If Crowley Speaks First

— Как там смертные говорят… Да! Придержи эту мысль. — Азирафель всплескивает от волнения руками. — Нет! — заявляет Кроули, прерывая своего собеседника. — Нет? — недоумевает Азирафель, слегка наклоняя голову. — Кроули, у меня очень важная новость! — Нет, ангел, прошло уже слишком много времени, я не могу больше ждать! — почти кричит он. Ангел прищуривается, изучая своего собеседника. Он замечает на лице Кроули покраснение, начинающееся на щеках и распространяющееся по всему телу. В его прекрасных желтых глазах стоят слезы. Азирафель с нежностью протягивает руку и тихонько касается плеча Кроули. Его новости уж не кажутся такими срочными, когда он видит демона таким. Он беспокоится о Кроули — тот выглядит как никогда печальным. — Кроули, что случилось? — Азирафель, — начинает он. — Агххх! — Рыча, он трясет руками. — Почему это так трудно сказать? — Он делает глубокий вдох. — Слушай, мы знаем друг друга уже очень давно, где-то 6 тысяч лет. И за это время я понял некоторые вещи о себе, вещи, которые я никогда не считал возможными, до сих пор. Ты показал мне, что они возможны. Даже несмотря на рай, ад и апокалипсис — несмотря ни на что, я всегда мог положиться на тебя. А ты всегда мог положиться на меня. Уже давно, особенно в последние годы, я понял, что одна вещь волнует меня больше, чем что-либо за все время моего существования… Голос Кроули наполняется новой силой. — Это ты, Азирафель. — Его рука, сжимающая черные очки, дрожит. — Я хочу быть с тобой. Только мы. Вместе. Мы можем уйти! Если у Вельзевула и Гавриила получилось, получится и у нас! — О, Кроули… — Рука Азирафеля скользит к теплому лицу падшего ангела. На его губах играет улыбка. Он словно светится. Кроули наклоняется ближе, Азирафель смотрит на его губы, потом в его глаза: — Я хочу всегда быть вместе. Наступает долгожданный момент. Свет пробивается сквозь витрины, превращая парящие пылинки в крошечные кристаллы. Кроули приближается к мягким губам Азирафеля и жадно прижимается к ним. Кроули осторожно оттягивает воротник плаща своего ангела, а Азирафель обнимает демона за спину, прижимая к себе. Сладкий миндальный кофе медленно исчезает с губ Азирафеля и оседает на губах Кроули. Казалось, Азирафель всегда знал, что хочет этого, но никак не мог выразить это словами. Он видел, как влюбляются люди, видел, как они проявляют эту любовь, но никогда не думал, что сам может так любить. Ангелам не положено влюбляться, и уж тем более не положено влюбляться в демонов. Но Кроули был ангелом, и для Азирафеля он все еще оставался им в душе. Вечно бунтующий, но всегда остающийся его ангелом. После нескольких минут полного душевного комфорта и тепла они отстранились друг от друга, переводя дыхание и осознавая все, что только что произошло. Азирафель касается своих губ пальцами, пытаясь навсегда запечатлеть на них этот момент. — Спасибо, — тихо говорит он, глядя в глаза Кроули. Это не то, что он хотел сказать. Но несказанные три слова остаются на его губах. На минуту на его лице появляется бесстрастное, почти потрясенное выражение. — Кроули, что… — Он смотрит на него с чистым невинным ликованием, как это умеет делать Азирафель. — И что же будет дальше? — спрашивает он, в его голове у него все еще царит туман после поцелуя. — Что захотим! — Кроули просиял. — Ну… я хочу… — Он осторожно тянет Кроули за кисточки и целует его в ответ. Чувство головокружения возвращается, как будто в его груди трепещут крылья. Кроули больше не один. И в этот момент он понимает, что больше никогда не будет испытывать подобных чувств. Он ласкает белокурые локоны своего возлюбленного, тот обнимает его, и слышно пение соловьев. Азирафель расслабляет руки на плечах Кроули, и они плавно покачиваются. Не успели они опомниться, как закружились в медленном танце. Сложив головы друг другу на плечи, они покачиваются в ритме, который оба чувствуют. — Азирафель, куда теперь ты хочешь отправиться? На Альфу Центавра? — Кроули отстранился, повернувшись лицом к Азирафелю. — Или мы могли бы остаться здесь, я знаю, что ты не можешь оставить свой книжный магазин. — Он качает головой. Азирафель молчит, поэтому Кроули продолжает: — Можешь не отвечать сейчас. Вдруг демон что-то вспоминает и щелкает пальцами. — Так, ангел, что ты собирался мне сказать? И вдруг Азирафель оказывается за миллион миль от нас. Воздух в книжном магазине словно застывает, а желудок сводит от мысли о предложении Метатрона. Азирафель бессознательно отдаляется. — Что такое? — повторяет Кроули, когда ангел отступает. Напряжение между ними ослабевает. — Прости меня. Я совершил ошибку. — Что? Нет, нет, это не ошибка, — паникует Кроули. — Нет, не это. Это довольно мило. — Он улыбается. — Это Метатрон… — И чего же теперь хочет этот ублюдок? — Он сделал мне — ну, точнее, нам — предложение. — Кроули молчит, поэтому Азирафель продолжает: — Он предложил мне шанс стать верховным архангелом. Лицо Кроули приобретает мрачное выражение. — Надеюсь, ты послал его куда следует? — Ну… — Азирафель отводит взгляд, не в силах смотреть в эти блестящие желтые глаза. — Азирафель, — требовательно произносит Кроули. — Он предложил мне шанс быть с тобой, изменить ситуацию к лучшему, мы можем все исправить. А ты, — обращается он к нему почти с надеждой, — ты мог бы снова стать ангелом. — И зачем? — Кроули уставился на него в недоумении. — Ты видел, как они поступили с Гавриилом и Вельзевулом. И помнишь, как они обращались с нами. Не говоря уже о том, что нас пытались убить! С какой стати нам возвращаться к этому? Теперь мы на своей стороне. — Я знаю, но они могут измениться. Метатрон, он… Голос Кроули становится мягким, когда он видит проблеск надежды, отчаянной надежды в глазах своего ангела. Тот самый взгляд, который он видел на протяжении веков, тот самый, который, несмотря на все, что сделали Небеса, до сих пор не погас. — Не изменятся. Я видел это раньше, я видел, как ты проходишь через это. Они плохо с тобой обращаются, потом делают что-то хорошее, и ты их прощаешь. — Азирафель слегка опускает взгляд, услышав правду, которую он и так знает. — Ты поступил так с Гавриилом, я не позволю тебе сделать это снова. — Но Гавриилу нужна была моя помощь… — протестует Азирафель. От плеч Кроули потянулся дымок. — Он хотел твоей смерти! — В воздухе вспыхивают электрические разряды. — Он пытался убить тебя, и ему было плевать! Он велел мне — как и тебе — закрыть свой глупый рот и сдохнуть! Азирафель замирает. В магазине наступает тишина, как будто по воле ангела. — Это он тебе сказал? — Азирафель неловко улыбается, пытаясь скрыть боль, нарастающую в груди. Груз осознания сказанного обрушивается на него. Он отводит взгляд, и в его голове проносятся воспоминания. Моменты, когда Гавриил смеялся над ним, когда ангелы угрожают ему возле его книжного магазина, когда Метатрон отмахивается от его опасений по поводу Армагеддона. Каждая обидная шутка, каждое оскорбление, каждое унижение. Несмотря на все это, он был добр к ним. Очень добр. Что бы они ни делали, он не отвечал им тем же. В любом случае он мог смириться с тем, что ему причиняли боль. Но Кроули… От осознания того, что Кроули пришлось столкнуться с этим, гнев стиснул его горло. Это было несправедливо. И уж точно неправильно. Азирафель направляется к двери. — Ты куда? — обеспокоенно спрашивает Кроули. — Пойду пообщаюсь с Метатроном. На улице Кроули увязывается за Азирафелем, который стремительно шагает по улице. Догнав ангела, Кроули натягивает очки. — Ты прав, они нам не нужны. И сейчас я выскажу ему все, что думаю. Кроули берет Азирафеля за руку и произносит: — Ты справишься. Азирафель сжимает пальцы, что придает ему новых сил. Когда они проходят мимо кофейни «Дай мне кофе или дай мне смерть», Кроули видит, как Мэгги и Нина вместе готовят напиток. Нина ловит его взгляд и, глядя на них обоих, одобрительно кивает. Она обменивается парой слов с Мэгги, и та задорно улыбается. Они подходят к земному входу в рай. Возле него стоят Метатрон и Мюриэль, которая сосредоточенно и внимательно читает книгу. Заметив Мюриэль, они приветливо машут ей. Та откладывает книгу и машет им в ответ. — Здравствуй, Кроули, и здравствуй, Предатель, — приветствует Метатрон. Мюриэль активирует вход, и от него начинает исходить белое небесное сияние. Лицо Метатрона приобретает добродушное выражение — по крайней мере самое добродушное, на которое он способен. — Отлично, теперь мы можем идти, — объявляет он. — Нет, мы не пойдем с тобой! Мы останемся здесь, — заявляет Азирафель. — И почему же? — с насмешкой вопрошает он. — Азирафель, ты совсем запутался. Теперь я вижу, что ты не понимаешь всей серьезности этого предложения. — Он смотрит на него сверху вниз. — Что бы ни наговорил тебе этот демон… — Его зовут Кроули. — Азирафель прерывает его. — И я больше не хочу этого делать! Снова работать на Небеса. Даже будучи верховным архангелом, я не могу ничего изменить. Гавриил пытался и был изгнан. Не потому ли ты предлагаешь мне эту работу? Чтобы ты мог присматривать за мной? За нами? Он смотрит на свою руку, сжимающую руку Кроули. — Я не заслуживаю того, чтобы со мной обращались как с ничтожеством. Ни ты, ни кто-либо другой на Небесах. Я всегда старался верить, что мы поступаем по совести, что мы — представители Рая, а значит, хорошие ребята. Но Кроули гораздо более высоконравственен, чем ты когда-либо был! Даже будучи демоном. С какой стати мне хотеть, чтобы он снова стал ангелом, если все, что мы делаем, — это причиняем вред? Он этого не желает, и я тоже! — Его голос дрожит, а на глаза наворачиваются слезы. — Ты можешь забрать свое предложение и убираться к черту. — Он гневно сжимает руки в кулаки. Кроули слабо пытается скрыть ухмылку при виде этого зрелища. Метатрон пристально смотрит на Азирафеля. Затем качает головой: — О, ты жалкое подобие ангела. После всех твоих неудач я пытался дать тебе второй шанс, вам обоим. — Он бросает взгляд на Кроули, будто он был просто помехой. — Я искренне полагал, что ты хочешь сделать что-то стоящее в своей ничтожной жизни. Похоже, я ошибался. Выпалив это, он поворачивается к Мюриэль: — Пойдем, Мюриэль. Ангел смотрит на Кроули, затем на Предателя. Они стоят рядом, крепко держась за руки, непоколебимо держась перед Метатроном. В их груди разливается неведомое ранее ощущение, и они приходят к выводу, что оно весьма приятное. — Мюриэль, — повторяет Метатрон, шагая в направлении белого света. — Э-э, да, сэр. — Мюриэль вскакивает. Они отводят глаза от пары. — До свидания! — С этими словами он и Метатрон исчезают. Азирафель вздыхает и поворачивается к Кроули: — Как насчет алкогольного завтрака? — А я думал, ты никогда не предложишь, — ухмыляется демон.