Трофей

Дизас уже даже не обратил внимания, что женщина пришла вечером за ним в спальню и влезла на его кровать. Сам улёгся, покрутился, удобнее подмял под голову подушку и закрыл глаза. Вспомнил, что все ещё идёт дождь, значит, лысой Шади все ещё холодно, и набросил на нее край одеяла. Уже было начало осени, уже стоило задумываться о теплой одежде для нее. Особенно холодными зимами их родной город не отличался, даже снег был всего пару раз за зиму, но она ведь маленькая, без следа теплосберегающего жирка на худом тельце, быстро замёрзнет. И да, нужно было искать новое дело, чтобы копить на переводчик. Так, лениво раздумывая, сколько и в какой валюте нужно награбить в других мирах, лев и заснул. Он лег раньше обычного, проспал, как убитый, всю ночь без снов, поэтому вдруг проснулся чуть ли не на рассвете. Шади, обычно подпрыгивающая спозаранку, ещё спала, свернувшись калачиком и прижав руки к груди. Такой она выглядела крохотной и беззащитной, свернувшись этим милым комочком, такое у нее было расслабленное личико, что Дизас не сдержал усмешку. Стоило только покормить и пару раз погладить ее — уже доверилась и перестала ожидать подвоха. И ведь не сказать, что глупая, ведь любопытная, соображает, даже когда обращаются знаками, опять же, внезапно проявившийся навык рисования тоже результат некого интеллекта и упорства. В комнате начало светлеть, и человек проснулась. Немного сморщилась, открыла глаза и тут же снова зажмурилась, потирая веки кулачками. — Доброе утро, — он только улыбнулся, когда она села на колени и украдкой быстренько зевнула в ладошку. Женщина прикрыла глаза, но не дернулась, даже не вздрогнула, когда лев погладил ее по голове. Она лишь замерла и даже затаила дыхание, будто наслаждалась неожиданно перепавшей лаской. Как только-только начинающий привыкать к рукам зверек, в самом деле. Не удержавшись, Дизас приподнялся на локте и обнял ее, тепленькую после одеяла, ещё чуть сонную и категорически милую. А после и поцеловал в лоб, просто чтобы как-то выразить свое умиление. Его все ещё немного пугал и нервировал такой набор чувств к неказистой иномирянке, но теперь уже только "немного". Ему было так привычно, что за ним по коридору гулко топали ее пятки. Какие-то они у нее будто твердые, хотя стопы выглядят маленькими и уязвимыми, показались такими мягкими. Сходив в ванную, Шади переоделась в ещё одну новую тунику, сиреневую, снова с вышитыми цветочными узорами, голубыми и жёлтыми. Ей вполне шло, да и, похоже, было удобно в такой одежде, так что Дизас решил через время снова наведаться в тот магазин и попросить сильфа подобрать ещё нарядов, она постаралась. А ещё в этот раз женщина как-то по-другому подколола волосы, больше убрав их за спину, и у нее будто открылось все личико, до этого все время прикрытое и оттененное волосами. Ее гладкая белая кожа казалась невозможно тонкой, даже была какой-то полупрозрачной, раз уж на висках были видны голубоватые прожилки вен. Лев собирался тихонько посмотреть телевизор, пока не встанет его прикидывающийся жаворонком младший брат, пристроился на диване, с сожалением отмечая, что никакой сонливости нет и в помине. Кроха привычно уселась на свою подушку у его ног, а потом у нее в животе вдруг громко заурчало. Дизас не сдержал смешок, а она покраснела и с настоящим испугом бросила на него осторожный взгляд, прижимая обе руки к непослушному животу. И эта реакция на абсолютно естественный процесс сказала ему больше, чем он хотел знать, о режиме ее питания у лизардов. — Пойдем, кофе попьем, — погладив ее по макушке и честно постаравшись не растрепать аккуратную прическу, рейдер встал и двинулся на кухню. Сам он пока не проголодался, но и мысли не было заставлять несчастную женщину ждать до завтрака. И она снова заглядывала под руку, даже что-то тихонько мурлыкнула на своем языке, поднимаясь на цыпочки, чтобы лучше видеть разделочную доску. Дизас доверил ей разложить нарезанные сыр и колбасу по ломтикам хлеба, сделал кофе в своей привычной кружке и ее пластиковой чашке размером с напёрсток, едва не забыв, что не стоит класть туда полную ложку гранул. Впрочем, в руках человека чашка была вполне нормального размера, явно подходила лучше, чем большая керамическая кружка, которую ей даже поднять было заметно тяжело, не говоря уже о том, чтобы выпить такой объем. Усадив ее к себе на колено, как и вчера, лев, на всякий случай, отодвинул подальше свою кружку с ещё очень горячим кофе. На одной тарелке лежал его бутерброд, на другой — такой же для Шади. Он в качестве эксперимента не брался за свой — и она тоже не начинала есть. Вздохнув, он все же откусил краешек своего — и она сразу взялась за свою порцию, не забыв бросить на него взгляд из-под ресниц, проверяя, не запретят ли. Настоящая рабыня. Замученная, забитая, а потому следующая хорошенько вбитым в голову правилам. За утро произошло сразу несколько важных событий — пришли утвержденные документы на их питомца вместе с приглашением забрать готовый паспорт; заодно пригласили показать трофей врачу, раз уж при первом осмотре комиссией были выявлены травмы; знакомый брокер прислал им на выбор пару наводок с указаниями миров, координат и возможной наживы. И первым делом они занялись работой, тщательно перечитали несколько раз оба варианта, потому что брокеры часто неприятные факторы указывали как бы между строк, и потом было бесполезно доказывать, что никто не предупреждал. Например, как с лизардами — не было четко сказано, что перевозят, просто наводка на ценный груз, а то, что рейдеры не удосужились узнать, что шкуру лизардов пули не берут, точно не недоработка информатора. По всему выходило, что выгоднее всего наводка на казино. Оно находилось в мире энтом, довольно неприятных насекомоподобных тварей, но мелких, даже меньше, чем человеки — если верить официальной информации. Правда, самую малость ядовитых, ну так, через одну и, вроде, не смертельно. Пошлина на открытие врат туда была вполне подъемной, а казино само по себе сулило хорошую прибыль, как в валюте того мира, так и в блестящих металлах. Вторым вариантом снова был караван, от него они решили отказаться, как минимум потому, что охрана казино вряд ли будет ждать нападения гигантских по меркам того мира котов, а вот охрана каравана точно будет настороже. — Я спрошу у бывших, не работали ли они с энтомами, — пообещал Сигус, сразу доставая коммуникатор. Бывшими он называл команду рейдеров, с которыми начинал работать. Он им не нравился, потому что был довольно мягкосердечен, пусть и, как полагалось, беспощаден во время работы, а они ему не нравились своими жёсткими взаимоотношениями внутри команды, хотя чего ещё было ожидать от десятка самоуверенных и боеспособных здоровых котов. Но разошлись они вполне мирно, осознав через несколько рейдов, что просто не сработались. Сигус нашел себе маленькую и тесную команду, ходил в короткие и простые рейды, был вполне доволен, хоть и значительно потерял в потенциальной прибыли. Оказалось, на энтом хорошо оказывал седативное действие простенький инсектицид, ему предложили их усыпить и передавить, но в этой команде решили просто усыпить, это будет лучше для всех. Чем больше была прибыль и чем больше был урон — тем больше устанавливали интервал между рейдами, разрешенными администрацией. А если энтомы правда окажутся не слишком опасными, можно будет забирать большую часть рейдов к ним — кому охота лишний раз рисковать шкурой, а это будет некий практически гарантированный доход, пусть и нечастый. Откладывать дальше было особо некуда по условиям наводки, так что запланировали работу на завтрашний день. Раненый тигр уже вполне встал на ноги, но они решили, что, даже если у него возникнут сложности, его просто оставят охранять портал. Все же, запустить в дом несколько здоровых насекомых не очень-то и хотелось. К завтрашнему же дню их знакомый оружейник пообещал сообразить какие-нибудь распылители или вовсе газовые гранаты с этим инсектицидом. Оставалось надеяться, что денег и прочих ценностей хватит не только на оплату снаряжения, услуг брокера и комиссии администрации. — Хочу купить малявке платьице, — практически промурлыкал Изас, укладываясь на стол и глупо улыбаясь, — и тортик. — И заколки, — подсказал Сигус, приглаживая ему гриву. — И теплую куртку с теплой обувью, — Дизас спустил их с небес на землю, напоминая, что уже, вообще-то, близится холодное время года. Раз уж хозяином Шади числился только один, ему и поручили сходить с ней по всем делам, а заодно зайти на примерку обуви. А остающейся парочке предписывалось, как обычно, в какой-нибудь комнате погонять пыль и приготовить обед. — В ванной надо бы прибраться, — отметил Дизас, лениво раздумывая, что вкусного можно было бы купить на фермерском прилавке. — Так там чисто, — отмахнулся Изас. — Да как чисто, уже сколько не мыли, — проворчал старший, начиная раздражаться. Никто не любил мыть сантехнику, это они и сами друг про друга знали. Но ведь это необходимо, даже больше, чем уборка в комнатах. — Ну серьезно, глянь, все сверкает, даже пыли нет, — Изас повел его показывать. Дизас не особо обращал внимание, но, и правда, было чисто. Даже следов от капель воды на зеркале над раковиной не было, хотя и он сам не отличался аккуратностью в этом. И вероятная личность домовенка была только одна. — Она? — старший из братьев кивнул в сторону крохи на подушке, не называя ее имя, чтобы не привлечь внимание. — Видимо, она, — младший пожал плечами и вернулся на диван, подлез поближе к Сигусу за лаской и сразу же ее получил. Дизас тоже сел на свое место, погладил трудолюбивую малышку по голове, наклонился немного, намереваясь чмокнуть в лоб. И не мог не улыбнуться, потому что она, заметив его движение, прикрыла глаза и немного подняла лицо, подставляясь. Выходит, ей нравилось? Нравилось, когда ее немного неуклюже гладили здоровой лапой, нравилось, когда ее целовали в лоб или вылизывали, щекоча вибриссами. Ей нравилась принятая в мире котов платоническая ласка. Возможно, потому, что другой она и не знала. И за эту демонстрацию он поцеловал ее два раза. Когда Дизас переоделся из домашнего и спустился в холл, конечно же, Шади последовала за ним. И без сопротивления подошла, когда ее поманили, немного вздрогнула и напряглась, когда её взяли на руки. Осторожно, двумя пальцами ухватилась за краешек рукава футболки, видимо, пытаясь держаться хоть за что-нибудь, но она была такой лёгкой, что Дизас вряд ли бы ее уронил. Но, по крайней мере, она больше не жмурилась, поглядывала на окружающее. Пришлось немного подождать в очереди, но вскоре лев передал свой трофей ягуару в белом халате и получил указание уйти с глаз долой, хотя собирался присутствовать при осмотре. Женщина коротко обернулась на него, явно напуганная, но послушно шла за доктором, который вел ее за руку. Вздохнув, Дизас пообещал себе купить ей что-нибудь вкусненькое за весь этот стресс, и отправился к окну регистратуры, на которое указали в приглашении. Там его ждал уже знакомый гепард, потребовал несколько подписей, заверил чеки об оплате штрафа и пошлины, с треском поставил печать в тонком и отличающемся от обычного паспорте раба. — Поздравляю с приобретением собственности, — хмыкнул он, и Дизасу очень не понравился этот пренебрежительный тон, — как ее поведение? — Зашуганное, — мрачно отрезал лев, забирая документы. В поведении Шади не было ничего от обещанной агрессивности, да и вообще сложно было представить, как она злится или пытается напасть. — Может, потому что она одна, ну или из-за лизардов, — гепард пожал плечами, — я полазил в архивах, не просто так человеческий мир запретили для посещений, они жуткие. — В смысле? — все же заинтересовался Дизас. В конце концов, он брал эту малявку в свою постель, мало ли, вдруг у нее какие-нибудь помутнения в зависимости от приливов или фаз луны. — Они наших мирных послов засунули в лабораторию и по кусочкам разобрали, — представитель комиссии кончиком ручки почесал за ухом. И, почему-то, глядя на его пятнистые уши, Дизас вспомнил о девушке, которой стоило про себя напомнить, — вторую группу встречали с оружием, пытались прорваться к нам, в хронике кадры просто жесть. Наши взяли парочку пленных, так они все время плевались, что мы уродливые, нас всех надо аннигилировать и вообще в рабов превратить, — такие абстрактные описания отозвались в рейдере с довольно богатым боевым опытом неожиданно живо, он передёрнул плечами, — вот-вот, так что аккуратно с ней, может, решит, что вы безобидные, и... — И ничего не сделает, — перебил Дизас, вставая, — спасибо за помощь с бумажками. Они распрощались, и лев вернулся к кабинету врача, уселся на стул под окном, ожидая окончания приёма. Он решительно не мог представить, чтобы это пугливое создание своими тонкими маленькими ручонками попыталось причинить ему вред. Она наслаждалась простой лаской, приносила ему конфету, чтобы не расстраивался, скромничала за обеденным столом — ну не могло это все оказаться жалким фарсом. Вспомнив, как она покраснела, смутившись от одобрения ее наряда, он не сдержал улыбку и почесал подбородок, чтобы скрыть это. Ну какая вот из нее шпионка и агрессорша? Чтобы не тратить время зря, Дизас написал своей новой пятнистой знакомой. Вряд ли из этой случайной встречи могло получиться что-то серьезное, но встретиться ещё несколько раз он был вполне не против. И приятно было немного пофлиртовать в переписке, потому что с бывшей у него были долгие отношения, там такой игривостью уже и не пахло, да и на его порывы проявления чувств она реагировала с подозрением, как на попытку загладить вину за что-то. Дверь кабинета открылась, вышел доктор и вывел за руку человека. У нее были явно заплаканные глаза, и лев мгновенно набычился, собираясь вступиться. — Травмы ещё не до конца зажили, — сообщил ягуар, передавая ему листок с назначениями, — я ей все объяснил, через неделю на повторный прием. — Что за слезы? — уже практически прорычал Дизас, потому что ему была невыносима сама мысль, что это беззащитное создание могут обидеть, а она и не подумает сопротивляться. — Учитывая характер травм, осмотр был немного унизительным, — пожал плечами доктор, сунул руки в карманы халата, — я же не задаю вопросов, почему у нее до сих пор не зажили следы изнасилований. Нечленораздельно послав его, лев все же решил не возмущаться больше. Это вполне мог оказаться единственный врач, способный помочь человеку, не стоило с ним совсем уж ссориться. Шади немного дернулась, когда он привычно взял ее на руки, сразу потупилась. Определенно, ей нужно было купить что-нибудь вкусное, хотя бы так сглаживая неприятный прием доктора. Ещё у нее на мочке крохотного витого ушка был красный след, видимо, от ретранслятора переводчика, который неприятно напомнил о необходимости побольше времени уделять работе. Перед зданием администрации, во флигеле которого размещалась комиссия, был разбит большой парк. И, поскольку там часто гуляли с детьми, было множество киосков с разнообразным стрит-фудом. Дизас подошёл к палатке с мороженым, попросил самый маленький, какой найдется, рожок. А себе взял стакан холодного кофе со льдом и мороженым, чтобы не сидеть с пустыми руками. Устроившись на лавочке, он посадил женщину рядом с собой. Она крепко держала доверенный ей рожок и завороженно его рассматривала. Это было, и правда, симпатичное мороженое, закрученное спиралькой из жёлтого и розового, то есть, бананового и клубничного. Бросив на номинального хозяина осторожный взгляд, она сразу же снова опустила его, но Дизас погладил ее по спине, надеясь, что она поймет. И, потягивая свой кофе через трубочку, наблюдал, как она осторожно хватает губами верхний острый кончик спиральки, вздрагивает, потому что, видимо, холодное, и шевелит челюстью, пытаясь распробовать. У нее все ещё были влажные ресницы от недавних слез, но восторг от сладкого и фруктового был хорошо заметен. Тем не менее, как и всегда, она ела без спешки, аккуратно, маленькими кусочками, а не набрасывалась на вкусность. Пока она лакомилась, он решил изучить рекомендации доктора, надеясь только, что там нет запрета на мороженое. И от прочитанного у него побежали наипротивнейшие мурашки по пояснице. Оказалось, требовалось купить в аптеке стерильные повязки, чтобы впитывали кровь из все ещё иногда открывающихся разрывов половых органов. Она так спокойно и шустро садилась на колени, трудно было представить, что у нее серьезные травмы в таком нежном и болезненном месте. А ещё была указана возможная причина — оказывается, у лизардов члены с достаточно твёрдыми шипами. Нет, у львов тоже по всему члену разбросаны крошечные кожистые выступы, которые делают их очень перспективными любовниками для любой кошки, но они не твердые, шипами их тоже не назвать. Покосившись на увлеченно уплетающую мороженое женщину, он только вздохнул. Она пережила намного больше, чем он мог вообразить. К тому же, из-за небольшого шрамика на животе ей сделали УЗИ, оказалось, что у нее удалена матка. Но зачем бы, спрашивается? Скрещивание даже близких по внешнему виду рас из разных миров просто невозможно, куда уж лизардам, чешуйчатым и холоднокровным, бояться полукровок с человеком? Снова вздохнув, Дизас только понадеялся, что это было под наркозом. Хотя длинные шрамы от плети на ее спине просто кричали о специфике отношения к рабам в том мире. Не отрываясь от еды, Шади явно обратила на что-то внимание. Оказалось, она смотрела на львицу, которая расположилась на лавочке наискосок от них, причем с совсем мелким, наверное, лет трёх, львенком. Они тоже купили какие-то вкусности, но важнее всего было то, что кошка нежно вылизывала сыну макушку, пока он возился с упаковкой. Дизас только усмехнулся, довольный примером материнской, семейной нежности, на котором человек сможет понять, что значат его проявления ласки. Торопиться было некуда, но и задерживаться не стоило, так что, допив кофе, лев взял свою собственность на руки, оставляя ей возможность спокойно доедать мороженое. Зашёл в аптеку и купил, согласно рекомендациям, мазь от синяков, повязки, средство для промывания ран. Представить боль, с которой женщина жила без единого признака, ему было трудно, и от осознания ее мучений становилось не по себе. Следующим пунктом была мастерская, где для странных ног их маленького трофея попытались сделать обувь. Первичный вариант уже был готов, его примерили на крошечную стопу — подошва из тонкого и плотного синтетического материала, а сверху невысокий, только прикрывающий пальцы и пятку кожаный верх. К стопе и щиколотке его крепили широкие мягкие ленты, и получилось неожиданно красиво, особенно обернутая вокруг хрупкой лодыжки черная лента с бантиком. Подгонять ничего не потребовалось из-за довольно простой формы, Дизас сразу же заказал ещё одну такую же пару и какую-нибудь светлую, белую или бежевую. А ещё попросил подумать над зимним вариантом, более закрытым и, возможно, утепленным изнутри. Это была даже не совсем обувь, строго говоря, какой-то кожаный носочек с подошвой, но ступала в нем женщина вполне уверенно, плавно, не прихрамывала, как если бы что-то давило, да и давить было нечему. Правда, расплачиваясь за заказ, Дизас ощутил все прелести изготовления нестандартного изделия из натуральной кожи по индивидуальным меркам. Но он решил, что не будет жалеть, не будет жадничать, потому что ей в этом удобно, прослужить должно прилично. И вообще, это же женщина, у женщины просто не может быть всего одна пара обуви, ей же явно нравится прихорашиваться, раз прическу меняет. От мастерской до дома Шади шла сама. Несла свой пакетик из аптеки и поспешно перебирала короткими ножками, чтобы поспевать за неторопливым шагом льва. Он же завернул на рынок, купил свежих овощей на салат, немного аппетитных солений. — А вот и вы, — Изас вышел их встречать с кухонным полотенцем на плече, — как раз почти готово. Ну ничего себе, какая прелесть! Разглядев новую обувь, он похлопал в ладоши. Смотрелось аккуратно, так ещё и с бантиками, женщина опустила глаза, смущённо ковыряя носком пол. Правда, пришло время искать место для этой красоты, и решили ставить обновку на самую низкую полку комода. Там было слишком широко для одной пары маленькой обуви, но ведь предстояло появиться ещё нескольким. На кухне Шади увидела, что обед готовили без нее, и засуетилась, осторожненько подлезла к Сигусу под руку, проверяя, что он делает. Коты только посмеивались, подставляя для нее стул и выдавая ей овощи для мытья. Она старалась, тщательно перемыла все, с помощью самого маленького ножа счистила все плодоножки, аккуратно порезала и разложила веерами по тарелке, ещё и по цвету — красные, оранжевые, жёлтые и зелёные овощи по очереди. Изначально Дизас планировал все смешать в салат, но, раз уж она приготовила такое ассорти, просто присолил его и переставил на стол. У него было вполне хорошее настроение, несмотря на все новости, потому что завтра они продуктивно поработают, а на послезавтра у него уже образовалось вечернее свидание. — Кстати, что сказал доктор? — поинтересовался Сигус, неспешно усаживаясь на свой стул и придерживаясь за стол. — До еды не рекомендую спрашивать, — поморщился лев, хватая женщину за бока и усаживая себе на колено. Вспомнил о ее травмах и с сожалением отметил, что у нее все тело вздрогнуло, когда он ее слишком резко плюхнул себе на бедро, — через неделю придется ещё раз сходить. Кроха, похоже, проголодалась, несмотря на сладкий перекус, потому что с удовольствием уплела и кусочек мяса, и макароны, и по дольке каждого вида овощей. Ей явно пришлись по душе сладкие помидоры и хрустящие перцы. Похоже, даже такого она ещё не пробовала, и Дизас решил, для своего успокоения, не прикидывать, чем же тогда ее кормили. После обеда все растянулись на диване, чтобы во время привычной сиесты немного переварить плотный обед и подремать. Женщина опустилась на свою подушку и возилась с блокнотом, что-то рисовала, а коты все же добрались до листка с результатами обследования и назначениями. Дизас наблюдал, как они морщатся, и думал, что у него, наверное, было такое же выражение лица. Впечатлительный Сигус как-то нерешительно прижал ладонь к низу своего живота, явно слишком подробно представив процесс появления таких травм. — Я же сказал, что надо купить платье и тортик! — рявкнул Изас, малявка подпрыгнула и съежилась. — И... И... И не знаю, что-нибудь ещё, все что угодно! Гневно фыркнув, он потёр лоб и откинулся на любовника, требуя успокоительных объятий. А его старший брат подумал, что надо купить переводчик и объяснить, что больше такого дерьма не случится никогда — и это будет слаще любой конфеты.