Помоги мне.

Мальчишка вытер слёзы рукой, смотря на меня. Серьёзно, опять. Но, в них читалось что то другое, не злоба, как раньше что то искренне. — спасибо. В кабинете повисло тяжёлое молчание между нами двоих. От этого становилось не особо приятно. Сначала такой милый, но и одновременно грустный момент, заполнивший моё сердце, а сейчас такое то молчание. Ему было неудобно. Он ведь показал себя слабым, в такой то ситуации.* — забудь про это. Ты меня понял? Меня схватили за воротник белой рубашки, смотря голубыми глазами на меня строго, осуждающе. Словно я нарушил закон. Ох, я такое не забуду… ведь мальчишку и правда жаль. — понял. — вот и славно. Мой воротник отпустили, с силой. А на меня продолжали смотреть слишком грубо, со злобой. С недоверием. — отведи меня в палату. Я хочу побыть один. Я его прекрасно понимаю. Ведь. у него жуткое недоверие к людям. Для него они злые, плохие, испорченные. Все хотят ему навредить. Но я докажу, что это не так. — хорошо. Как скажешь. Я протянул ему свою руку. Культурно, при этом улыбаясь. Чуя взял ее и ждал пока я его поведу. Удивительно, можно ли считать это прогрессом? Я думаю, что да. Мы спокойно дошли до палаты. Опять же молча, но перед тем, как я вышел из неё, ко мне обратились. — Мори-сан, заходите по чаще ко мне. Вы очень приятный человек в общении. Мне хорошо с вами. Я обернулся. На его лице была улыбка… такая милая, ангельская… Он словно неземной. Хочу чаще заставлять его улыбаться. — До свидания, Мори-сан. Хорошего вам вечера) Я невольно улыбнулся. Теперь мой вечер точно лучше. — До свидания, Накахара. Жди меня, я скоро приду. А после я вышел… Но палату на ключ не закрывал, лишь прикрыл дверь. Потом поймёте для чего

***

На следующий день. В больницу на этот раз я прям побежал. Ведь у меня была одна прекрасная идея. Да и ещё я хотел кое что проверить. Я зашёл в палату Накахары. Тот был на месте. Сидел на кровати, а после того как увидел меня сразу подошёл ко мне — доброе утро, Мори сан! — доброе, ахах. Как себя чувствуешь? — уже лучше) Ох, какая потрясающая новость. Бальзам на душу. Ему легче. Это хорошо. — можно вопрос? Спросил у меня голубоглазый мальчишка. Интересно, какой. — какой же? Он долго молчал. Меня это напрягало. Вдруг я сделал что-то не так? И вместо того, чтоб заставить рыжеволосого светиться от счастья, я сделал наоборот? Причинил ему боль. Нет —нет. Надеюсь это не правда. — почему вы меня не закрыли? Его голос звучал так… искренне? Чтож, меня это обрадовало. — понимаешь, я тебе доверяю и хочу, чтоб ты доверял мне. На Чуе появилась улыбка. Такая милая. Красивая.* — спасибо, Мори сан) — у меня для тебя подарок. Рыжеволосый парень удивился. Он не понимал какой, но ничего против не выразил. Он мне доверяет? — Ох, Мори —сан, да вы меня каждый день балуете.) Тот усмехнулся. Я молча протянул ему руку, смотря на него, Чуя нежно улыбнулся, усмехаясь и взял мою руку. Его ручка, по сравнению с моей, такая маленькая, хрупкая, будто я смогу её сломать, но кожа такая грубая, пальцы в мозолях… Но рука, пальцы, кисть, запястье… Всё идеально. — за мной) Сказал я и повел его. Конечно он не знает куда. Сюрприз. Но он не вырывается. Потому, что доверяет. Только мне.

***

Мы вышли на улицу. На задний двор психиатрической больницы. На его глазах было удивление. Чуя, известный в нашей лечебнице, как неадекватный, агрессивный человек, дышал полной грудью свежий воздух. Смотрел в чистое, голубое небо, а потом в даль, в сад. Где росли деревья сакуры. – Мори сан... Резко обратился ко мне обладатель голубых, васильковых глаз, обернувшись на меня, чуть ли не плача. – Это лучший подарок. Я не выходил на улицу около лет 5.. Спасибо вам. Он подошёл ко мне и обнял за плечи, я же за талию, из-за небольшой разницы в росте. Такой милый. – давай пока прогуляемся здесь, недалеко от больницы? А может чуть позже, я тебя свожу в другие места. Предложил я, одной рукой поправляя рыжие пряди. Глазами, показывая на сад – да, конечно! Я отпустил его и вновь взял за красивую ручку и повёл в сад.

Грустно и больно, сакура пришел твой черед. И птицы опали твои морозной листовою Что мнится вечерней плывешь по реке ты порою И так же кровавою смертью подбит золотой небосвод.

На камнях твоих не исписана дланью рука В молитвах твоих неземной я прельщусь красотою. Какая же кровь по камню струилась всегда В каком же ручье я умоюсь холодной водою.

И чудится мне, не прельщает меня, все не то В борьбе ли постигнем гармонию В радостной жизни Бессмертны мы оба перед этим величием гор...

***

Вспомнил я стих и рассказывал его, пока мы гуляли в саду сакурой – Мори -сан, вы красиво рассказываете стихи... Я улыбнулся, глядя на мальца. Приятно, то, что ему понравилось мое чтение.* – Правда? Из моих уст вышла усмешка. – да, конечно! Я наклонился и нежно поцеловал его руку, в знак благодарности за такие порой нужные всем слова. Слова, которые согревают душу. – спасибо. На худых щеках Накахары Чуи появился миловидный румянец. Это вновь заставило меня усмехнуться. Но потом задуматься о том, какой этот парень красивый. Рыжий, голубоглазый, худое телосложение, но одновременно такое сильное... Мечта многих девушек. Осталось исправить лишь одну деталь. Я ему помогу.