За закрытыми дверями

       Первый день Совета кланов в Башне кои подошел к концу. Юный глава ордена Цзинь совсем неплохо справился, но слишком перенервничал, поэтому почти всю работу этим днем за Цзинь Лина выполнял Цзян Чэн.        Солнце медленно скрывалось за горизонтом, освещая золотые крыши зданий в алые оттенки. — Лань Сычжуй, хочу показать тебе свою комнату! — Цзинь Лин вел за руку молодого адепта ордена Гусу по коридору, — С тех пор, как я стал главой, у меня она теперь огромная. Там так много артефактов и мечей, ты у себя в Гусу такие богатства навряд ли видел!        Сычжуй следовал за Цзинь Лином, улыбаясь и сжал руку Молодого Цзиня посильнее. — С нетерпением жду, Цзинь Лин.

***

       — Смотри, смотри! Видишь меч? — воодушевленно указывал на предметы в комнате парень, — Ты такие драгоценности только тут увидеть сможешь. Радуйся, что выпала такая честь, ха! — Цзинь Лин скрестил руки на груди и встал в горделивую позу, хвастаясь богатством ордена. Юань все это время неотрывно смотрел на него с легкой улыбкой и безбрежной лаской в серых глазах. Адепт подошел ближе к Цзинь Лину поближе, немного наклонился к его лицу. — Одна драгоценность действительно поразила мое сердце, А-Лин, — полу-шепотом проговорил Сычжуй, ласково касаясь изящными пальцами щеки Цзиня, отчего тот сразу залился румянцем. Он аккуратно схватил один конец лобной ленты Юаня, что лежал на его груди, прокрутил вокруг указательного пальца и несколько раз слабо дернул вниз. — Это какая же? — все также сильно краснея, но стараясь не выдать волнение, Цзинь Лин опустил голову чуть в бок, устремив взгляд полуприкрытых глаз прямо в глаза Сычжуя. — А то вы не знаете, Юная госпожа… — Лань Юань быстро привлек левой рукой А-Лина за узкую талию, так, чтобы два тела соприкасались, и наклонился к его лицу, оставляя лишь миллиметры между их губами. Свободной рукой Сычжуй схватил запястье Цзинь Лина, который до сих пор игрался с лентой, и поднял его ладонь повыше.        Горячее дыхание у самых губ, залитое краской лицо Юного Цзиня, прикрытые длинными ресницами глаза и возбуждение, витавшее в воздухе. Ждать больше невозможно. Юноши сплелись в желанном поцелуе, наполняя комнату влажными звуками и тихими стонами. Сычжуй обхватил нижнюю губу А-Лина и чуть прикусил, зная, что это сводит с ума юную госпожу. — Мм-х! — Цзинь Лин никогда не мог стоять прямо от их с Сычжуем поцелуев. То, как сейчас он исследовал языком рот А-Лина, проникая все глубже, как одновременно жестко, но с такой нежностью сжимал талию, у Цзиня подкашивались ноги. Спина его кошкой выгнулась, заставляя Юаня наклоняться ниже с каждой секундой. Воздуха стало не хватать и в момент, когда А-Лин уже собирался упасть, Сычжуй прервал их поцелуй и, поддерживая своего любимого рукой, повел к кровати. Юный Цзинь перебирал заплетающимися ногами, но до цели дойти смог. Сычжуй осторожно усадил его на край, а сам уселся на пол, между ног юной госпожи. — Ч-что ты…? — шокировано смотрел на Юаня Цзинь Лин. Лань с нежной улыбкой приподнялся к уху А-Лина и прямо в него прошептал: — Юной госпоже стоит расслабиться. Сегодня у тебя был трудный день, Глава ордена Цзинь. Доверься мне и получай удовольствие.        Цзинь Лин часто задышал, его зацелованные и искусанные мокрые губы слегка задрожали, на глазах виднелись зарождающиеся капельки слез. Он зажмурился и легонько кивнул, соглашаясь. Сычжуй слегка надавил ладонью на грудь Цзиня, заставляя того лечь, а сам спустился обратно на пол, проводя руками по бедрами А-Лина, заодно схватившись за штаны, стягивая их вниз. Почувствовав холод, Цзинь Лин смущенно отвернулся в сторону, закрывая лицо руками.        Когда со штанами было покончено, Сычжуй не мог удержать себя и поцеловал внутреннюю сторону бедра чуть выше острой коленки молодого господина. Он поднимался поцелуями и укусами выше, оглаживая и сжимая мягкие бёдра Цзинь Лина настолько сильно, что останутся синяки, отчего а-Лин сильнее дрожал, а изо рта вырывались сладкие стоны, которые юный Цзинь старался тут же пресекать, закрывая рот руками. Юань закинул его правую ногу себе на плечо. — Не сдерживайся, А-Лин… Я хочу слышать твой вкусный голос, — проговорил Сычжуй, потираясь щекой о бедро у себя на плече. Он был совсем близко к самому чувствительному месту, закрытому тканью длинного верхнего одеяния, но до сих пор к нему не прикоснулся. Вместо этого молодой Лань с силой укусил место совсем рядом, оставляя ярко-красный след зубов и тут же зализывая. Цзинь Лин вскрикнул и хотел поджать ноги, но сильные руки не дали этого сделать. Сычжуй еще раз с такой же силой укусил второе бедро. А-Лин схватился за волосы Ланя и взвизгнул еще сильнее. Затем последовал укус послабее, затем еще, еще и еще. Цзинь стонал, извивался и изгибался на мягкой кровати, сжимая в руках длинные волосы. Когда юная госпожа уже начала хныкать от нетерпения и возбуждения, Сычжуй остановился, усеяв всю внутреннюю поверхность бёдер А-Лина красными укусами и засосами, но будь его воля, он бы всю жизнь только этим и занимался. — Все, все, не плачь, А-Лин, — улыбнулся Юань, смотря на мокрое от слез лицо юного Цзиня.       Старший аккуратно убрал ткань между ног А-Лина, обнажая изнемогающий, оставшийся без внимания и истекающий смазкой член. Цзинь Лин рвано выдохнул, отворачиваясь. Сычжуй облизнулся и наклонился, захватывая ртом головку. — А-ах! — Цзинь громко простонал, широко распахнул глаза и выгнулся так сильно, насколько это позволяла гибкость его спины. — С-сычжуй…        Юань сейчас увлеченно обсасывал головку члена юного Главы ордена, проходился языком по кругу, доставляя неимоверное удовольствие. Горячий и верткий язык Сычжуя пробрался к уретре, истекающей предэякулятом, слизывая смазку и проникая кончиком внутрь. Цзинь Лин раскрыл в онемении рот, сильнее сжал волосы Юаня в руках, так, что костяшки его побелели и сжал голову Сычжуя ногами. Тот был совсем не против, опускаясь все ниже и член уже почти полностью скрылся во рту молодого Ланя. — Уа-ах! Мнг-м! — метался Цзинь, змеей извиваясь на золотой шелковой простыни, сильнее сжимая голову Сычжуя.        Юань положил ладони на его бедра, поднимая и опуская голову, проходя языком по всей длине члена. Он смял мягкие выпуклости Цзиня, оставляя красно-фиолетовые следы от пальцев. Насаживаясь все быстрее ртом на член любимого, Сычжуй обводил языком, губами сжимал сильнее с каждым разом, упирался в щеку, забирался кончиком языка во все неизведанные места. Очень быстро все эти манипуляции довели молодого Главу ордена Цзинь до исступления. Электрический ток проходился от кончиков пальце ног к низу живота, волнами расползаясь обратно. Громко вскрикнув, не успев предупредить Сычжуя он излился тому прямо в рот, все сильнее продолжая сжимать ногами его голову. Конвульсии и дрожь преследовали Цзинь Лина последующие несколько секунд, пока тот не расслабился в приятной послеоргазменной неге, лишь сейчас выпустив Юаня из плена. Тот наконец смог поднять голову. Вид у лучшего адепта ордена Гусу сейчас был совсем не правильный. Запыхавшийся, налобная лента съехала, губы красные и блестят от влаги, лицо порозовело от нехватки кислорода, лоб покрылся испариной, а в уголках рта виднелись белесые следы того бесчинства, что эти двое только что вытворили. Но тем не менее, Лань Юань сейчас смотрит на своего Цзинь Лина и улыбается самой счастливой улыбкой. Облизнувшись, он приподнимается и нависает сверху А-Лина, опираясь локтями на постель. — Юная госпожа, тебе понравилось? — спрашивает Сычжуй, целуя его, протяжно, мягко, с придыханием, переходя ниже, следуя по скуле, подбородку, шее. — Мн-гх… — Цзинь Лин подставляется под ласки, чуть ли не мурлычет, — А как же ты? — Обо мне не стоит переживать, А-Лин, — Сычжуй вновь нависает над ним и ласково улыбается. Юный Цзинь обхватывает щеки Лань Юаня ладонями и смотрит прямо в глаза. — Почему? — недоумевает младший, — Ты не хочешь..? — Хочу, очень хочу, А-Лин, — быстрее отвечает Юань, пока тот не надумал себе лишнего, — Ты сегодня слишком устал, — от этих слов у Цзинь Лина в глазах загорелись невеселые огоньки, но Сычжуй понял это слишком поздно. Его ловким движением перевернули на спину и сели сверху. А-Лин зашипел, когда следы на его бедрах потерлись о ткань ханьфу. Он схватил Сычжуя за грудки и подтянул к себе. — Когда и на сколько я устал буду решать я! — Цзинь зло посмотрел на Юаня, — Я нынешний Глава ордена Цзинь, не забывай!        Сыжуй лишь легко рассмеялся и закивал, соглашаясь. — Я действительно был неправ, Глава ордена, простите, — он обнял Цзинь Лина за талию, притягивая ближе и вновь целуя. — А вот и прощаю! — отрываясь от поцелуя, улыбается в ответ А-Лин и вновь тянется за поцелуем. Запуская руки в темные волосы, он стягивает ленту, откладывая ее в сторону.        Опуская одну руку вниз, Цзинь Лин нащупывает под ханьфу немаленький бугорок и легко сжимает, отчего Лань Юань рвано выдыхает прямо в губы А-Лину. Руки Сычжуя блуждают по бедрам юного Цзиня, сжимая и оглаживая гладкую поверхность кожи. Лань запустил руку под верхнее золотое одеяние, попутно развязав и сняв красную ленту, что украшала ханьфу по бокам, и принялся оглаживать спину юной госпожи.        Убрав ткани одеяния Юаня, Цзинь Лин освобождает твердый, словно камень, немаленький член. По скромному поведению и виду Сычжуя А-Лин никогда бы не догадался, что у него все такое… большое! Цзинь Лин, в какой-то мере, даже немного завидовал ему, но, конечно же, несерьезно. Член Юаня истекал, его бархатная головка несчастно просила внимания. Оба юноши шумно выдохнули, когда рука Цзинь Лина обхватила ствол снизу и провела вверх, к головке, размазывая по ней прозрачную каплю смазки. А-Лин провел несколько раз вверх-вниз, заставляя сердце Лань Сычжуя биться быстрее, а дыхание участиться. Руки Юаня все гладили и гладили бедра, сжимали, щипали и оттягивали. Все это заставило Цзинь Лина почувствовать, как его член вновь твердеет. Он подсел ближе и обхватил оба достоинства двумя руками и принялся водить ими, размазывая по ним оставшиеся капли предэякулята и спермы. Юань шумно выдыхал Цзиню прямо в ухо, отчего у второго пробегали мурашки по спине и тихие стоны, похожие скорее на поскуливание. А-Лин водил руками, сильнее сжимал их члены вместе, вызывая волны удовольствия, которые, казалось, переходят от одного юноши к другому. — Я х-хочу вместе… — выдохнул Цзинь Лин в покрасневшее ухо Юаня. — Понял, — кивнул Лань и, обхватив ладони Цзиня своей, принялся дрочить вместе с ним. Он наклонил голову к лицу А-Лина и поцеловал. Мокро, неосторожно, но это стало последней каплей для обоих. Цзинь Лин промычал в поцелуй и удовольствие разошлось по телу вместе с оргазмом. Оба кончили одновременно, заливая спермой одежды. Разорвав поцелуй, они уткнулись лбами, стараясь отдышаться. Первым отошел Сычжуй, улыбнувшись, и поцеловав уголок рта своего А-Лина. Тот положил голову на плечо Юаня, наконец приходя в себя после второго оргазма. — Сделай в следующий раз также… — уткнулся младший носом в шею. — Мм? — не понял Сычжуй. — Ну, ртом… Было здорово, — стараясь скрыть смущение, Цзинь совсем спрятал покрасневшее лицо, на что Лань лишь легко рассмеялся. — Обязательно, моя госп… — Цзинь Лин! — неожиданно громко распахнулась тяжелая дверь покоев, чуть не слетевшая с петель. За ней стоял злой, как волк, Цзян Чэн, — Я ищу тебя по всей башне! Где ты шляеш… — картина перед глазами Главы ордена Цзян предстала совсем иная, какую он представлял. Лицо его моментально лишилось всяких эмоций. — Д-д-дядя! — Г-глава ордена Цзян!        Цзинь Лин хотел встать с Сычжуя, но совсем забыл, что сидели они на краю кровати и благополучно свалился на пол. Схватив первую попавшуюся ленту, лежавшую на постели, он принялся завязывать свое одеяние, в то время как Сычжуй, подобрав вторую ленту и обвязав голову, даже не посмотрел на Цзян Чэна. Он сел прямо, и прикрыл глаза, запястьем поправляя ленту. — Д-дядя! Это не то! Подожди, я все объясню! Дядя, пожалуйста! — паниковал Цзинь Лин, боясь гнева дяди и Цзыдяня. Но Цзян Чэн был абсолютно безэмоционален и холоден, стоял, словно каменная скала, даже Цзыдянь не искрилась, желая появиться. Он резко развернулся спиной к юношам и пошел к двери. — Даю тебе десять минут. Жду у себя с объяснениями, — твердо отрезал Цзян Чэн и вышел, оставляя их одних. — Он переломает мне ноги! — запаниковал Цзинь Лин, — На этот раз точно! — он сидел на полу, закрыв лицо руками, и дрожал. Сычжуй встал и поднял А-Лина с пола, обнимая и целуя щеки. — Он тебя слишком любит, чтобы навредить тебе, не переживай, — успокаивал Цзиня Сычжуй, — Я приму этот удар на себя, — он улыбнулся как ни в чем не бывало и ласково посмотрел в глаза А-Лину. — Ты хочешь пойти со мной? — удивился юный Цзинь. — Конечно. Ты хочешь, чтобы я тебя одного бросил? — рассмеялся Юань, — Вместе, значит вместе.        У Цзинь Лина затрепетало сердце. Он слегка покраснел и посмотрел на растрепанного Сычжуя. — Твоя лента… — Цзинь Лин непонимающе посмотрел сначала на лоб Юаня, а затем перевел взгляд на то, чем он завязал свое верхнее ханьфу. Они их перепутали.