Обрывками воспоминаний

На военной базе царила особая атмосфера, о которой никто и не догадывался. Под покровом ночи, хитрым броском зима опустила на землю белое, холодное одеяло. В мире тревожных серых будней, полного сложных испытаний и нелегких дел, мороз становился истинным средством развлечения и отдыха. Сонные солдаты покидали казармы, наступали на изумрудную благодать замерзшего покрова, в котором каждый искристый снежок являлся символом радостного ожидания приближающегося праздника. Пронизанный холодом воздух искрился в лёгких, покалывая их изнутри. Это не обошло и ОТГ-141. Трое стояли на улице, оглядывая белые полотна, на которых уже виднелись следы. Никто и не сомневался, что первым улыбкой этот вид поприветствует Джонни. А подхватит это конечно же Кайл, чей хмурый взгляд тут же сменится неким озорством, как только лицо неожиданно умоет охапка снега в чужой ладони. И только Эрика сохраняет стойкое недовольство: морщит нос, пытаясь спрятать его в какое-нибудь тёплое место, а руки обнимают плечи в надежде не даться этому холоду, что спешил проникнуть в каждую клеточку сонного тела. Впрочем, она тут же взбодрилась, стоило заметить, как что-то летит в её сторону, заставляя тут же увернуться и ринуться в сторону. – Только попробуй, МакТавиш, я тебя съем! — причитает девушка. Исключительно до того момента, как мягкий снаряд прилетает куда-то в голову и заставляет невольно пошатнувшись, разрезать снежное покрывало неловким падением, от чего бодрость тут же потекла по венам, поднимая с земли окрыляющим толчком. Вроде бы обыкновенные друзья превратились во властителей снеговых царств, готовых бросить вызов друг другу. В руках Джонни, ловко сформировавших ледяные ядра, витало ощущение превосходства и хитрости. Тщательно обдумав каждый ловкий план, он неустанно кидал снежки, исподтишка заметая противников под слоем холодного покрова. Ему не уступал ни Кайл. Рассылая светящиеся снежки куда только он пожелает, покорял стоящих против него своим величественным мастерством. Невольно можно было подумать, что навыки стрельбы они развивали исключительно в целях подготовки к этому моменту. Не отставала ни Эрика. Пусть спиной и не было заметить, кто из этих двух так беспринципно заставил припомнить все прелести зимы, но это уже и не играет роли, ведь под удар попадут все. Их ладони почти скованы обжигающим морозом, кости кое-как сгибаются, кожу покалывает, но теперь это не просто озорство шутки ради, а настоящая баталия. Белые снежки вихрем разносились по полю, создавая прекрасные мелодии падения и соприкосновения. Одержимые игровым азартом, солдаты сметали друг друга с ног, весело смеясь от снеговых трепок и мимических танцев на морозной арене. Радостные восклицания и смешки звучали на просторах, словно ноты в сольной симфонии. Чувство слитности и особой, свойственной только здесь дружбы, наполняло их сердца. Вот, Джонни коварно сокращает дистанцию с девушкой, маневрируя от атак друга, хватает её ловким выпадом, валит на землю и начинает сгребать снег под напускное недовольство, что переливается смехом. – Ведьмы боятся холода? — спрашивает он, загребая ещё немного снега, пока жертва пытается выбраться из этого плена. – Нет, исторически, только огня, — звучит над ухом голос парня, что под хруст ледяного покрывала приблизился к ним, дабы умыть друга холодом. Им пришлось вновь быстро разбежаться, подбирая снаряды с земли, дабы не быть поверженными зимней стихией в руках друг друга. Вновь в воздухе замелькали снежки. Этот праздник мог продолжаться долго, вот только Кайл одёрнул ребят, стоило устремить взор куда-то в сторону. И вместе с весельем замерло сердце троицы, ведь он указал на их драгоценного лейтенанта - Саймона. Мужчина медленным движением руки протирал глаза, пока, некогда снежок, упал с его балаклавы маленькими частями. Вот и настал момент поднять белые флаги, вместе с ними и руки, а после виновато опустить взгляд, пусть на лицах и будет мелькать улыбка. Наверное, Рождество действительно было по-своему волшебно. Одно чудо точно случилось сегодня и Саймон нагло взял его на вооружение, заставляя растеряться сержантов. Он подхватил горстку снега, наспех сплюснул его в шероховатый шар и ловким движением бросил прямиком в Джонни, ибо острый взгляд подметил, что именно его снаряд заставил взбодриться этим зимним утром. Кажется, лейтенант только что подписал себе смертный приговор, ведь если он в игре да ещё и не буркнул ничего в их адрес, значит щадить его никто не будет. Таким образом, поле волшебного боя занял ещё один игрок. Его словно огонь экспрессивных жестов превращался в снежные катакомбы, которые с неистовым пылом поражали всех присутствующих. Стратегически размещенные защитники, обладающие непревзойденной меткостью и быстротой, к бою вступали со всей своей неистовой страстью. Баталия вызвала много вопросов у Прайса, что довольно давно успел насладиться этими видами. Почему-то не пронеслось в его голове, что подопечные решат устроить что-то такое, а должно было насторожить в первую очередь! Вот только злиться на них было тяжело настолько, что он и не заметил как улыбка взыграла на усталом лице. Снежки летели в направлении сокрушительных трещин, встречая свою участь в умело сплетенных сетях. Ветер, неподвластный воле игроков, нарушал рассудок снарядам, добавляя непредсказуемости битве. Эта предсказуемость и коснулась капитана, когда снаряд распластался у его ног. Она и сподвигла его опуститься, дабы и себе раздобыть вооружение, врываясь в битву. Их сердца, наполненные полетом мыслей и радостью простой детской игры, оставались запечатленными в памяти, где трель и веселье гармонизировали с волшебством окружающей их зимней сказки. Это продолжалось ещё некоторое время, прежде чем Прайс одёрнул себя. – Ну всё народ, хватит, иначе всем отрядом сляжем с температурой, — звучал знакомый голос с британским акцентом, неудачно стараясь прибавить немного строгости и приказного тона. Безусловно, старший был прав. Пальцы стали предательски болеть, сильно раскраснелись. Настала пора вернуться к работе. На деле же все знали, что мирной договорённости не будет и в течении долго времени, каждому стоит опасаться коварного снежка, что может прилететь в самый неожиданный момент.