Надежды и реальность: взрывая индустрию.

Приглушённый свет в кажущемся безграничным как чёрная дыра пространстве, ощущается только граница света и тени. Создающие непередаваемую атмосферу футуристические светильники, ощетинившиеся лампочками будто гигантские морские ежи, пульсируют среди теней зала под ритмичную смесь техно хаус электроники. Вспышки камер ослепляют. Миллионы глаз, пристально смотрят из потустороннего мира камер прямого эфира и несколько сотен из полумрака, окружающего кажется бесконечную, белоснежную дорожку подиума, уходящую в даль и плывущую перед глазами. Оглушающая пульсация крови в ритме бешено стучащего сердца, трясущиеся колени и подрагивающие кончики пальцев, скрытые от зрителей пушистыми деталями образа. Очередной дебют, ощущение первого шага в неизвестность, колотящееся в предвкушении нового и неизведанного сердце, бесконечный драйв от ощущения взглядов цепких, оценивающих, скептических. Да, я привык к публике и сцене, но. Обычно, я передаю эмоции посредством вокала, хореографии и мимики сейчас же, всë совершенно по другому. Совсем не так просто, как кажется со стороны. Иди прямо, не споткнись, держи осанку и смотри вперëд? - нет. Твой образ в целом статичен, всë что ты можешь делать это идти, но при этом должен умудриться передать вайб, заложенный модельером в его произведение, раскрыть, подать, поразить воображение. В прочем, наверное не особо важно в чëм я сейчас пытаюсь поражать воображение, я в принципе здесь выгуливаю женскую коллекцию, резонанс, как обычно, обеспечен. Мной, моей эксклюзивной внешностью и особым отношением к гендерным границам в моде как обычно разыграли беспроигрышную комбинацию. Louis Vuitton бесспорно в выигрыше, вопрос как это отразится на мне. Очень хочется найти в толпе один, самый важный для меня сейчас взгляд. Сегодня в зале мама, сидит в первом ряду и уверен держит за меня свои крошечные кулачки. Она давно мечтала побывать в Париже и вот появился повод. Желания в кое-то веки совпали с возможностям или звëзды выстроились в каком-то там особенном, редком порядке, но она реально сейчас здесь, со мной, я всем своим существом чувствую еë поддержку. Большинство смотрящих я уверен, думает что я тут не уместен. Не подхожу, не вписываюсь в стандарты индустрии высокой моды, но это моя давняя тайная мечта. Дежавю. Много лет назад я, так же как сейчас, впервые вышел на сцену, с теми же чувствами, эмоциями, опасениями, сопровождаемый такими же скептическими взглядами в которых, читалось практически всë то же самое что и сейчас. Справился, хоть было не легко. Справлюсь и сейчас, должен справиться. Повторно ощутить подобное я даже не рассчитывал, но вот я здесь. Показ женской зимней коллекции Louis Vuitton со мной, в качестве вишенки на торте. Не фото сессия для журнала, не простой приезд на показ в качестве посла дома. Выход на подиум. Огромный шаг вперëд. Я буквально слышу мысли большинства и предвкушаю оценку критиков «Он совершенно не подходит этой индустрии. Не соответствует стандартам». Бла-бла-бла. . . «Его рост, веснушки, как такое возможно?» Ничего нового. «Женская коллекция, вы шутите?» Феминность, дуальность и всё то, что так любят во мне обсуждать. Характеристики, анализы, разбор на детали, оценки, обсуждения, теории. Так происходит почти постоянно, привык. «Что K-Pop айдол вообще забыл на подиуме?» Тоже вполне ожидаемо. И много всего прочего, вполне возможно не особо лестного и очень вероятно даже не совсем приличного, помимо поддержки самых преданных фанатов (в которой я не сомневаюсь), будет написано в сети в ближайшие несколько суток. Но всё это не лестное и не приличное почти не трогает. Благодаря словам тех самых фанатов я знаю что совершенно органично выгляжу в любых вещах не только в своих, но и в их глазах. Я и сейчас искренне надеюсь на эту поддержку, надеюсь как обычно прочитать многочисленные комментарии о том, что я сделал всё правильно, что я справился, оправдал их ожидания, что им понравилось новое направление деятельности, что они как обычно поддерживают мои начинания. Надеюсь, что будет что-то подобное, поддержка и одобрение, которые в очередной раз позволят не концентрироваться на других, не таких приятных комментариях, которых тоже совершенно точно будет не мало. И я прочитал. Часто моргая чтобы буквы не расплывались, читал сотни одобряющих комментарий, сотни восхищенных и мотивирующих продолжать начатое сегодня постов, завороженно смотрел на тысячи лайков под видео с показа спустя всего несколько минут после заливки их в сеть. На душе становилось тепло и комфортно, спокойно от подавляюще позитивной реакции на выступление. Я насыщался эмоциями и как никогда становился уверен в себе и в том, что на негативные комментарии смогу просто не обращать внимания, концентрируясь и растворяясь в волне позитива, исходящего от истинно преданных фанатов, ценящих меня и моё творчество в любых его проявлениях. Безумно люблю их. Именно этот позитивный заряд энергии ощущавшийся даже сквозь камеры, позволил мне не удариться в панику на показе и сохранять видимость уверенности и спокойствия. Пальцы продолжают листать ленту соцсетей, плывущую перед глазами от переполняющих эмоций. Пора заканчивать, успокоится, пора. Минут через пять уже появятся стилисты и начнут лепить новый образ для after party, где нужно обязательно присутствовать и соответствовать. Очень хочется увидеть всего один такой нужный сейчас заветный комментарий, ощутить незримую поддержку в такой значимый для меня момент, но пока тишина. Заставляю себя заблокировать телефон. В этот раз мне не придётся ничего изображать на камеру, я реально счастлив, доволен результатом. А ещё, я безумно рад что в своё время смог прояснить всё между нами с Николя без поддержки которого, мне сейчас было бы намного менее комфортно. Flashback. - Ну чего-то подобного я ожидал. – Николя откидывается в кресле принимая более расслабленную позу. Слегка прищуренные, изучающие сейчас меня глаза излучают неподдельный интерес и выдают желание продолжить беседу. На удивление искренняя улыбка вселяет в меня надежду на отсутствие негативных последствий моего довольно резкого разъяснения собственной позиции и бескомпромиссного видения сложившихся между нами отношений. Я довольно долго рефлексировал на тему предстоящего разговора, продумывал варианты, возможные оттенки и итоги беседы в конце концов придя к выводу что говорить нужно в любом случае коротко и ясно. Будь что будет, оставить всё как есть или сделать вид что не придал значения произошедшему я в любом случае не могу, так как работать нам предстоит много и часто. Вариантов развития событий выходило не так уж и много и я даже мысленно прощался с мечтой о продвижении в индустрии моды, подсчитал неустойку по контракту в случае одно-стороннего отказа от обязательств, оценил на сколько смог возможную реакцию общественности и фанатов, коллег, руководства и мемберов. Всё же как ни крути мой отказ от работы с Louis Vuitton без веских причин мог зацепить коллектив в целом. Сейчас, оценивая ситуацию в режиме реального времени я не наблюдаю никаких признаков раздражения, агрессии или непонимания со стороны Николя, но вот этот пытливый взгляд и совершенно не пропавшая заинтересованность в общении(скорее наоборот) кажется намекает на проблемы о которых я подумал бы в последнюю очередь. - У меня даже есть предположение. – а вот я, в отличие от него, такого поворота событий ожидал в последнюю очередь. Тема разговора искренне пугает. Ладони потеют и я по привычке прикладываю пальцы к шее в попытке отследить частоту сердцебиения, маскируя это действие под такую же смену позы, откинувшись на спинку и оперевшись локтем о кресло с легким наклоном головы в сторону. Кажется я уже понимаю каким будет продолжение, но всë ещё надеюсь что ошибся. - Удовлетвори моё любопытство, должен же я как то поднять свою растоптанную кое кем самооценку. – он выглядит сейчас слегка расстроенным, но озорной блеск глаз рушит эту картину. Издевается? Шутит? Провоцирует? Прийти к какому-то конкретному выводу пока не получается, нервы уже итак на пределе. У меня совершенно точно начинает дëргаться глаз и рука непроизвольно сжимает стакан с алкоголем кажется слишком сильно, от чего начинает подрагивать вместе с содержимым. Замаскировать подобное уже никак не получается. Моя минутная не способность к выражению мыслей привычным для человека методом видимо воспринимается как согласие. - Месье Хван? - вздрагиваю, сдержаться невозможно как бы не готовился последние несколько секунд.. Сердце бухается куда-то в район пупка и тремор конечностей усиливается, что не остаëтся не замеченным. Меня буквально трясёт от напряжения. - Могу тебе твёрдо пообещать, что наличие или отсутствие ответа и обозначенные тобой чуть ранее жëсткие личные границы никак не повлияют на моё желание продолжать работу с тобой. Ты невероятно талантлив и уникален. Я слишком долго в этой индустрии чтобы выбирать моделей по критериям собственных симпатий. Я выбираю наиболее перспективные варианты. Даже если ты пока в этом сомневаешься, наше сотрудничество будет иметь оглушительный успех и огромный общественный резонанс. Мне просто реально любопытно прав ли я. - Ещё никогда тема личных отношений не всплывала в разговоре с кем-то кроме пары самых близких мне людей, но мне тоже реально интересно, можно сказать даже необходимо понять какое впечатление мы производим со стороны и какие эмоции и мысли вызываем у не знающих нас людей. Может рискнуть? Ещё раз изучаю собеседника, наблюдаю, смотрю в глаза напротив, сканирую позу и не вижу в них ни капли негатива, лишь искренний интерес. В конце концов мы тут одни и то, что я скажу в этой комнате и останется. Ну не пишет же он меня на диктофон? Хотя с теперешними знаниями начинает казаться что теоретически возможно всё. Нужно не забыть когда-нибудь от души поблагодарить руководство за сломанную психику. Ладно, рискну. - Неужели всё на столько очевидно? - в другой ситуации я бы никогда не решился задать подобный вопрос, но моё желание услышать мнение со стороны топит здравый смысл. Вряд ли такая ситуация когда-нибудь повторится, нужно использовать. - Ну после того каким образом ты изложил видение ситуации и обозначил свою позицию несколько минут назад совершенно очевидно. - лукавая улыбка появляется на лице Николя. - Чтож, я правда хотел услышать это напрямую от тебя, некоторые моменты меня смущали. Жаль что я немного опоздал со своей симпатией, но я переживу. Даже не думай что я когда-нибудь использую свои знания в корыстных целях, это не в моих правилах. - покручивая в руках стакан Николя смотрит в глаза вполне открыто и дружелюбно. Сердцебиение понемногу успокаивается. - Раз уж у нас тут минутка откровений расскажу тебе ещё об одном моём интересном наблюдении. – я еще от первого его наблюдения не отошёл и кажется не скоро отойду. Медленно киваю выражая готовность слушать. - Многие артисты в азиатской индустрии развлечений на сколько я успел понять ненавидят феномен фансервиса, от души желая не взаимодействовать подобным образом со всеми с кем захотят фанаты, но для вас двоих это наивысшее благо индустрии. Если бы не этот феномен я бы даже не подверг сомнению ваши отношения. Любой, достаточно проницательный человек понял бы всë, по одному взгляду или жесту, если бы чаще всего подобные взаимодействия на списывались на тот самый пресловутый фансервис. – да уж, интересное виденье вопроса и оценка наших взаимодействий. Это при том, что в живую он нас рядом не наблюдал. В этом случае наверное и подтверждений не потребовалось бы. . Над этим стоит серьёзно подумать. Нужно больше фильтровать взаимодействия, больше контролировать мимику. Больше, fuck, больше, да не знаю я чего ещё больше. . . Надо, определëнно надо. Если бы я ещё мог. Когда мы находимся рядом, смотрим друг на друга, касаемся друг друга между нами всë ещё искрит как не сдерживайся и накаляется кажется даже воздух. Эти вайбы замечают все окружающие, полностью взять себя под контроль до сих пор не получается, я это и сам знаю. Знакомый липкий страх ползëт вверх по позвоночнику заставляя слегка ссутулиться и опуская вниз уголки губ. Заметив что расстроил меня своим непрошенным анализом, Николя видимо решает что разговор на эту тему уже можно и нужно завершить. - Надеюсь дружеские места ещё не все заняты? - выныривая из своих тяжёлых мыслей, наблюдаю как Николя широко и искренно улыбается и понимаю что вот теперь, когда я уверен что всё сказано и всё услышано, я тоже очень хочу продолжать сотрудничество. Отмечаю про себя, что совершенно не зря думал о том, что он вряд-ли обделëн вниманием. Он реально привлекателен особенно когда искренне улыбается и определëнно обладает своим, уникальным шармом. Так же стоит признать что я до сих пор не на сто процентов научился читать людей(что в целом прискорбно, но не в этот раз). Разговор получился на удивление лайтовым, совершенно не таким как я ожидал изначально и это не может не радовать. End flashback. Сейчас, стоя рядом с Николя, под сливающимися в один непрекращающе слепящий свет вспышками камер, отвечая на вопросы журналистов, я чувствую его поддержку и ощущаю себя достаточно уверенно для того, чтобы пережить всë что последует за сегодняшним дебютом. Он не только прекратил все свои собственные не однозначные действия, но чаще всего на подобных мероприятиях именно он прикрывает меня даже от чужого слишком навязчивого и пристального внимания. Рядом с ним, под концентрированным вниманием журналистов непрерывно позируя на камеру я чувствую себя вполне комфортно. Я могу с уверенность назвать его пока ещё может не другом, но хорошим знакомым, в котором я достаточно уверен. Для ощущения полной гармонии не хватает только одного человека. Я настолько соскучился, что во время финальной проходки мне почудилось что я физически ощущаю его где-то рядом. Сердце было готово покинуть свою штатное место и тянулось куда-то туда, куда не было возможности взглянуть, но сразу по окончании шоу это ощущение резко схлынуло, будто вместе с адреналином. Человек вообще часто принимает желаемое за действительное, ведь Хван сейчас должен быть на другом конце земного шара, а если бы даже и был ближе, то вряд ли появился бы на показе, тут слишком много прессы. На автомате выдаю улыбки и поклоны. Сердце сжимает лютым холодом, от мыслей о Хëнджине, что на контрасте с бурлящим в крови адреналином ощущается особенно остро и больно. Я будто раскалываюсь на мелкие острые кусочки, атакуя самого себя изнутри. Мне не хватает его, я болею им когда нахожусь далеко. Обычно в такие моменты спасают ежедневные разговоры по телефону и видео связи, но сейчас я лишëн даже этой малости. Flashback - Нам необходимо срочно скорректировать общее расписание подготовки к фанмитингам. - очередная фраза не вызывает никаких эмоций. Я почти не слушаю что там обсуждают наши менеджеры. Очередная планëрка. Расписание и прочая рутина. Мы привыкли в этом вопросе полагаться в основном на менеджеров или в крайнем случае на лидера, который знает все эти графики и расписания наизусть с точным временем и в деталях. Черт бы их побрал эти расписания. Ëбаная поясница после вчерашних интенсивных прогонов новой хоряги жëстко напоминает о себе с самого утра и всё расписание которое меня сейчас волнует это расписание нашего физио-терапевта к которому я мечтаю попасть поскорее свалив отсюда. «Мой сломанный мальчик» - так он часто меня называет. Ванг Ян хëн. Наш чудо мануальщик, массажист и кинезио тейполог, без него и обезболов я сломался бы окончательно уже давно. Как-то раз он сказал мне что я напоминаю ему упаковку с конструктором «Лего», который даже у него не получается собрать идеально и пока я продолжаю интенсивные тренировки и концертную деятельность с каждым разом остаëтся всë больше не состыковывающихся заводских деталек. Но ему каким-то чудом каждый раз удаëтся подогнать их почти идеально и какое-то время я чувствую себя более или менее целым. Скорее бы уже закончился этот перегруженный сроками, дедлайнами, финансовыми кривыми и прямыми диалог взрослых и серьёзные дядей и тëтей и можно было бы сбежать и попытаться выпросить пару часов его драгоценного времени. Я не особо концентрируюсь на том, что озвучивается, всё равно в голове не удержится, а через час-полтора все согласованные задачи так или иначе загрузятся в общий календарь, который потом ещё отредактируют сто пятьсот раз. Запоминать в режиме реального времени просто бесполезно. По факту проще всего смотреть на свой график или поздно ночью или уже проснувшись утром. Пока продолжается обсуждение совершенное не интересных мне моментов бюджета обдумываю стратегию разработанную нами с Крисом и Хо в момент предыдущего обострения. Если задуматься периоды острых болей становятся всë чаще. Хуëво, что ещё сказать. Как ни крути, окончательно «сломанный мальчик» никому в индустрии будет не нужен. . Как сказал тогда Хо мне нужно попытаться сделать акцент на моделинге и общественной деятельности, с чем я полностью согласен. Да и какие у меня варианты. Выныривая из собственных мыслей замечаю что вся команда уставилась на меня явно в ожидании какой-то реакции. - Эм. . ок. - выдаю первое что приходит в голову, краем глаза замечая что на меня продолжают странно коситься и пытаюсь отмотать назад нить разговора, в попытке сообразить что не так. - Он вообще хоть слово слышал? - выражение лица Алекс при детальном рассмотрении однозначно напрягает. - Феликс, ты выходишь на подиум. – похоже голову тоже пора показать специалисту работает она медленно и с перебоями. . . Теперь понятно почему все зависли. В голове пока не укладывается, эмоциональные реакции отсутствуют. Нихуя себе скорость. Переосмысливаю фразу «мысли материальны». - И кто меня пригласил? - вопросительно смотрю на Алекс. - Николя, кто ж ещё. - Алекс смотрит на меня как на инопланетянина. - Он на тренировке головой не бился? – спрашивает Алекс видимо в попытке разрядить обстановку, косясь при этом толи на Хо, толи на Криса. - Да вроде нет, ржëт лидер. - Он последнее время вообще слегка припизднутый, если кто не заметил - выдаëт не стесняясь в выражениях Ли. Ржёт уже вся команда включая менеджеров. Или не вся. . . Перевожу взгляд с одного участника разговора на другого, пытаясь незаметно оценить реакцию окружающих. Хëнджин как ни странно находится при этом в слепой зоне. Как вышло что мы сидим не рядом или друг на против друга как обычно? Косяк. Видимо я уплыл в свои мысли ещё по дороге сюда. Хреново, однозначно. Угораздило же занять такую позицию именно тогда, когда озвучили реально что-то новенькое. Припадки бурной ревности к Николя мы вроде как пережили, но новости-то не обычные. Это не стандартная фото-сессия и не обычное присутствие в зале в качестве амбассадора у всех на виду. Участие в показе подразумевает максимально тесное и несколько более приватное взаимодействие на примерках и непосредственной подготовке к показу, а это уже совершенно иное и вызвать очередной припадок ревности может как нефиг делать. Fuck! Сконцентрироваться окончательно никак не получается. Откуда эта странная усталость и полу-сонное состояние, раньше я не замечал за собой подобного так часто. Появляется ощущение что в своём текущем состоянии я его припадок могу и не вывезти. Как в воду глядел. После богатого новостями собрания мы вполне закономерно разругались. Что самое паршивое мои нервы реально не выдержали его очередного выступления, так как в тот самый момент я видел себя лежащим на кушетке массажного кабинета, чему не суждено было сбыться из-за очередной накрывшей нас истерики моей королевы драмы. Справедливости ради, наговорил он на эмоциях в этот раз слишком дохуя. В конце достаточно эмоционального выступления я заметил страх в его глазах, но на тот момент благодаря бушующей обиде от всего услышанного и печали о пропущенном свидании с Вангом я не нашëл в себе сил понять и простить его вполне привычные слабости. End flashback. Накатывает очередная волна тоски. Я рад что я снова в Париже, но воспоминания не дают забыть о том, что на этот раз я тут один. - Я так горжусь тобой, сынок. - из очередных не радужных размышлений выдëргивает родной голос. - Ты был такой невероятный там, на подиуме. - ужин с мамой. Слезящиеся от счастья глаза, искренние слова поддержки, нежная улыбка и непоколебимая вера во всë, что делает еë ребëнок поднимают настроение, тёплые и родные объятия согревают на время, но уже через пару часов после еë ухода, в одиночестве, кутаясь в пушистый махровый халат в шикарном номере отеля, среди дорогой мебели, бара с элитным алкоголем, заваленный цветами и поздравлениями, насытившийся словами поддержки от фанатов, мемберов, родных и близких друзей я всё равно замерзаю. Мне холодно без него. Хочется уснуть и не видеть снов, но как только прикрываю глаза становится ещё хуже. В таком же номере, несколько месяцев назад было не просто тепло, было жарко. Flashback. Лунный свет робко заглядывает в приоткрытое окно, будто боясь нарушить атмосферу внутри комнаты. Если бы я мог остановить время, то сейчас было бы самое то. Глядя на распластанное подо мной произведение искусства никаких иных больше видеть не хочется. Хочется на вечно зависнуть в моменте, не заканчивая текущий и не начиная следующий день. Вот так застыть и не ощущать больше ничего, кроме рук и губ на собственном теле, топящего желания и безграничной любви. Свалив вечерним рейсом из Австралии в Париж я планировал протащить Хëнджина по всем музеям, выставкам, художественным галереям и магазинам. Накупить ему всяких дорогих материалов для творчества, посетить всё мишленовские рестораны и подняться на Эйфелеву башню. Всë это в принципе осуществилось, правда во весьма урезанном варианте, после того как через несколько часов прогулки нас всë же спалили стэй. . Получив пиздюлей от Алекс, которой тоже срочно пришлось вылететь в Париж для прикрытия наших звëздных задниц и указания больше на публике без неё не появляться мы закрылись в номере и двенадцать часов не вылезали из кровати. Никто не расстроился. Всë равно выставки, галереи, музеи и магазины были фоном для меня. Я смотрел только на Хëнджина, завороженно рассматривающего картины в галереях и предметы искусства на выставках, смотрел и думал что настоящее произведение искусства вот оно, передо мной, закусывает пухлые губы и блестит восторженными, бегающими от картины к картине, от предмета к предмету жадными глазами. Хëнджин вообще любит глазами. Он любит красивые вещи, любит образы, создающиеся в его воображении при взгляде на них, фантазии о предметах и людях, любит насыщенные цвета и плавные линии скульптур, любит яркие фотографии и яркие краски картин. Любит меня, хотя я сам себя никогда не ощущал ни ярким, ни красочным, ни поражающим воображение, но он иного мнения. А я люблю его. Так сильно, что это до сих пор пугает. Люблю его душу, люблю смотреть на него вот в такие моменты, когда он растворяется во вселенной чужого искусства, но ещё больше я люблю смотреть, как он растворяется в своей собственной. Когда он рисует или танцует, фотографирует, на его лице порой отражаются такие эмоции, которые сложно понять, им будто нет определения в реальном мире, только в его личном, внутреннем. В такие моменты мне кажется что я заглянул куда-то за кулисы реальности, туда, в его внутренний мир, где настоящая, ничем не ограниченная творческая натура создаëт искусство почище того, что сейчас с таким восхищением разглядывает. В этих эмоциях столько всего, что я сам выпадаю из реальности когда наблюдаю за ним. Пространство будто схлопывается, превращаясь в одну остановившуюся секунду времени, в которой только я, он и его личная вселенная. Прекрасней этих моментов разве что моменты, когда он глядя мне в глаза двигается внутри меня, в эти моменты я точно так же, будто существую в его внутренней вселенной фигурально пока он находится во мне буквально. End flashback. Прикрыв уставшие за день глаза снова проваливаюсь в воспоминания о предыдущем пребывании в Париже. Перед глазами неконтролируемо бушуют самые яркие сцены с его участием. Рука сама по себе пробирается под резинку пижамных шорт, дыхание учащается как только пальцы касаются собственного члена. Хочется забыться, потеряться в этих красочных воспоминаниях, хоть как почувствовать мнимое облегчение от сублимации и блëкло кончив наконец отрубиться. Иногда срабатывает. Калейдоскоп образов рассыпается тихим стуком в дверь. Неужели мама что-то забыла когда уходила? Вопреки неловкости ситуации возбуждение не спадает, у меня стоит до боли, а щëки горят от мысли что мне придëтся открыть дверь в таком состоянии. Любой психиатр наверное мог бы написать диссертацию после пары сеансов со мной. Тихий стук повторяется. На ходу заворачиваюсь обратно в огромный махровый халат, в который при желании мог бы завернуться в два слоя и на негнущихся, подрагивающих ногах максимально медленно двигаюсь в сторону двери. На каких великанов рассчитаны эти отельные принадлежности? Пытаюсь ухватиться за эту мысль и отвлечься от одного единственного желания чтобы меня наконец оставили наедине с самим собой, ожившими фантазиями и намерениями снять хотя бы физическое напряжение. Может быть это вообще обслуживающий персонал? - Было бы здорово, на их реакцию мне как-то плевать. Приглаживаю взъерошенные волосы. Надежда на быстрый посыл в пешее эротическое путешествие сотрудников отеля рушится как только я открываю дверь. Между козырьком бейсболки и максимально поднятой черной маски до боли знакомые и любимые бездонные глаза, в которые я на секунду заглянув пропадаю. Я так соскучился, так изголодался по нему что не понимаю реальность это или сейчас моя больная фантазия заставляет меня просто проецировать собственные желания в реальность. Время останавливается, хаотичные мысли толкаются в голове. Он реально здесь? Как он тут оказался? Зачем? Выгляжу ли я сейчас таким же жалким и нуждающимся каким себя ощущаю? Как сдержаться и не упасть перед ним на колени чтобы он не ушёл? В голове метания, но его не читаемый взгляд приковывает к месту, заставляя беззвучно открывать и закрывать рот в попытке определиться что я вообще мог бы сказать ему сейчас и нужно ли что-то вообще говорить. - Джинни, как ты тут..? - Неосознанно делаю шаг назад всё ещё не веря своим глазам. Звук захлопнувшейся за ним двери, создаёт впечатление незримой захлопнувшейся ловушки. Хëнджин смотрит на меня как удав на кролика, моментально считывая всё мои мысли, словно книгу, которую писал он сам. Дерзкая улыбка озаряет мнимо спокойное лицо и я ощущаю как он группируется словно хищник перед броском. Остатки мыслей разбегаются когда я словно в слоу-мо наблюдаю за сокращающийся расстоянием между нами. Help yourself режим похоже отменяется, теперь кажется главный и единственный вопрос на повестке дня смогу ли я завтра сидеть на интервью. - Надеюсь нет.