Любовь к себе (Мэк/Данил)

      Глядя на мирно спящего в своей постели Мэка, Данил с трудом удержал себя от того, чтобы прилечь рядом. Вместо этого, он укрыл любимого мужчину одеялом и, убедившись, что он заметит стакан воды и таблетки от тошноты и головной боли, тихо вышел из спальни. В гостиной его уже ждал Иван. Глава семьи тяжело дышал сопя на диване и скрестив руки на груди. Эта его поза для сна казалось и смешной и серьезной одновременно.       Сев в кресло, в то самое, которое занимал Мэк при их первом знакомстве, Данил тяжело вздохнул. Два из трех самых дорогих ему людей были рядом с ним… И от каждого он хранил секрет.       Данил не смог бы называть себя мужчиной, не заступись он за своего любимого. Поэтому, не смотря на слова брата, что он со всем разберется, еще до того, как Мэк успел погрузиться с головой в подготовку к экзаменам, Данил лично полетел в Тайланд. Камон, узнав о побеге брата из Америки, встретил его в аэропорту с темным лицом.       — И снова ты здесь, чтобы доставить неприятности, — не мог не заметить он, однако крепко обнимая Данила после долгой разлуки.       Объятия Камона немного успокоили бурлящий гнев внутри Данила и он впервые за несколько часов улыбнулся.       — В этот раз я вынужден полагаться на тебя, брат, — признался Данил, снимая солнцезащитные очки, — Где они? Обещаю, я не убью их — я знаю правила.       — Где могут находиться люди, пережившие нападение? — не видя другого выхода, кроме как помочь ему, быстро сдался Камон, — Сразу поедем в больницу или навестишь Кима?       — Иван не знает о том, что я здесь, — объяснил Данил, — Ким наверняка проболтается, если увидит меня. Ты со мной, брат?       Камон приобнял его за плечи, признаваясь:       — Даже если бы Иван знал, я бы все равно тебе помог. Меня не покидает мысль, чтобы я сделал, если бы что-то похожее произошло с Кимом. Я понимаю твои чувства.       Данил любовно приобнял брата в ответ:       — Спасибо. И будь уверен, я не позволю тебе поссориться с Иваном.       Убедившись, что Данил не собирается убивать этих троих, Камон пригласил его в машину. Уже там он не мог не заметить, что брат не отрывается от телефона.       — Пишешь Мэку? — спросил он с легкой улыбкой на губах.       — Как ты узнал? — удивился Данил.       Камон хмыкнул.       — Влюбленный волк уже не хищник. Тебе следует научится контролировать выражение своего лица, если ты и дальше собираешься помогать Ивану. Просто глядя на тебя я могу сказать, что ты по уши в любви.       — Он сдает экзамены, — покраснев, как маков цвет, смущенно объяснил Данил, — Я хочу поддержать его.       — Мэк знает, что ты здесь?       Данил отрицательно покачал головой.       — Он знает, что тебе известно про этих троих?       Данил снова покачал головой, но уже с хмурым лицом.       — Что ты будешь делать с ними?       Вместо ответа, Данил достал из заднего кармана джинс небольшой пакетик…       — Бутират?       — Они накачали его наркотиками, прежде, чем изнасиловали, — объяснил Данил, — Я собираюсь сделать с ними тоже самое. По возможности. Можешь одолжить мне пару своих людей? Я знаю Ивана. Он наверняка оставил тебе каких-нибудь отморозков в запасе.       Тело Камона окаменело. Не смотря на то, что его брат всегда доставлял неприятности, он, как и все они, держался от наркотиков на почтительном расстоянии. Подобного рода игры никогда его не прельщали, он даже считал их отвратительными. Тот факт, что Данил собирался использовать наркотик означал, что он был готов перейти невидимую грань…       Никак не прокомментировав его идею, Камон подавил зарождающееся чувство жалости к Дэю и остаток пути связывался с теми, кто мог бы быть полезным Данилу. Между тем, лежа в общей палате, Дэй, его друг и возлюбленный, еще не знали, через что им придется пройти в ближайшее время. Бросив все силы на выздоровление, они надеялись, что после всего, что с ними сделал Камон, их оставят в покое.       Но когда в палату вошел Данил, Дэй понял, их надежды были напрасны.       — Привет, — помахав ему рукой, с лучезарной улыбкой сказал Данил, — Как себя чувствуете?       Дэй хотел было оправдаться, но Данилу не были нужны его слова. Вместо этого, он пригласил в палату пару крепких парней, которых Камон для него нашел.       — Вам, парни, крупно повезло, что я добрый человек, — разводя наркотик в стаканах, сказал Данил, — Поэтому, по одному на каждого. Но если вы будете сопротивляться…       Данил услужливо подал стакан Нану. Тот, не будь дураком, сразу понял, что его ждет, поэтому агрессивно ударил по руке Данила.       Стакан разбился, оставляя на полу доказательства преступления.       — Ну, — решил Данил, — Хотите групповуху, будет вам групповуха. А ведь я хотел по хорошему.       Данил сделал жест рукой и те люди, что пришли вместе с ним, стащили Нана с постели. Так как он отказался от наркотика, раскачку решили начать с него.       — Смотри, — держа лицо Дэя так, чтобы он не мог отвернуться от разворачивающейся сцены, сказал Данил, — Это то, что ждет тебя и твоего дорогого Итта. Ты рад? Я — очень!       Данил не переживал о том, что им могут помешать — узнав о его приезде, Камон заранее велел расчистить этаж. Что его поразило, так это отсутствие полового органа у Нана.       — Босс, — заметив, что мужчина в его руках уже не мужчина, обратился к нему один из соучастников, — Нам… Продолжать?       — Вы уж постарайтесь, — не пошел на попятную Данил, — Можете пригубить немного наркоты, если уже совсем не встает.       — Спасибо, но мы уже, — похвастался кто-то, — Господин Камон нам все объяснил и мы, так сказать, подготовились заранее.       Заломив Нану руки, его поставили в подходящую позу и, не размениваясь на такие бесполезные при изнасилование вещи, как подготовка, грубо вошли в него, как сзади, так и спереди. Занятый чужим членом рот Нана только и мог, что издавать мычание в знак протеста. Из его глаз полились слезы от жгучей боли в анусе. Его порвали и от вида крови у виновника этого происшествия немного обмякло естество. Впрочем, это никак не помешало ему кончить.       Итт сполз на пол, от ужаса закрывая глаза и уши. Дэй, который только и мог, что сыпать проклятиями, скоро охрип от собственного крика.       К тому моменту, как третий мужчина кончил в его задницу, Нан уже потерял сознание.       — Хотелось бы верить, что следующий будет повыносливее, — отпуская лицо Дэя, сказал Данил.       Взяв стакан с разведенным наркотиком, он, так же, как и Нану, предложил его Итту. Но, в отличии от первого, Итт осушил его содержимое.       — Молодец, — похвалил его Данил.       Следующее, что он сделал, это схватил Итта за волосы и подтянул к парням.       — Теперь его, — приказал Данил, оценивая внушительные стояки присланных братом парней, — Вы что, виагрой на завтрак питаетесь?       Один из них, видимо лидер, посмеялся.       — Мы профессионалы, — похвастался он и, схватив Итта, сорвал с него больничную одежду.       В этот раз все было немного быстрее, так как Итт, смирившись с неизбежным, не сопротивлялся. Самостоятельно открыв рот, он обхватил чужой член губами и, совершив несколько энергичных движений головой закашлялся, когда ему кончили в рот. Оценив его отзывчивость, прежде, чем трахнуть его в зад, парни снизошли до того, чтобы плюнуть ему в анус. И хоть это их и завело, на деле же слюна не была хорошей смазкой. Наркотик еще не успел подействовать, когда в Итта грубо вошли сзади и стали трахать, придавливая голову к полу. Наблюдающий за этим Дэй, покраснел от ярости. Ему было и больно и противно от своего партнера, но не смотря на это, он дернулся вперед, чтобы помочь ему.       Однако с тех пор, как ему отрезали пальцы, прошло немного времени. Дэй упал на пол сразу же, как попытался сделать первый шаг…       — Кажется, кто-то хочет присоединиться, — заметил Данил, — Эй, этого тоже обработайте.       Не вынуждая работодателя повторять дважды, с Дэя оперативно сорвали одежду и поставили в позу раком. Это был первый раз, когда Дэй узнал каково это быть изнасилованным в рот. Крепко держа его затылок, кто-то долбил его в глотку, вбивая член по самые яйца, так, что он чувствовал их подбородком.       Когда последний участник был задействован в процессе, Данил потерял к ним всякий интерес и, вместо того, чтобы смотреть на дело своих рук, достал телефон, продолжая переписку.       Не смотря на безразличие со стороны нанимателя, парни отнеслись к своей работе со всей тщательностью. Заставив Дэя выпить наркотик, они трахнули его не менее грубо Нана, заметив особенную не любовь Данила именно к нему. Не смотря на то, что его вырвало, когда ему кончили в рот, вместо того, чтобы продолжать иметь его спереди, сзади в него вставили еще один член. Иметь кого-то в порванную задницу было не так чтобы приятно и все же парни продолжали хаотично вбиваться в него, отрабатывая свою «зарплату».       Для Данила все закончилось довольно быстро. Для Дэя и остальных прошла вечность.       — Вы довольны, господин Данил?       Говоривший как раз кончил на лицо Итта и уже собирался подрочить на Дэя, когда Данил дал знак остановиться.       — Меня уже тошнит от этого запаха, — прикрывая нос рукой, сказал он, — Приведите тут все в порядок, а потом позовите к ним врачей. Я собираюсь забрать их с собой в Америку.       — Они шумные, — заметил главный из соучастников, — Может заклеить им рты?       — Для этого у нас другие методы, — осадил его Данил.       Конечно же, Иван узнал о поездке Данила в Тайланд. Данил сам рассказал ему об этом, когда, поговорив с Камоном, они оба решили, что лучше сказать меньшую часть правды, чем травмировать Ивана метаморфозами в поведении Данила. Иван и без того был слишком резко настроен против Мэка… Меньше всего Данил хотел, чтобы его любимого обвиняли в его жестокости.       Получив от подчиненных подтверждение, что Мэк благополучно расправился с тремя подонками, Данил облегченно выдохнул. Съездив в Тайланд, он смог выместить обуревавший его гнев. Но здесь, в Америке, он помог своему любимому освободиться от страха. Он не чувствовал вины перед теми, кто причинил боль Мэку. Но он сомневался в том, что должен был делать все это за спиной у близких ему людей.       — Данил? — краем глаза заметив брата, позвал его Иван, — Ты… Ты как тут.? Где мы?       Заметив, что он проснулся, Данил помог брату сесть.       — Это квартира Мэка. Вы напились в баре, а я привез вас сюда.       — Аааа, — протянул Иван, пытаясь активировать свои воспоминания, — Точно… Спасибо.       — Не за что, — подавая ему графин с водой, заметил Данил, — Это честь для меня — держать твои волосы над унитазом.       Иван скривил лицо, вспоминая свое недостойное главы семьи поведение. Так кстати пришлась вода — ему казалось что внутри него образовалась целая пустыня сахара.             Осушив графин на половину, Иван пожалел, что не может залезть в него полностью…       — Мне стыдно, извини, — покаялся он, — Просто Мэк… Кто же знал, что он действительно их прикончит? Я ошибался на его счет. У парня есть яйца.       — О, поверь, точно есть, — не удержав ехидной улыбки, подтвердил Данил.       Окинув его тяжелым взглядом, Иван поднялся и, держась за диван, засобирался к себе в отель.       — Не хочу, чтобы еще кто-то видел меня таким, — предугадывая вопрос брата, сказал он, — Я возьму кого-нибудь из твоих ребят? — О’кей, — не стал спорить Данил, — Только не дыши на них перегаром. Они мне еще нужны крепкими.       Иван махнул рукой, мол, к черту тебя и твой длинный язык, после чего дошел пьяной походкой до двери и скрылся за ней, на прощание пожелав брату удачи. Проводив его взглядом, Данил растянулся на освободившемся диване и, с блаженной улыбкой и мыслями о чем-то своем, уснул. ***       В который раз проклянув русских и их алкоголизм, Мэк застонал, когда яркий солнечный свет больно ударил по глазам. Последнее, что он помнил, это как Данил приехал, чтобы забрать его вместе с Иваном… На этом воспоминания Мэка о вчерашнем дне, как и ночи, заканчивались.       Перевернувшись на бок и заметив стакан воды, Мэк поднялся на локтях и тут же осушил его на половину. Вместе с этим он почувствовал себя немного лучше, благодаря чему смог нащупать таблетки и выпить их. Тут же, словно сопротивляясь пробуждению, его желудок скрутило. Не долго думая, Мэк довольно резво метнулся в ванную…       Под шум очищающегося желудка, Данил раскрыл глаза и устало потер лицо. Бросив взгляд на часы он удивленно приподнял брови. Время близилось к обеду — для него было нехарактерно просыпаться так поздно.       К тому моменту, как Мэк немного пришел в себя, а заодно принял ванну и привел себя в порядок, Данил уже прибрал место своего сна и заказал им доставку завтрака. Сам же, дожидаясь Мэка, сделал им обоим по чашечке чая.       Мэк, который не знал, что в его доме есть кто-то помимо него, так и застыл в кое-как завязанном халате на голое тело прямо в двери своей спальни…       — Доброго дня, — поприветствовал его на тайском Данил, — Голоден? Я заказал нам доставку.       Не сразу сообразив, что к нему обращается на его родном языке, Мэк ответил:       — Да, я голо… Что?! Ты знаешь тайский?!       Это открытие было для Мэка таким неожиданным, что он даже забыл про свою головную боль. Сколько еще сюрпризов было в Даниле? Он, Мэк, кое-как говорил на английском, в то время как Данил, как оказалось, знал целых три языка.       — Еще немного на немецком, китайском и арабском, — будто в этом не было ничего особенного, поделился Данил, — Из этих троих, кстати, китайский я знаю лучше всего. Камон какое-то время работал в Пекине и Гонконге. Я пару раз ездил к нему, чтобы навестить, и заодно подучил язык. Что? Разве это так удивительно?       Мэк не стал отвечать на этот вопрос. Вместо этого, он взял чашку из рук Данила и сказал:       — Спасибо. За то, что забрал нас вчера. Не знаю, что на меня нашло, что я так напился. Ты не подумай, я не какой-то алкоголик — никакой зависимости. Просто я закончил универ, а перед этим экзамены… В общем, все как-то один на один наложилось и я…       Данил улыбнулся, выслушивая неумелые оправдания. Врать Мэк совсем не умел, но, кажется, никто из его окружения не торопился сообщать ему об этом. Данил так же не хотел становиться этим человеком, поэтому просто кивнул, давая понять, что он все понял.       Облегченно вздохнув, Мэк отпил немного чая и уже собирался поинтересоваться, что заказал Данил, когда в дверь постучали и его телохранители принесли им завтрак. При виде еды, которую Данил заботливо разложил для них обоих, настроение Мэка резко взлетело вверх.       — Хорошо, что ты не уехал, — приправляя свой салат соусом, заметил Мэк, — Без тебя я бы уже загнулся еще на этапе подготовки к экзаменам.       — Ешь, показывая, чтобы Мэк не тратил время на болтовню, поторопил его Данил, — После хорошей пьянки всегда хочется что-нибудь пожевать.       Мысленно поблагодарив его за отзывчивость, Мэк начал с аппетитом уплетать содержимое своей тарелки, в то время как Данил лениво ковырялся вилкой в жаренном яйце и смотрел на него влюбленным взглядом.       Мэк, который вгрызался в жаренную курочку, был очарователен.       Мэк, который вытирал свои пальцы о салфетку, был очарователен.       Мэк, который облизывал губы от удовольствия, был очарователен.       Можно ли было любить кого-то так же сильно, как Данил любил его? Ему хватило пару встреч, чтобы окончательно и бесповоротно решить, что с этим человеком он проведет всю свою жизнь. И что с того, что Мэк был травмирован? Со своей стороны Данил был готов не только ждать столько, сколько потребуется, но даже помог осуществить месть. Он молчал о своем вкладе, молчал о том, что знает, потому что Мэк не хотел, чтобы он знал. Данил был готов на что угодно, только бы Мэк всегда был таким же расслабленным, как сейчас, когда сидел перед ним и с завидным аппетитом нагружал свой желудок.       — Давай встречаться? — неожиданно, даже для самого себя, выпалил Данил.       Мэк, который вытирал рот салфеткой, замер.       Буквально пару часов назад он убил троих человек… Не то чтобы он чувствовал вину за это, просто… Не слишком ли быстро бежала теперь его жизнь?       — Разве мы не договаривались, что будем идти к этому понемногу? — спросил он, глядя прямо в глаза Данила, — Ты мне нравишься, я тебе тоже и у нас все хорошо, так зачем торопиться? Я только окончил университет и мне… Нужна передышка.       Заметив, как поник Данил, Мэк не выдержал и, потянув его на себя, нежно поцеловал его в уголок губ.       — Возможно по мне и не скажешь, но сейчас ты — это самый дорогой, но в то же время — совершенно бесценный человек для меня. Сейчас я не могу рассказать тебе всего, но… Недавно я освободился, и как человек, и как личность. Кое-что произошло и твой брат помог мне с этим. Я бесконечно буду благодарен ему за это и, думаю, моя привязанность к тебе тоже стала сильнее. Со мной ты добр, щедр и очарователен, как я могу не влюбиться в тебя? Просто дай мне еще немного времени, чтобы открыться тебе. Не хочу, чтобы между нами все начиналось со лжи, ладно?       Данил, которому так же было о чем молчать, легко согласился. Он не смог удержаться, чтобы не провести по нежной щеке Мэка рукой и не поцеловать его в ответ в губы. И пусть это был лишь легкий поцелуй, этого хватило, чтобы его сердце затрепетало от их такой простой, но в тоже время интимной близости.       Одно для себя Данил уяснил точно. Нужно иметь что-то общее, чтобы понимать друг друга. Даже если этим что-то были скелеты в шкафу. Всякие отношения — труд. Но если вы хотите быть рядом даже тогда, когда вы оба погрязли в самых страшных секретах, значит не стоило переживать о совместном будущем.