это время Нил первым действовал, когда Эндрю давал свое согласие, но сейчас вся ответственность лежит на нем и он находится в затруднительном положении, ведь они даже не поговорили о Джереми, а это нужно было сделать первым делом. Когда они заходят в светлую комнату с развешанными по стенам постерами, Эндрю застывает, потому что Нил подходит к нему вплотную, прижимая к двери, и закрывает ее на замок. Эндрю смотрит на его светлые ресницы и приоткрытый рот, губы которого тот облизывает, и его дыхание становится затруднительным, потому что Нил склоняется ближе к нему и шепчет: — Поцелуешь? Эндрю не отвечает. Он ждал этого целую вечность, чтобы отказываться от этого прямо сейчас, поэтому он кладет свои ладони на загорелую шею и притягивает к себе, врезаясь в мягкие губы. Нил улыбается в поцелуй, отчего Эндрю мычит, руками зарываясь в кудри и прижимая его тело ближе к себе, пока тот кладет свои ладони на широкие плечи. Эндрю углубляет поцелуй, чувствуя чужой язык на своем, и мычит, сминая родные губы и растекаясь лужей от того, насколько хорошо они чувствуются на его потрескавшихся губах от постоянных укусов своими же зубами. У Эндрю разливается тепло по всему телу от сильных чувств, которые Нил может разбудить одним своим присутствием в его поле зрения, но сейчас все по-другому. Сейчас Нил целует его так желанно, что у Эндрю не просто разливается тепло, у него гребаный ток по всем частям тела, куда прикасается Нил. Эндрю чувствует чужой стояк, притирающийся к его бедру, и не может больше ждать, поэтому хватает Нила за бёдра, ощущая тихий стон в поцелуй, и направляется к кровати. Он отпускает Нила на кровать и тот слегка подпрыгивает на ней, смотря своим отвратительно нежным взглядом на Эндрю, который снимает свою черную футболку вместе с нарукавниками, откидывая назад, и усаживается на чужие колени. Нил задерживает дыхание, взглядом проходясь по телу Эндрю, отчего у того затуманивается разум и все мысли уходят далеко отсюда, оставляя только желание прикоснуться к голой коже Нила и почувствовать ее вкус на своем языке. — Эндрю, — шепчет он, смотря точно в глаза, когда Эндрю пробирается под толстовку, ощущая до боли знакомые шрамы. — Где я могу прикоснуться? Эндрю обдумывает свои ощущения и приходит к выводу, что рядом с Нилом по-настоящему безопасно, потому что тот точно не перейдет его границы и сможет остановиться в нужный момент, так что у Эндрю только один ответ для него: — Везде. Нил тихо стонет, опуская свои руки на талию Эндрю и проводя по ней, одной ладонью перемещаясь на копчик и ведя ее вверх на позвоночник, пальцами проходясь по позвонкам. Эндрю в прямом смысле задыхается от ощущений рук Нила на своей коже и ему хочется того же. Он снимает толстовку Нила, руками исследуя его зажившие шрамы, даже если он делал это не один раз, и опускается к его ключицам, языком проходясь по впадинке. Нил издает самые прекрасные звуки, и если бы Эндрю знал, что он может так стонать, то давно бы поцеловал его. Он толкает его в грудь, чтобы тот упал на спину, удобнее устраивается на бедрах и припадает губами к сладостной шее, отдающей запахом геля для душа со вкусом клубники со сливками, как любимый молочный коктейль Эндрю. Он проводит языком по ней, руками блуждая по его туловищу, и ловит удовольствие только от одних хриплых вздохов, вылетающих изо рта Нила, который выгибается в спине и льнет к груди Эндрю. Тот в свою очередь ощущает сжимание своих волос в чужих руках и принимается спускаться мелкими поцелуями к спортивным штанам темно-серого цвета. Нил учащенно дышит, когда чувствует прикосновение к своей плоти сквозь одежду. Эндрю ухмыляется, дразня Нила своими медленными движениями, но когда понимает, что и сам находится в затруднительном положении, с помощью рук сначала снимает треники, а потом зубами проходится по головке сквозь боксеры и снимает их, не прикасаясь руками. Он трет пальцами соски Нила и проводит языком по основанию, как это раньше делал Нил, несколько раз, не принимаясь пока заглатывать плоть. — Эндрю, — стонет Нил, перебирая пальцами волосы Эндрю, которые успели превратиться в маленький ураган. — Нетерпеливый, — говорит Эндрю, снимая с бедер белые боксеры, оставляя плоть без внимания, и поднимается к Нилу, нависая над его головой. — Уверен, что готов? Нил выглядит прекрасно под ним. У него слегка розоватые щеки, растрепанные волосы, мокрые от слюней губы и учащенное дыхание, которое никак не поддается его контролю. У Нила трепещут ресницы от ожидания, а глаза смотрят на Эндрю расфокусированно, отчего у второго потеют ладони и теплеет в области паха. Нил берет в свои ладони его лицо, наклоняя ближе к себе, и шепчет в самые губы: — Да. И целует его. Этот поцелуй не был, как прошлый, когда они хватались друг за друга, как спасательный круг, в надежде, найти себя в другом человеке. Нет. Этот поцелуй был нежным, наполненным сладкой подростковой влюбленностью, от которой обычно сводит зубы и чешутся ладони в ожидании прикосновений. Здесь было всё: их желание почувствовать любовь друг друга, прикоснуться к знакомому телу, исследуя новые места, до которых раньше не могли добраться, и их чувства, закрытые друг от друга до этого злополучного дня, который однозначно останется одним из лучших в их жизнях. Нил прикасался так, будто в его руках была хрустальная ваза, готовая разбиться в любую секунду от легкого движения, и целовал, не требуя ничего взамен и принимая все, что давал ему Эндрю. У Эндрю от этого затуманивается разум: от одного понимания того, что Нил настолько ему доверяет, что готов отдать себя полностью в крепкие руки, не боясь, что его уронят, потому знает, что это никогда не произойдет. Эндрю отстраняется от столь сладкого поцелуя, оставляя между ними несколько миллиметров, и чмокает его в крайний раз в губы, прежде чем поцелуями спуститься вниз, захватывая в руку обделенную вниманием плоть. Он достает из заднего кармана брюк презервативы, откладывая в сторону, и смазку, которую тут же открывает и выдавливает себе на пальцы небольшое количество, согревая своим теплом, чтобы Нилу не было сильно дискомфортно. Удостоверившись в том, что смазка не слишком холодная, Эндрю начинает водить рукой по плоти Нила, слыша сверху тихие стоны удовольствия. Если Нил издает столько звуков от одной его руки, то что будет, если он в ход пустит свой рот? О, тогда стоны Нила станут еще громче, когда он перестанет бороться с самим собой и отпустит себя полностью, а рука, лежащая на волосах Эндрю, крепче схватится и сожмет в своих ладонях, но не будет сильно настаивать на действиях, отдаваясь целиком и полностью Эндрю. Эндрю долго не играется с головкой, сразу принимаясь заглатывать полностью и чаще дышать через нос, чтобы не было настолько тяжело. Он не отвлекается от его члена, когда открывает тюбик со смазкой и выдавливает себе на руку больше геля, чем до этого. Поддерживая плоть левой рукой, Эндрю принимается гладить правой его промежность, для удобства раздвигая бедра. Он смотрит наверх, удостоверяясь, что Нилу комфортно, и выдавливает еще немного смазки на палец, отпуская член из своего рта и подставляя указательный палец ко входу. Нил шепчет, что все хорошо, исследуя глазами потолок, и Эндрю принимается проталкивать первую фалангу пальца, медленно проводя рукой по плоти, чтобы отвлечь Нила от неприятных ощущений. — Хэй, — зовёт его Нил, когда понимает, что Эндрю не торопится идти дальше. — Все хорошо, я уже пробовал пару раз сам, так что можешь продолжать. Эндрю пытается не заострять свое внимание на сказанных словах Нила и действовать дальше, полностью проникая пальцем внутрь и тут же находя нужную ему точку, от которой Нил громко стонет, поджимая пальцы на ногах. Он двигает так еще некоторое время, а потом, снова удостоверившись в комфорте Нила, потому что это всегда будет на первом месте, добавляет еще один палец, отчего Нил зажмуривает глаза. — Черт, — шипит он от удовольствия. — Ты слишком потрясающий, Эндрю. — Этот гребанный рот, — с придыханием говорит Эндрю, поднимаясь к лицу Нила, но не вытаскивая пальцы, также двигая ими внутри. — Тебе нравится мой рот, — ухмыляется Нил и в следующую секунду стонет, когда Эндрю прикасается к его чувствительной точке. — Заткнись. Эндрю снова целует Нила мучительно медленно, добавляя третий палец, потому что только после слов Нила замечает, что тот и правда не настолько тугой, как мог быть, и дразнит его проходясь губами по скуле, когда отстраняется. — Эндрю, — шепчет Нил, пока Эндрю целует его шею, оставляя на ней отметины с помощью своих зубов, которые потом зализывает. — Мне нужен ты. У Эндрю перехватывает дыхание от таких слов и он чувствует столько чувств в этот миг, что в любой момент мог просто взорваться от этой перенаполненности внутри него. Он вынимает пальцы, расстегивает ремень и снимает джинсы вместе с боксерами, откидывая на пол и не волнуясь о том, куда они могли упасть. Его плоть буквально ноет от недостатка внимания, поэтому он пару раз проводит по ней и достает презерватив, надевая и выдавливая еще немного смазки. Нил приподнимается на локтях, наблюдая за действиями Эндрю, а затем падает, когда тот приставляет головку к его промежности. Эндрю не двигается слишком быстро, давая Нилу время на то, чтобы привыкнуть, и когда это выходит, он уже полностью внутри. — Твою мать, — стонет Нил, руками подзывая Эндрю к себе. Первые движения очень медленные. Эндрю смотрит на эмоции удовольствия у Нила на лице, замечая его сжатые брови и складку между ними, куда он потом целует, губами разглаживая ее, и берет его левую ладонь в свою, переплетая их пальцы. Эндрю чувствует себя так, как никогда не чувствовал себя до этого. Это невозможно описать словами и он уверен, что даже если бы они нашлись, он никогда не смог бы сказать их, потому что Нил уже все знает. Он постепенно ускоряется, не отрывая взгляда от Нила, который в ответ смотрит на него своими невозможными глазами и тянется за поцелуем, который он ему дарит. Эндрю проводит рукой по плоти Нила, понимая, что тот находится на грани, и позволяет ему, наконец, отпустить себя, тут же выходя из него и выбрасывая презерватив в сторону, хватая за руку и поднося к своему члену, нуждаясь в его прикосновениях. Нил все понимает, жадно целуя Эндрю и ускоряясь в движениях своей руки, пока Эндрю мычит в поцелуй от удовольствия и кончает ему на живот, смешивая их семя. Он отстраняется, утыкаясь лбом в правое плечо Нила, пытаясь привести свои мысли в подобие порядка, когда те назло разлетаются по разным углам, не намереваясь возвращаться обратно. Нил перебирает его волосы, тяжело дыша, и целомудренно целует его в шею, посылая ток по всему телу. — Ты был великолепен, — шепчет Нил. Эндрю отстраняется, хватая первое, что попалось ему под руку, что было одной из домашних футболок Нила, и вытирает его живот. — Эй, это была моя футболка! Эндрю поднимает бровь вверх. — Куплю тебе новую. Нил улыбается и Эндрю не может отказать себе в поцелуе, как только видит его дурацкую улыбку, поэтому он нежно прикасается к его губам, ощущая ответ в свою сторону. — Нам нужно поговорить, — тихо говорит он, как только отстраняется. — Но сначала душ. Он собирают свою одежду с пола, одалживает у Нила новые боксеры и полотенце и направляется в ванную комнату, совмещенную со спальней. Эндрю настраивает нужные ему температуру и заходит под душ, отрезвляя свой мозг от обескураживающего оргазма, который был настолько чувственным и сильным, что у него до сих пор трясутся бедра. Осознание бьет по его растекшемуся мозгу, когда он понимает, что он только что переспал с Нилом Джостеном, а еще то, что он ни о чем не жалеет, потому что это был самый лучший секс в его жизни. Да, им предстоит серьезный разговор, во время которого его, возможно, жестоко отошьют и отправят за дверь особняка, не желая больше видеть его лицо. Но даже при таком раскладе Эндрю не пожалеет о своем согласии, потому что, опять же, это было самым лучшим решением, которое он мог принять за последние годы их дружбы. О возможных взаимных чувствах со стороны Нила он даже не думает. Эндрю выходит из душа, вытирая волосы полотенцем, и не замечает Нила на кровати, но зато замечает новое постельное белье. Он садится на кровать в ожидании Нила, который возвращается из другой ванной, находящейся недалеко от спальни, и видит его полностью одетого с мокрыми волосами, закрученными в колечки. Он усаживается напротив Эндрю в позе лотоса и поджимает губы. — Что это было? — спрашивает Эндрю тихо, обходя серьезные темы с Джереми, которые могут усугубить приятную ситуацию. Нил поднимает на него свой взгляд и улыбается нежно-нежно, беря руку Эндрю в свои горячие ладони. — Думаю, просто мы. Эндрю смотрит на их руки и оценивает то, насколько они гармонично смотрятся вместе. Бледная рука Эндрю шире, чем аккуратная рука Нила с длинными, но красивыми пальцами. Эндрю ставит этому десять. — Это десять, Нил, — шепчет он, не поднимая взгляд с их рук. — Десять? — также шепчет Нил. — Да, это высшая оценка, — он поднимает глаза вверх, встречаясь с голубыми радужками Нила, в которых можно было утонуть. А Эндрю как раз не умел плавать. — Почему ты соврал мне насчет Джереми? Нил хмурится и складка между бровей тут же появляется. — Никакого свидания и не должно было быть, да? Нил опускает голову вниз. Эндрю наклоняется вперед, целуя его в макушку, и поднимает голову с помощью свободной руки, разглаживая складку. — Да, — шепчет Нил, прислоняясь щекой к мягкой руке. — Зачем? — Я.. — Нил снова мнется, поэтому Эндрю мягко целует его, чтобы тот не был настолько закрытым. — Я был влюблен в тебя последние года два. Или три? Я на самом деле не считаю, потому что это чувство зародилось у меня настолько давно, что иногда мне кажется, что оно было со мной всегда. Кажется, будто я был влюблен в тебя с самого рождения. У Эндрю горят щеки и сжимается сердце от того, насколько нежно Нил говорит ему эти слова, которые Эндрю ждал так долго. Но Нил говорит это с таким чувством влюбленности, что ему хочется прижать его к себе и никогда не отпускать, чтобы тот всегда был рядом и смог прикоснуться к нему, отдавая некоторую часть своих чувств взамен его. — И я поговорил с Элисон, а та просто отправила мне эти курсы по минету и сказала, чтобы я учился и удивлял тебя, — Эндрю готов был щедро отблагодарить Элисон за эти курсы. — Но я не знал, как тебе сказать об этом, поэтому придумал весь этот план со свиданием с Джереми. Вообще, я думал, что ты сразу обо всем догадался, потому что Джереми давно в отношениях, а слухи в нашей школе распространяются со скоростью света, и ты просто не хотел переходить границы. Эндрю пытается переварить всю информацию, но у него это сложно получается, когда любовь всей его дерьмовой жизни буквально призналась в своих чувствах. И они оказались взаимными. — Я не слежу за слухами, — заправив прядь мокрых волос Нила, говорит он. — Я это понял, но только тогда, когда ко мне подошел Кевин и спросил, почему я предложил тебе отсосать и пойти потом на свидание с Джереми, если Джереми в отношениях, — он снова улыбается. — Ну и когда ко мне подошел Аарон со своей физиономией и сказал, что я кусок дерьма. Эндрю фыркает. — Мы свели их вместе, а они по-видимому нас. — Ну, теоретически, — когда Нил видит озадаченный взгляд Эндрю, то поясняет: — Я все равно бы поговорил с тобой. — С помощью секса? Нил смеется, пододвигаясь к Эндрю ближе и шепчет в самые губы: — Но это ведь сработало. Эндрю накрывает его губы своими и растворяется в них, забывая про внешний мир, в который им еще придется выйти. Но сейчас они вдвоем и Эндрю все равно, что будет потом, потому что сейчас, в этот миг, он чувствует себя по-настоящему счастливым человеком, про которого ему всегда говорила Би. Это и правда правильно. *** — Ты что-нибудь слышишь? — шепчет Кевин на ухо Аарону, стоя возле входной двери и пытаясь уловить звуки, исходящие из дома. — Сейчас я слышу только твой голос, — недовольно говорит Аарон, прислоняясь ухом к двери. — Почему мы не можем просто зайти в твой же дом? Аарон медленно поворачивается к нему, отстраняясь от двери. — Ты хочешь застать моего брата и Джостена в интимной позе? Кевин мнется и Аарон тут же щелкает пальцами. — Вот именно, — он наклоняется вперед, целуя Кевина в щеку. — Клянусь Богом, я уже жалею, что они, наконец, признались в своих чувствах. Я даже не могу попасть в свой дом, пока не буду уверен, что не застану Джостена с членом Эндрю во рту! Кевин смеется, чмокая Аарона в переносицу. — Да ладно, они не любители экстрима. Уверен, у них есть пунктик насчет уединенности. Аарон хмурится и снова поворачивается к двери, прислоняясь щекой к ней. — Мне все равно нужно убе.. Дверь перед ним открывается и он бы точно свалился, если бы Кевин вовремя не успел схватить его за руку. — Вы чего тут мнетесь? — спрашивает Нил, скрестив руки на груди. — О, мы проверяли трахаетесь вы на кухне или.. Аарон затыкает рот Кевина рукой. — Убеждались, что в дом не пробрались воры. Нил пожимает плечами, уходя в глубь гостиной, пока Аарон недовольно смотрит на Кевина и идет следом, где замечает Эндрю, лежащего на диване, и Нила сверху него, устроившегося между ног. Они смотрят чертову Рапунцель. — Серьезно, если до этого вы хотя бы просто обжимались, то сейчас вы буквально переплелись! Эндрю показывает ему средний палец и зарывается рукой в волосах Нила. — Черт, только не трахайтесь при мне! Аарона хватают за руку и уводят наверх, пока вдогонку им кричит Нил: — Смазка закончилась, чертовы кролики! И, кстати, мы слышим каждый твой стон, мудила! Так что постарайся потише в этот раз, у нас тут побег из башни! Аарон краснеет. Кевин уводит его в комнату. Эндрю удовлетворенно целует Нила в макушку. Нил счастливо улыбается.