Танцуй, словно завтра никогда не случится

      Немного в себя ребята пришли только через два дня, посвятив нежданные выходные лени, обнимашкам и сну. Никуда не ходили, ничего почти не делали. Превратились на время в неповоротливых тюленей и нежились под одеялком, изредка выпрашивая еду у Эммы.       Юки отогревалась в руках Манджиро. Майки же нехотя признался, что ему даже двигаться больно, а слышать громкие звуки — мучительно. Поэтому ребята как между собой общались шепотом, так и домашних к этому приучили. Хотя те их особо и не трогали, позволяя отлеживаться в спокойствии и тишине. Даже Вакаса без лишних вопросов разрешил остаться в доме Сано еще на две недели. Правда, в следующий раз они будут жить у него месяц. Справедливо, и Майки спорить не стал. Возможно, ему просто было лень открывать рот во время разговора, где тот, в основном, мычал что-то неразборчивое.       Первый день Золотой недели ознаменовался недовольным бурчанием желудка и долгожданным ощущением тепла: мягкого, уютного и спокойного. Юки так долго не могла согреться… а теперь… кайф и счастье. Второе счастье, старательно отогревавшее ее уже как пять дней, сладко потянулось, взглянуло на девушку одним невыспавшимся глазом, сграбастало Юки к себе и радостно прижалось к ее телу, что-то сонно и довольно мурлыкнув. Сразу стало еще теплее и еще уютнее. — Юки-тян, — развернул Майки девушку к себе спиной и сжал рукой грудь. — Извращуга, — шутливо рассмеялась Юки, прижимаясь к нему спиной и ощущая, как парень возбужден, — Решил выйти из образа ленивого тюленя и подвигаться? — Еще какой тюлень, — поцеловал он ее в макушку, огладил рукой бедро и нырнул пальцами между ног, проводя кончиками пальцев по половым губам, — Так соскучился… — А… у тебя голова не болит? Не тошнит? — в ответ она почувствовала, как он закидывает ее ногу через свои бедра, а в клитор упирается головка члена. — Немного… знаешь, что мне снилось? — чмокнул он ее в носик и по-доброму, нежному посмотрел прямо в глаза. — Неужели моя скромная персона? — игриво улыбнулась Юки и повернулась к парню лицом. Он в тот же момент прижал девушку к себе, — И… что же я делала? — Мммм… ты меня обнимала, целовала. Но, как только я снимал с тебя трусики — проснулся. — Хочешь завершить начатое во сне? — Продолжить. А потом еще продолжить… и так…ммм… дай подумать, — сжал он ее ягодицу, — продолжать и продолжать… — Тебе нельзя физических нагрузок, — улыбнулась девушка. Она аккуратно взяла его член в свою руку, нежно его поглаживая и размазывая смазку по всей длине. — Бука! — рассмеялся парень, смачивая пальцы слюной. Немного отстранился, и Юки почувствовала его палец на клиторе. Он медленно массажировал его, выбивая короткие стоны удовольствия, — Хочу…       Легкое касание губ… Майки со стоном просунул язык в ее рот, сплетаясь с ее. Они исступленно целовались, продолжая ласкать друг друга, выбивая глухие стоны удовольствия. — Манджи, — прошептала она, когда он схватил ее за ягодицы обеими руками и грубо, со стоном вошел во всю длину. — Черт! Как же я люблю тебя трахать, девочка моя, — остановился он на мгновение и вышел. Перевернул девушку на живот и, со стоном, вошел вновь, расцеловывая ей спину, — Тебе хорошо? — спросил он перед тем, как продолжить движение.       Его член пульсировал в ней, разрываясь от желания продолжить заниматься любовью. Его руки сжимали грудь и игрались с сосками… восхитительные, любимые ощущения. Они несколько дней не занимались сексом, а казалось бы, целую вечность. — Да, родной, — выдохнула Юки, — мне очень хорошо, — он поцеловал ее в холку, быстро наращивая темп.       Майки поднес большой палец к ее клитору и надавил на него. Юки вскрикнула от удовольствия, она начала сама насаживаться на его член, подлаживаясь под его темп. Его руки крепко удерживали ее за талию, по телам разливалось обжигающее тепло. Воздух наполнился стонами удовольствия.       Майки ускорился, крепко держа любимую за талию, насаживая ее на себя все сильнее и резче. Мышцы влагалища конвульсивно сжимались вокруг его члена. Манджиро рычал от кайфа, видя, насколько Юки хорошо. Такая податливая, будто слеплена специально для него, под него. Эта мысль заводила его не на шутку. — Только моя, — выдохнул он, сминая ее грудь.       Ее тело словно поразило электрическим разрядом. Майки завалился на девушку, расцеловывая ее лицо и рвано вдыхая воздух. Член внутри дергался, заполняя горячей жидкостью.       Он крепко ее обнял, гладя плечико, кокетливо выглядывающее из-под одеяла. — Кажется, мне нужно сменить схему лечения, — кокетливо улыбнулся парень. — Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Юки. — Не поверишь. Голова не болит. Вообще, так что… любимая… я знаю, как именно мы проведем Золотую неделю. И даже постельный режим не нарушим. — Дурак! Давление то во время секса скачет… может стать хуже, — опустила она голову на его грудь. Она поглаживала щеку парня и улыбалась. Он перехватил ее ручку и расцеловал каждый пальчик. — Как же я влип, Юки, — грустно покачал парень головой. — Во что опять? — насторожилась девушка. — Я безумно тебя люблю. Даже и не представлял, что это вообще возможно… так кого-то любить, — Юки чуть покраснела, смущенно опустив глаза. — Манджи… я тебя тоже люблю. Очень-очень, но… — Но? — насторожился Майки. — Я… очень боюсь. Того, чем ты занимаешься. Безумных типов вроде Ханмы и Сазаме. Они же напрочь отбитые! — хлюпнула она носом, еле сдерживая слезы, — Я очень… боюсь тебя потерять. Безумно боюсь. Боюсь, что кто-то нападет на тебя, или ты просто не вернешься со сходки. Мне страшно. Очень страшно. Настолько страшно, что когда думаю об этом — забываю как дышать, — закусила Юки губу, едва сдерживаясь, чтобы не зареветь.       Майки тяжело вздохнул. Внимательно посмотрел на девушку, аккуратно вытирая скатившуюся по щеке слезу. — До выпуска, Юки. После окончания школы я распущу Тосву, а до этого — тебе придется смирится. Либо, если тебе настолько страшно… то я, — Майки весь похолодел, когда понял, что действительно собирается ей сейчас сказать, точнее, глупо ляпнуть, — Прости. Нет. Вариантов у тебя нет. Тебе придется потерпеть, — кивнул парень. — Что? Ты изначально хотел сказать другое? — резко села девушка на кровати, прижимая к груди кусок одеяла. — Я херню чуть не сказал, Юки. — Ты мне хотел ультиматум поставить… — Не хотел, просто так глупо получилось. На секунду я решил, что если ты настолько боишься, то… Черт, не заставляй меня говорить о херне, которую я чуть случайно не сказал! Прости, малыш… от меня сейчас много людей зависит. И наша мечта тоже. — Эра гопников? Что это вообще такое? Сделать город небезопасным? Где на тебя из любой подворотни напасть могут? Да что это такое вообще? — Несешь херню! — прикрикнул Майки, — Юки, у меня снова башка заболела. Опять, — проворчал он и откинулся на подушки. — Я принесу тебе порцию лекарств, — сухо ответила девушка, оделась и ушла, хлопнув дверью.       Но Юки так и не вернулась. Вместо нее на пороге материализовался Изана с подносом в руках. Сердце Майки ёкнуло и кубарем рухнуло к ногам. «Неужели обиделась? Ушла? Больше не придет?». Внезапно стало трудно дышать и, когда на кровать присел Изана, поставив перед парнем поднос, еле слышно спросил. — Юки? — Забралась на байк и свалила в закат, — легко улыбнулся Изана, подглядывая за реакцией Майки. И брат его не разочаровал: настолько прифигевшего лица Изана в жизни не видел. Даже жалко Непобедимого стало. Хотя нет, похоже, Майки все-таки умудрилась победить к его же радости одна девица. Изана считал, что радость довольно сомнительная. — Расслабься. Я увидел, что она расстроена — и отправил прогуляться по поручению, — махнул рукой Изана, — Поссорились что ли? — Майки мрачно кивнул, уныло ковыряя в рисе палочками. — Вообще не понял, с чего… Точнее понял, но… все произошло слишком быстро и нелогично. Сам наговорил «не того». — Нелогичная истерия — это все про девчонок, — тоном эксперта начал Изана, — они все хорошие, эти девчонки, пока все несерьезно. А потом на шею сядут, лапки свесят и будут веревки вить. А если что — истерика, — развел парень руками. — Идиот ты, — махнул рукой Майки, — если тебе такие девушки попадаются, то не надо на всех это проецировать. У Юки есть причина, чтобы быть расстроенной. А я ступил и толком ничего ей не объяснил, просто сказал, что голова болит… она сразу за таблетками убежала, то есть тебя послала. — Не нравится мне она, эта Юки… — фыркнул Изана. — С Сачико что-ли встретился? — С чего бы? — Как встретишься с ней — сразу свое дерьмо начинаешь на окружающих сваливать большой и вонючей кучей. Особенно на девчонок. Это дурная привычка, прекращай, я слышал, как вы периодически с Юки грызетесь. По твоей инициативе. — Я не грызусь с ней, а тренирую ее выносливость и спокойствие. Еще немного — станет как Будда, либо прекратит мозолить мне глаза. — Больше в браузере профиль Сачико открывай — мозоль свои глаза ею. Юки не трогай, серьезно. У нее и без тебя проблем полно. — И одна из них — это ты, — фыркнул Изана раздраженно, — у нас даже времени побыть вдвоем и поговорить нормально нет. Вечно рядом эта рыжая задница крутится, — Майки еле сдержался, чтобы не втащить. Сразу. Все-таки Изана становился редкостным ублюдком иногда. — Где Юки кстати? — К Дракену поехала. Он мне починил тормоза на байке — Юки ему деньги передаст. — Дракен же вечером вроде к нам собирался? — Эмме какой-то сюрприз сделать хочет. — Что ж ты Эмму к Дракену не ревнуешь? — ухмыльнулся Майки. — Дракен парень отличный, а Юки та еще стерва, — пожал парень плечами. — С чего ты вообще к этому выводу пришел? Что она твоих дебильных шуточек не оценивает? Только не говори потому, что все бабы стервы. — Эмма — не стерва, — мягко улыбнулся Изана, Майки лишь покачал головой искренне надеясь, что очередной период «Я вымещаю свое дерьмо на окружающих» пройдет быстрее. Майки всегда удивлялся тому, насколько его брат может быть, с одной стороны добрым и понимающим, а с другой — разгоняться до уровня «говнюк» буквально за секунду, сильно раня тех, кто ему по какой-то неведомой причине не нравился. — Помирись с Сачико и прекращай ебать всем мозг. Особенно Юки, она этого не заслужила. Тем более она сейчас очень переживает. Просто лучше промолчи. Она мне дорога, это-то ты хоть понимаешь? — Все они все время о чем-то переживают? Да и какие у нее-то могут быть проблемы? — Юки видела, как меня избивали… — Давай угадаю: ультиматум поставила. Либо она, либо банда, — засмеялся Изана, — вот они все такие… — Не все, а Сачико. И нет, не ставила. Я сам… сплоховал в этом плане. — Не понял, неужели сказал, что банда выше нее? Ну ты молодец, сразу на место ее поставил, — засмеялся Изана. — Черт, ты точно с Сачико виделся. Пару дней назад ведь адекватным был. Что произошло? — У нее парень появился. Видел, как из ресторана выползают. Оба бухие как черти, обнимаются. Бесит, чертова шлюха, — Манджиро предпочел умолчать о том, что расстался Изана с девушкой по собственной инициативе, молча свалив на Филиппины. А ему, Майки, приходилось вести Сачико в кафе, а потом в парк и выслушивать все, что она говорила. Впрочем, это была не первая их такая прогулка, посвященная одной и той же теме. Но, надо признать, девушка была во многом права. С Изаной порой невыносимо общаться. — Парень рыжий такой, высокий, курносый? — А ты откуда знаешь? — Я тоже ее недавно с ним видел. Только вот это ее брат. Двоюродный. — Блять! — нехорошо выругался Изана. — Ты его избил… — Я его избил… — На глазах у Сачико? — На глазах у Сачико, — Майки даже не удивился. Нестабильные отношения Сачи и Изаны длились со школьной скамьи. И, надо сказать, хороши были оба. Оба теряли любую адекватность при косяках друг друга: реальных, но чаще мнимых. Оба взрывные, Изана склонен к подленькой мести, и осуществлял ее быстро и особо не думая о последствиях, да и не ревновал девчонку по-страшному. Сачико — взрывная, импульсивная. Но друг без друга они долго не могли, пусть и рядом с ними находится — все равно что сидеть на вулкане: неизвестно, когда начнется извержение и в какой степени затронет тебя. Дед от этой парочки быстро уставал и предпочитал ретироваться в свою комнату куда подальше. Шин нервно икал, когда парочка начинала ссорится. Эмма почему-то считала их отношения воплощенной африканской страстью и безмолвно и даже с восхищением внимала на ругань и крики. А для Манджиро поведение Изаны случило наглядным пособием «Как поступать нельзя ни при каких обстоятельствах с любимой девушкой, да и вообще с окружающими». — У меня нет слов… — А ты-то что такой спокойный? Сам свою расстроил. — Моя умеет спокойно разговаривать. Как и я. Проветрится — поговорю, не хочу, чтобы она меня неправильно поняла. Даже случайно. — Слишком заморачиваешься, — махнул рукой Изана. — Зато ты в отношении Сачико не заморачиваешься вообще, — поддел брата Майки, тот закатил глаза.

***

      Юки устала, откровенно вымотала себя эмоционально. Естественно, что видя, как Майки нравится в Тосве, она не хотела, чтобы он ее бросал. Тем более, там его друзья. Но за прошедшие дни она так и не смогла вытравить из своего сознания то, как его избивали, как кровь смешалась с пшеничными волосами, и как он упал… Юки боялась, и не могла перестать бояться за него. И страх выматывал, выжимал досуха… и после его слов, Юки не знала, что и думать.       Она рассекала на байке по городу, ощущая облегчение в обвивающем ее ветре и ощущении свободы. Тревога понемногу отступала, растворяясь в трафике города, ненадолго отступая от разгоряченного сознания. И, когда Юки подъехала к массажному салону, то ей немного полегчало. Она даже подумывала записаться на массаж, тем более так его любила. Из-за тяжелых тренировок Юки проходила курсы лечебного и спортивного массажа регулярно не столько даже из-за удовольствия, сколько из-за необходимости. Ведь ничто не расслабляет мышцы лучше, а значит и вероятность травмы снижается. Да и нервы, чего греха таить, успокаивает, и именно это Юки как раз и необходимо прямо сейчас!       Девушка поднялась на четвертый этаж и подошла за стойкой, где сидел сухенький старичок. Она решила записаться на сеанс прямо сейчас, а потом уже позвонить Дракену. — О, какая красивая девушка, — улыбнулся старичок, — работу ищете? — О, нет! Я даже не умею массаж делать, — улыбнулась в ответ Юки, — но на сеанс бы записалась. — Вот какие девчонки пошли! — воскликнул старичок, хохотнув, — Ну и такое сейчас не редкость! Выбирай себе мастерицу! — кивнул он на стенд с фото, Юки со своего места и не могла различить, кто там запечатлен. — Ой, как же я по виду-то только выберу! — засмеялась Юки, — Порекомендуйте кого-нибудь с руками по теплее. Очень расслабится надо, да и нервы ни к черту, — посетовала девушка. — Ну в расслаблении-то мы как раз эксперты, — улыбнулся до ушей старичок, — Ая-тян! — прокричал он. — И вот еще… Дракен здесь? — О, так ты по его рекомендации? Он вышел, но скоро будет. — Кен сказал, что я могу это вам оставить, — вытащила девушка конвертик и передала мужчине. — Передам, Кен мне как сын, — ухмыльнулся старик, — жаль, что ты не его девушка, — цокнул он языком. — Так у него своя уже есть… — Знаю, но много — это не мало, — хмыкнул старик. Юки не успела «переварить» услышанное, как из коридора раздался легкий цокот каблучков.       Высокая девушка с волнистыми белыми волосами улыбалась Юки. По мнению девушки медсестринский халат Ае очень шел, однако был слишком коротковат. Но кто она, чтобы кого-то судить? Наверное, так принято, униформа. Япония вообще во многих аспектах странная страна, которую девушка далеко не всегда понимала. Юки расплатилась за массаж, к Дракену зайдет уже после него. Ая, улыбаясь, схватила девушку за руку и повела по коридору: — Год здесь работаю, но ты первая девушка. И такая миленькая! Еще и иностранка! Даже красивая, — Юки зарделась, приятно это слышать пусть даже и от малознакомого человека. Ая завела ее в комнату, в которой стоял массажный столик и кровать. Она несколько удивилась второму, но только пожала плечами. Массажи разные бывают, после некоторых и баиньки охота. Ее вот после тайского каждый раз укладывали на часик поспать — настолько Юки расслаблялась. — Странно. У нас вот в стране большая часть посетителей массажных салонов — как раз женщины, — удивилась Юки. — Ого! А что это за страна, где женщины уже не так уж и интересны? — Россия. Ну почему не интересны? У нас много массажистов мужчин, многие женщины только их и предпочитают. Мы вот с мамой напару только к мужчинам и ходили, — Ая ойкнула, челюсть ее отпала. Про извращения она слышала немало… но такие семейные… — В смысле с мамой и напару? А как же… что твой папа об этом думал? — Папа иногда ездил с нами, мы после сеансов сидели в кафешке и пили какао. Семейное времяпровождение вот такое вот, — улыбнулась Юки и начала раздеваться, складывая аккуратным столбиком одежду. — И что… у русских так принято? И это нормально? — опустила голос до шепота девушка. — Ну да… я по салонам лет с семи вообще хожу, так что… Ну понимаешь, я на балерину училась, тренировки были очень жесткими, поэтому массажи необходимы, — легла Юки на стол спинкой вверх. — Черт! Так ты про обычный массаж! — внезапно догадалась Ая и истерично захохотала. — Да нет, можно тайский еще, — промямлила Юки, не понимая, что вызвало столь бурную реакцию. — Ну тайский я не умею, но классический обеспечу. И даже больше, — многообещающе улыбнулась Ая, с улыбкой склоняясь над необычной клиенткой. Ая, конечно, все поняла, Дракен не сподобился объяснить нормально, где он живет. И Юки приняла заведение за обычный массажный салон. И ей еще повезло, что у Аи есть и пара лет неоконченного мед образования, и курсы массажа за спиной. В отличие от остальных девочек.       Хотелось обо всем сказать Юки сразу, но слишком уж расстроенной девушка выглядела… слишком потерянной и несчастной. Да и человек Юки явно хороший… похоже, Ая впервые будет делать массаж без дополнительных услуг, лишь бы дать девочке успокоиться.