Зубная фея

Пак Чимин всегда был смелым мальчиком, гордо шагал вперёд по жизни, не боясь преград. Он не имел фобий: смело трогал насекомых, убирал паутину в бабушкином саду, хорошо плавал, лазил по деревьям — иными словами жил полной жизнью. Но, несмотря на свою бесконечную смелость, один страх у него, всё же, был. Страх, тщательно скрываемый от всех; страх, о котором знала лишь мама. Чимин боялся зубных врачей. Да, безусловно, для ребенка в этом нет ничего зазорного, но когда тебе вот-вот стукнет тридцать, это может стать проблемой. Чимин боялся стоматологов ещё с тех самых времён, когда молочные зубки казались самым дорогим сокровищем в его жизни. В то время мама Чимина, милая и маленькая росточком женщина Наён, чтобы хоть как-то подбодрить сына перед походом к врачу, обещала подарки за каждый потерянный зуб. Вот только не Наён дарила игрушки, по её же легенде этим занималась зубная фея. Всё, что нужно было сделать маленькому Чимину, чтобы получить свой заслуженный подарок, это вырвать зуб у дантиста, положить его под подушку, а уже на утро радостно снять обертку с коробочки. Но Чимин рос, легенда с феей перестала быть актуальной, молочные зубы давно выпали, а на месте них выросли коренные, которые, оказывается, приходилось лечить. Чимин всегда ходил к зубному нехотя и с большим сопротивлением, да и то, практически с мамой за ручку вплоть до окончания университета. *** Вырваться на свободу, переехать в другой город, в столицу, было здорово. Теперь тебе не нужно было ни перед кем отчитываться, наконец-то появилась долгожданная свобода. Но вместе с ней пришла и ответственность. Раз уж ты теперь взрослый мальчик, то и проблемы решай по-взрослому. В целом, Чимин неплохо справлялся со взрослой жизнью: будучи выходцем из довольно обеспеченной семьи и получившим хорошее образование человеком, он быстро нашёл себе работёнку по душе, совмещая приятное с полезным. Стал хорошим маркетологом и сейчас стоял на пороге открытия собственной фирмы, занимающейся рекламой и продвижением крупных компаний. По прошествии пяти лет жизни в Сеуле он и правда стал взрослым мужчиной. Но осталось в его жизни то, что он так и не смог в себе перебороть: страх зубных врачей. За всё время нахождения в новом городе он так ни разу и не показался дантисту, что, в конце концов, ему и аукнулось. *** За окном светило яркое солнце, с неба плавно и неспешно, весело кружась в воздухе и играя на ветру, спускались одинокие снежинки. Казалось, сама природа радовалась приближению Рождества. Был сочельник, последний день до самого великого и долгожданного праздника зимы. Для многих оставался последний шанс купить подарки и рождественские угощения, но не для Чимина, который купил их заранее. Таким уж человеком он был, никогда не откладывал дела в долгий ящик, чем восхищал всех друзей и знакомых. Вот и в тот раз он продумал всё, всё кроме… — Ай! — воскликнул Чимин сразу, как только проснулся и перевернулся на другой бок. Он схватился за щёку и резко вскочил с кровати. — Только не это, нет-нет-нет! Ну почему именно сегодня! — недовольно промычал Пак. Его ладони тут же покрылись холодным потом. Чимина настигла самая настоящая беда — зубная боль. То, чего он так страшился, в итоге случилось. Кажется, Рождество было безбожно испорчено, но даже так он не хотел идти к зубному, решив до последнего сопротивляться, прямо как в детстве! Чимин выбрал бороться, бороться до последнего, вот только не с проблемой, а с её последствиями, с болью. Он дополз до дальней тумбы, сорвал с зарядки телефон и полез в интернет, чтобы узнать, как избавиться от ноющих ощущений хотя бы на время. Вычитав про чудесный отвар из ромашки, он тут же кинулся его делать. Благо, в одном из кухонных шкафчиков как раз завалялось пару пакетиков с чаем. Прополоскав рот, Чимин почувствовал облегчение. Боль чуть поутихла. «Ну вот и замечательно, боль прошла, будто и не было!» — подумал он выдыхая. Но только он расслабился, как взгляд зацепился за электронные часы на микроволновке. Они показывали двенадцатый час, ему стоило бы поторопиться, ведь совсем скоро у него должна была состояться встреча с другом, а опаздывать он не любил. Чимин побежал собираться. *** Встреча со старым добрым другом вживую, а не в скайпе, спустя несколько лет разлуки была волнующим, но радостным событием. Увидев знакомую фигуру за столиком уютного кафе, Чимин широко улыбнулся и ускорил шаг, а после и крепко обнял своего дорогого товарища. От радости он даже забыл про больной зуб. Хосок был прилично старше Чимина. А познакомились они ещё в университете. В то время, несмотря на разницу в возрасте, они были не разлей вода. Разлучила их взрослая жизнь. Когда Хосок закончил магистратуру, ему предложили хорошую работу в крупной фирме в США. Ему было грустно оставлять младшего товарища, о котором он заботился почти как старший брат, но отказаться от предложения, доставшегося лишь ему одному со всего потока, он не мог. Недавно Хосок наконец добился перевода на дистанционный режим работы и вернулся в Корею. Как только у него появилось свободное время, он сразу же позвонил другу и пригласил встретиться за завтраком. — Как же я рад тебя видеть, Хо! — воскликнул Чимин, вешая тёплое чёрное зимнее пальто с меховым подкладом на вешалку. — Я тебя не меньше, дружище! Но давай сначала закажем поесть, я такой голодный! — А ты по-прежнему встаёшь к обеду! — в шутку упрекнул его Чимин. — Хотя, признаться честно, я сам только встал. — Конечно, не поспать лишний час в единственный выходной было бы грехом! — согласился Хосок. — Тоже верно! Официант, можно нам меню, пожалуйста? Так парни заказали себе по яичнице и по напитку: Хосок взял американо, а Чимин остановился на чёрном чае. За разговорами они и не заметили, как перед ними появились тарелки с едой. Чимин вдохнул аппетитный аромат яичницы, уже предвкушая, как отправит её себе в рот. Но стоило ему попробовать, как острая боль тут же охватила челюсть. Он зашипел и приложил ладонь к больному месту. Хосок наклонился ближе и обеспокоенно спросил, всё ли в порядке, на что Чимин кивнул, пытаясь унять боль потиранием, но зубу, спрятанному за щекой, было всё равно. Хосок смекнул, в чём дело, взял Чимина за руку и спешно вывел из заведения, попутно оставив на столе пару крупных купюр и забрав верхнюю одежду, свою и Чимина. Хосок достаточно хорошо знал, что друг непременно начнёт сопротивляться, как только узнает, куда они направляются. Да, Хосок стал третьим человеком, кроме самого Чимина и его матери, который узнал огромный зубной секрет. Это вышло случайно. Чимин позвонил по фейс-тайму в тот самый момент, когда мама уговаривала его зайти в кабинет врача. Когда Пак увидел, что всё это время был на связи с другом, он, конечно, сильно испугался, что теперь кличка труса к нему неизбежно приклеится, но Хосок мягко успокоил его и пообещал, что будет держать язык за зубами до конца, поскольку сильно дорожит их отношениями. И он сдержал обещание. А тем временем Чон уже успел посадить своего друга в машину и сесть за руль прежде, чем тот сумел оклематься. — Почему мы вышли из кафе и куда мы едем?! — На самом деле Чимин догадывался, но не хотел, чтобы это оказалось правдой. Хосок всегда слишком опекал его. — Куда нужно, Чи, туда и едем. — Я не маленький, чтобы вот так просто брать и везти меня неизвестно куда! Сам решу, что мне делать! — возмутился он. — Если бы ты действительно был взрослым и зрелым, как ты говоришь, мне бы не пришлось этого делать! Сколько ты уже у зубного врача не был? Год? Пять? Не так-то просто довести зуб до такого состояния, когда он начинает болеть, знаешь ли! — повысил голос Хосок, выезжая с парковки. — Высади меня, а иначе... — начал было Чимин, но зуб снова дал о себе знать, пронзая резкой болью. Хосок тяжело вздохнул и смягчил тон, понимая, что криками тут не помочь, этому «взрослому» и без того плохо. — Не переживай, я не отдам своего лучшего друга кому попало, я везу тебя к лучшему дантисту Сеула! Поверь, лучше него я ещё никого не встречал, хотя перепробовал немало врачей! У него мягкая рука, да и сам он очень аккуратный, — задумчиво протянул Чон, вспоминая свои прошлые походы к этому человеку. — Знаю я их, это дантистско-садистское племя, — злобно промычал Чимин. — У них не бывает лёгких рук, всё всегда делают так, что выть от боли хочется! — Дантистско-садистское племя! Ну ты и выдумщик! — усмехнулся Хосок. — Ладно, прекращай вести себя как ребёнок и выходи уже, приехали! И надо было видеть лицо Чимина в тот момент. На нём тут же нарисовался испуг. Он посмотрел сначала на вывеску с красным крестом, на которой было написано такими же красными, как кровь, и большими буквами «Стоматологическая клиника», а потом на Хосока, который мягко улыбался, но тогда в глазах Чимина его улыбка походила скорее на злобный оскал. — Вылезай! — скомандовал Хосок, открывая дверь своего чёрного мерса, — Или мне тебе, как барышне, ручку подать? — попытался разрядить обстановку дружеским безобидным подколом Чон, но Чимину было не до смеха. Это предательство он будет помнить ещё долгие годы. *** В поликлинике пахло различными антисептиками и анальгетиками, и Пак ненавидел этот запах больше всего на свете. Он хотел сбежать, раствориться в воде, провалиться сквозь землю — иными словами, сделать всё возможное, чтобы не ждать в очереди к какому-то сомнительному дантисту. Минуты казались вечностью, руки с каждой секундой холодели всё больше и еле заметно тряслись. Чимин боялся, чертовски боялся и даже какая-то тупая игра на телефоне и лучший друг рядом не спасали ситуацию. Спустя полчаса дверь одного из кабинетов в очередной раз распахнулась и оттуда вышел человек, заслонивший Чимину свет. — Что стряслось, Хо? Не ожидал тебя здесь увидеть, я ведь только недавно тебя пролечил! — послышался низкий и слегка шепелявый голос откуда-то сверху. — Да у меня-то всё хорошо, я друга привёл. Полечишь? Скоро Рождество, а у него зуб болит. Чимин, наконец, оторвал глаза от телефона и поднял взгляд, стараясь не показывать своего волнения. Перед ним стоял мужчина, кажется, немного старше его по возрасту. Одет тот был в белый врачебный халат, на кармане которого виднелись весёлые нашивки с улыбающимся зубом и цветной щёточкой, а ещё милый бейджик в форме сердечка. Видимо, всё это было сделано для детей, чтобы те меньше боялись. Но Чимина так просто не переубедить! К слову, улыбались не только нашивки, но и хозяин халата. Даже в стрессе Чимин не мог не признать красоты и искренности его лёгкой улыбки. Похоже, что врач и Хосок были довольно близки, раз стоматолог так улыбался, щуря глаза так, что те превращались в два небольших полумесяца. — Слушай, Хо, — вздохнул дантист, посерьёзнев. — У меня полная запись. Если я тебя лечу без записи, это не значит, что и всех твоих друзей тоже буду. — Не всех, а только малыша Чи, — при других обстоятельствах Чимин бы точно треснул его за такие слова. — Возьмись за него разок, прошу тебя! Не хочется ему праздник портить! — Хосок вскочил со своего места и сложил руки в молящем жесте. И, наверное, Чимину не помешало бы сделать то же самое, но он слишком боялся и злился, что его мнения никто не спросил, поэтому просто сидел молча и недовольно пялился на друга. Сверху послышался очередной вздох. Казалось, затея лечить больной зуб Пака не нравилась не только Чимину. — Ладно, пожертвую своим обеденным перерывом в последний раз. Но больше никаких приходов без записи, — уступил стоматолог. — Пойдём, — сказал он уже трусливому пациенту. Но тот не спешил вставать. — Пойдём, я кому говорю! — повторил врач уже громче. — Иди, Чимин, и не переживай, дядя Юнги хороший, он тебя не обидит, — хохотнул Чон. О да, он знает, как подействовать на друга. — Очень смешно, — ответил Чимин, недовольно поднимаясь. — Боится? — уточнил Юнги, поднимая одну бровь. — Есть чуток. — Нет! Реплики прозвучали одновременно. — Не боюсь я ничего! Просто не люблю стоматологов! — уточнил Чимин, зло цыкнув на друга, на что тот пустил очередной смешок. — Понял. Ну, иди за мной, смельчак! — на этот раз смешок принадлежал Юнги, а Чимин подумал, что эти двое явно в сговоре. *** Пройдя в кабинет, Чимин не спешил садиться в кушетку: сесть — значит сдаться! Так он считал. — Ну и чего ты там встал как вкопанный? Садиться будешь? Я ещё не научился лечить одной силой мысли. — Да я... — замялся Пак. Юнги вздохнул. — Сядь, и я кое-что дам тебе, — Чимин вроде понимал, что это уловка, но любопытство взяло верх, и он сделал то, о чём его попросили. Юнги не обманул и протянул ему три маленьких аппликатора разных цветов: синего, фиолетового и зелёного, с нарисованными на них смайликами. Чимин не ожидал получить такого подарка, а потому замялся и слегка засмущался такому к нему отношению. — Но это же для детей… — смущённо произнёс Пак. — Да тебя от ребёнка только рост и отличает, — мягко улыбнулся Юнги. Чимин на это цокнул. Но напряжение спало, и теперь ему стало стыдно за своё раннее поведение. Дантист был прав, он и впрямь вел себя как ребёнок. — Простите, я… постараюсь держать себя в руках. — Да ладно, — произнёс Юнги, готовя инструменты, — иметь страхи не стыдно, как и не стыдно бояться зубного. Не ты первый, как говорится, не ты последний. Открывай рот, начну с простого осмотра, это не больно. Чимин медленно и трусливо открыл рот. Юнги надел резиновые перчатки, медицинскую маску, вооружился зондом и зеркальцем, и полез изучать рот пациента. — Чистишь зубы ты хорошо, молодец, но у зубного, кажется, давно не был, не так ли? — Чимин кивнул. — Оно и видно. Так, посмотрим… — протянул Юнги, переходя к осмотру больного зуба. — Пострадала шестёрка сверху справа. Глубокий кариес с подозрением на пульпит. Придётся сверлить. На этих словах Чимин напрягся сильнее, руки снова похолодели, лоб покрылся испариной. — С-сверлить?.. — Да не бойся ты, вколем анестезию и ничего чувствовать не будешь. — В-вколем? — Пять секунд потерпишь и всё будет хорошо, ладно? — Юнги снова мягко улыбнулся. И, хотя, через маску Пак не мог видеть самой улыбки, он видел глаза, которые как-то совершенно по-доброму искрились и успокаивали. Врачу хотелось довериться. — Хорошо, — собрав всю волю в кулак, ответил Чимин. — Вот и молодец, хороший мальчик, — Юнги улыбнулся шире, а Пак закатил глаза и снова цокнул, но уже мысленно. Конечно, Пак сам виноват в том, что его принимают за ребёнка, но не стоит каждый раз об этом напоминать. Юнги подготовил шприц и слегка брызнул им, чтобы выпустить воздух. Затем он повернулся к Чимину, чтобы вколоть заморозку в десну больного зуба, но Пак смотрел на него так испуганно, что Мин почувствовал себя демоном. — Если так страшно, то просто закрой глаза и подумай о чём-то хорошем. Я досчитаю до пяти и боль пройдёт, хорошо? А теперь открой рот. — А-ага… — ответил Пак, послушно закрывая глаза. Руки по-прежнему тряслись. — Раз, — Юнги осторожно воткнул иглу в десну, а Чимин ойкнул, — два, — прозрачный раствор медленно полился в десну, — три, — новый укол, но уже с другой стороны, и новый «ай» от Чимина, — четыре, — и снова раствор, — пять, — дантист вынул иглу и убрал шприц. — Вот и всё, ты большой молодец! — с этими словами он вновь одарил пациента своей доброй улыбкой. Чимин открыл глаза. — Б-больше больно не будет? — поинтересовался он. — Нет, не будет. Я же обещал, — ответил ему Юнги. — Посиди так пару минут. Сейчас анестезия подействует и начнём лечить. Могут быть страшные звуки и неприятные запахи, но больно уже не будет. Чимин кивнул. Спустя три минуты Мин промыл и просушил Чимину рот, приготовился перейти к основной части лечения. — Открой рот и больше его не закрывай, хорошо? Больно не будет, — ещё раз повторил Юнги для большей убедительности. Чимин молча кивнул и сделал то, что от него просили. Когда заработала бормашина, Чимин снова затрясся. Когда в прошлый раз ему лечили зубы, правда без анестезии, ему было очень больно. Юнги заметил это и остановился. — Доверься мне, — всё, что сказал тогда он с неисчезающей с лица улыбкой прежде, чем снова включить бормашину и начать работать, но сердце Пака отчего-то пропустило удар, а щёки покрылись ярким румянцем. Юнги стал старательно вычищать глубокий кариес зуба, но всё, о чём думал тогда Чимин, был дантист, который внимательно исследовал каждый миллиметр больного места. Пак не знал, сколько времени прошло с тех пор, как началось лечение зуба, но Мин не соврал. Больно и правда не было. — Ну вот и всё, — сказал Юнги, в очередной раз промывая просверленный зуб. — Ты счастливчик, пульпа не повреждена, хотя кариес прошёл очень близко к ней, нерв удалять не придётся. Самое страшное позади, осталось только запломбировать. Ну а от этого ещё никому не было больно. Чимин мягко улыбнулся, только сейчас возвращаясь на планету Земля. — Хорошо, тогда закончим с этим? — Да, потерпи полчасика и ты будешь свободен, — ответил дантист, замешивая материал для пломбы. Время прошло быстро и пломба была поставлена и отполирована. — Ну что, неужели так уж было страшно? — спросил стоматолог, убирая голубую салфеточку с груди Чимина. — С Вами мне уже ничего не страшно, — ответил счастливый до чёртиков Чимин. Дело сделано, зуб больше не болел. — Я рад, — Юнги пустил короткий смешок, отодвинул и выключил лампу, затем опустил кресло, чтобы Пак мог с него слезть. Но Чимин не торопился этого делать, что было весьма странно для него, ведь ещё час назад он мечтал покинуть это место как можно скорее. — Мин Юнги, могу я… — начал было Чимин, но его прервали. — Можно по имени и на «ты», думаю, я несильно старше тебя. — Хорошо, м-м... — слегка засмущался Чимин. — Могу я пригласить тебя на чашечку кофе? — Зачем? — удивлённо спросил Мин, снова поднимая бровь. — Ну как? Поблагодарить за то, что вылечил меня. Юнги усмехнулся, и тут уже Чимин не понял, в чём дело. — Не стоит. Это моя работа. Ты не должен благодарить меня за неё, — ответил он, снимая перчатки и выкидывая их в мусорку. — Т-тогда за то, что помог мне побороть страх зубных врачей, — не сдавался Чимин. — Это ты себя благодари, сам же пересилил себя и сел на стул. — Ну хорошо. Тогда я хочу пригласить тебя в кафе, чтобы извиниться за своё поведение, — предпринял последнюю попытку Пак. — Да не такое уж оно было и ужасное, видали и похуже, — констатировал Мин, избавляясь и от маски. А Чимину вдруг так грустно стало. Он понимал, что больше не увидит стоматолога по крайней мере полгода, пока снова не запишется на осмотр, но этот врач помог ему если и не перебороть главный страх в его жизни, то хотя бы уменьшить его. Пак просто хотел ответить ему добротой на доброту, дать что-то взамен… Или не только это? — Хорошо, тогда… я пойду? — произнёс Пак, подходя к двери и намереваясь уйти, как вдруг низкий шепелявый голос настиг его снова. — Если так сильно хочешь меня видеть, — усмехнулся Мин, — то приходи сегодня в кафе, справа от поликлиники в восемь часов вечера. Иногда я захожу туда после смены перекусить. — Хорошо! — счастливо отозвался Чимин и вышел в коридор, где его уже ждал Хосок с наглой улыбкой на пол-лица. — Ну как он тебе? — Ты был прав, он и впрямь отличный врач! — А если не как врач? — протянул Хо, весело поигрывая бровями. — Что ты имеешь в виду? — не понимающе спросил у него Чимин. — Ай, ладно, я просто шучу! — ответил Чон, протягивая пальто друга. — Я уже рассчитался за тебя, так что пойдём, наконец, позавтракаем! Я мужественно сидел тут и ждал целый час, пока тебя вылечат. А Чимин так и не понял, чего хотел от него Хосок. *** Смеркалось. За окном было холодно, с небес сыпались белоснежные хлопья, поблескивая в свете уличных фонарей. В кафе, наоборот, царила приятная и уютная атмосфера. На деревянных столиках стояли свечки, которые добавляли уюта. Чимин слегка волновался, он ждал встречи с Юнги, но немного переживал, что тот не явится, потому что стрелка часов подходила к половине девятого, а мужчины всё ещё не было. Пак встречал каждого посетителя, входящего в кафе, но каждый раз лишь разочарованно опускал взгляд. Не он. Наконец, дверь вновь открылась и звон колокольчиков поприветствовал нового гостя. Пак в очередной раз поднял взгляд и увидел его: запыхавшегося, запорошённого снегом, но безумно красивого мужчину, которого он уже ни с кем не перепутает. С Мин Юнги, с его стоматологом и спасителем, с человеком, от которого так и веет добротой и надёжностью. Чимин залип, он не мог оторвать взгляда от чёрного пальто, почти белого из-за снега, от французского берета, добавлявшего утончённости его обладателю, от длинных ресниц с таявшими на них снежинками и пухлых розовых губ. Видеть Юнги не в рабочей одежде было изумительно, он был таким простым, но в то же время необычайно прекрасным. Сердце вновь пропустило удар… Юнги заметил Чимина и помахал ему, одарив самой очаровательной из своих улыбок. Он повесил пальто на вешалку, снял берет и подошёл к столику, за которым сидел его пациент, устроился напротив. Пак протянул ему меню, за что получил благодарный кивок. Они заказали по круассану и большой чайник чая с травами. — В общем, — Чимин прокашлялся и заговорил первым, — я, всё же, хотел поблагодарить тебя, что взялся за моё лечение, несмотря на загруженность. Я понимаю, что это твоя работа, но то, как ты её делаешь, поражает! Наверное, тебя любят дети, потому что ты не прочь понянчиться. Я имею в виду, если бы все стоматологи успокаивали своих пациентов, думаю, я бы не боялся их так сильно. — Мир вообще был бы лучше, если бы все работали по совести, — отметил Юнги, улыбнувшись. — Твоя правда. Они снова замолкли. Повисла неловкая пауза. Чимин стал помешивать ложкой чаинки в только что принесённой официантом кружке, пытаясь собраться с мыслями. Обычно он был более говорлив. Юнги заметил лёгкое волнение собеседника и решил сам воскресить диалог. — Это было моей мечтой. — А? — Чимин поднял взгляд, непонимающе уставившись на Юнги. — Стать хорошим стоматологом, лечить детей и взрослых, открыть свою клинику. Как видишь, — Мин вздохнул, — две из трёх частей мечты сбылись. — А что с оставшейся частью? — Чимину действительно стало интересно. — Не думаю, что она когда-нибудь сбудется, — грустно протянул Мин, вновь наполняя кружку. — Почему? — На это нужны деньги, но их собрать не проблема. Проблема в другом. Много ли людей пойдёт в неизвестную клинику? Не думаю. — Но у тебя же наверняка есть постоянные клиенты… — заметил Пак. — Есть, но их не хватит, чтобы окупить все затраты, — Мин сделал глоток из кружки. — Ладно, что-то я о грустном заговорил, прости, я не умею начинать диалог. — Нет, м-м... Всё нормально! — вдруг загорелся Пак. — Думаю, я могу помочь тебе с раскруткой! — Как? В костюм зуба переоденешься и будешь стрелку с указателем крутить? — усмехнулся Мин. — Да нет же! — с этими словами Чимин резко схватил Юнги за руку. — Я маркетолог по образованию! Скоро собираюсь открыть фирму по раскрутке компаний! Тоже, можно сказать, мечта, но не суть! Я сделаю тебе лучшую рекламу, и мы станем крутить её по радио, вывесим на билбордах! Тогда люди точно придут! — засиял Чимин, загоревшись этой идеей. — Это… было бы здорово, — протянул Юнги. — Но это будет стоить много денег, я не уверен, что смогу выплатить всю сумму сразу. — Всё нормально! Ты уже со мной рассчитался! — Когда это? — не понял Мин. — А вот тогда! — воскликнул Чимин и указал на свой уже здоровый зуб. Юнги усмехнулся. — Тогда уж деньги за лечение забери. — Нет, не принимается! — запротестовал Пак. — Тогда нечестно получается! Давай, говори, чем я могу отплатить тебе. — В таком случае... — Пак коварно усмехнулся, — что ты делаешь завтра? — Завтра ведь Рождество… — вспомнил Мин. — Да ничего, я обычно его не отмечаю. — Тогда проведем его вместе! А то мне не с кем! Все с семьями или с девушками. Отметим и мы в расчёте! — Тебе настолько одиноко? — хмыкнул Мин. — Или хочешь побыть со мной наедине? Пак тут же покраснел. — Наедине? Как парочка? И только в этот момент Юнги понял, что именно ляпнул. — Вообще-то я пошутил, но если и так… то я не против, — он поправил воротник водолазки, отведя взгляд в сторону, чтобы скрыть небольшой румянец. — Я пригласил тебя в кафе, потому что ты мне немного… симпатичен. Чимин смутился. Вообще-то он не думал о Юнги в таком ключе, но если вспомнить, как он на него реагировал весь день... Можно ли назвать это любовью с первого взгляда? — Я… думаю, у нас бы могло что-то получиться, но для начала нам стоит получше узнать друг друга, — наконец произнёс Пак с улыбкой. — Тогда... давай обменяемся номерами и ты скажешь, куда мне завтра подъехать. *** В конце концов, они и правда стали встречаться, найдя друг в друге то, что так давно искали. А Чимин понял, о чём именно говорил Хосок в тот день. Чон давно знал Пака, как знал и про его ориентацию, и про его вкусы. А ещё он давно хотел, чтобы двое его друзей пересеклись, если не на работе Юнги, так в общей компании, но удобный случай сам подвернулся под руку и план сработал на славу, правда об этом ему рассказали не сразу, а лишь тогда, когда Чимин с Юнги начали официально встречаться. Зато Чон на правах лучшего друга стал первым, кто узнал о новом бойфренде Пака и ещё долго не мог отойти от столь замечательной новости, крепко обнимая парней поочерёдно и нахваливая себя за то, что свёл их вместе. Родители Чимина отреагировали на новость о новом парне сына куда менее радужно, но в конце концов приняли её и смирились, поскольку любили своего единственного ребёнка больше жизни. А спустя ещё какое-то время отец и мать Пака стали постоянными клиентами будущего зятя, признав его исключительное мастерство. *** Спустя три года Пак, став одним из лучшим специалистов в стране, открыл собственную маркетинговую компанию, а также полностью переборол страх зубных врачей. Точнее, одного конкретного. Что же касается Юнги, он стоял на пороге создания зубной поликлиники. Вообще-то всё уже было готово к официальному открытию, осталось лишь придумать название и запустить рекламу. — Мини, ты же у меня очень креативный, помоги выбрать название, которое бы не отпугивало, а, наоборот, привлекало бы людей, — как-то попросил Юнги, перебирая мягкие пряди волос своего парня, лежащего у него на коленях. — Хм, как насчёт «Зубная фея»? — «Зубная фея»? — удивился Мин. — Ага, «Зубная фея». Я всегда боялся зубных врачей, поэтому когда был маленьким и мне надо было пойти к дантисту, мама говорила, если я положу выдернутый молочный зуб под подушку, то на утро меня будет ждать подарок. Хоть и немного, но это подбадривало. А ты очень хорошо лечишь, поэтому для меня ты как та самая зубная фея из детства, — Чимин мягко улыбнулся, Юнги сделал то же самое, а потом вдруг ойкнул. — Знаешь, мы ведь тоже можем дарить подарки детям за выдернутые зубы или пломбы. Думаю, тогда им тоже будет не так страшно посещать кабинет стоматолога. — А это мысль! — воскликнул Чимин. — Вот теперь ты и сам начинаешь мыслить, как хороший маркетолог! — Так с кем поведёшься, от того и наберёшься! — ответил Мин, наклоняясь и целуя своего любимого в лоб. — Ты станешь лучшим зубным врачом в городе! А может и стране, я уверен! — прошептал Чимин, беря Юнги за руку. — Разумеется! Я должен соответствовать своему парню! Пак на это лишь улыбнулся и мягко поцеловал тыльную сторону ладони такой родной и теплой руки. — Хён, а если бы я пошёл к другому стоматологу, это можно было бы считать изменой? — вдруг спросил Пак, хитро глянув на Юнги. — Разумеется, — серьёзно ответил тот. — Твои зубы — это только мои зубы и точка. И ты, ты тоже только мой! Чимин на это лишь весело засмеялся, а следом и сам Юнги, не сумев больше оставаться серьёзным. И всё-таки его парень — невероятный собственник, впрочем, как и он сам. Наверное, поэтому они и вместе.