Ставка на танцора

Джисону приходится перерыть все свои заметки, и попытаться обходными путями выведать говорил ли он когда-то родителям, что он гей. Когда они смотрят кино, где проскальзывает эта тема, Хан внимательно следит за их глазами, но не может понять. В какой-то момент он сдается, и когда его начинают одного отпускать не только в школу, а и погулять, он говорит, что наконец-то может увидеться со своим парнем. И эффект от этой фразы заставляет его испытать ужас, потому что родители шокировано замирают и разворачиваются к нему. — Кто? — уточняет отец. Блять, он не говорил. — Кхм, парень. Проблемы? — уточняет Джисон, сразу вставая в защитную позу. Отец смотрит на мать, а та на него в ответ. — А презервативами ты пользуешься? — уточняет папа. Джисон в секунду краснеет. — Вы чего, мы не спали вообще ещё ни разу… — Только целуетесь? — цыкает отец. — Тебе почти 16, а он ещё не добрался до твоей задницы? Джентльмен. И отворачивается назад к телефону. Джисон шокировано смотрит на маму, а та поджимает губы удивлённо. — С чего ты взял что я снизу? Но то, как отворачивается мама, и как поджимает губы теперь и отец, говорит за них самих. Хан фыркает и идёт обуваться, и слышит, как они хихикают в зале с него. Черт, они всё-таки знали. Джисон пыхтит злобно, как чувствует, что кто-то касается его спины. Он выравнивается и видит маму. — Не забудь нас познакомить, хорошо? Как его зовут? Черт. — Я скажу, когда приведу его в дом. Не хочу пока что. Вдруг это не мой человек. — Хорошо, и не злись на нас. Ты просто такой милый, — смеётся мама и обнимает его перед уходом. Джисон выпрыгивает из дома все ещё красный, но с очень теплым ощущением в груди. *** Несмотря на то, что в этой вселенной жизнь достаточно размерена и спокойна, Джисон очень сильно грустит внутри. Он думает о ребятах, о другой своей семье, и о том, что их мертвые тела скорее всего уже сожгли, либо отдали под следствие, а по той земле ходит человек, который убил их даже не раздумывая. И ни за что. Ведь Минхо не виноват в том, что любит парня, не виноват в смерти отца, не виноват в том, что его мать скрывалась. Он ни в чем не виноват, но стал жертвой, втянув в это неосознанно ещё столько людей. Джисон очень надеется, что на старшего это не повлияет, но видит, что на Минхо это давит. Иногда он становится потерянным и отрешенным, а один раз они плакали вдвоём, думая о той жизни. Конечно здесь у них новый шанс. Новый шанс быть вместе, новый шанс прожить выпускной, есть ещё несколько дополнительных лет, и Минхо здесь с мамой, под защитой, без чокнутого дяди. И с кучей друзей и любимым человеком изначально. Но груз, который теперь навалился на него в виде странного компаса и родового подарка, естественно давит. Джисон пытается комфортить его максимально как может, даже когда утомляется морально сам. Они знакомятся со здешними Крисом и Чонином. Они здесь вместе уже с 9 класса, и это так мило, потому что они тут маленькие и начинали совсем по-другому. Крис очень щепетилен к Яну, а Ян светится, потому что его первая влюбленность началась так рано и она такая счастливая. Джисон смотрит на них, и старается отгонять мысли о том, что в другом мире Крис и Чонин старше, и более омрачены. Феликса с Чанбином они пока не нашли. Он пытается жить обычной жизнью, общаться со всеми так, как они и договаривались своим скопом и не думать о том, что произошло, пока в один момент не случается то, чего он явно не ожидает. Они в школе, и Чонин прилетает к Джисону с ошарашенным лицом, говоря что Крису стало плохо — он упал в обморок и сейчас в медпункте. И что это Крис, который редко когда сдает позиции. Джисон понимает что это значит, и набирает Минхо по пути в медпункт. Старший не отвечает, Джисон залетает внутрь комнаты, игнорируя медсестру напрочь, и дёрнув шторку, за которой был Крис, быстро закрывает ему веки. — Да? — наконец-то слышит он после долгих гудков. — Крис переходит. — Закрой ему веки… — Уже. — Пульс есть? Джисон меряет пульс и не чувствует его. Крис не шевелится. — Нет. — Очень плохо. Считай в уме до тридцати секунд, если ты посчитаешь до тридцати и пульс не появится, значит он не переместился и умер на полпути. Джисон замирает, но не задаёт больше вопросов. Он держит кисть Криса, считает. Когда доходит до 10 секунд, его начинает накрывать лёгкая паника. На 15 он уже хочет начинать реветь, но на 18 секунде он чувствует удар. — Уже три удара насчитал. — Ему нужно спать, Джисон. — Я буду охранять. — Джисон, есть шанс, что Чонин был с ним и тоже может умереть. Хенджин и Сынмин с тобой? — Нет, я сейчас их наберу. Джисон оборачивается, и понимает, что Чонин за ним не шел. Он набирает пока Хенджина, и одновременно просит медсестру не лезть и подождать. Та ругается на него, но Джисон объясняет, что Криса нельзя будить, выдумывает что-то про сильную усталость. Хенджин отвечает достаточно быстро. — Чонин… — Ты прямо как знал. Он только что… Джисон прерывает Хенджина и начинает инспектировать. Хван слушает внимательно и Джисон слышит шуршание. Ему кажется, что минута времени в такой ситуации — это целая вечность. — Пульс есть. — Неси его в медпункт. — Чем вы таким занимаетесь, что все падаете в обморок? — уточняет медсестру, явно понимая, что сейчас у неё будет уже два пациента. — Усердно учимся, — кривится Джисон, а сам подвигает стул и гладит Криса по лицу, переживая. Бедный Крис. Значит с ним что-то тоже случилось. Сука, как же это бесит. Дверь в медпункт открывается, и Хенджин заносит Чонина. Сынмин семенит рядом, бледный от испуга. — Клади так, чтобы не очнулся, — говорит Джисон. — Идите на урок, я буду с ними. Прогул одного меня лучше, чем всех троих. — А ты справишься? — уточняет Хенджин. — А что тут справляться. Шикать просто на всех, чтобы не шумели? — Может разбудить их, чтобы дома поспали? — уточняет медсестра. Хан хмуро на нее смотрит, Сынмин с Хенджином тоже. — Ладно-ладно, — вздыхает она и садится за свои записи. Хенджин с Сынмином желают Хану удачи и уходят, явно встревоженные. Джисон их понимает. Какого черта вообще? Одно дело, когда умерли они, но ребята, которые были черт знает где вообще и не знакомы с Ли Еннамом, почему они пострадали? Джисону приходит сообщение от Минхо, что компас затих. Джисон спрашивает, понимает ли Минхо — устал компас или нет? Минхо пишет, что он полностью затих, что значит, что больше никто перемещаться не сможет ближайшее время точно. Джисон поджимает губы. Блять. Он очень надеется, что Феликс и Чанбин в безопасности, пожалуйста. Он сидит в медпункте аж до вечера, и все время отгоняет от ребят медсестру, и пару школьников, которые забегают за день. К вечеру приходят родители парней, и Джисон с боем не даёт их разбудить. Они считают это странным, но все же соглашаются ждать. Джисон обещает, что отведет их обоих домой, после того как они проснуться, и что разбудит их, если вдруг они будут ещё спать перед закрытием. Он очень надеется, что они действительно проснутся. За два часа до закрытия школы приходит Минхо. Медсестра уже ушла, оставив Джисону ключи с просьбой отдать их охраннику, когда они все тут «наотдыхаются». Хан понимает, что все это сложно объяснить, но пытается как может. Минхо меряет пульс, и в итоге тихо переговаривается с Джисоном. — Я не знаю почему они переместились. Они не могли быть под протекцией последнего наследника, то есть меня, потому что я там уже мертв. — Твоя бабушка говорила, что не ты управляешь камнем, а что камень это самостоятельная сила. Может его в мусор выкинули, а он ещё работает с той стороны? — Как вариант. Минхо достает компас и показывает Джисону — тот выглядит как сломанная игрушка. Потухший камень, компас выглядит пошарпанным, словно им пользовались долгое время. По сути так и есть, но Джисон помнит, что при перемещении Сынмина компас точно выглядел новее. Не так, словно его мучали десятки лет. — Если Чанбин и Феликс в безопасности, тогда это не проблема. Но если нет, то это просто полная катастрофа. — Ребята проснуться и мы узнаем. У меня есть подозрение что произошло, но я хочу послушать их версию. — Мне так страшно, — признается Джисон, и прячет лицо в ладонях. — Так страшно и больно. Они же ни в чем не виноваты. — Никто не виноват, Хани. Никто этого не заслуживает. Сбоку слышится шуршание, и ребята отвлекаются. Крис начинает шевелиться, и Джисон встаёт, подходя к нему. Крис просыпается, и проморгавшись, ошарашено смотрит перед собой. — Какого… — Чшшш, лежать, — Джисон тормозит Кристофера до того, как тот резко встанет. — Резко не нужно, голова будет кружится. — Я сплю? — Нет, — мотает головой Хан. — Точно сплю, — говорит Крис, замечая за спиной Джисона Минхо. А после поворачивает голову, и видит Чонина на соседней койке. Он хмурится, осматривает помещение, и Джисон думает, что Крис явно молодец — он хотя бы послушно пытается придти в себя и не такой хаотичный как был Хенджин при пробуждении. — Мне снился странный сон, — говорит Крис. — Словно вы умерли, а мы нашли убийцу, когда начали копать под него. Мы все узнали, но он убил меня, и там оставался Чонин. Так странно умирать. Я так боялся, чтобы Чонин остался в живых. Джисон с Минхо переглядываются. — А это просто сон, — вздыхает Крис. — Почему мы в медпункте, и спим? Что-то я совсем потерялся, кто я, где я. Что за сон во сне. — Мы все расскажем, когда встанет Чонин и мы уйдем отсюда. — Наверное, уже сейчас, — говорит Минхо и идёт к Яну. Чонин просыпается не так легко, как Крис. Он вскакивает с постели и ошарашено начинает смотреть по сторонам. Заметив Кристофера рядом, он залетает на него, и в слезах начинает обнимать. Джисон с Минхо стоят рядом и молчат. — Боже, как хорошо, что мы выжили. Когда он застрелил тебя, я думал, что это конец. Я пытался выбраться оттуда, но он затащил меня назад и последнее что я помню — жуткую боль в голове. Боже, как хорошо, что ты живой. Крис хмурится, гладит Чонина и смотрит на Минхо с Джисоном. Кажется начинает догонять, что это вряд-ли коллективная галлюцинация и он точно не в фильме «Начало», где они прыгали между снами. — Вы же объясните нам все? — просит Крис. — С кем ты…? — уточняет Чонин, разворачивается и вскрикивает. — КАКОГО…? — Как думаешь, это радость? — уточняет Джисон у Минхо и тот больно щипает его за бок. — Перестань паясничать, вредина. *** Ребят приходится привести домой, и договориться, что Чонин остаётся у Криса. Минхо с Джисоном тоже заваливаются к Крису, и после того как Чан немного общается со своими родителями, они идут на задний двор и там каждый рассказывает что знает. Минхо с Джисоном узнают, что Крис с Чонином начали копать под дядю Минхо сразу, как только похоронили ребят. Они смогли накопать на него информацию, выдали ее копам и пошли к нему домой. Из разговора также понятно, что помимо ребят там была ещё мама Минхо, и Феликс с Чанбином. — Пиздец, — шепчет Джисон и закрывает глаза. — Если по твоей маме мы ещё поймём жива ли она, то Чанбина с Феликсом мы можем не спасти. Я вообще не в курсе где его искать. — Я примерно могу знать, где может быть Чанбин, — говорит Крис. — Но вся эта история странная, и раз вы говорите, что о ней нужно молчать, я не знаю как будут реагировать ребята. Они если умерли, остались совсем одни. — И они не знают что произошло и как себя вести, — кивает Минхо. — Почему никто не может справиться с одним человеком? — ворчит Ян. — Потому что мы с собой оружие не носим. Кстати, есть ли он тут? Дядя твой? — Нет, в этой вселенной он не родился. Возникает пауза, после чего Джисон спрашивает. — Ты видел моих родителей? — Я всех видел, — кивает Чан. — Все убиты горем, но не переживай, Джисон, они справятся. Тем более, что я надеюсь, что тот ублюдок сядет. Мы нашли много информации, следствие тоже работает. И он не особо умный, не особо скрывается. Мы нашли его сами. — Даже не знаю, какой вариант лучше — быть с вами тут, или чтобы вы были хотя бы живы там. — Лучше вариант, когда мы знаем что с Феликсом и Чанбином, — говорит Чонин. Они договариваются, что Крис поищет ребят в том месте, где они могут пересечься. Пообщавшись ещё немного, где Минхо инструктирует как себя вести и когда у них будет общий сбор с Хенджином и Сынмином завтра, они расходятся, перед этим крепко обнявшись. Минхо забирает Джисона домой, и благо, родители младшего действительно отпускают. Видимо его нормальное поведение срабатывает и они думают, что ему лучше. Джисон радостный семенит за старшим, что наконец-то они могут побыть вдвоем ночью, и когда приходят в квартиру Минхо, там их встречает Енг Джэ. — А ты почему тут? Я думал ты сегодня у дедушки. — Есть новости, — говорит та и ведёт их в гостиную. Хэ Вон, сидящая на диване, и увидев Минхо, вскакивает и подходит к ним тоже. — Что случилось? — уточняет Ли младший. Хэ Вон молчит, а после расплывается в улыбке. — Он мертв. — Кто? — Твой дядя, котенок. *** Джисон шокировано открывает рот, и они с Минхо переглядываются. — Я думала, больше никогда тебя не увижу, а тут просыпаюсь, а ты жив, и этот мальчик с тобой, которого недавно похоронили, — говорит Хэ Вон. — Ты переместилась, — шокировано говорит Минхо. — Он подстрелил меня, после того, как убил твоих друзей. Пока я истекала кровью, он выдавал всякий идеалистичный бред, которым он руководствовался. Но не успел — ворвалась полиция и убила его. Меня спасти тоже не успели. Я как будто отключилась в скорой, а проснулась почему-то тут. — Твоя мама заходила ненадолго, после того как ты ушел, у нас был разговор, и она вдруг упала. Я сразу поняла, что что-то не так, — говорит Енг Джэ. — Можно я тебя обниму? — спрашивает Хэ Вон, и Минхо тут же идёт к ней в объятия. — Я так хотела тебя обнять, все время, пока скиталась. Ты такой взрослый, такой красивый, такой серьезный уже, совсем не мой малыш. Когда ты умер, я подумала, что это конец. Что я уйду за твоим отцом такой же смертью, потому что это все из-за меня. Я не знаю что с этим камнем-компасом, о котором сказала твоя бабушка, но если нужно, я могу создать ему культ. Минхо фыркает, не зная, плакать ему или смеяться. Он рад, что мама смогла переместится, но получается, что его мать отсюда была замещена. Он прижимается к ней сильнее, обнимая крепче. — Только есть проблема, — говорит Хан. — Вы же живёте здесь с отцом. — Да я уже в курсе, — ворчит Хэ Вон, вздыхая. — Мама уже все сказала. Как-то справлюсь. Главное, что вы в порядке, мальчики. Здесь есть какая-то угроза? — Никакой? — пожимает плечами Минхо. — Пока что вполне безопасно. — Хорошо. Тогда я пойду, мы обсудим все завтра? Енг Джэ говорит, что я уже давно должна быть дома, она пойдет со мной, чтобы сказать, что мы просто засиделись вдвоем. Боже, это так странно, идти к этому человеку. — Потому что он умер или потому что ты давно от него ушла? — уточняет Минхо. — Все вместе, — морщится мама и они с Минхо ещё немного обнимаются. — Помни, что я люблю тебя. — Я тебя тоже, мамуль. Очень сильно. — Мы ведь ещё поговорим? Мне так много нужно сказать и за многое извиниться. — Мамуль, — Минхо снова её обнимает. — Не думай, просто береги себя и все, ладно? Хэ Вон целует Минхо в щеку и они с Енг Джэ уходят. Минхо поворачивается к Джисону, когда дверь за ними закрывается, и в его глазах стоят слезы. — Минхо, — шепчет Хан, подходит к нему и касается щеки ладонью. — Это слишком, для моей психики. Камень не работает, парни сегодня, твои друзья неизвестно где, мама, она… Он срывается на слезы, и Джисон обнимает его, нежно качая в объятиях. — Пойдем в кровать, полежим, ты поплачешь? — Нет. Нет! А вдруг… вдруг здесь тоже опасно? Вдруг мы снова заснем, в ту секунду, когда я стал слаб, и нас убьют снова? Мы там тоже не знали про дядю, и… Камень не работает, мы больше никогда не встретимся, и я снова все испорчу, я не могу быть слабым, ты посмотри, к чему это привело, просто катастрофа. Я должен был… не должен был уходить, мне нужно было не уходить тогда, не говорить о своей ориентации, потерпеть немного, не писать тот конченный дневник и тогда, тогда… Джисон не выдерживает и закрывает рот Минхо ладонью. Старший плачет, и ошарашено смотрит на Джисона. Хан становится серьезным и хмурым. — А теперь послушай сюда. Я не знаю как работает камень, но он сейчас у тебя и ты не можешь говорить такие вещи. Твой выбор тогда был правильным для тебя, и конечно ты не знал, какие последствия он создаст. Но ты же просто хотел быть счастливым… ты думаешь это ты виноват, что тебя убил конченный идиот, со странным мышлением? В прошлый раз, когда ты сказал, что возможно не должен был рождаться, я проснулся в неизвестной Вселенной без тебя, и пережил ужасный опыт, когда мне сказали, что ты действительно был всего лишь выкидышем. Я не говорю, что тебе нужно всегда держать эмоции при себе, но пожалуйста, пока ты владелец компаса, и этого странного камня, не допускай мысли, что ты мог не родиться… — Мне страшно, я во многом виноват… — Мне тоже, я тоже во многом виноват, но я не хочу проснуться во Вселенной, где тебя нет. Я хочу быть с тобой в любой Вселенной, и раз я уже в этой убил Джисона и украл его Минхо, точнее его тело, хоть я и понимаю, что вы просто объединились… блять, как сложно. Джисон вздыхает, пытаясь понять как объяснить. — Короче, я хочу жить с тобой. Уже хотя бы в этой Вселенной. Пожалуйста, Минхо. Давай ценить это время, давай ценить что мы живы. Ты столько пережил, ты жил один, ты убежал с дома, без матери столько лет, с чокнутым отцом, поднялся так высоко, научился управлять даже этим компасом… столько работы, Минхо, и ты готов сказать, что это все зря? Минхо молчит, смотря на Джисона мокрыми от слез глазами, а после обнимает его, прижимая к себе. Они стоят так пару минут, как Джисон говорит: — Это ты так рад меня видеть? Минхо фыркает, отстраняется и достает из кармана компас, который почему-то начал вибрировать. Камень внутри крутится так, как никогда до этого, и светится ярко. Теперь по часовой стрелке, плавно, но с большой скоростью. Минхо с Джисоном смотрят на него, а после Хан переводит взгляд на старшего. Тот хмурый, пытается понять, почему компас заработал. Джисон мягко касается пальцами щеки Минхо, переводит его взгляд на себя и шепчет в губы: — Я люблю тебя. Спасибо, что ты существуешь, Минхо-я. И целует его, вкладывая в поцелуй как можно больше любви. Всю, что копил и хранил годами. Минхо поддается на поцелуй, выдыхая в губы Джисона, и чувствует, как в сердце наконец-то воцаряется покой. Компас в его руках крутится сильнее, и кажется, что камень сейчас выпрыгнет из крепления. Джисон углубляет поцелуй, прижимается к Минхо сильнее, скользит языком в губы, отвлекая его от компаса. Минхо забывает обо всем, чувствует невероятно спокойствие, целуя Джисона. Словно он нашел то, что искал так долго — умиротворение и любовь, которые оседают в сердце приятным осадком, но дарят чувство тепла и баланса. Компас вдруг перестает вибрировать в руках старшего, стрелка делает несколько поворотов в разные стороны, хаотично, резко, словно пытается сорваться с крепления, а после замирает. Джисону тоже кажется, что время замирает, пока он целует Минхо. Он отрывается от старшего через несколько минут, заглядывая в его глаза, а после они оба смотрят на компас. Стрелка крутится внутри спокойно, невесомо, будто паря над непонятными значениями внутри компаса. Ходит по направлению часовой стрелки, и умеренно светится. — Он тоже искал свою путеводную звезду, да? — говорит Минхо. Джисон улыбается мягко, и Минхо кажется, что он сейчас растворится в свете, которое даёт ему младший. В эту ночь они засыпают дома, все в той же кровати, где Джисон спал с чужим Минхо. А когда просыпаются, Джисон задаёт Минхо несколько наводящих вопросов и отвечает на несколько вопросов старшего. И они понимают, что проснулись теми же, кем и засыпали.