Совсем другие

Когда на экране вечно тихого телефона Аарона мелькнуло окошко, оповещающее его о том, что Кевин отправил ему сообщение, по позвоночнику пробежал колкий разряд радости, но он там же и исчез, когда глаза смогли различить сообщение на экране. Оно казалось ему нереальным. Ложью, придуманной его уставшим мозгом. Но столько бы раз он не моргнул, содержание сообщения было всё тем же. Миньярд, неотрывно смотревший в телефон, практически не дышал. Кевин, этот зависимый от экси придурок, только что написал ему горькую и невыносимо разочаровывающую правду: «Я тебе изменил», — гласило простое, такое маленькое на фоне бескрайнего мира сообщение, которое отняло у Аарона что-то важное где-то внутри. Что-то тёплое, что грело его всё это время… Пальцы быстро немели, ноги больше не могли держать его, поэтому он тихо опустился на старый бордовый диван Бойда, даже мысленно радуясь, что никого сейчас нет в их блоке. Что никто не сможет увидеть его позорное состояние, напоминающее осколки разбившейся вазы. Осознание простой истины пришло только спустя долгие десять минут разглядываний всего трёх несчастных слов в чате с Дэем, который ранее был таким оживлённым, таким любимым. Нервный смешок вырвался из глубины его потерянной души, а в глазах, впервые за несколько лет, собиралась жгучая влага, которой старший близнец усердно не позволял вырваться наружу. Не тут. Не сейчас. Не в этой жизни. Слегка подрагивающими пальцами - и когда только они начали дрожать? - выключив смартфон и запихнув его в карман спортивных штанов, Аарон провёл указательными пальцами по прикрытым глазам, быстро смахивая наступающие слёзы, и с нервным выдохом поднялся с дивана, как-то слишком вяло направляясь к коридору этажа. Минув препятствие в виде входной двери блока «Старшекурсников», он подошёл к двери «Монстров», куда спокойно мог возвращаться в любое время суток, ведь там обитали его братья, засранец-Джостен и… О последнем и думать не хотелось. Пошёл он к чертям. Или же к тем, с кем он там сейчас развлекается, не важно. Гостиная блока встречала его тихим бульканьем голосов из телевизора, жужжанием работающей кофемашины, редким восклицанием Ники за дверью его старой комнаты, что явно общался сейчас с Эриком, и Нилом. Нил, с которым они никогда не могли найти общий язык - и то, скорее всего, по вине самого Аарона, не идущего на уступки, - даже не заметил его появление, слишком расслабившись от осознания безопасности этого места рядом с Эндрю. Нил, который сейчас выглядел именно тем человеком, который смог бы без лишних слов протянуть руку помощи, ведь он именно такой. Грёбанный помощник, полностью плюющий на свои собственные чувства, обиды, ненависть… Тихий, практически неуловимый всхлип неожиданно даже для самого Миньярда вырвался из глубины его души. Руки задрожали с новой силой, пока в груди разрасталось такое противное липкое чувство никчёмности, что хотелось этими же пальцами сломать себе рёбра, лишь бы вырвать то самое разбитое сердце из груди и больше не чувствовать, избавиться от того, что прямо сейчас ноет в его груди и заставляет жгучую боль предательства расползаться по венам. Как же противно. — Аарон? — непривычно обеспокоенно зовёт блондина Джостен, откладывая пульт вместе с телефоном в сторону, чтобы подняться на ноги и подойти ближе. Старший близнец долго не думал - да и не до этого ему было, - лишь сделал несколько быстрых шагов к патлатому рыжему, утыкаясь мокрым от слёз лицом в его плечо. Сил держаться уже не было, как и отвергать помощь, даже такого безмозглого придурка, - тоже. Тело подрагивало, слёзы беспрерывно текли по щекам, размыливая и так нехорошее зрение до минус семнадцати, а тихие всхлипы боли подавляли любой фоновый шум, что изначально был в комнате. Нил, растерявшийся всего на несколько секунд, бережно, будто сейчас на месте Аарона был Эндрю, обнял блондина за плечи, одной ладонью невесомо касаясь светлых прядей на затылке в успокоительном жесте. Он не знал, и уж точно не осознавал причину такого плохого состояния стервозного близнеца, но понимал, что ему сейчас нужно помочь выпустить всё из себя. — Аарон, — вновь позвал его Нил, пытаясь привлечь внимание рыдающего парня. — Давай присядем? Получив слабый кивок от Миньярда, Джостен опустил свои ладони с плеч на руки Аарона, показывая, что он всё ещё рядом. Слегка отодвинувшись от старшего, он повёл их на диван, куда усадил это рыдающее недоразумение, что стыдливо опустило голову и тихо шмыгало носиком, а после и сам сел рядышком. Легко раскрыв руки, как это делал Ники, когда призывал к обнимашкам, Нил приглашал в них Аарона, и тот без лишних движений завалился на нападающего, ответно обвивая своими руками того за талию. Эти объятья и тепло совершенно не отторгало Миньярда, и сам факт того, кого именно он сейчас обнимал, тоже не доставляли дискомфорта, поэтому защитник только сильнее прижимался к Нилу, чувствуя осторожные поглаживания от затылка к лопаткам. — Ты можешь больше не сдерживаться, — понимающе прошептал рыжий придурок прямо в светлую макушку. И Аарон не сдерживался. Он рыдал, хотя не позволял себе слишком громко всхлипывать - ещё Ники услышит - и цеплялся за него, как за единственную опору в этом блядском, таком несправедливом мире. Ты им всего себя отдаёшь, ценишь, любишь, поддерживаешь, а они тебе плюют в душу! Как же больно и обидно, чёрт бы его побрал! Миньярд даже не пытался предполагать то, сколько именно он тут выплёскивает эмоции своему недругу, но он не остановился даже когда услышал щелчок входной двери. Ему сейчас было так плевать, кто именно это был: Эндрю, кто-то из старших, новенькие, или, может, сам Его Высочество Кевин - чтобы его водка оказалась палёной! - что он даже сильнее уткнулся в предоставленную грудь сокомандника, пытаясь согреться и просто освободиться от этой душераздирающей боли. За что с ним так? Почему все его отвергают?.. — Что происходит? — раздался, словно гром среди пасмурного - ясным его уж точно не назовёшь - неба, стальной голос Эндрю. Это был его способ помощи - идти и мстить обидчикам, защищать, в отличие от Нила, который сейчас чуть ли не убаюкивал Аарона в своих заботливых руках. Джостен осуждающе уставился на своего непарня, но после лишь снисходительно покачал головой из стороны в сторону, зарываясь пальцами в светлые локоны не-того-близнеца. — Не знаю. Не было времени разбираться в ситуации, — пусть рыжий и понимал, что обсуждать это при «пострадавшем» как-то неправильно, он всё же ответил на требовательный вопрос младшего близнеца. Эндрю одержим защитой близких, поэтому может и сглупить, если ему хоть как-то внятно не ответить, такой уж характер. Его, видимо, удовлетворило и это - значит сам Нил не виноват в таком состоянии Аарона, - так что он решил подобраться ближе к обнимающимся близким людям. Эндрю даже не знал: радоваться вдруг помирившимся парням, от которых раньше голова гудела, или пугаться такой резкой перемене в их отношениях. Эта вся ситуация уже казалась странной: что вообще смогло довести его близнеца до такого отвратного состояния? Защитник, слегка успокоившись и перестав так сильно пускать слёзы, понимал, что разговаривать сейчас о случившемся не сможет. Он без сил, и желание уснуть в этом тепле манила как никогда, даже осознавая, в чьих именно руках он сейчас находится. Но и оставлять этих двоих, что так сильно сейчас пекутся о нём, без хоть какого-то объяснения нельзя. Поэтому, единственный вариант, что сейчас появился в голове Аарона, был просто отдать телефон с сообщением Эндрю. Конечно, это было очень рискованно - Кевину не жить в тот же час, но тут был здравомыслящий - удивительно - Нил, который, хотя бы на время сможет обуздать рвение оторвать башку одному нападающему у Эндрю. Он-то точно сможет повлиять на это. Зашевелившись в бережных объятьях, Миньярд привлёк к себе внимание парней. Он ненадолго высвободил свою руку, чтобы залезть в карман и не глядя отдать телефон подошедшему брату, и этого вполне хватило. Пусть сами всё понимают, ведь сейчас он и слова не вымолвит, стараясь просто расслабиться и уснуть, чтобы сбежать от всех этих проблем. Аарон не готов к ним. Не сейчас. Эндрю, быстро сообразив, принял смартфон брата, присаживаясь на край дивана рядом с ними. Торопливо набрав пароль, который запомнил всего один единственный раз увидев со стороны, пред глазами появился чат с Дэем, что уже не сулило ничего хорошего. Опустив взгляд в самый низ, он заметил всего одно короткое сообщение, отправленное брюнетом, и всё встало на свои места. До скрежета сжав зубы от злости, Эндрю кипел от гнева. Вот же тварь! Да он же сам молил его о разрешении быть с Аароном, вечно надоедал своими серенадами о любви к нему, чуть ли не сказочку на ночь читал о том, каким идеальным станет для Аарона, лишь бы Эндрю не грозился зарезать сразу же. А нужно было! — Я его убью, — сквозь зубы процедить младший Миньярд, но был остановлен Джостеном, что тут же вырвал из его рук телефон. — Нет, — твёрдо поставил точку он, с отвращением прочитав сообщение. — Не сейчас, — взглянув уже на Эндрю, рыжий настаивал мягче, одним кивком головы намекая на разбитое состояние Аарона. Голкипер несколько секунд с выраженным протестом смотрел в горящие спокойствием глаза цвета океана, и не мог решить. Ситуация была сложная: он чисто физически не мог помочь Аарону ещё как-то, кроме такого странного проявления заботы (Тильда оценила), но и уходить сейчас, оставляя только Нила помогать брату он не хотел. Последним голосом в этом молчаливом споре стал сам виновник, и по совместительству пострадавший. Старший близнец слегка повернул голову на груди Нила так, чтобы можно было взглянуть на Эндрю, а ближайшая к нему рука потянулась к рукаву джинсовки брата, слабо зацепляясь пальцами за неё. Безмолвная просьба остаться, и красный взгляд полон усталости от произошедшего стресса оставил Эндрю от попыток сорваться и поехать искать тварь-Дэя, который не ночевал сегодня в общежитии. Теперь было ясно почему. — Переберёмся в комнату, — поверженного выдохнув, предложил Миньярд, опуская одну из своих ладоней на заднюю часть шеи Аарона, тем самым проявив к нему хоть каплю своей поддержки. — Отличная идея, — с мягкой и совсем невесомой улыбкой кивнул Джостен, поворачивая голову к защитнику. — Пошли к нам. Там тебя никто не потревожит, — было немного странно разговаривать с этим близнецом так… нормально, но это даже отдавалось приятным треском костра внутри. Была надежда, что они, наконец, поладят, и закончится эта бесполезная война. Слабо кивнув на это предложение, старший Миньярд с тихим выдохом поднялся из тёплой тушки Нила, теперь чувствуя себя слегка неловко от такой близости с ним. И как только Эндрю не приревновал своего ненаглядного? Или это было намёком на то, что Аарон настолько важен брату, что даже проигнорировал эти чёртовы объятья? «Раз ему от этого лучше, то и ладно», - что ли? Такая логика могла быть свойственна близнецу, но защитник ещё не так искусен в прочитке этого каменного человека, в отличие от того же Джостена. Эндрю, будто читая его мысли, тут же направился следом за вялым братом, просто своим присутствием пытаясь помочь, ведь Аарон же сам попросил остаться… Это было приятно. И правда, почему он раньше не замечал этих мимолётных действий голкипера, кричащие о том, как он беспокоится о нём? Даже стыдно от своей глупости… Своей слепоты. Потрусив головой, пытаясь отогнать новые мысли, от которых хотелось вновь позорно разрыдаться, Миньярд упал на ближайшую к себе кровать, которая по запаху точно принадлежала Нилу. Тот же гель для душа. Пахнет маками… Стоп, он что, запомнил запах, что исходил от Нила? Он точно сходит с ума. Это всё тактильность во время истерики, да. Вновь потрусив головой, выбрасывая теперь уже смущающие мысли своего позора, Аарон решил глянуть на брата, который прислонился к дверной раме спиной и сложил напряжённые руки на груди, о чём-то задумавшись. Наверняка придумывает жестокую казнь одного двоякого придурка. Это уже старшего близнеца не касается, поэтому он лишь повернулся боком на заправленной постели, с небольшим любопытством разглядывая Эндрю перед тем, как глаза начнут невольно закрываться. Близнец, почувствовав на себе взгляд, оторвал задумчивый взгляд со стены и уставился на брата в ответ. Он не понимал, как мог позволить такому случиться. Аарон, что обычно выглядел как пофигист, которому на всех их плевать с высокой колокольни, вдруг стал похож на фарфоровую статуэтку, и это совершенно не радовало голкипера. Почему он позволил этому случиться? Как вообще дал согласие на эти никчёмные отношения? Как он, блять, так просчитался… — Эндрю… — будто зная, как близнец сейчас себя накручивает, как сваливает всю вину на себя, Аарон нахмурил брови, взглядом приказывая прекратить так мыслить, или хотя бы отвлечь внимание на что-то другое. — Спи, — в своём обыденном приказном тоне выдал младший, но в этот раз это звучало намного мягче, чем раньше. Оттолкнувшись от рамы, голкипер решил подойти к кровати Джостена, смотря прямиком в яркие ореховые глаза, что были почти точной копией его. — Я не уйду, — пообещал он, от чего Аарон вдруг почувствовал облегчение. — Присядешь? — попросил лежащий, похлопав несколько раз по пустующей части с краю, ведь сам лежал у стены. Блондин в чёрном не стал отказывать, поэтому уже спустя несколько секунд опустился на одеяло, наконец, выглядя не так напряжённо, как раньше. — Спи, — повторил тот свой «приказ». И они смотрели в глаза друг друга, не думая ни о чём, просто пялились, будто впервые в жизни разглядывают практически идентичные лица, пока Эндрю не решил медленно приподнять руку и направить указательный палец брату в лоб. Голкипер не коснулся, но его палец был всего в нескольких миллиметрах от кожи. Скосив свои глаза сначала на палец у лба, а после, взглянув на это глупое каменное лицо своего отражения, Аарон не смог сдержать рвущийся из глубины души смех. Он рассмеялся, поворачиваясь на спину, пока к глазам поступала влага, норовящая вырваться наружу, и сил ей противостоять у Миньярда не было. Младший вздрогнул от такой смены эмоций, но защитник уже не заметил этого, закрывая лицо руками, чувствуя скатывающиеся дорожки солёных слёз по щекам, одновременно с этим смеясь от своей глупости. Почему же он был так глуп и не замечал всего этого раньше? Почему для того, чтобы осознать все эти банальные мелочи, ему должны были разбить сердце? Аарона сейчас терзало два простых чувства: радость от осознания, что его семья, состоящая из двух братьев и бомжа-Нила - самая лучшая; и обида на себя самого, который совершенно не замечал внимания со стороны близких, что души в нём - идиоте таком - не чаяли. Вот почему они с Эндрю не могли раньше просто сесть и поговорить? Потратили столько времени на свои обиды из-за гордости, совершенно не думая о чувствах друг друга, хотя могли заполнить все эти года совместными воспоминаниями… Осознание того, что не только Кевин держал его тут, в этой команде, в этом штате, приносили столько облегчения, ведь вот они - люди, поддерживающие его даже после всего дерьма, что он на них вылил. И как после всего этого смотреть им в глаза? Как искупить вину, ведь, наконец, они начали становиться чем-то полноценным, как всегда мечтал Ники… — Что случилось? — послышался тихий и вновь обеспокоенный голос Нила, который всё же решил зайти к ним. — Я такой идиот - вот, что случилось! — вытирая уже жгучие от такого колоссального аттракциона глаза, Аарон смеялся, на слух пытаясь понять, где и кто сейчас находится, ведь смотреть на них сейчас было невыносимо стыдно. Эндрю, видимо, немного подвинулся назад, давая Джостену место поближе к пострадавшему, с которым просто не понимал, как поступать. Из-за своей злости на Дэя Миньярд-младший просто не мог сейчас сосредоточиться на успокоении, тем более не желал навредить брату своими грубыми действиями, ведь Нил был тем, кому сильная хватка наоборот помогала прийти в себя от слишком реалистичных кошмаров, а вот был ли такой Аарон - нет. Так что он благоразумно решил отступить, давая своему непарню поступить правильнее. — Аарон, почему ты считаешь себя идиотом? — мягко поинтересовался рыжий, осторожно опустив свои ладони на запястья защитника, пытаясь отодвинуть ладони от лица. — Простите! — зажмурившись, что есть мочи, вдруг воскликнул блондин. — Простите, что я вёл себя как полнейший кретин! Простите, что выслушивали от меня несуразный бред! Простите, что даже не хотел замечать то, что вы пытались сделать для меня, как помогали мне. Простите… — Тише, всё, тише, — затянув вновь плачущего в наплыве истерики парня в объятья, Нил громоздко выдохнул через нос. — Всё в порядке, тебе нужно успокоиться и поспать, — добавляет нападающий в светлую макушку, растирая ладонями лопатки сокомандника. — Дрю, принесёшь влажное полотенце и немного тёплого чая, который я заварил? — ласково, пусть и с нотками беспокойства улыбнувшись второму близнецу, попросил он. Эндрю тут же кивнул, направляясь в гостиную, а синие глаза с беспокойством проследили за его удаляющейся фигурой: это состояние Аарона так же бьёт и по Эндрю. Если тот не начнёт винить себя в случившееся, то точно обвинит Кевина, а трупа нам ещё тут не хватало. Ваймак очень обрадуется, потеряв сына. Джостен, правда, и сам бы рад пару разочков разукрасить личико их королевы за такой гнусный поступок, но, как известно по опыту, многое в жизни бывает, но не убивать же человека за всё дерьмо, что он сотворил. И Нил, и Эндрю уже были бы в аду, если бы так оно и было. — Простите… — как в бреду продолжал шептать Миньярд, пачкая своими мокрыми щеками шею Нила, что любезно предоставил себя в роли носового платочка. — Перестань, — ласково покачав головой из стороны в сторону, рыжий опустил подбородок на голову парня, устраиваясь поудобнее в их своеобразных обнимашках. — Да, ты часто вёл себя как мудак, тут ничего не поделать - такой уж у тебя характер, но ты старался. Ты защищал Эндрю от меня, думая, что я причиню ему вред, своеобразно заботился о Ники, пусть из твоего рта и вылетало много разного. Но ты старался. А это намного лучше пустого безразличия. Да и я с Дрю не одуванчики, даже уже не пытались пойти на первый контакт, но сейчас это уже неважно. Лучше скажи: не хочешь снова перебраться к Ники? В наш блок. Или останешься у Мэтта с Джеком? Аарон медленно оторвал своё красное и совершенно безобразное лицо от шеи парня, с лёгким удивлением заглядывая в синие океаны, что сейчас с любопытством наблюдало за ним, как за маленьким зверьком. — Вернуться?.. — переспросил он, как-то слишком долго пытаясь понять смысл этого предложения. — Угу, — пригладив несколько светлых прядок, кивает Нил. — С Дэем теперь тебе лучше видеться пореже, чтобы не ломать себя ещё больше, поэтому мы можем отправить его к Мэтту, а ты будешь с нами. Ну а если захочешь остаться там, то и ладно, — пожал плечами Джостен, объясняя свой прошлый вопрос. Миньярд опустил взгляд, задумавшись, но всё же дойти до какой-то мысли ему не дали. Ворвавшийся в комнату Ники с полотенцем тут же подлетел к кровати, с переживанием и тихой злостью налетая на кузена со своей заботой курочки-наседки, что вернуло старшего близнеца к жизни. Теперь он выглядел собой - так же пихал лицо Хэммика руками с громким: «Отстань, пиявка!», - вызывая порывы лёгкого смеха в комнате. Нил, легко высвободившись из уже слабых объятий, только мягко подхватил смех Ники, наслаждаясь слегка красным от смущения и бурчащим Аароном, который выхватил влажное полотенце из рук брата и стал вытирать зарюмзанное лицо с мокрой шеей. — Выпьешь, прежде чем ложится спать, — вновь подал голос Нил, когда заметил Эндрю с чашкой чая. Поставив её на стол и получив кивок с тихой благодарностью за всё, парни решили оставить Ники следить за их пострадавшим, пока сами направились в сторону лестницы на крышу. Переварить всё это стоило каждому. А у Джостена ещё осталась работа под названием «объясни Миньярду-младшему простую истину его невиновности в случившемся инциденте». М-да, работёнка не из лёгких. Опустившись на парапет, синие омуты неотрывно следили за Эндрю, который стоял на бетоне и глупо пялился на ограждение, будто никогда его не видел и уж точно не сидел тут почти каждый вечер с пачкой сигарет. Но Нил понимал его, поэтому лишь громоздко выдохнул, с умиротворённым видом начиная смотреть на прогуливающихся людей недалеко от кампусов в последний выходной. Они казались такими маленькими с этой высоты, что одним пальцем надави - и их больше нет, и в каком-то смысле это чистейшая правда. Что стоит убить человека? Это можно сделать с лёгкостью, но вот последствия этого поступка могут стать непоправимыми. Не каждый с ними справится. Голкипер всё же собрался со своими внутренними силами и перекинул ногу через невысокий парапет, усаживаясь на прохладную поверхность, пока в руках уже покоилась пара незажжённых сигарет. Молчание, прерывающееся лишь шелестом листьев от порыва весеннего ветра и гулом проезжающих по шоссе машин, дарило парням то самое ощущение собранности, во время которого они могли найти в себе силы перекинуться несколькими фразами, что клокочут внутри грудной клетки. Оно придавало им уверенности в стабильной студенческой жизни без тех приключений, что произошли годом ранее. — Ты нужен ему, — как-то хрипяще выдал Эндрю после третьей затяжки. — Как и ты, — с тихим хмыком парировал Джостен, вдыхая дым из медленно тлеющей сигареты. Тишина вновь накрыла их, и казалась даже неловко-нагнетающей, но эти глупости быстро исчезают в их сознаниях. Нил устало покачал головой в стороны, решив немного перефразировать: — Мы нужны ему, Дрю. Нападающий видит, что по меркам эмоциональности своего непарня - тот удивлён этому умозаключению, но слишком быстро смиряется с этим фактом, или же решил пока что избегать данную тему в своей голове. Эндрю делает ещё две глубокие затяжки, прежде чем выкинуть окурок с четырёхэтажной высоты и взглянуть на своего обычно глупого кролика, которому всё разжёвывать нужно. — Значит… мы? — проницательно, практически не моргая, то ли спрашивает, то ли пытается убедиться в понятом между строк смысле, Миньярд хватает до сих пор влажноватый воротник серой толстовки и притягивает его ближе. — Да, — расплывшись в подстрекающей ухмылке, выдыхает рыжий в самые губы парня. — Как же ты иногда бесишь своей сообразительностью, глупая крольчатина, — с заметной ноткой насмешки шепчет блондин, прежде чем втянуть нападающего в грубый поцелуй, где он сможет выпустить хоть каплю своей злости на одного трусливого тушканчика.