Скрежет льда

Чего ему могло стоить это мелкое соревнование? Кавех почти никогда не следил за тем, что говорит и на что соглашается. Такова была его натура. Эмоции быстрее берут вверх, чем мозги успеют обработать информацию и выдать более рациональный ответ. Также и дух соперничества, чувство собственного достоинства и конечно… Азарт. Возможно лишь из всех этих критерий, он смог создать себя, такого прекрасного и сильного человека. Лишь потому что он такой, фигурист достиг столь больших успехов. Нельзя его винить и насмехаться за все это, ведь столь тонкая и чувствительная натура дала ему нечто большее… Яркую страсть ко всему. Не только к катанию… Любое занятие могло приносить удовольствие и давать нужные результаты. Кавех умел держать планку, но иногда срывался и падал на дно… Но если он возьмется за что-то, то сделает это идеально и профессионально. Ответственность — это по его части. Порой он сам не замечает, как старается услышать каждого и помочь. Когда после, пренебрегает собой ради других и достижения цели. Он мог как ужаленный ночами не спать и тренировать хореографию в своей комнате… Мог неделями хлопотать над двумя проектами, чтобы помочь другу, который вдруг решил устроить небольшую поездку, а долги отдавать надо… Его душа была уж слишком большой и доброй. Он мог не видеть, как его используют. Как же раздражало блондина, когда его считали заядлым идеалистом, живущим в крылатых мечтах. Они видели парня, что смотрит на мир через розовые и блестящие линзы, для которого так просто что-то сделать… Когда всей сути сами не понимали. Не видели, что он лишь старается держаться на плаву и помочь каждому, одновременно спасая себя и своё дело. Он чаще думал о чувствах, чем о морали и рациональности… Несмотря на открытость или неумение держать язык за зубами, тот умел подбирать слова, дабы не ранить ими кого-то. Хотя на эмоции было вывести довольно просто. Ведь если человек показался бесчувственным, он не понимал этого… Его раздражало безразличие и бездействие остальных. Наверное потому он брал всякую ответственность лишь на себя и старался носиться на ногах, ради заботы или обеспечения комфорта другим. Некий альтруизм очень мешал ему жить, ведь жертвенность сопутствовала ему. Но пренебрежение собственным временем и силой, отдавалось на катании и состоянии Кавеха. Он знал, что им могли пользоваться или он не вывозил нагрузку, но продолжал улыбаться и ждать все возможное, для поддержания планки. Увы… Кавех был тем ещё добряком, но характер имелся вполне приличный. Может я и не смогу одолеть его. Зато узнаю каково это… Соперничать с Хайтамом. Хотя сколько бы тот не думал, никак не находил ответов. С чего вдруг ему понадобился Кавех? Почему именно ему предлагает откатать ту программу? Сколько бы тот не отрицал, фигурист хотел знать, что случилось тогда на конкурсе. Почему он так плохо выступил? Почему просил именно ту произвольную? И от такого количества вопросов, Кавех сильно изнурился. Как и от тренировок, ведь чтобы держаться с ним наравне, требовалось что-то больше чем уверенность и сила. Хотя морального духа имелось предостаточно, но физически тот уступал во многом… — Ты конечно мозгами не блещешь… — устало покачал головой Нари, разглядывая довольную моську фигуриста. — Знаешь же, что продуешь… Чего раньше времени настрой портишь? — его ушки нервно дернулись. — Так ведь у меня преимущество… Моя хореография не уступает никому! — самодовольно заулыбался. — Чем раньше узнаю вкус соперничества с ним, тем будет лучше. Может потом отстанет от меня наконец… — переоделся в обычную одежду. Кавех нисколько не обижался на слова друзей. Ведь он трезво оценивает свои возможности. Кавех видел в этой маленькой шалости лишь преимущества, хотя если проиграет, скорее тот попросит сделать его произвольную? И придётся плясать под его дудку. Об этом Кавех не подумал… Хотя надежда на победу тлелась, ведь свои умения он нисколько не принижал. В любом случае, фигурист собирался откатать идеально и показать все свои возможности. Но даже так… Кавех не удержался от идеи просмотра с соревнований, где Хайтам выиграл золото. Он просто на одной из пар зарылся в тетрадку с телефоном и просматривал записи… Никогда не видел подобного мастерства. Конечно вживую все удивляло в разы сильнее, однако те соревнования… Бесспорно он заслужил то первое место, что даже Чайлд позавидовал бы ему. Однако Кавех слышал о недавних записях с конкурса и Тарталья стал ещё сильнее. Возможно они могли быть наравне, если только не наступать на пятки друг другу. От этого блондин занервничал сильнее, но отступать не собирался. Небольшой спор с парой легких элементов, несложных фигур… Это каждый мог сделать, но стоял вопрос о качестве. Ведь откатать надо было безупречно и красиво. Злобно рыкнув себе под нос, он отключил телефон и убрал в сторону. В голове тот рассчитывал завтрашнее событие и думал над тем, что мог добавить и как это преподнести. Главное тренер не был против и это не помешает его разминке, ведь оттачивание техники — главная цель. Так получилось, что Академия сократила количество пар у Кавеха, потому у него было больше времени на подготовку. Потому перед сменой в магазине, отправился в студию, где с Чжун Ли учил танцевальную часть. — Сильный прогиб. Ногу надо держать чуть ниже и более расслаблено. Движения не медленные, но очень аккуратные. — строго подмечал тот, очерчивая круги вокруг спортсмена. — Молодец, здесь можешь быстрее сделать взмах руками. Кавех делал все точно и внимательно, каждую деталь подмечал и исправлял. Главным достоинством была хорошая память и ответственная практика. Он помнил каждую мелочь и был готов часами отрабатывать один элемент, пока не сделает его идеальным. Учил он быстро, делал все как под линеечку и чисто. В роли ученика — он был прекрасным человеком. Тренер уже спрогнозировал хорошую программу через месяц… Им хватит этого времени, чтобы создать и выучить короткую и произвольную. — Насчёт второй части программы… — мужчина оценивающе глядел на Кавеха. — Вы с Хайтамом договорились о ней? — хитро прищурился. — Что б его! — от его упоминания, тот стал хмурее тучи. — Я не собираюсь брать его произвольную. Делать мне нечего… — бурчал он, совсем забывая о стойке, за что получил строгий взгляд. Видимо тренер был проинформирован о просьбе Хайтама, потому и не спешил ставить произвольную. Хотя виднелась в нем какая-то смешинка от этой ситуации, он будто бы специально оттягивал, чтобы позволить сбыться этой идее. Фатально больной идее! Однако блондина уже настораживало тёплое отношение Чжун Ли к Хараватат, как и полное прислушивание к его словам. Кавеху иногда казалось, что тот мог стать его тренером лишь по одной причине… Просьбе его соперника. Однако он быстро откидывал эти нелепые мысли, ведь знал, что Академия давно обещала ему нового учителя. Как удачно мне подсчитали часы и повысили зарплату… Думаю за все сбережения и новую добавку в конце месяца, я смогу купить хороший костюм! Всё-таки у каждой гениальной личности могла иметься за плечами огромная проблема. У Кавеха их было две: любовь к алкоголю и нехватка средств. Второе является самым болезненным… Как только тот стал жить отдельно, так сразу выросли ограничения во всем. В одежде, в бытовых вещах и даже в еде. Зато спорт не требовал много дорогих продуктов, но здоровье… Оно практически не покрывалось. Сколько фигурист ухайдокал денег на разного вида витамины и медицинские принадлежности. Хотя за всю свою осознанную жизнь, он почти не получал серьёзных травм. Пару раз растягивал бедро и плечи, мог удариться головой до сильной гематомы… Но чего-то серьёзного не было. Падал он практически без ушибов… Конечно, он ведь и не прыгает даже, откуда травмам взяться? — Почему он просит откатать его программу? — всё-таки спросил Кшахревар. — Почему именно меня? Чжун Ли задумчиво потёр подбородок и глядел в стену. По его виду сразу было понятно, что он сам не знал подробностей и конкретной информации. Потому качнул плечами, дабы не дезинформировать его и не пытаться тыкнуть пальцем в небо. Кавеху не понять таких людей как Хайтам… И хоть он толком его не знал, то хотя бы понимал некоторые аспекты его характера и отношения к чему-либо. В любом случае, в спорте у них имелись совсем полярные мнения. Наверное потому блондина так раздражало его лицо, поведение и просто присутствие. Всё-таки бред говорили люди… Ведь имея совсем разные взгляды на что-то, невозможно сдружиться и понять друг друга хотя бы на долю. Однако он трезво оценивал его талант и мастерство, что можно было сказать и о Хайтаме… Дни станут более тяжёлыми и насыщенными, что вскоре скажется на состоянии Кавеха. Однако он будет стараться не сильно изнурять себя и сделает все возможное, для качественной подготовки. Он отрабатывал своё в магазине, когда там появилось больше рук, потому он не сильно уставал. А после вновь тренировка, но уже на льду. Прыжки… Ни в какую не хотели идти. И даже если бы Кавех сказал что старается, он бы нагло соврал. Видимо даже появление тренера и давление, в виде приближающих отборочных, нисколько не начистили ему мозгов… Сколько не старайся, а прыжки вызывали у него лишь легкое отвращение и страх. — Кавех… — качал головой тренер. — Хайтам верно говорит: ты несерьёзен. Тут даже не дело в технике, в физическом плане… Ты просто морально не хочешь и не можешь это сделать. — сделал вердикт, горько выдыхая. — Дам совет: поговори с другими… Послушай от них что-то о прыжках, с их точки зрения и подумай. Такая практика пойдёт тебе на пользу. — намекающее улыбнулся, чем вывел блондина на цоканье. — Вы ведь хотите, чтобы я к Хайтаму сходил за советом? — на что получил кривую улыбку. — Он будет последним, за чьим мнением я пойду! Однако, — тот нервно затеребил прядки волос. — я поговорю с другими. Думаю в скором времени смогу взять себя в руки. Обещаю оправдать все ваши труды и слова! — закончил Кшахревар, замечая уходящую фигурку тренера. — Большое вам спасибо… — уже тише сказал и улыбнулся. Он продолжил тренировку самостоятельно, продумывая завтрашние элементы. Будь что будет… Даже если и проиграет ему, примет поражение достойно. Хотя до сих пор передергивает от того, что будет выступать на отборочных с его произвольной. Может ли он сам добавить некоторые элементы? Дополнительный каскад?.. После тренировок немного отдохнул и отправился в кафе, где его ждала Нилу. Зарплату ему повысили и время осталось прежним, что очень порадовало его. Так и закончил к глубокой ночи, оставшись без прогулки, а поплёлся к себе в кровать. Утром ведь ещё пробежка и этот дурацкий спор с Хайтамом.

***

Тренировки начались довольно рано, а Кавех почти не мог спать ночью. Его охватывало сильное волнение и предвкушение этой битвы. Чжун Ли лишь мог сказать пару напутствий, но в глазах тот увидел уверенность в Кавехе. Хайтам опоздал… Да и вовсе, он видимо только недавно проснулся и не успел разогреться. Вид у него был достаточно ленивый и безучастный. Это так сильно разозлило блондина, ведь тот не ставил их спор за что-то стоящее. Ему будто бы было все равно и он был уверен в своей победе. Это самодовольство только больше раздуло огонь злости у фигуриста — он был обязан утереть нос этой наглой фигуре. — Да ему отчётливо похуй. — возмутился Сайно, когда Кавех закусал свои губы до крови. — Слушай… Я конечно не верю в чудеса, но пожалуйста, уделай этого придурка. — Понятное дело он звезда фигурного катания… Но настолько звездиться не стоит. — недовольно качал головой Нари. Кавех же в свою очередь обругал его пару раз и пошёл на раскатку. Все остальные только могли ожидающее ждать поединка, видите ли… Слухи довольно быстро расходятся. Здесь даже оказались другие учащиеся Академии, не причастные к катанию. Блондина нисколько не смущало огромное количество людей, он был слишком артистичным и привыкшим ко вниманию. Хотя если продует с огромным отрывом… Будет не очень хорошо. Но Кавех знал — он будет с ним наравне. Хайтам не сможет превзойти его слишком сильно. — Как твоё колено? — Сайно разглядел Тигнари, который обстукивал бедро и немного корчился от неприятного чувства. — Не перегружайся… Как собираешься экзамен сдавать, если с коленом снова что-то случится? — на его лице виднелся легкий гнев. — Или вовсе не сдам, потому что побоялся за колено. — незлобно огрызнулся. — Я в любом случае могу не сдать… Если не постараюсь, зачем тогда кататься? Зачем мне бояться? Если даже три тройных не могу осилить… — устало облокотился на бортики, когда хвост снова дернулся от лёгкой боли в ноге. Парни могли лишь молча глядеть друг на друга. Что-то читалось в их взглядах… Что-то явно разное, они пытались донести лишь свою позицию. Один — волнение, другой — опасение за своё будущее. Однако Сайно всегда старался проследить, чтобы тот не сильно давил на себя и постоянно напоминал об отдыхе. Тигнари легко сдаст экзамены, просто такова его черта — доводить все до идеального состояния. И колено очень сильно волновало его, ему казалось из-за него он может провалить все… Тренерство было для того вполне хорошим вариантом, ведь не требовало много физической нагрузки, а знания имелись в достатке. — Давай сходим потом в медпункт… Посмотрим почему ноет. — его пальцы невесомо поправили прядки смоляных волос, а губы дернулись в улыбке. — А пока стоит молить богам, чтобы Кавех не наделал глупостей. — тут же усмехнулся, уже разглядывая пыхтящую фигуру блондина. — Уверен он покажет хороший результат. — кивнул фенек. — Он такой… Сам не видит на что может быть способен. Нас с тобой обогнал даже… — в конце фразы слышалась лёгкая ирония. Вскоре Кавех закончил разогревку, как и Хайтам. Теперь ноги слегка подтрунивало, благо Хараватат начинал первым. Он разглядывал кислую мину блондина, а сам небрежно потянулся, ухмыляясь: — Прости, я сегодня спал больше обычного. Плохо растянулся… — лениво ворковал, когда Кшахревара раздувало от злости. — Будь нежнее со мной… Удачи. — тихий шёпот казалось оглушил блондина. Кавех уже наблюдал как Хайтам выезжает на лёд и накатывает круги. Он издевался над ним… Ни во что не поставил этот спор, хотя сам предложил. Так ещё и просит «милости», видите ли плохо разогрелся. Фигурист нервно качнул головой, а после смотрел на его прелестные дорожки шагов. Тут стадион вспыхнул громкими вздохами. Его начало уже казалось невероятно сказочным и прекрасным… Ноги переплетались в танце друг с другом, все выглядело профессионально и ритмично, так и сложно. Кавех застыл на месте. Теперь пошли другие элементы, как вращение и спирали. Наверное любая фигуристка позавидовала бы его шпагату, тем более спирали чуть ли не под сто восемьдесят градусов. Внутри Кшахревара все задрожало от каждого стука коньков и его движений. Если до этого он вёл себя достаточно лениво, даже лёгкая разминка была еле живая… То сейчас тот был полностью сосредоточен на выполнении всевозможных трюков. А вращения… Словно бутоны цветков на порывах ветра или снежинки, танцующие над водой. Руки, ноги и шея чарующе создавали разные силуэты при вращении. Он то приседал, то поднимал руку… Что нельзя было сказать о совмещении многочисленных фигур и связующих элементов. Та же тройка и крюк, выкрюк… Даже такие технически сложные элементы, он делал словно катал их всю жизнь… Ну и конечно тот самый кантилевер с поднятыми руками. Казалось между его телом и льдом граничили несчастные сантиметры, а ноги ровно и чётко скользили по льду. Как только Хайтам выехал в центр и совершил последнее вращение, на секунду все охватила тишина. А после шквал от похвал и хлопков, ведь каждый знал: он выступил идеально. А Кавех… Он лишь чуть приуныл, но все же был полон решимости. Всё-таки… Может четкости элементов от него не стоит ждать, но достойного и красивого отката точно. — Давай Кавех, — надел чехлы и наклонился тому к уху. — срази меня наповал… Тот в свою очередь едко поморщился и вышел на каток. Волосы слегка растрепались, потому он аккуратно собирал легкий пучок. Ему вдруг стало душно и холодно, но подавать виду не хотелось. Где-то среди толпы Кавех словил ободряющий взгляд тренера, который так и твердил: ты не хуже него. Он собирался использовать одну из своих старых программ, где было всего пару прыжков. Зато она была обильна хореографическими танцами и невероятными переходами от одного движения к другому… Можно сказать, смесь из его коронных умений. Встав в позу, взгляд первым делом отправился на его соперника, алые глаза были напрочь пропитаны боевым духом. В голове зазвучала музыка, а руки уже нежно вытягивались… Первым делом пошли красивые шаги, которые сплетались и бродили как лотосы на воде. Зал охватило молчание, никто не мог оторвать взгляда от обаятельной фигуры на льду. Словно гордая птица, но сохраняющая свою изюминку. Лицо улыбалось и передавало все атмосферу танца. Кружение, настолько быстрое и аккуратное, что доказывало его чистоту и обаятельность. Вместо своих прыжков он лишь заходил на элементы, а дальше возвращался к шагам. На льду образовывались шаровидные фигуры, словно мыльные пузыри. Эта часть программы подразумевала витиеватые шаги, которые создавали постоянные дуги. Не было острых переходов, таких как крюки… Все достаточно красиво и элегантно. Конечно больше напоминало протяжную песню, с тихими трелями на фоне и ведущей темой, которая была еле слышна. Округлая, прозрачная и в то же время четкая. Но Кавех знал… Этого не хватит, Хараватат сделал все намного лучше чем он сам. Потому конечное вращение получилось достаточно хлипким и шатким, что действительно расстроило фигуриста… Рваные вздохи сопровождали дрожащие кончики пальцев, когда тот замер с поднятой рукой и смотрел вверх. Недостаточно… Я мог лучше. Вновь зал огласил гул и хлопки, только триумфа он не ощущал. Взгляд сразу стал искать Хайтама, но страшился увидеть усмешку… Однако лицо соперника хранило четкое спокойствие, словно тот все ещё обдумывал выступление. Вновь Кавех разозлился… Потому грозно покатился к бортикам и направился в гардеробную. Друзья пытались его остановить, но блондин только что-то рявкнул. Теперь он находился в маленькой комнате со шкафчиками и сидел где-то на табурете, смотря старую доску с различными объявлениями и расписанием, которому срок подошёл уже года два назад. Полнейший ужас… — Больно нервный ты тип. — снова эта усмешка, а у Кшахревара просыпается желание убивать. — Сегодня ты доказал, что я не ошибся. — Что катаюсь плохо? — скрипнул зубами, уже разглядывая лицо Хайтама. — Достал меня со своими… — Ты обязан откатать мою произвольную. — перебил того, подходя чуть ближе. — Тебе это по силу… Ты выучишь ее и пройдёшь отборочные, а после выиграешь медаль на турнире. — чётко, спокойно, словно само собой разумеющееся. Кавех был в шоке. Теперь перед ним стоял не прекрасный фигурист, а умалишённый человек. Как можно так просто гадать? Как можно быть настолько уверенным в себе и в нем? Блондин попятился назад, когда Хайтам вперёд. Почему он так помешался на нем? Что тот сумел разглядеть в Кавехе? — Скажи… — губы блондина высохли, потому он нервно облизнулся. — На черта тебе все это? — он не верил в то, что тот мог быть таким серьёзным на его счёт. — Деталей рассказать не могу. — качнул плечами, а после немного улыбнулся. — Просто выполняй свою долю проигравшего. — он протянул вырванную бумажку из блокнота. — Тут вся программа, начинай уже учить. С тренером я все обговорил… Блондин глухо выдохнул, наблюдая за столь серьёзным лицом Хараватат. Неужели он настолько болен этой глупой идеей? Честно… Кавех думал, что тот побегает пару дней и забудет обо всем. Да и этот спор он не боялся сильно проиграть лишь за тем, что сможет этим переубедить его. Теперь все иначе… Это только сильнее связало руки Кавеху. Или наоборот? Неуверенно взяв бумажку из рук, пробежался по ней взглядом. Четыре четверных, наибольшее количество сложнейших элементов… Он не жилец. — Что? — не понял фигурист. — Ножки трясутся от такого? — от этого насмешливого тона, Кшахревар зашипел как змея. — Можешь добавить побольше хореографии. Если скомпонуешь все эти составные со своими плясками… Выйдет неплохая программа. Даже нет, — чуть нагнул голову в бок. — лучшая. — Даже страшно представить… Что в твоей больной голове творится. — шептал блондин, запихивая бумажку в карман. — Теперь будь добр — отстань. Лучше подумай о себе, — наклонился, оставляя пару сантиметров между лицами. — пройди отборочные. То, что ты вытворял на конкурсе… И все свои тараканы, оставь при себе. Не позорь честь Сумеру. — скривил улыбку, разглядывая изумрудные глаза. — Я попаду на турнир, с твоей программой или без. Но можешь не ждать пощады. Хайтам после всей этой тирады просто улыбнулся. Он так же молча ушёл на лед, репетировать своё. Когда Кавех доучивал короткую в студии. Сегодня пар было всего две, потому на тренировку оставалось кучу времени. Тренер же, видимо очень довольный, принялся корректировать программу и музыку. Всё-таки пожеланий насчет композиции у того не было, значит Кавех мог взять все в свои руки. Это он точно умел. Но главное… После сегодняшнего отката Кшахревар понял, что все же был с ним на равных. Посмотрев записи с телефона Сайно, блондин немного успокоил себя. Ему казалось вышло все намного хуже. Да и все в Академии хвалили Кавеха, говоря что оба выступили одинаково хорошо. Значит главная его цель была выполнена: сравняться с Хайтамом.

***

— Вы ведь шутите? — Кавех ошарашено вглядывался в коридор общаги. Как оказалось… Хайтам будет жить здесь, прямо в соседней комнате. Чем это было чревато? Наверное лишь ужасным нравом Хараватата. Блондин думал, что тот будет более капризен к месту жительства, но оказалось… Не сильно. Конечно подробностей всего этого переезда тот не знал, но зато понимал одно: он будет видеть это безразличное лицо каждый божий день. Да и вовсе… Сама мысль, что где-то за стеной сидит этот человек, выводит Кавеха. — Да ну брось… Он совсем не шумный. — Нари безучастно лежал на кровати Кавеха, листая ленту соцсети. — У него хорошее хобби: чтение книг. Думаю, ты даже не заметишь его присутствие здесь. — Ну нет! — фигурист нервно бродил от угла до угла. — Просыпаться утром: видеть его лицо, идти на каток: видеть его лицо… Идти на пары и что? Снова видеть его! — все же присел на стул. — Он такой!.. Просто ужас. Странный и бесчувственный. Сайно так же занимал вторую половину постели с Тигнари и рубился в игру. Кавех же был сослан на какой-то рыхлый стульчик. Но это его вовсе не волновало… Мысль о таком соседе его бесила. Хотя он не понимал откуда у него столько злобы внутри, по отношению к Хайтаму. Просто… Он выводил из себя. Ему бы стоило поскорее это решить, ведь на соревнованиях будет не место эмоциям. — Зато может будет кого угощать твоими протеиновыми батончиками… Может он это варево заценит. — усмехнулся Сайно, поглядывая в телефон друга. — Иди ты. — блондин закатил глаза. — Нари, экзамен через две недели? — получил легкий кивок. — Хочешь я приду? — его голос стал на октаву ниже и тише. — Тебя убьют, если ты это сделаешь. — предупредил седовласый, нервно качая головой. — Даже мне не позволил… Тигнари только злобно дёрнул ушами, якобы говоря, что ещё одно слово — оба вылетят в окно. И все равно что это комната Кавеха… Нет Нари не ненавидел своих друзей, просто такая поддержка была ни к чему. Хотя может Сайно он позволил бы быть рядом, в случае неудачи. Но с другой стороны, если не сдаст, то фенек не хотел бы кого-то видеть в ближайшие дни. Но его друзья точно знали, что Тигнари пройдёт этот убогий экзамен на отлично, потому не сильно боялись. — Будешь в следующем сезоне пробоваться на отборочные? — вопрос Кавеха был адресован Спантамате. — Возможно… — Сайно сухо вздохнул. — Может тоже на тренерство подамся… Не знаю хочу ли всей этой мороки с турниром. — брезгливо поморщился, кладя голову на плечо друга. — Пойдём, уже поздно. Кавеху спать надо… Сам фенек ненадолго уснул, но его разбудили. Кшахревар проводил друзей до двери, а сам улёгся на кровать и стал думать. О всяком… О деньгах, друзьях, о работе и… О Хайтаме. Конечно такое рекордное количество мыслей о том, кто даже другом не считается — верх фантастики. И даже после сегодняшнего отката, Кавех ощутил то, что ощущал очень давно, где-то в детстве… Нетерпение посоревноваться в отборочных. Он ждал того дня, когда сможет встать на лёд и посмотреть прямо в глаза своим соперникам. Хайтаму… Но пока это не наступило, стоит указать на место, этой наглой морде, с завышенным самомнением.