Удержи меня над пропастью

╡Ҝ╞

Прошла неделя. Келли всё время думал о произошедшем. Снова боялся последствий, огласки и всего остального. Он чувствовал себя загнанным в угол, потому что ситуация так и осталась в подвешенном состоянии. Они с Джоном договорились о следующей встрече, но это ощущалось как-то слишком шатко и неоднозначно. Харт не появлялся в клубе с той встречи. За это время он вполне мог одуматься, осознать и передумать. Джон мог, в конце концов, быть очень злым на капитана и снова начать сопротивляться. А Келли не хотел встречаться при таком раскладе, он не хотел проходить всё это снова, больше он так не сможет… На счастье капитана, хотя бы в команде всё было гладко, иначе он бы просто слетел с катушек от всех этих мыслей… В пятницу тренировки заканчивались раньше, к пяти вечера Келли уже освободился и поехал домой. Сегодня его весь день преследовали мысли о Джоне. Не было повода для необходимости, которую он обозначил для себя как обязательное условие для встреч – сброс агрессии, разрядка. Но, несмотря на то, что сейчас всё было ровно и спокойно в команде и в жизни, Бренди очень хотел. И он уже не мог противиться этому желанию. В своих фантазиях он много чего представлял и заходил в них довольно далеко, опасно далеко. Он очень боялся этих желаний. Сомнения с новой силой накатывали и заставляли запрещать себе думать в этом направлении. Сомнения разного рода – в себе, в Джоне, и в ситуации в целом. Прошлая их встреча закончилась ужасно, поэтому не было уверенности, что в очередной раз всё станет лучше. Но ведь и не узнаешь, пока не попробуешь… Брендан находился дома всего полчаса, а уже не находил себе места. Наконец, он сдался, написал Джону сообщение: «Сегодня в 9?» и зажал телефон в руке в ожидании ответа. Он не сводил взгляда с экрана, а когда у сообщения появилось две галочки, обозначающие, что прочитано, сердце учащённо забилось. Капитан очень ждал ответ и очень боялся его. Он и сам не знал, какому ответу будет больше рад. Непроизвольно закрыл глаза, плотно сжимая веки, в этот момент звуковой сигнал оповестил об ответе. Келли долго не мог заставить себя посмотреть. Наконец, открыл глаза и увидел всего одно слово: «Да». Он уставился на экран, снова и снова перечитывая, и не веря, что всё-таки «да», Джон его готов принять. Теперь его охватило нетерпеливое предвкушение. До назначенного времени ещё оставалось пара часов, и он не представлял, чем занять себя. Он не мог ни есть, ни смотреть телевизор, его всё ужасно раздражало. Пожалуй, такими темпами к моменту встречи он доведёт себя до совершенно взвинченного состояния и ему определённо потребуется мощная разрядка. Келли решил ещё раз принять душ, он уже делал это после тренировки, но сейчас ему просто необходимо было остыть. Парень простоял под хлещущими струями минут двадцать прежде, чем ему удалось немного успокоиться. Таким образом и время заметно сократилось, если не очень спешно собраться, то можно уже выезжать. Неспешно не получилось, Брендан собрался очень быстро. Но решил поехать и лучше подождать на месте. По дороге он был поглощён своими мыслями о предстоящей встрече и не сосредоточен, поэтому очень удивился, когда в него влетела машина на перекрёстке. Келли не нарушил правила, но был не собран, в нормальном состоянии его реакции хватило бы, чтобы избежать аварии. Сам капитан не пострадал, даже не ударился, но машина оказалась прилично побитой и пришлось вызывать копов, оформлять протокол. Процесс оказался долгим и муторным, а Брендан был уже настолько взвинчен, что готов был порвать медлительного инспектора, который слишком долго оформлял бумаги. В итоге, к дому Харта он приехал на двадцать минут позже. А Келли ненавидел опаздывать, поэтому, когда он позвонил в дверь, его состояние достигло крайней точки кипения.

╡Ӿ╞

Прошла неделя. Джону стоило больших усилий выйти из того осадка, который присутствовал сразу. В гостиной так и осталась аура заточения и боли. Выходные должны были пройти активно, в компании привычных друзей, уже в воскресенье была очередная встреча фанатского клуба - но этого всего не было для Харта. Он ощущал себя слишком уязвимо и не мог с кем-либо общаться. А уже в понедельник пришлось возвращаться на работу. И чтобы ничего никто не заметил, парень взял себе двойную выездную нагрузку, меньше бывал в участке. Над ним подшучивали из разряда "в жопе электровеник застрял", но так хотя бы было оправдание его уставшему и отрешённому виду. Коллеги были ещё теми тусовщиками и на неделе весьма назойливо приставали с расспросами, чего это завсегдатай Харт вдруг отморозился от них. Джон раздражительно ссылался на простуду и угрожал всех заразить к чёртовой матери, если от него наконец не отстанут. Сработало. Раздражительность в таком ключе была совсем не свойственна инспектору, он умел контролировать свои эмоции и понимал, что срываться на тех, кто невиновен - плохо. Но в данном случае это было лучшей защитой. Первые дни на работу приходилось приезжать сразу в форме, чтобы не светить спиной в раздевалке. Полицаи, те ещё сплетники... Всё это время Джона не отпускали мысли о Келли. Ему сводило всё внутри, когда он думал о следующей встрече. Будет ли она вообще... Парень тревожился, что Капитану не подходит такой вариант и он из вежливости не отказал прямо. Но вежливость была не про него… Чем больше проходило дней, тем волнительнее было об этом думать. Харт уже давно преобразовал свой дом: в гостиной теперь было много пространства, фанатского стенда как будто никогда и не было, а стены непривычно были голыми, без фотографий, и даже без освещающих гирлянд. Обычная, ничем не отличающаяся комната от миллион таких же в Америке… Ремень был спрятан в прикроватную тумбочку, ведь это подарок Бренди... Наличие такого аксессуара в доме уже само по себе нагнетало и напоминало о том, что перевернуть страницу не получилось. Джон часто впадал в тревожное и мнимое состояние, всё больше накручивая себя. Не замечал, как невольно начинает жевать губы или грызть ногти. Не мог это контролировать. - Ну Джоон, ну даваай. Скоро пылью покроешься. Сегодня же пятница-развратница! Зададим жару в Перламутре! Инспектор со всем усердием заполнял рапорты в компьютере. Бренди так и не дал о себе знать. Забыл. Ему плевать… Джон устал быть в напряжении, вечном ожидании, когда вдруг он понадобится... - Ладно, я иду. - Снисходительно ответил. Ему подумалось, что пора уже выбираться в жизнь. Он не будет пить и не будет ни с кем открыто общаться, но хотя бы побыть не дома… Побыть на свободе. Ужасная серость, которая вдруг вошла в его жизнь, надрывала, не позволяла вернуться к прежнему себе. Уведомление на телефоне. Джон предварительно посмотрел, не открывая - и сердце гулко забилось... Бренди. В 9. Сегодня! В это не верилось. Джон абсолютно не понимал переполняющих чувств, он вдруг ощутил себя живым. Но это не были эмоции радости, скорее взволнованности и сковывающего страха. И всё же, он не забыл…Харт растревожился, что не открыл сообщение сразу. Ему казалось, что Келли наблюдает за ним и ему не понравится несвоевременная реакция. Поспешно открыл… Как надо ответить? "Хорошо", "согласен", "жду"? В конечном итоге Джон ответил лаконичное "Да". Капитан даже не написал "привет", как будто и не пропадал, а всё это время был рядом. - Я не иду. - Кинул коллеге, сидящему рядом. И пока тот опешенно смотрел на Джона, формулируя свои возмущения, парень быстро закончил работу и свалил раньше. Он и так там задержался, лишь бы не идти домой. А сейчас наоборот, очень торопился. Ему казалось, что до прихода Бренди нужно очень многое успеть. Оказавшись дома, Харт первым делом ещё раз осмотрел гостиную, подмечая, что ничего лишнего в ней нет. Потом поспешил в душ. В голове всплывали неприятные воспоминания с последней встречи, в горле нарастал ком молчания. Вспоминалась роль. Джон замер у шкафа, тщательно подбирая вещи, которые не подготовил заранее. Белая, почти просвечивающаяся, и облегающая футболка. Спортивные и такие же облегающие чёрные штаны. Больше на нём ничего не было, ни носков, ни нижнего белья. Он отдавал себе отчёт, что это не понадобится. Был готов. Как на зло, времени ещё оставалось много, целых сорок минут. Джон так и не смог покушать, вообще не ощущал этой потребности. Расположился на диване и не знал, что ему делать. Мысли раскручивались с силой урагана и ни одна из них не была утешающей. Теперь он знал, чего ожидать и не обманывался красивыми иллюзиями. Харт переживал слишком изматывающие эмоции и его начинало клонить в сон. Включил телевизор и силой заставлял смотреть себя на мельтешащую картинку, вообще не думая о содержании. Он не мог позволить себе уснуть, потому что тогда бы был несобранным и несвежим. Короткий сон только больше разморит. С горем пополам, удалось дождаться назначенного времени. Джон подошёл к входной двери и стоял уже там, чтобы сразу же открыть дверь при звонке. А звонка всё не было. Время перешло границу девяти уже на шесть минут… Харт всё понял. Келли нарочно поиздевался над ним. Хотел показать свою власть? Удалось. Если он опаздывает, а Джон ещё надеялся именно на такой вариант, то значит показывает своё наплевательское отношение. Конечно, парень пытался думать и о том, что он мог задержаться не специально, но из характера поведения Капитана, делался очевидный вывод - это подстава. Джон вернулся в гостиную и упал на диван. В теле возросло напряжение, он сам того не желая, но ожидал этой встречи, ожидал близости. А теперь остался неудовлетворённым и кинутым. Злости у него не было, жалости к себе тоже. Эти чувства заметно притупились, было просто принятие. Ладони были сложены в районе паха, пульсация не давала покоя. И Харт сам решил эту проблему, быстро доведя себя до разрядки. Маленьким полотенцем вытер сперму. А расслабление мышц и отсутствие напряжение теперь окончательно захватили в плен усталости, и он сомкнул глаза, засыпая. Звонок в дверь. Джон провалился в сон очень легко и сладко, прошло всего десять минут он ещё был на периферии реальности, потому услышал отдалённый сторонник звук. Стоп, что? Звонок в дверь?! Инспектор испуганно открыл глаза и понял, что ему не показалось. Неужели это Келли?! Джон поспешно подпрыгнул с дивана и заметушился. Схватил испачканное полотенце и кинул его по пути в кладовку. Открыл дверь с заметной задержкой, взлохмоченный и помятый. Там стоял Бренди... Напряжение вернулось, мышцы взяло в тиски. Парень замер, смотря на него, как впервые. Ничего не позволил себе сказать, не об опоздании, ни просто даже здороваясь. Отошёл в сторону и пропустил его внутрь. Закрыл дверь и повернулся. Сердце пробивало грудную клетку. Джон молчал, он вынес урок с прошлого раза, надеялся, что если вести себя хорошо, то будет только секс. А ещё ему было очень стыдно, что он его не дождался и уже получил свою порцию разрядки. Сейчас у него не было ничего, что приятно мотивировало бы. Был только страх и подавленность. И совсем не замечая, Харт начал активно жевать нижнюю губу, отщипывая частички кожи, прямо на глазах у Бренди.

╡Ҝ╞

Джон отреагировал на звонок не сразу и это ещё больше злило. Капитан молча прошёл внутрь, как только дверь открылась. За своим раздражением от дорожной ситуации он не заметил странного вида Харта. А сейчас, когда они стояли в прихожей, он всё же обратил на него внимание. Вид у Джона был совсем никакой, как будто его разбудили среди ночи. Келли привык видеть Харта всегда собранным, бодрым и позитивным. А сейчас его вид источал одновременно страх и какое-то отрешённое смирение, как будто он очень боялся, но ему было совершенно всё равно. Бренди добивался именно такого результата своими действиями в прошлую их встречу, и – достиг успеха. Но он пока не прочувствовал, как ему такое изменение. Келли мысленно отметил одежду, Джон прислушался к его пожеланиям, а это тоже было хорошим знаком. Капитан оглядел парня и остановил взгляд на его лице. - Что ты делаешь, прекрати, это ужасно... - Шлёпнул его пальцами по губам, заставляя перестать кусать их. Он и сам не знал, зачем так сделал, но почему-то было неприятно смотреть на это. Капитан прошёл дальше в дом, в гостиную, на месте огляделся по сторонам, подмечая, как изменился вид комнаты, Джон убрал весь декор и теперь она выглядела совершенно обезличено, но это было именно то, что нужно. И самое главное, никаких свечей и прочей романтической чуши. Джон чётко исполнил все пожелания и его даже не за что было наказывать... В целом, Брендан не знал, как ему себя вести. Он очень ждал этой встречи и рисовал себе всякие фантазии, но в жизни всё было не так просто и складно. Он сел на диван. Похоже, это место он избрал для себя уже окончательно. - Меня задержали, попал в мелкую аварию, но пришлось оформляться. Приехал такой медлительный инспектор... - В голосе капитана слышалось раздражение и накопленная злость. Он снова посмотрел на Харта и вдруг в его глазах промелькнула неожиданно возникшая идея. - У тебя же есть полицейская форма, вернее, вот это снаряжение, или как оно называется, пояс со всякими этими штуками... Можешь показать мне? Джон принёс требуемое и протянул капитану. Бренди разложил на диване пояс, с удовлетворением оглядел арсенал, проходясь скользящим движением пальцев вдоль всей длины. - Ммм, ты не представляешь, Джонни, что мне хотелось сделать с этим инспектором, пока я ждал, когда он оформит чёртовы бумаги… - Келли перевёл взгляд на Харта, который послушно стоял рядом. – Хочешь, расскажу тебе? –В голосе появились издевательские нотки. Вытащил наручники, они приятно лязгнули, капитан уставился на Джона таким же металлическим взглядом – Повернись ко мне спиной и заведи руки назад. – Дождался, когда инспектор выполнит сказанное и, защёлкивая наручники на его руках, продолжил – Я представил, что он оказался полностью в моей власти. Я сковал его руки наручниками и – после того, как наручники закрылись, Келли встал и с силой надавил на плечи Джона, вынуждая его опуститься на колени - поставил на колени. - Взял из арсенала следующий предмет. Обошёл и встал перед ним, заведя руки за спину, Джону не было видно, что он держит. –Ты же помнишь, как потушить пожар? – Напоминание о стоп-слове. - Закрой глаза. – Келли хотел, чтобы Джон не знал, что его ожидает – до нужного момента. Присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне. Пока у Джона были закрыты глаза, Бренди мог спокойно рассматривать его, а сейчас с очень близкого расстояния. Он даже видел, как на его шее дергается венка. Видел искусанные губы. Подрагивающие веки. Густые длинные ресницы. А сейчас он увидит, как его глаза распахнутся, потому что в левое предплечье ударил разряд шокера, выставленный на почти максимальное значение.

╡Ӿ╞

В этот раз Джон даже не ожидал услышать что-то вежливое. Он уже перестал ждать его вечером, а потому сейчас был крайне растерянным, но старался держать себя в образе. Из этих стараний, за которыми парень пытался спрятать, выдернуло грубое замечание. Капитан осёк его и неприятно прошёлся по губам, а Харт ахнул и приоткрыл рот, только потом понимая, за что… Поджал губы, теперь думая о том, чтобы не сделать так снова. Ему стало очень стыдно, и он потерял окончательную уверенность в своей привлекательности. Бренди зашёл дальше, больше ничего не сказав. Колючий холодок прошёлся по спине Джона, пока Капитан осматривал гостиную. Инспектор боялся, что будет что-то не так. И он снова вернулся в прошлое: когда Йорк проверял идеальность уборки в доме и в случае чего наказывал своими любимыми методами. Мальчик старался делать всё добросовестно, но отчим всё равно всегда находил изъян. Вот и сейчас… Келли занял место на диване, на котором совсем недавно был Харт. Образ этой позиции уже был дискомфортным для парня, на этом месте у Капитана рождались фантазии… Он обмолвился об аварии, в глаза Джона сразу пронеслась тревога, а потом… Потом он вспомнил Йорка… И не поверил Бренди. История была удобной, ведь в ней виновным выступал инспектор. Джон тоже был инспектором, и он тоже не любил, когда со своей работой плохо справляются. При другом случае он бы согласился к Келли, а сейчас просто слушал и смотрел неверящим взглядом. Не перечил его рассказу, не упрекал, но и не принимал раздражение Капитана на свой счёт. Тот внезапно попросил принести тактический ремень полиции, даже в участке его никто не называл по термину, так что Харт не стал поправлять парня в формулировке, а со спокойным видом принёс и отдал Бренди. Сам стал в стороне, не особо понимая, чем вызван такой интерес. Капитан начал подкрадываться к сути, оголять свои желания и тайные мысли, а Джон ощущал себя в них посторонним… Его не возбуждали намерения Бренди, как он не старался. И он уже точно не верил, что Келли задержался именно по этой причине. Только когда Капитан озвучил приказ, только тогда к инспектору подступил привычный страх, более остро. Что он хотел сделать с тем инспектором... Парень без вариантов повернулся к нему спиной и завёл руки назад. А когда услышал замыкающиеся наручники, понял, что попал в долговечную ловушку. Тяжело опустил ресницы и закрыл глаза, пока был повёрнут к нему спиной. Таким уязвимым местом. Бренди поднялся, а Джону пришлось опустить под давлением на плечи. Он не успел подставить одно колено для удобства и рухнул сразу на два. Открыл глаза, чтобы предугадать его действия, приготовиться и выстоять. В висках началась тревожная пульсация, потому он ничего не видел в его руках и не понимал. Слабо кивнул, в подтверждение о стоп-слове. Кажется, Келли очень даже нравилась эта игра, а вот Харт всё не мог распробовать… Закрыл глаза, оказываясь в темноте, один на один со своими страхами. Ощутил приближение его сильной энергии, Келли стал ближе.  Сейчас что-то произойдёт...  Ресницы Джона дрожали в неизвестности и ожидании. Он ничего не мог сделать. А потом со стороны предплечья послышался треск и по телу волной прошёлся разряд, оставляя электрические пульсации. Самые сильные находились в зоне удара, а потом по уменьшающей проекции они эхом раскатывались по телу. Джон даже не предполагал подобного. Непроизвольно у него открылись глаза, зрачки расширились по самые края, а ещё открылся от боли рот, но абсолютно беззвучно, он выдавал только немой шок. Корпус рефлекторно согнулся. Харт боялся закричать и панически начал дышать воздухом, содрогаясь от удара шокером. Всё, что ему хотелось, это защититься хотя бы руками, уклониться, смягчить удар, и помассировать поражённый участок. Это было невозможно. Ему пришлось и дальше находится на коленях, подставлять себя под удары. Один… Инспектор глубоко выдохнул, беря себя в руки. Выровнял взгляд и смотрел впереди себя, игнорируя наличие Бренди. Пытался абстрагироваться и решил считать удары про себя. Это как с отжиманиями… Первый уже есть. Дальше будет легче... Сглотнул по пересохшему горлу. И опять начал покусывать губы, в ожидании новых разрядов.

╡Ҝ╞

Всё произошло именно так, как представлял себе Бренди - глаза Джона распахнулись от неожиданной резкой боли, а на губах застыл немой крик. Он крепкий орешек. Должно быть очень тяжело сдержать крик в подобной ситуации, но он смог. Келли давал ему возможность отдышаться, пока боль от удара медленно затихала, растекаясь по мышцам. Харт собрался, выровнялся. Но снова начал кусать губы. Почему-то это сильно раздражало капитана. - Прекрати кусать губы! Или следующий разряд получишь прямо в них. - Он даже поднёс шокер к его губам для убедительности. Бренди не мог бить в опасные места, связанные с жизненно-важными органами, например, в шею или корпус рядом с сердцем, на это у него хватало ума. Но в его распоряжении были руки и ноги. - Как думаешь, сколько ты сможешь выдержать разрядов? - Келли произнёс это задумчиво и заинтересованно, словно это и правда было некое исследование, от результатов которого зависело что-то важное. Но, конечно, вопрос был риторический. Он не ждал ответа и поэтому начал сразу искать его на практике, ударив на этот раз в бедро. И, не дав Джону толком оправиться, ударил ещё раз, рядом. От такого мышцы вполне могло скрутить до состояния невозможности пользоваться ногой какое-то время. Келли захватил спортивный интерес. Но ещё сильней - нахлынуло возбуждение. Процесс ему явно нравился. Он купался в волнах боли Харта. Глаза капитана приобрели слишком опасную прозрачность. Он перекинул шокер в другую руку, а освободившейся правой вцепился в место удара на бедре, сдавливая мышцы. Ему нравилась покорность, с которой теперь Харт принимал его выпады и больше не пытался ничего обсуждать. Но Келли всё так же не был уверен, что парню происходящее действительно доставляет удовольствие. А это было крайне важно. Это освобождало бы капитана от ответственности и не делало в собственных глазах отбитым монстром. А пока были сомнения, была и потребность их разрешить. - Ещё не достаточно жарко? - Он снова напоминал о стоп-слове и прощупывал границы Джона, пытался понять, как ему это всё.

╡Ӿ╞

Кусать губы стало защитной необходимостью, непроизвольным седативным средством. Джон не представлял, что это может настолько сильно раздражать кого-то, а потому, когда Капитан напомнил ему об этом более жёстко, то с расширенными зрачками оставил губы в покое. Страх закрутился в нём вихрем и опустился вниз живота, почему-то именно такое место он выбрал. Парень не понял, предполагает ли вопрос Бренди ответа или нет, но всё равно попытался его подобрать. Не решился умничать и делиться статистикой из участка. Обычно, шокер используют на особо буйных и одного раза достаточно, чтобы не возникло повторной необходимости. Джон понимал, что такой ответ не понравится и собирался ответить просто "не знаю". Но даже этого ему сделать не дали. В бедро ударила новая волна разряда. Это место оказалось сильно чувствительным и Харт множественно содрогнулся, сдавленно прокричав. Он не успел ощутить, как волны разошлись по телу и его сшиб уже новый удар, от которого он сильно выгнулся назад, прокричав ещё несдержанней и сильнее. Ток неумолимо проходился по всем нервным окончаниям и особо он затронул приближённую зону паха. Джон не мог представить до этого момента такой формат игры, не мог вообразить, что больше не сможет спокойно смотреть на своё снаряжение. Когда разряд поутих, инспектор понял, что не чувствует пострадавшей ноги. Осознал, что уже не стоит на коленях, а сидит на своих ногах. И очень испугался, что она у него отказала! Направил этот взгляд в Келли, как будто прося проверить, всё ли в порядке… Его рука тяжёлым грузом легла на бедро, сдавливая и обдавая жаром. Это вызвало дополнительное покалывание, болезненное, от чего Харт поморщился и еле слышно промычал, опуская голову вниз, пряча боль в своих глазах. Рука Бренди была так близка к члену, а Джон вдруг представил, что Капитана этот процесс возбуждает… И начал возбуждаться сам. Снова совсем не так, как ему хотелось. И снова не вовремя. Но ничего не мог с этим поделать. Келли намекал на стоп-слово, инспектор это понял. Но не хотел прерывать ему удовольствие. В прошлый раз он тоже так сделал, но только больше ощутил поглощающую вину. Сегодня нужно пройти через всё. Джон сделал этот выбор осознанно. - Нет. Всё хорошо. - Собрал все силы, чтобы произнести выдержанно и почти ровно. Голову на него так и не поднял, опасаясь встретиться с его портальными глазами, которые могли высосать душу. Парень продолжал сидеть, не в силах сдвинуться и проверить работоспособность ноги. Боялся и сказать о своих ощущениях. Стиснул крепко между собой зубы, чтобы не начать кусать губы снова.

╡Ҝ╞

Харт терпеливо вынес оба удара, в этот раз он не смог сдержать крика, но всё же выглядел очень достойно, хоть и сменил стойку на сидячее положение. Капитан не стал его за это ругать, понимая, что нога могла отключиться и не держать сейчас. Но скоро всё будет в порядке, он крепкий... Пальцы Бренди, сжимающие мышцу в месте удара шокером, причиняли не менее ощутимую боль, Джон даже опустил голову, чтобы скрыть свою реакцию. А капитан не спешил убирать руку. Ему сейчас даже хотелось чуть продвинуть её вверх и к внутренней стороне бедра, проще говоря - к паху, но он бы ни за что даже в мыслях себе в этом не признался. Зато заметил кое-что интересное. Харт возбудился. Не сильно, но это было уже заметно через облегающие штаны, а он ещё и явно без белья был. Келли это только сейчас понял и непроизвольно улыбнулся уголком губ. Он не просил его об этом, это была уже собственная инициатива Джона и она намекала на совершенно однозначные вещи. Всё хорошо - головы не поднял, но голос прозвучал довольно уверенно. Ах ты мелкий извращенец... Ну что же, посмотрим, насколько ты действительно извращён в своих желаниях. Келли поднялся и отошёл к дивану, где лежал тактический пояс, вернул шокер на место, нашёл ключи от наручников, зашёл сзади и резким рывком поставил парня на ноги. Открыл наручники и, так же находясь сзади, развернул его лицом к дивану, чуть подтолкнул вперёд. - Джонни, у тебя всегда есть выбор. - Казалось, что капитан так беспокоится, что снова напоминает о стоп-слове. Да, конечно, и это тоже. Но сейчас не об этом была его мысль. - В арсенале осталось еще несколько предметов, выбери сам, что хочешь попробовать. Капитан к этому моменту уже очень сильно возбудился. Сложно сказать, действительно ли его так штырила дозволенность причинять боль или то, что он чувствует свою власть, или просто то, что Харт ему безумно нравился - и нравился всё больше, когда держался так стойко и не сдавался. Очень хотелось узнать предел его возможностей. Заставить молить о пощаде. Всё это вместе мешалось в дикий коктейль эмоций и воплощалось в огромном желании овладеть парнем для полноты картины и ощущений.

╡Ӿ╞

Момент ожидания, в котором Харт не мог смотреть ему в глаза, но продолжал ощущать нажим руки, стал особенным. Для Джона. Немыслимо как, но парень ощутил подобие единения между ними. Ему удалось распознать сквозь завесу боли тщательно прикрытую заботу. Грубую и неаккуратную. Но она была. Инспектор боялся, что моральных границ не будет, после прошлого раза в нём выковался подсознательный страх, что Бренди способен на всё. И не смотря на большой риск травмы в течении таких сессий, Харт не стал никак его ограничивать, даже не рискнул сказать о болезни сердца. И продолжал надеяться на разумность и безопасность. Инспектор набрался сил и приподнял голову, продолжая быть сдержанным. А Бренди, заметив возбуждение, выразил своё мнение привычной ухмылкой, на которую Джон уже привычно краснел и начинал стыдится своей реакции. Капитан внезапно поднялся и вернулся к дивану, а Харт одновременно испытал облегчение и нарастающий страх. Облегчение - от того, что шокер больше использоваться не будет. Страх - от новых испытаний, которые могут оказаться уже непосильными. Джон считал себя слабым и боялся эту слабость показать. Не хотел, чтобы Келли в нём разочаровался. Ушли и наручники, чему парень крайне удивился. Ему казалось, что рукам предстоит долго пробыть заточёнными. Так что он быстро успел поверить в хорошую перспективу продолжения. Но когда оказался резко поднятым, то эта перспектива подкосилась вместе с его ногой, которая теперь ощущалась приглушённо, онемевшей. Пока его держали, Джон ещё сумел стоять, но, когда развернули и подтолкнули вперёд, парень не выстоял и резко наклонился в риске упасть, руками упираясь в высокую спинку дивана, удерживая себя. В этот короткий момент он оказался в очевидной позе перед Келли, который стоял позади. Харт сумел быстро выровняться, но не стал демонстративно разминать ногу, тем самым показывая своё неудобство. Он продолжал быть сдержанным и спокойно стоял, слушая новые условия. Жест Капитана показался ему... добрым. Он как будто не хотел преувеличить и позволял парню самому определить границы воздействия. Джону это показалось настолько трогательным, что он был готов заплакать. Арсенал пояса был настолько хорошо знаком, что инспектор с закрытыми глазами мог взять намеченное. Суть предложения открывала заманчивый вариант хитрости, при которой можно было бы выбрать что-то нейтральное. То, чем нанести вред невозможно. Но парень пресёк эти мысли, не став их развивать. Потому что шаг Келли вызвал у него уважение, и пусть тот действовал из своей корысти, парню было легче об этом не знать. А значит, это заслуживало благодарности. И Джон не особо задумываясь выбрал предмет с однозначным посылом. Он взял его в одну руку, из-за чего ему снова пришлось наклониться перед парнем, а потом развернулся и протянул в открытой ладони телескопическую дубинку. Небольшая по размерам, но ощутимая по весу - она способна причинить много боли в правильных руках. И Харт знал, что именно это Бренди и было нужно. Он посмотрел ему в глаза безмолвно, вот так просто даря себя и новое орудие боли.

╡Ҝ╞

Джон подошёл ответственно к выбору, не стал пользоваться возможностью схитрить и облегчить себе участь. Его выбор оказался очень смелым. И прямолинейным, как и тот жест, которым он протянул дубинку Брендану. Капитан некоторое время медлил, прежде, чем взять предлагаемый предмет, он как будто испытывал решимость Харта, давал ему последнюю возможность передумать. Очень внимательно смотрел на него, замораживая своим ледяным взглядом. Келли обдумывал сделанный инспектором выбор, и удивлялся - неужели Джону настолько нравится боль, ведь не мог же он выбрать такое жёсткое орудие только, чтобы угодить капитану? Харт продолжал стоять с протянутой рукой. Бренди взял из его ладони небольшую дубинку, сразу ощутив её вес - внутри неё металлические стержни и, несмотря на небольшой размер, силу она имеет весьма убойную. Особенно в знающих руках. Келли был прекрасно знаком с анатомией, для спортсменов это необходимые знание - где находится какая мышца или орган. Поэтому он мог бы с одного удара отсушить любую конечность или, к примеру, очень живописно ударить по печени. От предвкушения его охватила трепетная дрожь, но он не торопился, хотел растянуть этот момент. Обошёл вокруг Харта, как будто примеряясь, выбирая особо лакомое место для первого удара. - Сними футболку. Дождался, пока Джон выполнит его просьбу, стоя в этот момент перед ним со скрещенными на груди руками. Парень откинул футболку и опустил голову, глядя в пол. Бренди подцепил его подбородок пока ещё сложенной дубинкой и заставил смотреть на себя. Когда их взгляды встретились он резко отвёл руку в сторону, раскладывая орудие на всю длину. Звук был похож на щелчок кнута. Очень приятный. И особенно приятно было увидеть, как дрогнули зрачки Джона в этот момент. Бренди обвёл кончиком дубинки линию подбородка Джона, это было скорее ласковое прикосновение, но вряд ли парень ощущал его так. Провёл вниз по шее и дальше вниз, очерчивая мышцу груди, пресса, зацепил пояс штанов. - Снимай. Снова встал в выжидающую позу, наблюдая за процессом раздевания. Когда Харт закончил и встал ровно, Бренди медленно оглядел его тело спереди, в подробностях, мысленно отмечая его прекрасное сложение, но вслух ничего не сказал, сохраняя гнетущую тишину. Капитан остался очень доволен увиденным и приятно поощрён явно зарождающимся возбуждением Харта. Зашёл ему за спину и так же внимательно проскользил взглядом. Кожа Джона была чистой - никаких ссадин и синяков. - Я хочу оставить тебе кое-что на память. Чтобы до нашей следующей встречи ты меня не забывал. - Короткий удар пришёлся в область левой лопатки, а потом такой же симметричный справа. Бренди бил не слишком сильно, но с расчётом на красивые и долгоиграющие синяки. Потом он провёл кончиком дубинки по ягодицам - снова нежно. Джон сейчас не мог видеть его лица, поэтому капитан позволил себе выразить удовольствие на нём, еле сдержав томный выдох. Как же хотелось вцепиться пальцами в ягодицы, смять кожу, ощутить ладонями... он резко оборвал свои мысли, хмурясь, не мог позволить подобным фантазиям завладеть разумом. За это требуется наказание!  На ягодицы Джона обрушился хлёсткий удар, потом ещё и ещё. Келли наказывал себя за неподобающие мысли - поркой Харта. Но не мог контролировать своего возбуждения, которое уже слишком отчётливо нарисовалось даже через одежду.

╡Ӿ╞

Всё шло, как надо. Харт постепенно забывал, что значит уметь говорить и выражать свои чувства словами. Осталась только оболочка тела, которая и интересовала Бренди больше всего. Но инспектор был рад, что парень уделяет ему внимание хотя бы так… Капитан выдержал долгий взгляд, доводя сковывающие одиночные мурашки до гусиной кожи. Этим взглядом он заморозил Джону сердце, больше не позволяя ни на что надеяться. Бренди с растянутым удовольствием осматривал тело, наверняка уже мысленно оставляя на них следы. Пока он обходил вокруг, Харт испытал новую колючую волну, непривычную, на грани с приятным. Капитан никак не общался с ним, только коротко изъявлял свои желания и отдавал приказы, от которых всё внутри рушилось каждый раз. Джон не ослушался, снял футболку и бросил её, будучи полностью зацикленным на желаниях Бренди. Подсознание подсказывало, что сейчас нужно защититься, и парень попытался абстрагироваться, опустив голову вниз и максимально отвлекаясь мыслями. Но Капитан не отпустил его, а подцепив дубинкой край подбородка, заставил смотреть прямо в глаза. Джон отдался его воле, смотря в глаза преданно и искренне. И как только его глаза доверительно прикоснулись к его, Капитан резким движением разложил дубинку во всю длину. Звук, слышимый чуть ли не каждый день - испугал. Будто Бренди нажал на курок и выстрелил в самую глотку. Именно такой предсмертный взгляд отразился в зрачках инспектора. Жёсткая дубинка следовала по чувствительному телу, дубинка, не его руки... Он не хотел к нему касаться. Проходясь едва по горлу, Джону казалось, что она задушит... А потом пришлось и снять штаны. Парень не позволил себе замешкаться, хоть ему и было неловко. Оставаясь полностью голым, Харт был очень уязвим. А нависшая тишина заставила его сомневаться, что у него там всё в порядке… В груди защемило чувство уважения и самооценки, которые падали со стремительной скоростью. Но пока Капитан его рассматривал, Джон не смог не возбудиться ещё больше… Не смог, потому что ему нравился этот человек. И кажется, даже больше, чем просто нравился. Бренди оказался сзади, в самом уязвимом месте для восприятия. На память… Келли оставил ему в прошлый раз уже такую память - ремень со своих штанов. А сейчас хотел снова. Но, видимо, он не знал, что Джон и так бы его не забыл… Никогда. Сколько бы Харт не настраивался, удар всё равно пришелся неожиданным. Он вздрогнул и выдохнул с примесью боли, а потом ещё так же. Локацию ударов парень чётко ощутил и запомнил. Тупая боль распространилась по костям, а острым был именно подтекст. В этом месте у ангелов растут крылья. И если бы Джон таким был, то ему бы их сейчас отрезали. А так… Бренди оборвал другие крылья инспектора, которые нельзя увидеть, но отсутствие которых непременно отразится на владельце. Пока парень восстанавливал дыхание и силы, дубинка перешла со спины на ягодицы. Понимая, что внимание Капитана сейчас сосредоточено на этом месте, Джона кинуло в жар. Но он не успел как следует смутиться, потому что следующие удары уже врезались по мягким тканям. Боль была пока что приглушенной и сложнее всего давалось устоять на месте, Харт невольно делал микрошаги вперёд от сильных толчков. Но вскоре боль стала более сильной и теперь рефлексивно он сжал кулаки, начиная сжиматься и уклоняться. Выдаваемые звуки боли выходили сквозь зубы, сжато и жалобно. Ещё несколько таких и инспектор не удержался. Тело совсем обмякло и по инерции Джон упал вперёд, выставляя руки, хрипя от боли. Он так не хотел… Виски запульсировали в страхе, что он допустил ошибку. Что Капитан сейчас будет в ярости. Харт не справился. Он поспешно упёрся руками в пол и подогнул колено, чтобы подняться. Но даже такие несложные движения давались сейчас с трудом. Тело не слушалось и стало деревянным. - Прости… Я сейчас. - Он обратился к Бренди, не оглядываясь, заранее успокаивая его злость. Это были первые слова, которые он произнёс сегодня и свой голос показался чужим. А сам замешкался, давая себе время на паузу. Он не знал, сколько это ещё будет продолжаться, но по ощущениям уже весь выдохся. Жизненной энергии совсем не осталось, но Джон всё ещё чувствовал и принимал всё близко к сердцу.

╡Ҝ╞

Капитан увлёкся поркой и это заставило Харта кричать от боли. Келли это даже понравилось, такая живая реакция. Но под натиском ударов Джон не устоял и упал, пытаясь инстинктивно уклониться. Он упал на четвереньки, но попытался сразу подняться, изменив положение одной ноги. Это всё, на что хватило его сил. Голос Харта прозвучал потерянно и заставил капитана притормозить, дать ему время. Но он всё не поднимался, находясь перед Бренди в слишком откровенной и вызывающей позе. Инспектор либо не осознавал этого, либо специально переключал внимание Келли. И ему это удалось. Потому что теперь капитану хотелось только одного. Он чувствовал, как его уже распирает от возбуждения, тугие джинсы нещадно давили на налившийся орган, очень хотелось выпустить его на свободу. Капитан не заметил, как изменилось его дыхание, став прерывистым и поверхностным, усилилось сердцебиение и участился пульс, кровь забурлила внутри, приходя в неистовое движение, разгоняя гормоны, ударяя в голову. Голос Бренди стал чуть ниже, когда он произнёс издевательским тоном -Джонни, я смотрю, ты так и выпрашиваешь, чтобы тебя трахнули, да? Келли подсёк ногу Харта, которую тот пытался использовать для толчка, чтобы подняться - ударил своей ступнёй по его лодыжке, отчего нога Джона вновь упёрлась коленом в пол, и он оказался снова на четвереньках. А капитан зашёл сзади и опустился на колени между его ног, раздвигая их шире своими. Его взгляду теперь отчётливо предстала промежность инспектора, но Брендану было стыдно смотреть и тем более прикоснуться, хоть и очень хотелось. Он отбросил дубинку и дрожащими пальцами расстегнул ширинку своих штанов, приспустил их, высвобождая член, который был уже в полной готовности. Ему хотелось поскорей начать и закончить, пока Джон не опомнился и не начал сопротивляться или останавливать его. Недостаток опыта заставлял его сомневаться, он подсознательно понимал, что не так-то просто взять и войти, без смазки и подготовки. Но он принципиально не хотел, не мог делать как надо, ведь тогда он бы признал сам факт акта. Но всё же воспользовался собственной слюной, чтобы немного облегчить задачу, себе. А вот для Джона проникновение было всё таким же болезненным, как и в первый раз. Как и во все последующие разы. Это было ещё одним наказанием, через которое требовалось пройти Харту. Да, именно наказанием, а не потому, что капитану нестерпимо хотелось этого. Келли удобно было думать именно так. И он наказывал Джона со всей ответственностью и старательностью. Буквально вдалбливая в него понимание неправильности и показывая, как сильно он осуждает подобное.

╡Ӿ╞

В это короткое мгновение Джон успел выпасть из реальности, поддаваясь шуму боли, который эхом отдавался по телу, касаясь даже тех участков, которые не были задеты. Из этой прострации его резко вывела жестокая реальность. Слова Бренди новым ударом обрушились на ягодицы, сковывая движения и заставляя сжаться. Потому что Харт понял, в каком положении перед ним оказался. Ему стало жутко стыдно и в лицо прилил жар. Пришла и мысль облегчения, ведь если Келли переключится, то боли больше не будет? Ловкими манёврами регбиста Капитан добился желаемой позы и теперь уже сам опустился позади на колени. Джон чувствовал его совсем рядом и у него перехватило дыхание от волнения. Ему почему-то казалось, что секс в конце каждой такой встречи будет приятным завершением, наградой за терпение. Но к нему не приходила лёгкость и чувственное возбуждение. Он только больше сжался и даже спина была какой-то горбатой. В этом не было ни капли эстетики и даже прилив в нижней плоти… он был каким-то механическим. Скорее, сработавшим рефлексом. Бренди слишком торопился, а инспектор так и не смог заставить себя расслабиться. Парень снова раздевался так, чтобы его не видели. Джон до сих пор даже не видел его член и только по ощущениям мог делать выводы о размерах. А ощущения были жёсткими. Он не был готов, но несмотря на это Келли уже начал входить. Вот так просто. Даже не помогая пальцами. Харт громко набрал в лёгкие воздух, сжимаясь в спине ещё больше. Он пытался терпеть, но это очень сложно, когда в тебя впихивают кол всухую. Секс не стал приятным венцом вечера. Он стал адским испытанием, в течении которого Джон понял, что первый раз не был исключением. Так будет всегда. Инспектор не мог понять, почему Капитан так с ним… Неужели он настолько хочет ему боли? Так ненавидит?.. Харт и подумать не мог, что дело в отсутствии опыта, ведь был уверен, что далеко не первый и не последний. Со временем стало чуть легче, мышцы разработались самостоятельно, но спина была всё так же напряжена и зажата. Только тихие вздохи с примесью скромных стонов давали понять, что произошла притирка. Джон не мог позволить себе лишнего движения и застыл, как вкопанный. Ему приходилось быть бревном, он привык к такой защитной реакции с Йорком. И уж тем более не мог думать о том, чтобы касаться к себе и помочь получить удовольствие. Только и пытался, что отвлечься мыслями. Ему очень хотелось верить в то, что Капитан не просто удовлетворяет животные инстинкты, а испытывает хоть малейшую симпатию именно к нему.

╡Ҝ╞

Не смотря на яркие собственные ощущения, Бренди чувствовал напряжение, которое сковало тело Джона. Тот застыл на месте и просто позволял трахать себя, поначалу никак не проявляя реакции, кроме отклика на боль, которая сопровождала для него первую часть акта, пока они притирались и пока проход не разработался естественным путём. А больно ему точно было, хоть инспектор и пытался это тщательно скрыть, но микро-реакции тела и тяжёлое дыхание выдавали его. В остальном всё было ровно. Келли такая реакция полностью устраивала, неизвестно как бы он отреагировал, начни Харт извиваться под ним и стонать от удовольствия. Поэтому всё было правильно, как и должно. Это не романтический секс, а просто физиологический процесс, который требуется для здоровья, ничего личного. Брендан даже не задумывался над тем, насколько такое положение дел ранит Джона, делает больно не только физически. Келли воспринимал это так, что Харт всё понял и безоговорочно принял его условия, которые озвучивались ещё в самом начале, он согласился быть просто партнёром для разрядки. Вот только капитану не приходило на ум и то, что разрядка должна быть у каждого из них. Эта часть процесса его мало волновала и Джонни должен был сам позаботиться о себе. На этот раз капитан продержался дольше, он начал понимать механизм и как контролировать себя, чтобы не кончить слишком быстро. И если поначалу он предполагал не затягивать, то сейчас ему захотелось продлить удовольствие. Движения пошли заметно легче, тело Джона стало податливей и теперь капитан мог входить на полную длину. Он даже немного поэкспериментировал с темпом и амплитудой, и ему это всё больше нравилось. Но он старался контролировать себя, держаться в рамках. Заметил, что Джон немного расслабился, должно быть тоже кайфует, иногда с его губ срывались тихие стоны, уже не похожие на те, которые вызывает боль. Брендан инстинктивно ускорился, чувствуя приближение своего пика, а потом несколькими мощными толчками вбился уже в процессе извержения, на последнем застыл глубоко внутри, прокайфовывая ощущения. И он размяк от испытанного удовольствия, забылся на мгновение. Ладони уже не сжимали жёстко таз парня, а нежно легли на его избитые ягодицы и скользнули вверх по спине, очень мягко оглаживая следы от ударов на лопатках. Горячее сбивчивое дыхание коснулось кожи Харта. Джон нравился ему, очень нравился. Сейчас Брендану очень хотелось обнять его и даже поцеловать. Но он гнал от себя эти мысли, считая, что не смеет давать себе слабину. Нельзя допустить, чтобы эмоции взяли верх. Он резко выдохнул и отклонился назад, выходя из него, тут же поднялся и молча ушёл в ванную. Келли не задержался там долго, он не мог сейчас смотреть на себя в зеркало и пытался убежать от обуревающих мыслей и самоанализа. Он подумает обо всём позже, не здесь и не сейчас. Быстро привёл себя в порядок и вышел. Но пока ещё даже не представлял, что делать дальше. Он не хотел никаких разговоров и не понимал, как они могут общаться после всего. А просто взять и уйти, это казалось не совсем корректным. Вот об этой стороне вопроса капитан совершенно не подумал заранее и теперь попал в неудобное положение. Он снова сел на своё излюбленное место, но его поза теперь была напряжённой, как будто он готов был сорваться с места и сбежать. Смотреть на Джона ему было тяжело. И стыдно. Странным оказалось послевкусие, он ожидал совершенно другого. Возможно, это дело привычки и со временем всё встанет на свои места. Собравшись с духом, он посмотрел на Джона - Мне пора. Когда тебе удобно, чтобы я пришёл в следующий раз?

╡Ӿ╞

Всё было очень странно. Джон чувствовал, как пальцы Бренди сжимают ягодицы для баланса. Те в свою очередь колючей болью напоминали о порке. Чувствовал, как плотское возбуждение Капитана распирает внутри и вдалбливается всё откровенней. Но в этом не было Келли, которого Харт хотел. Сближение, не раз представляемое в фантазиях, оказалось обычным физическим процессом трения. С болью и отсутствием чувств. Каждый последующий раз Джон будет ждать с надеждой, что это перестанет быть просто удовлетворением потребностей. Сдерживать себя становилось всё сложнее, пальцами инспектор вжался в пол, опуская голову ниже, чтобы приглушить себя. Порванные звуки вырвались из него, когда Келли закончил. Это был всего лишь их второй раз, а Капитан так и не спросил, как бы для Харта это было приемлемей. Он сделал так, как захотел - внутрь. Мелочь, но ещё один очевидный показатель того, что в их связи нет места уважению и равноправию. Горячие пальцы парня, которые до этого приносили только боль, вдруг мягко скользнули вдоль спины, касаясь всех ранений. Джон в удивлении распахнул глаза, глубоко выдыхая накопленное напряжение. И только сейчас он смог расслабить мышцы. Опасно обманываясь и ожидая большего… И потому больнее стало от того, как Бренди отстранился от него и даже как будто брезгливо поспешил в ванну. Инспектору он такой возможности не дал в своём доме. Считая его слишком грязным?.. Харт так и остался на коленях, болезненно всхлипывая от разбитых чувств. Ему было противно сейчас быть в своём теле. А выхода от сюда не было. Это его роль, его жизнь и его предназначение. Сглотнул по пересохшему горлу слюну, а она встала комом, причиняя боль. Так бывает на грани слёз, вот только они так и не нашли выхода. Горько. Парень склонился в молитвенное позе, сгибая руки в локтях, лбом касаясь пола - останавливая время. Слыша наверху звуки приближения, он встал и оделся. Уместился на кресле, скованно ожидая. Кажется, Джон уже потерял надежду на любовь в этом мире. Раньше ему от чего-то казалось, что секс, это огромный шаг единения и доверия, после которого отношения способны перейти только на более глубокий уровень. А сейчас… Сейчас он уже ничего не хотел. На Капитана смотрел безэмоционально, никак не давя морально. А в мыслях его образ приносил много боли. Потому что Харт любил. Келли не ушёл безмолвно, но вернулся, чтобы попрощаться. Ещё одно ожидаемое разочарование. Ему больше нечего здесь было делать. Джон это понимал. - Да, конечно. - Кивнул понимающе, со всем усилием стараясь сохранять статус "всё в порядке". - В любой день, когда захочешь. - Ответил, даже не замечая, как ставит свои дела приоритетом ниже, чем потребности Капитана. Они не попрощались с друг другом, без лишних слов расставаясь. Каждый такой уход Бренди уносил с собой маленькую часть Харта. Человек ко всему способен привыкнуть. Они тоже смогли. Но привычка лишена живых эмоций. А без них... всё теряет смысл.