Красота в Чудовище (Beauty in the Beast)

Глава 3: Танец

      Пич стояла перед своим троном, беспокойно смотря на дверь в конце длинного зала. Справа от неё находилась Принцесса Дейзи и рядом с ней Принц Горошек, представляющий Бобовое Королевство от имени своей матери. По левой стороне от Пич стоял престарелый Король Фрет из Драгоценных Земель и его сын Принц Пайн. Отец Пич лично отправился в Вафельное Королевство, но всё равно было важно как следует встретить посла. Вафельное Королевство славится добрыми людьми, но весьма осторожными и нелюдимыми: однажды Луиджи привёз сюда несколько странных иммигрантов, но с тех пор никто больше оттуда не приезжал в Грибное Королевство. У них должны остаться хорошие впечатления, но уже случилось несчастье: посол и многие члены его команды заболели по пути сюда. Корабль изолировали, но помощника посла и двух его сопровождающих всё же отпустили, так как они сидели по своим каютам, когда разгорелась вспышка болезни.       Пич была слишком благодарна судьбе, чтобы что-то заподозрить. Это была невероятная удача, что хотя бы кому-то разрешили продолжить путь. Но она всё ещё нервничала. Она даже не знала имени нового посла.       — Кхе-кхем, — Тоад прочистил горло, приоткрывая дверь настолько, чтобы протиснуться в неё. — Представляю нового посла Вафельного Королевства!       Все глаза обратились на дверь, которая открылась шире, и три человека переступили порог. Тот, что шёл впереди, был настоящей усладой для глаз. Высокий мужчина с ненатурально огненно-красными волосами и длинными, блестяще-серыми ногтями, в черном плаще поверх обтягивающего зелёного кожаного жилета и узких черных брюках вошёл в замок, будто в свой собственный, сияя своими бриллиантово-белыми зубами и сверкая кроваво-красными глазами. Его сопровождающие были оба пожилыми, в очках и бесформенных робах, женщина в фиолетовом с белыми волосами по плечи, и мужчина в синем и в болтающемся колпаке на лысой голове; никто из них не выглядел особо счастливым.       Боузер остановился у подножия маленькой лесенки, ведущей к трону Пич, и глубоко поклонился.       — Ваше Высочество, — сказал он.       — Добро пожаловать на Грибной Континент, — сказала Пич. — Я знаю о том, что произошло по пути сюда, и что вам — всем троим — пришлось попасть в такую ситуацию, в которой по собственной воле вы бы никогда не оказались.       — Напротив, Ваше Высочество. — Боузер поднял голову, его глаза сверкнули, когда встретились с её. — Я ждал этот момент годами.       Пич была застигнута врасплох, но красноволосый сразу же разорвал зрительный контакт и обвёл взглядом других правителей и продолжил рассказ.       — Я готовился к тому, чтобы стать послом всю свою жизнь, на случай если она действительно заболеет во время одной из своих поездок. Не скажу, что я надеялся, что она заболеет, но я надеялся, что придёт день, когда я смогу показать себя. — Боузер снова метнул взгляд на Пич, но играючи снова отвёл его. — Хотя я и не мечтал, что это произойдёт так — так далеко от земли, которую я зову домом.       Пич улыбнулась, внутри наругав себя за то, что она напридумывала, будто между ними что-то проскочило, и продолжила:       — Ну, я надеюсь, что на ближайшее время вы сможете называть и это место своим «домом», Мистер Посол. Но… Не посчитайте меня грубой, но я не уловила вашего имени…       Боузер побледнел.       — Моё имя?       — Да, мне стыдно признать, что мы никогда не слышали об ученике посла до этого утра, и в связи с этим, ваше имя никогда не упоминалось…       И это было целенаправленно. Когда Боузер, Камми и Камек атаковали корабль, они обнаружили, что посол оказался женщиной, Вишней Мараскино, так что Боузер не мог просто взять её имя, как он планировал. Тогда он обрадовался: ему придётся выбрать своё собственное, крутое имя, но это оказалось на удивление сложно. Ему нравилось своё имя, он не хотел другое, так что всё, что он тогда придумал, ни в какие ворота не шло. Он откладывал этот вопрос, ожидая, что скоро что-нибудь придёт ему в голову. Но ничего не пришло, и сейчас этот вопрос выбил его из колеи, пока в голове рисовались сцены, как Пич выжидающе и сурово на него смотрит.       Брауни? Нет, это глупое имя. Бен Брауни? Нет, всё еще глупо. Сливки? Нет, это девчачье имя. Торт? Нет. Пуддинг? БОЖЕ МОЙ, нет. Мороженое? Опять что-то со сливками. Взбитые сливки? Всё еще сливки… но… если так подумать, может быть «крем» и пойдёт.       Боузер улыбнулся Пич и остальным.       — Можете звать меня Крем. Битый Крем.       — Взбитый Крем? — Дейзи подняла брови.       — Нет, просто «битый», ну знаете, типа бам-бам. — Боузер начал махать кулаками, делая вид, что что-то бьет, пока Камми и Камек пытались сдержать холоднокровные выражения лиц. Сначала Боузер отказался одеваться, затем выбирать имя, а сейчас он издаёт звуки, будто бьет кого-то. Точно, никто не догадается, что он не настоящий посол.       — Какая наивная простота, — сказал Принц Пайн, подавляя усмешку.       — Ха-ха-ха, действительно, — согласился Горошек, тряхнув своей челкой. — И мне так нравится ваш костюмчик. Это естественный парадный костюм в Вафельном Королевстве?       — Как я сказал ранее, я не думал, что меня вызовут, поэтому у меня не было с собой каких-то вычурных модных одеяний: они остались в хранилище на корабле и попали под карантин.       Улыбки Принцев дрогнули.       — Жаль слышать это, — вздохнула Пич, стреляя в своих друзей осуждающими взглядами. Лишь потому что Крем выглядел как странный лентяй, они не должны забывать, кто он на самом деле.       Боузер пожал плечами.       — В любом случае, эта одежда весьма комфортная. Серьезно, я не понимаю как вы все ходите нарядные каждый день.       Опять же, Камми и Камек подавили желание хлопнуть себя по лицу, но комментарий был принят на удивление хорошо хотя бы одним из правителей.       — Да! Спасибо! — вскрикнула Дейзи. — Наконец-то кто-то согласился со мной! — Она посмотрела на шокированное лицо Пич с сожалением. — Извини, Пичик, но ты же знаешь, насколько я ненавижу это платье! — Она снова посмотрела на Боузера. — Мне приходится носить его каждый чёртов день!       — Юная Леди! — ахнул Фрет.       — Но это правда! Королевский советник заставляет меня надевать его!       — Вы же принцесса! У нас дома советники никогда не указывают своим королям… Разве не так, вы двое? — сказал Боузер, широко улыбнувшись Камми и Камеку, которые покорно кивнули.       — Правда? Ооо божечки, Принцу Эклеру так повезло! — простонала Дейзи.       — Кхм… — перебила Пич. — Может быть мы все представимся перед тем, как разбираться с делами? И, может, стоит отложить этот разговор для более формальной ситуации?       «Другими словами, не при такой огромной толпе,» — добавила в голове она, но её друзья уловили посыл.       Когда с представлениями было покончено, Пич повела группу на прогулку по замку, который был не особо интересен Боузеру, так как он уже знал его, как свои 4 пальца. Не 5, а 4 — свой новый пятый палец он до сих пор не воспринимал, как собственный. Но гостям тоже не был интересен замок — всех интересовал Боузер. «Посол Крем» привлекал к себе всеобщее внимание — сначала правители были обескуражены его внешним видом, но вскоре они начали считать его забавным. Глуповатый и прямолинейный, он, казалось, совсем не думает о том, что говорит. Было ясно, что он не настоящий посол, но он точно отлично всё знал и осознавал, особенно то, что касается Грибного Королевства.       Что до Боузера — он определённо следил за тем, что говорит. Весьма старательно, на самом деле. Ни единого Куповского слова не слетело с его губ, и он старался не выделять Пич среди других слишком часто. Он всё равно останется в Грибном Замке, и у него будет уйма времени, чтобы обворожить её и вне чужих глаз. Так что сейчас он выжидал свой момент, любезничая с Принцами и Королём Фретом и налаживая отношения с Дейзи — он ценил её активный характер куда сильнее, когда она не использовала его против него в побоищах Вечеринок Марио.       Говоря о Марио и Луиджи, Боузер был приятно удивлён, что они не присоединились к прогулке — это было одним из немногого, что его радовало. Они стояли в первом ряду на приветственной церемонии, но прогулка была предназначена только для правителей и послов, так что они остались в замке, чтобы разбираться с толпой гостей. Камми и Камек разговаривали с Тоадами и следили за тем, чтобы багаж Боузера и их самих был доставлен в покои в целости и сохранности. Для поддержания прикрытия, они замаскировали все свои магический книги под исторические фолианты, но всё же надеялись, что никто не заинтересуется и не заглянет в них.       После прогулки был грандиозный пир, и Боузер едва удерживал себя от переедания. Камми постоянно предостерегала его во время каждого приёма пищи, что человеческий живот втрое меньше брюха Купы, и что если он будет есть столько же, сколько и обычно, его просто-напросто вырвет. Плюс, он растолстеет и растеряет привлекательность его аккуратной человеческой фигурки, а этого Боузер определённо не хотел. Но было проще сказать, чем сделать — когда он увидел легендарный пирог Грибного Королевства, который Пич пекла самолично, он впал в ступор, не зная, как освободить для него немного места в уже набитом животе. На самом деле Боузер был даже рад, что Марио и Луиджи присоединились к пиршеству и сидели за одним столом с ним — теперь он не один лопатами загребал еду. Камми и Камек вздрагивали, смотря на него, но остальные королевские особы уже привыкли к простолюдинскому поведению посла и просто перестали обращать на это внимание. И к своей чести, Боузер помнил проглатывать перед тем, как говорить, жевать с закрытым ртом, и даже правильно пользовался столовыми приборами, так как его бывшие волшебные советники заставляли его практиковаться, чтобы делать это ловко.       На самом деле он отлично справлялся с новыми аспектами своей анатомии, и когда пир уступил место королевскому балу, Боузер ни секунды не медлил перед тем, как ворваться на танцпол.       — Он реально нечто, да? — усмехнулась Дейзи, оказываясь под рукой у Пич, пока они смотрели за Боузером, который уже без плаща активно двигался под биты бодрого рок-н-ролла.       — «Нечто», верно… — тихо ответила Пич.       — И он милый!       — Ага, — кивнула Пич, перед тем, как залиться краской и переметнуть взгляд с посла на Дейзи. — Эй, ты не должна говорить так о После Креме.       — Ооох, ревнуешь? — улыбнулась Дейзи и злобно усмехнулась. — Ох, Пич, посмотри на себя! А ну-ка взбодрись! Даже он так серьезно себя не ведёт.       — Ну, ему бы следовало!       Дейзи состроила уверенную гримасу.       — Слушай, пару часов назад ты так боялась, что Вафельный посол возненавидит это место и никогда не захочет вернуться: ты должна быть счастлива, что ему здесь нравится — тебе следует сейчас тоже быть там и танцевать, и дать ему ещё больше поводов, чтобы остаться.       — Дейзи! — пискнула Пич, когда её подруга засмеялась.       — Ладно, если ты не идёшь, то пойду я. Где Луиджи? Я люблю эту песню… — Отдав ей свой наполовину-допитый напиток, принцесса проплыла вглубь толпы в поисках своего любимого сантехника.       Пич потрясла головой и поставила бокалы на столик, на который упиралась. В тот момент, когда снова появилась Дейзи под руку с Луиджи и Горошком с Пайном, следующими за ним, песня сменилась на заводной электро-поп — эта песня весь месяц заедала в головах народа. Пич не смогла сдержать улыбку, когда три правителя, Боузер и Луиджи нашли свою нишу. Остальные танцоры инстинктивно сделали круг вокруг группы, хлопая под бит и глядя на их синхронизированные движения. Пич тоже аплодировала, но дрогнула, когда Боузер посмотрел на неё. Он мог выследить Пич в любой толпе и следил за ней уголком глаз весь вечер — она провела много времени, наблюдая за ним. Он, вероятно, это заметил, но больше она не собиралась оставаться наблюдателем. Удерживая зрительный контракт, он наклонил вперед голову, показал свой ослепляющий оскал и помахал рукой, приглашая её присоединиться к танцу. Пич колебалась — она любила танцевать, и все остальные молодые правители были здесь, но что-то заставляло её тормозить. И этим чем-то были красные глаза.       — Давай, дорогуша, — сказал Король Фрет, внезапно появившись рядом с ней и давая ей ободряющий толчок. — Я послежу за твоими напитками.       Пич ответила ему улыбкой, её сомнения рухнули и она поспешила к друзьям, когда толпа заликовала. Улыбка Боузера расширилась, когда он приблизился к Пич, которая подхватила движения, встав между ним и Принцем Пайном, словно она и не пропустила часть танца. Это был энергичный танец со множеством перебежек, поворотов и взмахов головами, и Пич так сияла, двигаясь в такт с остальными, что даже забыла, почему она почти решила отказаться присоединиться к ним. Боузер был очень аккуратен, чтобы не врезаться в Пич; просто находиться рядом с ней уже было достаточно, и он периферийным зрением внимательно смотрел за тем, как она веселится, позволяя их глазам встретиться только в те моменты танца, когда этого требовали движения, и даже тогда мимолётно. Оба по своему были раздосадованы, когда песня подошла к концу, и толпа вокруг них аплодировала.       Шестёрка стояла в кругу, и Боузер вытянул руку к Пич, которая взяла её, другой рукой держа Пайна. Группа поклонилась, выполнив последнее синхронное движение.       — Упс, медленный танец, время для напитка, — сказал Боузер, отпуская руки Пич и Дейзи (которая была справа от него). — Прошу простить. — Он кивнул.       Но Пич тоже покинула танцпол, оставляя Луиджи и Дейзи танцевать, в то время, как Пайн и Горошек искали каких-нибудь поклонниц, чтобы поболтать и попользоваться их вниманием.       — Водички? — предложил Боузер, поворачиваясь к Пич, когда они дошли до освежающего столика, уже держа напиток в руке.       Она чуть подпрыгнула. Боузер не подавал виду что знал, что она следует за ним.       — Ох, благодарю, — сказала она, быстро взяв себя в руки.       Боузер усмехнулся и бросил взгляд на свободный столик, указывая на него головой. Без лишних слов, они подошли к нему и сели.       — Теперь вы видите, почему я не фанат многослойной одежды, — подытожил Боузер.       — А? — булькнула Пич, поперхнувшись водой.       — Вы покраснели. Вам, должно быть, жарко, — заметил Боузер.       Пич приложила ладонь к щеке — она почувствовала ужасный жар, идущий от кожи.       — Ох, верно, я полагаю.       — На следующий танец вам следует надеть что-нибудь полегче — так будет намного приятнее.       — Ох, не переживайте, мне и так очень весело, — заверила его Пич, хотя сама уже выпила весь свой стакан.       Боузер усмехнулся и подвинул к ней свой нетронутый стакан.       — А вам не жарко?       Боузер пожал плечами.       — Там, откуда я прибыл, всегда жарко: я привык.       — Если вы так уверены…       — Я уверен, — сказал Боузер, скрепляя их взгляды.       Снова она почувствовала себя сбитой с ног глубиной его взгляда. Может, это просто совпадение, что у него такой же цвет глаз, но он напомнил ей о…       — О, эй, а я знаю и эту песню, — сказал Боузер, внезапно отвернувшись от Пич к танцполу. Он снова посмотрел на неё. — Надеюсь, вы не возражаете, но я присоединюсь и к этому танцу. Вы всё ещё слегка красноваты, так что увидимся позже?       — Ах… конечно, — сказала Пич, удивляясь, почему её щёки до сих пор горят с тех пор, как она приняла стакан Боузера.       — Видите, если бы вы были одеты легче, вы могли бы пойти со мной, — добавил Боузер, его глаза сверкали так же ярко, как и зубы. — Ну, в следующий раз.       Пич кивнула, улыбнувшись ему в ответ, хотя и с ноткой недоумения. Она повернулась и посмотрела, как Боузер вернулся в лабиринт из столов и веселящихся людей, верхушка его головы была видна даже за самыми высокими гостями. Было в после что-то такое, что путало её, но всё же завлекало. Он был странной птицей, даже то, что он находился где-то рядом заставляло просыпаться бабочек в её животе. У Пич было ощущение, что следующие пара недель обещают быть весёлыми.