Удержи меня над пропастью

╡Ҝ╞

Выбранная капитаном тактика оказалась верной и действенной. Всё-таки, он неплохо разбирался в людях, а в Джоне особенно. Его он странным образом начинал "чувствовать" и уже интуитивно понимал, как с ним надо обращаться, на какие точки давить, какие струны души задевать. Сообщение об уходе подействовало как удар, который был гораздо больнее физического. Глаза Джона сразу увлажнились испугом и страхом потери, наполнились мольбой. Он тут же осознал свою ошибку. И кинулся исправлять ситуацию. Суетливо разделся, отложил одежду в сторону - аккуратно свернув. Я разделся. - Я вижу. - Холодный тон и ледяной взгляд. Джон настойчиво показывал всем своим видом готовность принять условия игры. Это выразилось в послушании и покорности. Он принял свою роль. Келли пристально осмотрел Харта с головы до ног, сверлящим изучающим взглядом скользя по телу парня, слегка ухмыльнулся на наличие эрекции. Он ничего не сказал и Джону оставалось лишь гадать, остался ли капитан доволен увиденным. Это тоже было частью тактики. На самом деле, увиденное Брендану очень понравилось. Харт был немного ниже Келли ростом, обладал подтянутой фигурой, а его кожа казалась нежной на вид - на ней прекрасно будут смотреться следы, оставленные капитаном. То, что вид этих следов доставляет ему дополнительное удовольствие, Бренди уже понял. Ударь меня. Взгляд капитана дрогнул интересом, очень мимолётно - он отметил усердие, но не подал вида и не выказал никакого видимого одобрения его действиям. - Это так не работает. Я ударю тогда, когда сам этого захочу. Брендан огляделся по сторонам. Вокруг царила старательно созданная атмосфера романтики, которая совершенно не вязалась со сложившейся ситуацией. Со стороны это всё выглядело крайне странно и вообще дико. Капитан начинал понимать, что поторопился, сегодня не стоило переходить к активным действиям, надо было дождаться, когда Джон подготовит комнату. Но соблазн оказался велик, хоть он и ни за что не признался бы в этом даже самому себе. Свою оплошность и поспешность можно было прикрыть только одним способом - агрессией. Келли и на самом деле начинал ощущать, как злость овладевает им, как вновь сжимаются кулаки. Он ещё раз прошёлся пытливым взглядом по телу Джона, теперь снизу-вверх, и остановился на его глазах, впиваясь в их черноту своими льдинками. Не прерывая зрительного контакта, Брендан медленно расстегнул ремень на своих брюках. - На колени. Дождавшись, пока Джон выполнит указание, он выдернул ремень и резко ударил парня по спине. Получилось немного смазано, здесь следовало приноровиться. Он обмотал ремень одним оборотом вокруг своей руки, зажав пряжку в ладони, так хват стал удобней, поэтому следующий удар лёг уже гораздо ровней и отчётливей. А следующий продемонстрировал Харту тот уровень боли, с которым ему придётся иметь дело довольно часто. Бренди перевёл дыхание, которое слегка перехватило не от усилий, а от эмоций. - Нравится?

╡Ӿ╞

Я вижу. Джона прожгло холодом, но он не вздрогнул. И даже когда прозрачные, пропитанные равнодушием, глаза прошлись по всему телу - парень вынес это испытание. Щёки облились румянцем, когда Келли остановился на зоне паха и нагло ухмыльнулся, инспектор никак не мог этого скрыть и ему было стыдно. Ничего, абсолютно ничего не служило подсказкой эмоций Бренди. Харт разочарованно выдохнул, мысленно прося его сказать хотя бы что-то, потому что угадывать его мысли становилось невыносимо тяжело. И даже готовность принять указание на него никак не повлияла. Инспектор опустил голову и кивнул, соглашаясь с ним, таким жестом извиняясь, что позволил себе лишнего. Чем дольше он стоял перед ним раздетым, тем больше ощущал неловкость. Келли вернулся к пытке взглядом, а когда остановился на его глазах, то как будто… забрал их цвет. Джон уже не верил, что они могут быть карие, ощущал их серыми, как и самого себя. Не мог высказать эмоций, но внутри их было слишком много, они причиняли боль от невысказанности. Капитан взглядом приструнил его и надавил, приказывая встать на колени. Ему и говорить не нужно было, поскольку давление призрачных глаз было настолько велико, что Джон и сам бы рухнул на колени спустя время. Зрачки Джона испуганно дёрнулись на расстёгнутый ремень и первое, о чём он подумал, был неудавшийся минет. Бренди хотел именно этого в тот вечер, но не получилось. Видимо, сейчас они это исправят. И Харт мысленно настроился, ему было легче, когда он знал, чего ожидать. Инспектор согнул одно колено и мягко опустился, подтягивая под себя потом второе и замирая в такой стойке. А руки... Что делать с руками? Он ощущал их свободными и болтающимися, но не знал, куда их деть и можно ли вообще. Только он опустился на колени, быстро произошла вспышка боли, сразу не было понимания, от куда! Джон несдержанно ахнул от неожиданности и дёрнулся вперёд, уклоняясь. Потому он больше испугался, чем получил боль. Дыхание сразу перешло в поспешное и глубокое. И только сейчас он понял, что ремень был намёком на порку. Паника охватила его сознание, потому что теперь дошло, что он абсолютно не знает, чего от него ожидать! В голову прихлынули болезненные воспоминания. Ремень Йорка, который мальчик ненавидел. Стоило ослушаться и жестокие удары приходились не только по спине, однажды он ударил его по интимной зоне. Отчим использовал этот ремень даже при отце, как показатель воспитания. И Джон старался быть послушным, это работало. Но избегать боли всё равно не получалось. Долгое время Харт не мог смотреть на мужские ремни безэмоционально, со временем это прошло, но подобный аксессуар он никогда не использовал и не хранил в доме. Из опасных предметов у него был только ассортимент инспектора, но он даже не рассматривал эти предметы для удовлетворений, потому что они не рассчитаны на удовольствие. Парень взял усилие над собой, чтобы выровняться. И тогда Бренди продолжил, нанося следующий удар уже старательнее. Джон дрогнул, но уже не выдавал писка. А потом ещё один, от которого закружилась голова и глаза пришлось прикрыть. Зубы с такой силой сжались к друг другу, что в челюсть отдавала боль. Бренди остановился, но явно не для того, чтобы дать отдых Харту. Ответ на вопрос был очевидным. Ложь во благо. Джон сглотнул, омывая слюной пересохшее горло и не глядя на него, ответил. - Нрав-ится. - Последняя часть слова проглотилась и прозвучала неуверенно. Джон полностью потерялся в незнании. Может ли он что-то изменить? Как сделать так, чтобы Капитану понравилось? Он думал об этом, перебирая в голове варианты, но так ничего и не сделал. Хотя, может быть, веди он себя открытее, покажи наслаждение процессом... может, это и изменило бы подходы Келли. Притвориться он тоже так и не смог.

╡Ҝ╞

При всей дикости и извращённости, для капитана было очень важно, чтобы процесс нравился обоим. Он увидел в Харте того, кто подходит на эту роль. Исходя из его прошлого, складывалось впечатление, что Джона вполне устроит положение жертвы и он будет способен принимать такую форму отношений. Бренди не осознавал ещё психологической подоплёки такой потребности для себя - почему он искал именно подходящую жертву, которая добровольно согласится на такие правила. Он не мог причинить боль кому-то против его воли, кому-то, для кого эта боль будет невыносимой и неприемлемой. Потому что с ним поступали так. А он не хотел быть таким же. Но и не мог не быть. Джону должна нравиться боль, он должен принимать её. Принимать не только боль, но и всё остальное, что ему придётся терпеть от капитана. Поэтому реакция сейчас была крайне важна. Келли знал, что очень нравится Харту. Но был уверен, что просто ради симпатии человек не пойдёт против своей воли и не позволит такого отношения к себе. Поэтому, раз Джон принимал, значит ему действительно нравилось. Значит, он именно тот, кто нужен капитану. Значит, Бренди всё делает правильно. Первый удар оказался для Джона неожиданным, именно на это отнёс капитан его реакцию в процессе. Но по тому, как он быстро собрался и выпрямился, подставляясь под следующие удары, как он вынес их без единого звука, впечатлило. Капитану хотелось даже похвалить его. Но он помнил о строгой тактике и не собирался её нарушать. Было важно сразу выстроить отношения таким образом, чтобы в дальнейшем не возникло сложности с недопониманием. Джон сразу должен понять, что на это время он лишь объект и никаких поощрений не будет. Напротив, сегодня он планировал полностью уничтожить его морально. - Как-то неубедительно звучит твой ответ, ты видимо не распробовал. На четвереньки. - Пока Джон опускался в требуемую позу, Келли зашёл сзади. Сейчас Харт мог подумать, что капитан подбирается к его заднице. Да. Но не в том смысле. Очередные хлёсткие удары ремня обрушились на его ягодицы. Келли не жалел его и сразу начал вкладываться в полную силу. У Джона было стоп-слово и он мог им воспользоваться, а пока этого не произошло, Брендан не собирался ограничивать себя. Процесс избиения очень возбудил его. Дополнительно возбуждающе действовало то, что он видел. Голое тело у его ног. Следы побоев на нежной коже. Очень захотелось овладеть им немедленно. Но, капитану казалось, что урок ещё не достаточно усвоен, роль не до конца выучена. Он подошёл спереди и накинул ремень Джону на шею, пропустив его конец через пряжку и туго затянув. - Ты мой пёс. И будешь исполнять команды. - Выпустил ремень и, оставив Харта в таком положении, отошёл к дивану, сел. Пристально посмотрел в глаза инспектора. - Ко мне!

╡Ӿ╞

Вытерпев все удары, Джон продолжал верить в то, что сейчас Капитан похвалит, выразит своё удовлетворение. А оказалось, что инспектор вытерпел далеко не всё, да и ответ Келли не устроил... Получается, что пройденное не имело никакого смысла. Харт поджал губы и начал давить себя внутренним недовольством. Почему... Почему он такой слабый и не может подыграть. Почему не может расслабиться и попробовать получить удовольствие. Инспектор внушил себе, что Бренди не нравится и что он просто к нему снисходителен и терпелив. Ведь у парня уже наверняка было много пассий и большинство совершенно точно могли удовлетворить на что процентов. А Джон не мог и чувствовал себя поэтому неполноценным. Но очень хотел. Келли дал ему ещё шанс и инспектор беспрекословно опустился на четвереньки. Удобно упёрся ладонями в пол на ширине плеч и чуть развёл колени, в попытке сделать картинку привлекательной для Капитана. Бренди оказался сзади, и Джон горячо выдохнул, обманываясь однозначными мыслями. Что бы он с ним не делал, конечным итогом должен был стать секс. И по правде говоря, Харт больше всего ждал именно этого. Удар по ягодицам оказался предательским, всё продолжалось. Спина сама по себе выгнулась наверх, а пальцы сильнее вцепились в пол на первых ударах. Ремень обдавал кожу жёстко и хлёстко. Инспектор очень боялся разочаровать и только поэтому взял усилие воли над собой: он выровнял спину и вернул красивую выдержанную стойку. Капитан не сдерживался и в какой-то момент Джон ощутил приятное покалывание от того, что Бренди делает это именно с ним. На последних ударах голова упала вниз и из него выбился протяжной стон. Как раз тогда, когда Бренди уже прекратил, так что это было хорошо слышно и парню стало снова стыдно. Парень навис над ним сверху, а Харт поднял голову вверх, отчаянно искал там чувства. И после пережитого больше всего ему хотелось забыть в поцелуе благодарности. Грубый ремень теперь обтягивал шею, слишком туго. Джон испуганно задышал, думая, что сейчас его будут душить. А оказалось хуже… Слова обожгли восприятие, вскипятили разум. Инспектор не мог поверить услышанному. И непонимание отобразилось сразу же в глазах. Нет, всё было просто, но он не понимал, что эти действия значат для Бренди… Тот в свою очередь отпустил пряжку и сел на диван. Комнату разразила первая команда. Парень застыл на месте, продолжая стоять на четвереньках. Он смотрел на него взглядом, которым смотрят собаки на предательство. Не понимал... Дыхание сбилось и грудь взволнованно вздрогнула. Пауза получилась затяжной. В конце концов, он это проглотил. Даже не понял, какая реакция произошла внутри прежде, чем он ещё больше надломился. Парень опустил голову и сдвинулся вперёд. Неуверенно переставил руку вперёд, потом ногу. Неловкими движениями добрался до дивана. Ремень тянулся по полу как цепь, а материал сдавливал шею подобно ярму. Так бы не поступил тот, кто любит... Джон был человеком, а по факту ощущал себя даже хуже безвольной собаки. Когда он дополз к дивану, то остановился у колен хозяина, сел на собственные ноги и всё так же посмотрел ему в глаза, растерянно. Теперь добавились преданность и осуждение. Он сделает, всё сделает, но что это даст Бренди? Бренди, что тебе это даст? - Собаки - преданные. - Сказал он ему потухшим и низким голосом. - Но только тогда, когда получают от хозяина взамен что-то. Когда чувствую любовь и ответную привязанность. Даже у собак есть эти чувства. А есть ли они у тебя?- Джону было очень больно быть сейчас в такой роли, и хоть он и выполнил команду, не смог смолчать. Чёрные зрачки прокалывали самую душу Бренди, вынимая оттуда хоть что-то. Харт решился на манипуляцию, пытался добыть из Капитана искренние эмоции, выводил на попытку признания и слов.

╡Ҝ╞

Капитал отчётливо считывал с лица Харта муки моральной борьбы. Но целью Келли было именно - моральное уничтожение. Если не сделать этого сразу, не получится выстроить правильный вектор. И опять же, капитан ещё не получил стопроцентного подтверждения готовности Джона. Он зачем-то сопротивлялся. А Брендан не понимал почему, ведь здесь всё просто - ты либо соглашаешься, либо нет. А уж если соглашаешься, то какого хера взбрыкивать. Такая нехитрая философия была у капитана. Джону стоило огромных усилий преодолеть себя и выполнить команду. Но он это сделал. Сделал всё правильно. Но всё испортил, открыв рот. А ведь взгляд уже стал таким преданным и покорным, зачем усложнять... Капитал посмотрел на него тяжёлым взглядом. - Знаешь, чем хороши собаки, Джонни? Кроме их преданности, конечно. Они НЕ РАЗГОВАРИВАЮТ. Но при этом прекрасно ПОНИМАЮТ, что от них хочет хозяин. - Брендан подцепил край импровизированного поводка и потянул, затягивая петлю. - Ты очень плохая собака. Глупая. Даже не знаю, что с тобой делать... - Он натянул ремень таким образом, что их лица оказались на одном уровне. А потом резко оттолкнул, отчего парень опрокинулся назад на спину, ударяясь о пол свежими следами от порки. Келли быстро встал и оказался над ним, не позволяя встать, давя своим нависающим присутствием. - А ещё собаки метят свою территорию. - Капитан расстегнул штаны и вытащил член. Прежде чем Харт успел сообразить и что-либо предпринять, в него ударила струя мочи. После Келли спокойно застегнулся и сказал - Теперь ты мой. Что тебе ещё не понятно? Почему так сложно, просто делать то, что говорят. Молча! Келли отступил назад и снова сел на диван. - Давай так. Последний шанс. Ты сейчас молча вытрешься, футболкой вон - махнул в сторону одежды Харта - а потом подойдёшь и докажешь, что тебе это всё действительно нравится, чтобы у меня больше не возникало сомнений. Ремень сними, пёс из тебя всё равно не вышел. Сохрани его, это мой подарок тебе. Капитана переполняли эмоции, но он не мог показывать их открыто. Он должен был держать образ, который сам себе нарисовал в голове. От Джона он ждал того же - чтобы он идеально соответствовал той картинке, которую капитан так же нарисовал в своём воображении, но пока не мог увидеть этого здесь и сейчас. Поэтому его не покидали сомнения. А с сомнениями он не мог продолжать. Только от Харта зависело, сумеет ли он доказать свою готовность и желание делать так, как хочет Келли, а он хотел немного - чтобы всё было просто и понятно. Быть уверенным, что всем всё нравится, что каждый осознаёт и с удовольствием исполняет свою роль. Всё очень просто - капитан приказывает, Джон молча исполняет, не спорит и не пытается влиять и выруливать. Либо они просто расходятся. Расходиться не хотелось. Потому что капитану очень нравилось. И процесс его сильно заводил. Он очень надеялся, что Джон, наконец, смирится. Захочет доказать свою готовность и преданность делу. Капитан сейчас не отказался бы от минета в качестве скрепления их договора.

╡Ӿ╞

Глаза Келли были уникальной чертой, привлекательной и страшной одновременно. Таким взглядом много чего можно было добиться. Но Харт полюбил его не за глаза. В начале знакомства инспектор осторожно наблюдал за парнем, в голову даже мысль не приходила, что в нём может скрываться много гнева. У Джона всегда были опасения попасть под горячую руку, потому что вид у Бренди был внушительным. А теперь вдруг он стал основной мишенью агрессии, которой так боялся. Рядом с Капитаном парень уже и так ощущал себя очень закомплексованным, сплошной ошибкой природы, которую надо только пользовать... А сейчас всё только больше усугублялось, его отношением. Келли не проигнорировал, ответил. А слова вырезались на подкорке, оставляя шрамы глубоко внутри. Поводок затянулся туже, но физическое удушение никогда не сравнится с моральным унижением от любимого человека. Джону пришлось подтянуться, заглядывая в большие нарастающие глаза своим маленьким и потухшим взглядом. А потом больно упасть в пропасть, глухо удариться о пол. Простонать от боли, снова физической. Порка ремнём прекратились, но Бренди продолжал вербальную. Попытки задышать свободным воздухом ничего не дали, потому что Харт уже никогда не будет свободным. Всё, что ему удалось, это перевернуться на бок, чтобы не так пекли оставшиеся следы. Капитан уже был рядом, он сопровождал каждое его падение, чтобы непременно задавить и не дать подняться. Джон готов был стерпеть и это, но потом Капитан вдруг снова озвучил факт о собаках и зачем-то решил собакой стать. Харт ощутил на себе горячую струю, которая попадала на плечи, стекала на живот, инстинктивно прикрыл руками лицо и упал окончательно. Он упал ментально. Бренди его пометил и присвоил, как будто ещё сомневаясь в своих правах над Джоном... Отошёл к дивану. Озвучил своё последнее условие. Очередную манипуляцию. Инспектор всё слышал. Но так и продолжал лежать. Не плакал. И уже, кажется, ничего не чувствовал. Прошла целая вечность для него, пару секунд для Келли - и Харт медленно поднялся. Дотянулся к своей аккуратно сложенной одежде, зацепил пальцами футболку и убрал влагу, но не запах. Вещь оказалась небрежно откинута на пол, а парень начал распутывать ремень с шеи, так же роняя его вниз. Возбуждения уже не было. Они не собаки, а люди. И Джон не мог перестать осязать, как человек. Его не покинул разум, и он понимал, что именно ему нужно сейчас сделать, чтобы Капитан "поверил". Но защитный механизм так и не хотел включаться. Он был сломан, Харт тоже был сломан. - Я и был твоим. - Выронил слабым голосом, не сдвигаясь с места. - Сегодня - уходи. Я буду ждать тебя в следующий раз, когда тебе будет нужно. Договор в силе. Но не сегодня. - Это всё, на что ему хватило сил. Остальные уходили на то, чтобы стоять. Безэмоционально и отрешённо. Он нарочно не стал использовать стоп-слово, потому что не считал это игрой, и Бренди должен понять это. Джон непременно упадёт без сил. Выпустит всю боль и слёзы. И пробудет так долгое время. Так и не сможет собрать себя снова. Но это всё будет потом. Когда Келли уйдёт.

╡Ҝ╞

Несмотря на то, что Бренди нравилось издеваться над Джоном, он конечно же понимал, насколько это всё неправильно. Уже совершив мерзкое действие, капитан осознал последствия. Понял, что перегнул... Это было явно лишним, но он вошёл в раж в моменте и не соображал. Сейчас ситуацию можно было поправить. Не полностью, конечно, но вполне возможным было хотя бы сгладить. Если бы Келли снизошёл до извинения. До простого человеческого отношения. Но он не сделал этого, оставаясь в избранном образе до конца. На Джона было больно смотреть. Капитан уничтожил его, полностью растоптал. Возможно - непоправимо. Брендан сидел на диване, стиснув зубы, и наблюдал за действиями инспектора. Харт двигался механически. Его взгляд потух окончательно, в нём даже злости не осталось. И не осталось никакого сопротивления. Капитан добился своего. Но какой ценой для Джона... Возбуждение сошло на нет, сейчас Келли уже ничего не хотелось. Он был противен сам себе. И он был готов к тому, что Харт пошлёт его. Даже надеялся на это. Иначе пришлось бы принимать факт, что он нанёс непоправимый урон человеку - если бы Джон продолжил выполнять его приказы сейчас, это значило бы только одно - урон нанесён непоправимый. Джон смог встать. Я и был твоим. - Сердце Бренди болезненно сжалось от того, каким голосом это было произнесено. И он смог морально подняться, чтобы попросить капитана уйти. Келли вздохнул, скорее облегчённо, значит, психика Харта в порядке, он адекватно оценивает ситуацию. А когда капитан услышал всю фразу до конца, то совсем успокоился. Джон прогонял его, но только сегодня. А потом, он хотел продолжить. Брендан посмотрел на него уже без уничтожающего выражения в глазах. Встал и подошёл вплотную. Поднял лицо Джона за подбородок. - Договор в силе. Я приду. - Это должно было восприниматься как поощрение, как показатель того, что Джон всё сделал правильно, прошёл испытание и дальше они смогут продолжить общение в установленных рамках.