Двойная игра

      На улице было слишком тепло даже для легкой кофточки, но Хэммику удавалось продрогнуть даже при таких условиях, поэтому предусмотрительно надетая кофта черного цвета не давала её обладателю замёрзнуть до состояния сосульки. Обычные синеватые джинсы и кроссовки отдельного внимания близнецов не заслужили. Эндрю и Аарон кидали непонимающие взгляды на кузена, одетые в футболки и шорты темных тонов. Единственным отличием в их внешнем виде — неизменные повязки на руках старшего из близнецов. В любом случае, никто из них не спешил комментировать выбор Николаса.       Вэйл спокойно заходит в дом, сразу же направляясь в гостиную. Серый спортивный костюм подчеркивает худощавость его тела, длинные аристократичные пальцы сжимают новую пачку сигарет, а взгляд загнанно бегает по лицам гостей.       Эндрю встает, закрывая книгу и смещаясь ближе к брату. Николас выходит вперед с расставленными руками. Они слишком долго не виделись, чтобы сейчас переходить сразу к делу. — Привет, Вэйл, — голос кузена кажется Аарону незнакомым, слишком мягким. Он невольно сжимает губы, переводя изучающий взгляд на опекуна.       Ответом стало объятие. Парень сорвался с места, запрыгивая на брюнета. Тот, в свою очередь, лишь мягко улыбнулся, утыкаясь носом в основание шеи. Они не виделись месяц. Чертов месяц Николас был погружен во все разбирательства с документами и оформлением опеки, а Вейл был слишком занят бумажной волокитой и мелкими разборками на подвластной им территории. Последние участились, и в поисках причины их активности, он не успевал даже читать.       Затянувшееся молчание, как ни странно, прервал Аарон. — Пиздецки трогательно, сейчас разрыдаюсь, — и демонстративно смахнул несуществующую слезу с ресниц. — Так вы пидоры?       Пропитанный отвращением голос заставил парней оторваться друг от друга. Вэйл слегка прищурился, заглядывая в глаза Эндрю, словно понимал каждую его мысль. Тот лишь повел плечом, уже не скрывая свою настороженность. Напускное равнодушие исчезло с лица также стремительно, как и появилось. — Я очень даже, а вот он — нет, — смеётся Хэммик, отпуская парня на землю. Сейчас, когда он видел его вживую и не заметил ни одной раны, тревога, выводившая его из состояния равновесия, исчезла. — Рад вам представить, Вэйл Флэм, мой очень близкий друг, считайте что брат, — довольная улыбка не сходила с его лица.       Аарон недовольно фыркнул, возвращаясь к изучению справочника. — Привет, ребятки, — Вэйл мило улыбнулся, слегка прищурив глазки и не разрывая зрительного контакта с Эндрю. — Он знает ваши имена, так что не будем тратить на это время. Кто-нибудь хочет есть? Я ужасно проголодался, — и, не дожидаясь ответа, брюнет направляется на кухню.       Аарон поднимает взгляд на брата, отрываясь от изучения строения скелета человека, и, заметив полное отсутствие заинтересованности в нем, быстро ретируется вслед за кузеном.       Молчаливая война продолжается ещё несколько мгновений, пока Миньярд не сокращает расстояние до неприлично близкого. — Вэйл, значит, — задумчиво тянет он, щурясь. — Эндрю, — миролюбиво вторит ему Флэм, поднимая руки в защитном жесте.       Брови блондина хмурятся. Его план раскрыли. Рука, не успевшая донести нож до грудной клетки противника, замерла. Они понимали друг друга без слов. — Ребяяяяят, идите сюда, — протяжный крик заставил их обернуться в сторону кухни, а затем и развернуться, направляясь туда. Им хватило пары минут, чтобы узнать друг друга. Молча, по глазам.       Эндрю не понимал, но принимал свою внутреннюю уверенность в том, что Вэйл не причинит им вреда. Ярко-зеленые глаза светились чем-то добрым, детским и мягким. Никакой угрозы, никакого дискомфорта, только чистый уют, обволакивающий его с головы до ног. Это было ужасно странно, непривычно, но наталкивало на мысль: «Он понимает правила игры и не станет их нарушать».       Сам Флэм видел только угрозу, скрытый страх и недоверие, позже сменившиеся на спокойствие. Карие глаза, изучающие его, и эта смена эмоций в них заставила парня внутренне содрогнуться. Память услужливо подкинула ему момент шестилетней давности, когда похожие глаза излучали такие же эмоции, а после нежно окутывали его теплом и любовью. Реакции кузенов на него были ужасно схожи.       Аарон всё это время молча следил за действиями опекуна, не смея нарушить тишину. Обезоруживающий взгляд его карих глаз пустил мурашки по всему телу близнеца, там, в гостиной, когда ядовитые слова уже хотели сорваться с губ. Николас взглядом просил остановиться, и это сработало: желание съязвить безоговорочно пропало, оставив место заинтересованности. Что могло вызвать такую реакцию кузена на этого парня? Брат, говорите? Сделав мысленную пометку записать это в дневнике, блондин удовлетворенно кивнул сам себе, возвращаясь к справочнику.       Хэммик возился на кухне, бренча посудой и напевая незатейливый мотивчик. В духовке нашлось мясо, запеченное под сыром, а в холодильнике стояла парочка салатов, которые вскоре оказались на столе.       Когда все сели за стол, Николас гордо поднял бокал с виноградным соком,. — Чтож, за встречу, — и лукаво улыбнувшись, отпил.       Вэйл последовал его примеру, Эндрю невольно засмотрелся на смешинки в его глазах, а Аарон недовольно фыркнув, проигнорировал кузена, начиная есть.       Обед прошел довольно дружелюбно: Хэммик весело щебетал обо все и ни о чем одновременно, Флэм увлеченно кивал головой и поддакивал, близнецы, сидевшие напротив них, молча ели. — Аарон, ты увлекаешься биологией, верно? Хочешь стать медиком? — Николас наконец замолчал, и парень с интересом смотрел на блондина. — Допустим, — Миньярд выжидающе приподнял бровь, отвлекаясь от еды. — О, недавно Ники спрашивал меня о том, какие справочники лучше раскрывают человека с медицинской точки зрения, и мне стало интересно, помогли ли они тебе, — дружелюбная улыбка коснулась пухлых губ. — Я увлекаюсь этим с детства и планирую стать хирургом…       Теперь уже Хэммик кивал головой и поддакивал, пока Вейл и Аарон увлеченно разговаривали, после чего переместились в одну из комнат этого дома. Несмотря на свою миниатюрность с улицы, внутри он оказался довольно просторным, и Миньярд искренне удивился, когда они очутились в комнате, напоминающей кабинет.       Полумрак, создаваемый плотными шторами, придавал особую атмосферу, а скелет около одного из стеллажей с книгами, выглядел достаточно мрачным, чтобы мурашки волной прошлись по всему телу. Стол с письменными принадлежностями и книгами стоял чуть ли не в середине комнаты, за ним — шкаф со стеклянными дверцами, за которыми виднелись части тела, увеличенные разрезы и некоторые экземпляры засушенных цветов. Последние, скорее всего, находились там для красоты, но мелкие надписи рядом с ними указывали на заинтересованность их обладателя в растительном мире.

***

      .., но это было ужасно интересно. Вейл очень приятный собеседник и знает намного больше меня. Даже не заметил, как пролетело несколько часов, пока рассматривал его кабинет, слушая объяснения. О, а ещё он увлекается коллекционированием. Не чего-то конкретного, а только того, что ему приглянулось. Я так погрузился во все это, что не запомнил, как он ушел.       Сам не заметил, как разговорился не на шутку. Такое чувство, что разговаривать больше никогда в жизни не буду. После недельного молчания словно в рай попал.       Несу какой-то бред. Снова.       После того, как Ники забрал нас к себе, чувствую себя сентиментальной тряпкой. Даже записки его собираю. А теперь ещё и завязал общение с его другом. Не на личные темы, нет, но это все равно слишком непривычно.       Эндрю ведет себя странно после возвращения домой (боже, я уже признал это место домом). Сказал не ходить к Вейлу без него, а лучше вообще не пересекаться с ним. И мне кажется, что он слишком напряжен. Точнее, сильнее обычного (кстати, Флэм сказал, что моя наблюдательность очень полезна для выбранной профессии).       В любом случае, Эндрю ушел покурить, а вернулся чересчур мрачным для его обычного состояния. Меня всё ещё злит то, что он послал меня нахуй, когда я решил узнать, что же случилось.       После того, как он закрыл меня в ванной, я стал слишком много чувствовать. Это так чуждо, что временами не знаю, куда деться от всего этого.       У меня не получается улыбнуться. Ну, нормально улыбнуться. Или, не знаю… В общем, когда я рад, то не могу этого показать.       Обычно после этого не чувствую ничего вообще, кроме какой-то пустоты. И злости.       Снова прыгаю с темы на тему. Вроде как это нормально, «пустите мысли в полет и дайте им оформиться на бумаге»…

***

      Домой они вернулись ужасно поздно. Эндрю сразу же направился наверх, игнорируя всё, что происходит вокруг него. Громко хлопнувшая дверь совсем недвусмысленно намекнула парням, что к нему лучше не приближаться.       Аарон лишь пожал плечами, недовольно нахмурил брови и тоже ушел к себе. Николас, в свою очередь, также направился в комнату.       Он узнал слишком много хорошего, плохого и относительно нейтрального, но они с Вейлом просто ужасно оплошали. Спросить напрямую у Ника не выйдет, а значит нужно что-то срочно с этим делать, пока Миньярд не принял его за угрозу. По крайней мере, для них. Правда в счет не идет.       Зайдя в комнату, брюнет сразу же закрывает её, направляясь в туалетную комнату. В доме всего 3 санузла: два общих на каждом из этажей, и один лично его. По понятным причинам. И пока что о нем не знают.       Подходя к раковине и упираясь в неё руками, парень взглядом находит в отражении до боли знакомый и родной браслет. Второй подарок Вейла.       Первым тоже был браслетик, но Лютер нещадно разорвал его, когда вымещал всю злобу на четырнадцатилетнем Николасе. Они встретились случайно.

***

      Прошло ровно два года с того момента, как брюнет смог вздохнуть спокойно. Ровно два года с его побега. Ровно два года с первого убийства. Ровно два года с освобождения ангела из-под гнета этого ублюдка. Ровно два года с того дня, когда Николас дал Вейлу имя.       Годовщину смерти Джера они празднуют, вместо того, чтобы скорбить. На то есть причины.       Сегодня они впервые могут позволить себе не дрогнуть от холода и голода в этот день. И в последующие тоже. Их усилия оправдались, впуская мальчишек в преступный мир этого штата уже как партнеров по нелегальному бизнесу, а не легкую добычу. Они справились вместе.       Хэммик уверенно шагал в направлении их жилища, тихо насвистывая причудливую мелодию. Приобретенные связи позволили им оформить квартиру, в буквальном смысле, на несуществующего человека. Требовалось лишь одно: вовремя вносить квартплату, чтобы арендодателю и в голову не пришло лететь через несколько штатов для проверки жильца. — Ник, справа, — встревоженный голос Эсти развеял приятную негу, накрывшую паренька. Напряжение моментально сковало тело: просто так он бы его не отвлек.       В указанном направлении, через проезжую часть на него злобно смотрели карие глаза, обладатель которых сжимал лямку сумки до побелевших костяшек. — Отец.., — на выдохе шепчет парень, не в силах поверить своим глазам. Это другой конец города и, на его памяти, раньше Хэммики сюда не заглядывали. Тянущая боль в груди сдавила сердце. Он скучал по тем беззаботным денькам детства.       Однако Лютер был отнюдь не рад его видеть, это Николас понял сразу. С такой злобой не смотрят на любимого сына. Волна разочарования окатила его с головы до ног, возвращая в чувство. Нужно бежать. Как можно дальше. Но было поздно.       Тех жалких минут замешательства хватило, чтобы Лютер перешел дорогу и, схватив его за ворот футболки, затащил в первый же переулок.       Долгожданная встреча отца и сына обернулась избиением последнего. Жалкие попытки ответить или увернуться от удара пресекались сильными руками взрослого мужчины, который держал мальчишку словно куклу. Но самым главным фактором был страх.       Привыкший к бегу, Ники мог даже похвастаться тем, как выглядело его тело. Бил он тоже не слабо, но сковавшее его чувство лишило любого преимущества.       Он все же сбежал, когда кто-то из прохожих, заинтересовавшись происходящим, завернул в этот злосчастный переулок. Николас не знал своего спасителя: им овладела боль, как физическая, так и моральная. Слезы жгли щеки и мешали обзору, дышать было неимоверно трудно, а рука отчаянно сжимала порванный красно-фиолетовый браслетик, который Флэм подарил ему утром.       Мария Хэммик впервые подняла руку на своего мужа, с чувством глубокой неприязни влепив ему пощечину. Не это она ожидала увидеть, когда искала неожиданно пропавшего с улицы Лютера. Робкая и боязливая по натуре, женщина со злобой смотрела на отца своего ребенка, и с тоскливой печалью кидала взгляд за его спину, в пустой надежде увидеть своего мальчика.

***

      Колумбия всегда являлась для Николаса домом, но с какого-то момента превратилась в клетку без возможности вдохнуть. А потом домом для него стал Вейл. Такой маленький, хрупкий, отважный и способный. Они идеально сработались: Николас продумывал каждый их шаг, в то время как зеленоглазик всегда был его поддержкой и помощником в решении всех проблем.       Первое время Хэммик не позволял парнишке лезть в его дела. Это был совершенно другой мир, правила которого ему услужливо подсказывал Эсти. Вероятнее всего, без этих двоих, Ники бы просто напросто умер от голода.       Воровство — обычное дело для голодающих, замёрзших, брошенных и отчаявшихся людей. А правильные связи и верные помощники превращали этот отчаянный шаг к выживанию в постоянную работу.

***

— Что это? — Вейл с интересом разглядывает прямоугольную штуку, которую принес с собой Ники. — Ноутбук. Нашел его у одного дауна, который, судя по всему, не знает, что такое ключи, — спокойно говорит парень, наливая себе кофе.       Они продолжали жить в найденной ими заброшенной даче. Зима на улице неумолимо выдворила их из того помещения, где обитал Вэйл вместе с Джером до этого. Слишком холодно и невероятно много знакомых покойного, наведывающегося туда чуть ли не каждый день. После одного из таких посещений Николас, вернувшись с очередного дельца, нашел друга избитым. Это не могло так продолжаться. — Ноутбук, — повторил ребенок, с явным замешательством в голосе. — И что это такое?       Вэйл знал, куда пропадает Хэммик. И очень много раз просил взять его с собой хотя бы для прикрытия и слежением за обстановкой вокруг. Брюнет лишь хмурился и щелкал парнишку по носу. — Я расскажу тебе чуть позже. Помнишь Лавида? — Кружка горячего напитка приятно согревала заледеневшие пальцы. — Вроде как он разбирается во всем этом дерьме, — маленький глоток, который сразу же обжег язык, заставил Николаса скривиться. — Ты имеешь в виду того придурка, который обдолбанным приперся к нам за новой дозой? — Вейл прекрасно помнил, как ему пришлось потом вычищать ковер от блевоты этого полоумного. Не жизнь, а сказка. — Да, его. Клялся, что завязывает с наркотой, а недавно прикупил дозы три за раз, — Хэммик невесело ухмыльнулся, присаживаясь рядом с другом на диван. — И раз его так неуёмно тянет к самоубийству, то я решил выжать из него максимум полезного. — И что же нам может дать эта пьянчужка? — Флэм придвинулся чуть ближе, облокачиваясь на брюнета. Дом был намного цивилизованнее прошлой берлоги, но быстро остывал.       Одно время Вейл мечтательно уговаривал Ники заселиться в один из немногих домиков с отоплением, но, в конце концов, принял веский довод, что так их намного быстрее обнаружат. Зимой никто не жил на дачах, и эта часть района была для них наиболее безопасной, но вот счета за использование электричества никто не отменял. А так они спокойно топили печь дровами из сарайчика, грели на ней же чайник, после закутывая его в несколько полотенец для поддержания тепла, и не включали свет. Туалет был на улице. — Он неплохо разбирается в электронике и сайтах, — свободной рукой Николас укрывает и себя бежевым одеялом, в которое все это время был закутан Вейл. — Точнее, во взломах. Не из воздуха же он деньги берет, раз сидит в четырех стенах всю неделю. — Лавид сам тебе сказал? И когда ты будешь этому учиться, если приходишь только ночевать? — Парень нахмурился, начиная покусывать нижнюю губу. Вредная привычка. — А кто сказал, что этим буду заниматься я? Ты же сам рвался мне помогать, — философски пропел Николас, довольно ухмыляясь. Комично увеличивающиеся глаза и приоткрытый от удивления рот на худощавом лице складывались в смешную картинку. — Уже передумал? — Нет! — Вейл слегка подпрыгнул. Ему всё ещё не верилось, что он наконец сможет помочь Нику. Да и парень просто обожал учиться: в свои одиннадцать лет слово школа он слышал примерно никогда, но с упоением вслушивался в каждую поучительную речь Хэммика. И сколько же радости ему принесло понимание, что он может сам написать своем имя, которое получил совсем недавно. — А Лавид согласится? — в голосе было столько надежды, что её можно было складывать в мешок. — А куда он денется? Выбора у него особо нет, все поставки этого района на мне, — пожимает плечами Николас.       Прошло уже около года с того дня, когда ему пришлось попасть на эту сторону жизни, а буквально несколько недель назад он успешно прошел «испытательный срок». Теперь, будучи на хорошем счету у Форна, ведомость над сбытом наркотиков в этом районе перешла в его перечень обязанностей. Пару успешных дел, лестных слов и практичное использование мозгов, и все в шоколаде. Хотя, признаться честно, Хэммик сам не ожидал от себя такой сообразительности. В свои тринадцать у него неплохие связи с местным преступным авторитетом и такая же карьерная лестница, по которой он уверенно поднимается.       Форн оказался двадцатисемилетним мужчиной, который контролировал преступную жизнь этого района. Николас промышлял воровством, что не осталось незамеченным, поэтому оказавшись впервые «на ковре» у местного авторитета, он принял правила этого мира безоговорочно.       А ещё уловил сочувствие в голосе «нового начальника» и мозг услужливо подкинул парнишке пару фразочек, после чего завязался долгий и личный разговор, результатом которого стала сделка.       Ведомый непонятно откуда взявшейся заинтересованностью, Форн незаметно приглядывал за Николасом, делая ему послабления. Сначала парень оказался слишком догадливым и понятливым, потом показался сообразительным, а после мужчина был уверен в успешном будущем на поприще нелегальных делишек, что само собой проявило желание держать его при себе. Возраст, в отличие от способностей, не имеет никакого значения на этой стороне жизни. — Как это, все? — Вейл удивленно щурится, поворачивая голову и всматриваясь в глаза Хэммика. — Только сегодня получил новые распоряжения от Форна. Кстати, он будет не против, если ты решишь не останавливаться на возможностях Лавида в изучение хакерства, — улыбка чеширского кота тронула искусанные губы старшего из парней.