Совсем другие

Эндрю проснулся невероятно рано: да что там солнце не встало, даже Нил-я-люблю-бегать-по-утрам-Джостен всё ещё тихо дремал на одной кровати с Аароном. Это вышло совершенно случайно: у последнего, очевидно, был кошмар от всего, что произошло вчера, поэтому рыжий решил покинуть своего непарня, помогая его брату справиться с этим до того, как он проснётся и начнёт снова плакать, что-то неразборчиво крича во сне, едва ли не срывая глотку. И так вышло, что он и сам улёгся с краю, быстро засыпая. Голкипер тогда долго пялился на этих двоих идиотов, и, на удивление, совершенно ничего не чувствовал. Это выглядело невероятно правильно, так что он решил последовать за примером дорогих для его каменного сердца людей и уснуть, ведь утреннюю тренировку и пары никто не отменял. А очень бы хотелось, чтобы университет сгорел в адском пламени, а на его руинах они станцевали танго. Очень бы хотелось. Глаза болели от всего нескольких жалких часов сна, поэтому он лишь перевернулся на спину и стал тереть припухшие веки, мысленно испепеляя человека, решившего, что в такое время дозволено писать ему сообщения. Вообще, у кого хватило на такое смелости, какому идиоту там неймётся и захотелось распрощаться с жизнью? И вообще, сколько времени? Засунув руку под одеяло, чтобы в кармане отыскать свой телефон, Эндрю вдруг нащупывает смартфон, не принадлежащий ему, и именно он то и разбудил блондина своей вибрацией. «Аарона», — вдруг напомнил ещё сонному Миньярду мозг, от чего тот смог вздохнуть с облегчением. Даже дышать перестал на несколько секунд, когда начал ощупывать неизвестно чью технику. Что только не бывает при недосыпе. Но расслабился голкипер ненадолго. Кто, кроме одного брюнета с татуировкой под правым глазом (он клянётся, скоро там будет весьма красочный синяк) будет писать Аарону так поздно? Он вновь напрягся, но теперь это не сулило ничего хорошего для Дэя, хотя Миньярд и правда старался держать себя в руках. Вынув из кармана чужой телефон, Эндрю быстро разблокировал его и тут же убрал яркость, ведь ослепнуть, как братец, не желал. И правда, сообщение от Кевина, который наконец решил вернуться, что ли? «Давай поговорим», — вот, что решил написать трусливый тушканчик в четыре утра. Эндрю оценил его «смелость», поэтому решил «поговорить» с ним вместо братца, которому сейчас лучше спокойно отдыхать под боком Нила, чем мучатся от бывшего парня. «На стоянке», — ответил Миньярд кратко, только этим давая понять Кевину, какой именно близнец будет его там ждать. Всем известно, что Аарон скорее бы послал его нахуй, только культурно, по-медицински. Даже голкипер был в небольшом шоке, когда однажды услышал медицинские, завуалированные маты, которые смогут понять только сородичи медицинского братства, ну или слишком смышлёные индивиды. Тихо откинув одеяло, блондин опустил ноги на прохладный пол, что тут же заскрипел под весом парня, от чего рыжая макушка начала вяло поворачиваться, просыпаясь от треска и внезапного шума. Ореховые радужки с готовностью встретились с мягким светом только-только светлевшего неба в глазах Джостена, которые безумно любил. Чтобы там Кевин не придумал в своё оправдание, это не переубедит Эндрю, ведь, если бы этот придурок по-настоящему любил Аарона, то под любым бы предлогом не посмел бы поступить так с любимым человеком. Эндрю, просто смотря на полные понимания и доверия глаза Нила, никогда в жизни не променяет его на какого-то там ноунейма из клуба, или любого другого, вполне знакомого человека ради обычной разрядки. Да и сам Джостен бы никогда в жизни с ним так не поступил. Только не Нил, который нацепил на себя бирку «эндрюсексуал» с тех самых пор, как до его местами глуповатого мозга дошел смысл собственных чувств. Хотя и у этой ориентации иногда бывают сбои, но Эндрю даже как-то не против. — Дрю? — тихо, с лёгкой утренней хрипотцой и шёпотом спросил инсайд. — Спи, — покачав головой в стороны, ответил он, направляясь к своему шкафу, чтобы накинуть поверх какую-то кофту. Утром в начале весны достаточно прохладно. — Я просто поговорю с Дэем, — пообещал Миньярд, накинув на плечи тёмно-синюю вещь, что напоминала некогда пропавшую кофту Нила. — Без кровопролития, ладно? — повержено вздохнув, рыжий вновь опустил голову на подушку, только сейчас замечая, что спал не в кровати Эндрю, а отрубился рядом с его старшим братом. Хотя, кажется, пока что это никого совершенно не волновало, поэтому он решил просто прикрыть глаза. — Сколько сейчас? — Четыре, — накинув на голову капюшон, голкипер запихнул в карман сигареты, зажигалку и связку ключей, в последний раз взглянув на растрёпанного рыжего, который вновь начал понемногу засыпать, и близнеца, что бессовестно тянулся к тёплому телу Джостена, желая использовать его в качестве подушки-обнимашки и обогревателя в одном лице. Эта картина удивительно умиляла, поэтому Миньярд решил прямо на телефон Аарона сфотографировать этих двоих и сразу же отправить себе. Эта фотография пополнит коллекцию его особенной папки, а может даже станет первой в очереди на главные обои, кто знает. Фыркнув удовлетворительному результату, Эндрю всё же покинул мирно спящий блок и спокойно пошёл по коридору к лестнице, теперь уже не беспокоясь о том, что может разбудить близких. Плевать, если кроссовки стали отбивать некий ритм и это может как-то разбудить девушек, и уж тем более плевать на Бойда с Джерриком, или как там зовут этого орущего полуфабриката с отсутствием какого-либо интеллекта и инстинкта самосохранения. Спустившись на первый этаж, и спокойно покинув здание, блондина встретил прохладный ночной ветерок и море звёзд, которые всего за пол часика исчезнут под натиском лучистого солнца, ну или тучи решат загородить их - не суть важно. Достав из кармана сигарету, он ловко подкурил её, делая первый вдох никотиновой палочки. Будь проклят Дэй, решивший, что написать в такое время вообще уместно или хоть капельку адекватно. Четыре утра, серьёзно? А это он ещё и Аарону решил написать. Аарону, который не мог успокоиться добрые полночи. Какая жалость, что он уже пообещал Нилу провести эту беседу без кровопролития. Прикрыв глаза с выразительной ямочкой между нахмуренных светлых бровей, Миньярд всё же решил сдерживаться, послушать брюнета, и после сообщить, что сегодня же он переезжает к обожающему его Джинни, Джерри, Джастина, или как там этого клятого новичка зовут. Вот он-то ему и жопу вылижет, и алкоголь принесёт, и послушает весь пьяный бред, льющийся изо рта. Глубоко вдохнув прохладный весенний воздух, Эндрю пошёл к стоянке прямо возле общежития, где уже виднелся силуэт нервничающего парня. Ну и правильно делает, что так волнуется. Не останови Нил и Аарон его раньше, то этот бы давно в больничке лежал, а сейчас может всего синяками отделается, какая досада. — Я слушаю, — прислонившись бедром к багажнику Мазерати, голкипер выдохнул клубок серого дыма прямо в лицо Кевина, грея вторую ладонь в кофте своего непарня. Или Дэй сейчас был под градусом, или он настолько боялся, что буквально осел на пыльный асфальт, прикрывая лицо руками. Неужели понимает, как всё изменится? А нужно уметь удерживать своё либидо и применять в правильном русле. — Тэя была проездом всего на день, поэтому мы решили встретится и выпить… — видимо, собравшись с силами и наконец смирившись со своим скорым трупом - жаль, что кровопролитие запрещено, - Кевин с достаточно красными глазами смотрел куда-то в колёса машин, начиная рассказ. — Мы просто сидели в баре, разговаривали, смеялись. Вроде, даже вспоминали небольшие неплохие моменты в прошлом, и перебрали. Я помню всё обрывками, а утром проснулся с ней в постели. Эндрю наблюдал за этими потугами и удивлялся людям всё больше. Напиться до беспамятства с женщиной, что водила тебя за нос ещё в Гнезде? Напиться с женщиной, которой было раньше абсолютно плевать с кем спать, даже когда ты был мелким подростком? Дэй, ты настолько туп, или у тебя там какой-то синдром периодически срабатывает? От Рико тупость перенял? — Ясно, — коротко и жёстко выдал Миньярд, в слегка светлеющее небо выдыхая облачка табачного дыма сигареты. И правда, ему стало всё ясно: Кевин несамостоятельный подросток, который просто не способен окружать себя нормальными людьми. Безнадёжный случай, слава Богу, что у него хотя бы Ваймак есть, сможет вставить сыну понятия этой жизни не только на публике. Затушив окурок носком ботинка, ореховые глаза с презрением уставились в тёмную макушку, от чего Дэй сжался, будто мог видеть этот взгляд сквозь чёлку. — Если я увижу тебя возле Аарона за пределами поля - пожалеешь. Попытаешься написать ему что-то не связанное с игрой - пожалеешь, — давал указания Эндрю, каждый раз становясь всё ближе к трусливому тушканчику. — Сегодня же после пар ты собираешь вещи и переезжаешь к Бойду и тому раздражающему щенку. Понял? — Понял… — закусив нижнюю губу, тихо прохрипел нападающий. — Я понимаю, что сделал, поэтому постараюсь не попадаться ему на глаза слишком часто, — будто и правда чувствовал себя виноватым Дэй. Взгляд Эндрю слегка смягчился: простить тупость этого человека он не сможет, да и исправлять эту бошку слишком поздно, но блондина радовала хотя бы честность форварда. Если подумать, то Кевин сразу же сообщил Аарону правду, пусть и крайне неприятную, и только этот поступок уже заслуживает небольшого послабления наказания: голкипер не будет его бить, пока что. Вот начнётся тренировка и мяч окажется у него… Береги свои ноги и голову, королева. Махнув рукой на это никчёмное создание, Эндрю без каких-либо прощальных слов направился к общежитию досыпать свой последний час, пока Нил не начнёт ходить туда-сюда, то готовясь к пробежке, то готовя завтрак… Только одного яркого воспоминания о рыжем зайце, что с глупым радужным фартуком Ники хлопотал на небольшой кухоньке в их блоке, хватило Миньярду, чтобы полностью расслабиться, забывая хоть на время о текущих проблемах. И почему его близкие люди вечно находят проблемы на свою задницу?

***

Утренняя тренировка прошла удивительно тихо, что и насторожило старших с Дэвидом. Но ещё больше удивляло то, как Аарон резко отдалился от Кевина, постоянно находясь где-то неподалёку от Ники или Нила, а ещё и Эндрю со всей силы отбивал мячи прямо в ноги их второму номеру. Дэвид, заметив, что Кевин от таких ударов скоро схлопотает себе как минимум гематомы, а как максимум - трещину в кости, решил отправить Эндрю на скамейку, давая Рене и их новенькой побывать на воротах побольше. Но и это не уберегло бедолагу Дэя. Нил был бешеным ураганом в то утро, поэтому, находясь в другой команде, безжалостно забирал все мячи Кевина, не скупясь на использование грязных, но не запрещённых приёмчиков. И Нил, и Эндрю понимали, что во время игр должны будут вести себя как раньше - профессионально, оставляя этот спор далеко от ушей прессы, но никто же не запрещал заставить их королеву работать ещё усерднее против этих двоих монстров на поле, верно? К концу тренировки Кевин впервые за долгое время был готов рухнуть от усталости, ведь противостоять сначала Эндрю, а потом ещё и Нилу, решившего вытянуть из него все соки, было мукой. Вспоминается Эвермор и самые жестокие тренировки ещё с тех времён. Старшекурсники слегка перешёптывались между собой, пытаясь понять, какого хрена вообще происходит, но никто ничего не знал, поэтому любопытная Элисон и Мэтт решили подобраться к самому адекватному из Монстров - Ники. — Хэй, что-то случилось, пока нас не было? — став с каждого бока, поинтересовались эти двое, наблюдая, как Хэммик пьёт воду. — Да, — кивнул шатен, который сейчас выглядел куда собраннее, чем обычно. Он не улыбался, не смеялся, и не бежал с радостью делиться информацией, а просто… стоял, отводя взгляд в сторону Аарона, что сейчас присел к Эндрю на скамье и тоже вливал в себя воду, желая восстановить водный баланс в своём организме. — Простите, я ничего не скажу, — добавил он с выдохом, прежде чем ускользнуть от старших к своим кузенам. Теперь слухи о разладе между Кевином и Аароном расползлись сильнее в их команде, но пока никто не решался трогать хоть кого-то из Монстров, прощупывая почву. Монстры, кроме Дэя, после тренировки тут же уехали в башню, собираясь на пары. Ники переоделся и тут же убежал, ведь у него была первая пара Менеджмента, а вот близнецам с Нилом повезло больше: им можно было даже перекусить, прежде чем идти в универ. Кевин зашёл в блок, когда Эндрю уломали приготовить что-то вкусное - он единственный из всех них умеет готовить не просто обычные макароны с салатом, - но не задержался. Лишь забежал в комнату, которую делил с Ники, забрал пару вещей и книг с конспектами, и ушёл грызть гранит науки. Аарон тогда пошёл к Мэтту, чтобы собрать большую часть своих вещей и вновь переехать, да и повторить термины по анатомии требовалось, учитывая, что совсем скоро их снова начнут заваливать работами перед сессией, так что с брюнетом разминулся. — Что это такое?! — выкрикнул он, кажется, даже смутившись, когда наконец добрался до телефона и решил заглянуть в галерею… Эндрю строил из себя невидимку, которая трудится над их завтраком, но маскировка была натянута слишком поздно, поэтому уже через минуту ему в макушку прилетела подушка. — Удали! — выкрикнул близнец, видимо заметив, что его братец ещё и себе скинул эту безумно милую стыдливую фотографию. — Не-а, — на этот раз спокойно уклонившись от вполне очевидного повторного броска, Эндрю насмешливо фыркнул от покрасневшего лица пыхтящей копирки. От жестокой битвы его спас только появившийся из комнаты Джостен, который напомнил этим двоим болванам, что им нужно позавтракать и поспешить на пары. Времени на эти ребячества нет. Когда Аарон решил запротестовать, показав при этом эту милую стыдливую фотографию, чтобы переманить Джостена на свою сторону, этот рыжий лис лишь за секунду рассмотрел фото и сказал: — Мило. Дрю, скинешь и мне, а теперь за работу! — и скрылся снова в комнате, удивив этим старшего Миньярда до состояния раскрытого рта. — Муха залетит, — с ещё более насмешливым тоном сказал Эндрю, вновь возвращаясь к готовке. Аарон был поражён на повал такому легкомысленному отношению этих двоих, но уже заведомо проиграл данный бой, поэтому лишь побурчал что-то невнятное себе под нос и плюхнулся на диван, дожидаясь завтрака, после которого уткнётся в учёбу, полностью выбрасывая странные события за эти дни куда-то на затворки своего сознания. — Все вокруг предатели, — недовольно буркнул себе под нос Миньярд, вновь краем глаза глядя на эту фотографию. И как он только мог так… Господи блять, жаться к Джостену во сне?!