The Fire and the Sun

Ло сидел рядом с Соломенной Шляпой и читал книгу. Он перевернул страницу и продолжил дальше. Это была медицинская книга, которую он получил за несколько островов до Сабаоди и не успел прочитать. Теперь, когда у него выдалось свободное время, это было лучший шанс для этого. Мугивара все еще находился в глубокой коме и, вероятно, еще долго не выйдет из нее. Ло был немного раздосадован отсрочкой своего прибытия в Новый Мир, но он знал, что в конечном итоге это не имеет большого значения. Мировое Правительство не проигнорировало бы такого кандидата в Шичибукаи, как он, когда Ло приступит к своему плану. Задержка в несколько месяцев ничего не изменит. Он мог найти пиратов в двух шагах от него в любой точке Грандлайна, так что найти сотню, чтобы завладеть их сердцами, было бы несложным делом. Изначально он собирался сделать себе имя в Новом Мире, прежде чем занять место Шичибукая. Просто теперь это отошло на второй план, пока Соломенная Шляпа не исцелится настолько, чтобы не умереть без медицинской помощи. Если Шляпа будет отключен от какой-либо из машин, которые подключил к нему Ло, его ждала бы медленная и, вероятно, мучительная смерть. Однако Ло не позволил бы этому случиться, так что это была бесполезная мысль. Если бы кто-то сказал Трафальгару несколько месяцев назад, что он будет помогать Соломенной Шляпе Луффи, он разрубил бы лжеца на мелкие кусочки и разбросал их по морю. Но сейчас он делал именно это. Даже сам Ло не знал, почему он помогал Монки в такой степени. Ло за всю историю своей медицинской карьеры (это была даже не карьера, у него не было лицензии) никогда не чувствовал себя настолько обязанным вылечить человека. Увидев, что Мугивара неподвижно лежит на операционном столе, истекая кровью, в обьятьях Смерти (потому что Шляпа был на пороге Смерти, его раны говорили об этом), Ло почувствовал неправильность. Ло целенаправленно наблюдал за Соломенной Шляпой в аукционном доме, желая понаблюдать за первым человеком с буквой Ди в имени, которого он встретил после своих родителей. Ло мог понять, почему Ди были названы «естественными врагами Бога», когда Соломенный ударил одного из самопровозглашенных богов. Ло было интересно, что бы сказал Кора, если бы увидел это. Ло нахмурился и захлопнул книгу, не будучи в состоянии сосредоточиться на ней. Он поставил ее на прикроватный столик, скрестив ноги и положив их на стол. Он скрестил руки на груди, молча глядя на Луффи, который медленно дышал, его грудь то поднималась, то опускалась. День назад Ло увидел, что пищевод Соломенной Шляпы зажил достаточно, чтобы вставить ему в горло дыхательную трубку. До этого это только повредило бы организм. Хирург Смерти сделал бы это раньше, потому что он не слишком верил в способность легких Мугивары дышать как надо. С дыхательной трубкой у Ло исчезла одна забота Ло не очень-то верил в какой-либо из недавно пересаженных органов Соломенной Шляпы. Они не отвергли своего хозяина, но Ло хотел понаблюдать за ними повнимательнее. Прошло всего две недели или около того с тех пор, как Ло пересадил их. Капитан пиратов Сердца услышал писк кардиомонитора, немного слишком медленный, на вкус Ло, но приемлемый. Он хранил молчание, наблюдая за показателями и перепроверяя их. Ло не знал, почему он так сильно хотел спасти парня, пока в то время проходил мимо людей, которые были почти мертвы и даже не моргали. Возможно, дело было в том, что он увидел, как тот спасает своего брата, без всякого колебания в своем резиновом теле. Ло видел, что Шляпа был полностью уверен, что не переживет удар, но все равно улыбался. Легкая гордая улыбка показала, как сильно он хотел, чтобы его брат жил. И Ло… Ло понимал. Ло вспомнил Лами, свою младшую сестру, лучезарно улыбающуюся в его воспоминаниях из давних времен. Он вспомнил ее мягкие каштановые волосы, заплетенные в косички, и невинные черные глаза, смотрящие на него, улыбку, в которой не чувствовалось беспокойства в ее маленьком тельце. Ло помнил, как ей нравилась ее любимая юбка и что ее любимый вкус мороженого — ванильный. Лами была невинным ребенком, перед которым открывалось блестящее будущее, и потому мысль о ней причиняла столько боли ему. Ло все еще мог видеть горящее здание, объятое пламенем, Он знал, что его сестра была там и ничего не могла сделать. И Ло чувствовал себя таким виноватым, потому что именно из-за него она оказалась там в первую очередь, решив, что внутри она будет в безопасности. Ло по-прежнему чувствовал тот запах — невыносимый смрад горящих тел и пороха. Кстати запах крови застрял у него в носу, никогда не покидая его. Дым заслонил ему зрение от вида полного разрушения его родного острова. Ло все еще чувствовал, как задыхался от дыма. По сей день Ло, видя вспышки огня, отправлялся обратно в тот день, когда сгорела его жизнь. Звук выстрелов из пулеметов вдалеке и последовавшие за ними крики стихли так же быстро, как и появились. Вид его родителей, застреленных, залитых собственной кровью. Вес мертвых тел, под которыми он прятался, угрожал раздавить его. То, как слезы текли по его лицу от осознания того, что все, кого он знал, ушли Может это и было много лет назад, но Ло помнил это, словно все произошло вчера. День, когда Флеванс вычеркнули из учебников истории, стал обычным гостем в его ночных кошмарах и глубочайших страхах. Ло, возможно, никогда не забудет о своем прошлом, но то, как он стал единственным выжившим в своем доме, стало его виной. Почему выжил именно один он? Почему он жил в мире, когда его сестра нет? А его родители? Ло, возможно, никогда не узнает, да и не хотел знать. Ло был доволен тем, что он из себя сделал, но чувство вины никогда не уходило. И Ло привык к этому. Это делало его человеком. Ло непонимающе уставился на Соломенную Шляпу. Возможно, именно поэтому он спас Мугивару. Он спас своего брата несмотря на невероятно высокие шансы против него и победил. Он спас человека, которому было суждено умереть в тот день, и выжил сам. Он показал Ло, что на самом деле нет ничего невозможного и чудеса действительно существуют в этом ужасном мире, в котором они оказались. Соломенная Шляпа спас свою семью, и это было то, чего Ло желал сделать на протяжение целых десятилетий. Он видел, как молодой пират исполнил одно из своих самых заветных желаний с улыбкой на лице. Ло впервые в жизни увидел определение Ди и захотел спасти его. Ло устроился поудобнее в кресле и откинул голову назад. Гул электроники и системы фильтрации воздуха донесся до его ушей — очень знакомые звуки. Ло закрыл глаза и расслабился. Он заснул, прежде чем осознал это.

***

Когда Сабо появился на корабле, команда пару дней пребывала в небольшой панике, но довольно скоро успокоилась, когда все увидели, что он был только рядом с Эйсом. Сабо и Эйса можно было встретить всякий раз, когда они выходили из каюты Эйса, делясь историями о старых временах, что вызывало еще более обеспокоенные взгляды в их сторону. Эйс игнорировал их, ведь летал практически на седьмом небе от счастья от того, что снова был с Сабо. Эйс чувствовал, как дыра в его сердце медленно закрывается и заживает с каждой секундой, проведенной с братом. Но Эйс все еще ощущал огромную потерю Луффи, также как и Сабо. Они дрались, были близки к тому, чтобы наброситься друг на друга, прежде чем понимали, что происходит. Они не хотели злиться друг на друга, зная, что последствия такого спора сломают их. Они были единственными, кто мог помочь друг другу, и если что-то снова разлучит их, Эйс потеряет все. Он держался за Сабо, как за спасательный круг, и если бы он отпустил, Эйс пойдет на самое дно. Когда Эйс и Сабо не говорили о прошлом, они проводили расследование. Эйс вовлек Сабо в свои поиски, продемонстрировав все имеющиеся доказательства. Сабо присоединился к нему при первой же возможности. — Я не мог помочь тогда, позволь мне помочь сейчас. Сабо хрустнул костяшками пальцев, и Эйс поднял бровь. блондин ухмыльнулся Эйсу, сверкнув глазами. — Я начальник штаба Революционной армии. Эта область мне знакома. Эйс осознал правдивость этого заявления, когда Сабо получил больше отчетов, чем Пираты Белоуса вместе взятые. Он только пожал плечами и сказал, что, к ужасу Харуты, коллеги оказали ему кое-какие услуги. Харута был самым усердным работником после того, как Эйс запросил информацию, поэтому, когда он увидел, что его усилия прошли даром, его гордости был нанесен тяжелый удар. Эйсу пришлось утешить его, сказав, что Сабо просто хорошо справляется со своей работой. Сейчас Эйс сидел в случайной пустой комнате, превращенная в информационную комнату Эйса и Сабо. На стенах и столах в хаотичном порядке были разложены бумаги. Это была жилая комната размером двадцать на сорок, предназначенная для размещения по меньшей мере двадцати пиратов, так что в ней было достаточно места для их целей. На стене висела масштабная карта того, где должны были находиться острова, но это был лишь общий справочник для большинства моряков. На стене слева были значки с указанием последнего известного местонахождения Рэйли и того, почему они думали, что он был там. Эйс и Сабо получили немного больше информации за последние пару дней, но после Маринфорда у них было не так уж много. Это заставляло Эйса и Сабо практически рвать на себе волосы от разочарования, которое они испытывали. Марко тоже был в комнате, наблюдая за ними из угла. Марко выгонял их, когда считал, что они слишком долго не спали и не ели. Они ворчали и скулили, но Марко лишь сильнее подгонял их. У Эйса возникло ощущение, что здесь формируется некая закономерность. Время от времени заходили какие-то командиры, проверяли, что они делают. Даже приходил Отец, сказав, что давно не видел своего сына. Эйс улыбнулся Попсу, но в следующую секунду улыбка быстро исчезла, когда он понял, что делает. Казалось неправильным улыбаться, когда Луффи ушел. Образ его улыбки возникал в его голове, где бы он ни делал это. Эйс ударился головой о стол, обнаружив пятый тупик за этот день. А на часах было только два часа дня. Сабо сел и вздохнул, на его лице отразилось изнеможение. Эйс положил подбородок на стол и оставил его там, даже не заботясь о том, как он выглядит. — Мы обязательно что-то упустили из виду! Рэйли не провалился под землю, так почему мы не можем его найти? Эйс стукнул кулаком по столу, разочарование подпитывало каждое его движение. Сабо кивнул в знак согласия и положил на стол какие-то бумаги. — Из всех источников, которые я читал, Темный Король не похож на человека, который убегает в страхе. Он относится к тому типу людей, у которых есть причина для всего, что они делают. Что скажешь, Феникс? Марко промычал, подперев рукой подбородок. Он посмотрел на братьев и ответил. — Рэйли достаточно силен, чтобы выдержать все, что бросят ему морские дозорные, поэтому он не исчез бы просто так. Из того, что я слышал, последние пару лет он жил на пенсии на Сабаоди, на самом деле у него не было причин менять свой образ жизни-йой. Сабо согласился, размахивая своими бумагами. — Ага, понятно. Я прочитал отчет морского дозорного, в котором говорилось, что они нашли его на аукционе рабов, и дозорные ничего не предприняли, потому что старый чудак сказал, что это просто приведет к жертвам, если они приведут кого-нибудь сражаться с ним. Эйс прищурился, глядя на бумаги: — Откуда у тебя это? Сабо невозмутимо ответил ему: — Услуги, довольно много услуг. Ты думаешь, у нас в морском дозоре нет шпионов? Эйс любезно опустил это, понимая, насколько глупо это прозвучало. Эйс ударился головой о стол, не поднимая глаз. Отсутствие зацепок вызвало в нем некоторую безнадежность, но он не мог просто так сдаться. Это было ради Луффи, так что Эйсу пришлось продолжать. Зашуршала бумага, но звук резко прекратился, заставив Эйса поднять голову и посмотреть на Сабо, который нахмурился. Сабо в замешательстве посмотрел на Эйса. — Эй, Эйс, ты знаешь, как Луффи попал в Импел Даун? Морские дозорные понятия не имеют, как он попал туда, не подняв никакой тревоги. Эйс усмехнулся над этой частью, зная, что Луффи и «не поднять тревогу» не могут содержаться в одном предложении. Затем Эйс наклонил голову, обдумывая вопрос Сабо. Эйс озадаченно покачал головой. — Без понятия. Сабо снова просмотрел отчеты. — Это странно. Эйс кивнул, это было странно. Морские дозорные, может быть, и идиоты, но они дорожили информацией о том, как улучшить свои возможности. Следует признать, что они до сих пор не понимали, как Луффи попал туда. — Происходило ли что-нибудь странное за это время? Сабо уставился на Эйса, пытаясь выяснить что-нибудь по его лицу. Эйс начал отрицательно качать головой, когда в его голове всплыло воспоминание. Тишина привлекла внимание Марко и Сабо. — Меня посетила императрица пиратов Боа Хэнкок. Очевидно, она хотела увидеть человека, из-за которого начнется война. Сабо махнул рукой. — И? Эйс сердито посмотрел на Сабо. — Именно Боа сказала мне, что Луффи пришел, чтобы спасти меня. Эйс замолчал, не зная, что еще сказать. Сабо кивнул сам себе, а затем его брови хмуро сдвинулись. Он снова погрузился в отчеты, разбрасывая повсюду вещи, пытаясь что-нибудь найти. Марко и Эйс обменялись взглядами, а затем вернулись к Сабо, который просматривал множество бумаг. Он остановился и поднял отчет, держа ее над головой, как приз. Он швырнул документ на стол и указал на Эйса. — Ты сказал, что Боа сказала тебе, что Луффи пришел за тобой, чтобы спасти тебя, верно? Эйс медленно кивнул, чувствуя неистовую энергию своего брата. Он выглядел немного сумасшедшим из-за того, как блестели его глаза. — Да, я только что тебе это сказал. Сабо снял цилиндр и, положив его на стол, устремил свой взгляд вниз. — Это какая-то бессмыслица. Эйс озадаченно наклонил голову. — Почему? Сабо посмотрел на Эйса, и его лицо внезапно озарило понимание. — Императрица пиратов встретилась с тобой в 9:30 утра. Стражи Импел Дауна впервые заметили Луффи только в 10:00 утра. Как Боа Хэнкок узнала, что Луффи был там, и пришел спасти тебя еще до того, как охрана узнала, что он уже в Импел Дауне? Марко широко раскрыл глаза: — Потому что она уже знала, ведь именно она была той, кто провела его внутрь. Сабо взволнованно указал на Марко: — Точно! Затем Марко нахмурился: — Боа Хэнкок известна своей ненавистью к мужчинам, зачем ей помогать Соломенной Шляпе? Эйс и Сабо обменялись улыбками друг с другом. — Потому что он отлично умеет заводить друзей. Даже Императрица пиратов поддалась бы его способностям. А затем все они на мгновение замолчали, собираясь с мыслями. Эйс переваривал эту информацию, не совсем понимая, какова была ее мотивация, даже если она была подругой Луффи. — Как он вообще с ней познакомился? Сабо поднес ручку к карте, указывая на Сабаоди. — Вы, ребята, можете этого не знать, но Кума был частью Революционной армии. Его Плод Никю Никю но Ми может многое, но одной из способностей, которыми дорожила Армия, была та, благодаря которой он мог отправить любого на любой остров Грандлайна, если он знал его направление. Я испытывал это несколько раз, хоть это и было немного странновато. Сабо сделал паузу, чтобы восстановить дыхание. Он сразу же вернулся к делу — Когда человек исчезает, он отправляет его в другую часть Грандлайна. Сабо ткнул пальцем в карту, где находился Сабаоди, и провел прямую линию к Амазон Лилии. — Когда Кумо отослал Луффи, свидетели сказали, что он указал в сторону Амазон Лили, потому и Луффи оказался там. Эйс положил руку на подбородок, промычав: — Итак, ты хочешь сказать, что Луффи встретил Боа, когда приземлился на ее острове, подружился с ней и убедил ее привести его в Импел Даун. Сабо, хоть мы и соединили все это вместе, но это также может быть ни хрена не связано между собой. И важно ли это вообще, в конце концов? Сабо посмотрел на Эйса с сочувствием в глазах, которое заставило бы его ощетиниться, будь это кто-то другой. Эйсу не нужна была жалость, и особенно прощения других людей. Лицо Эйса приобрело мрачное выражение лица. Даже если это было правдой, они все еще были там же, где и начинали. Сабо положил руки на стол, наклоняясь ближе к Эйсу. — Это действительно важно. Сабо схватил папку с другого стола в нескольких метрах от того места, где он стоял, и бросил ее обратно. Он постучал кипой бумаг по столу, привлекая внимание Эйса, который все еще не верил, что это хоть в чем-то поможет. У Луффи было много друзей, в этом он был мастер, и особенно это видно на примере всех людей, которых ему удалось уговорить поехать с ним в Маринфорд. Эйс не видел причин рассматривать Боа сильнее, чем других. — Я не собирался ничего говорить об этом, потому что не считал это необходимым. Сабо открыл папку и достал отчет морского дозора. Эйс уже научился различать их за последние пару дней. — Но знаешь ли ты, что Императрица пиратов была первым Шичибукаем, покинувшим поле боя, еще до того, как это сделал Михоук? Эйс посмотрел на Марко, потому что в тот момент он был без сознания. Марко сосредоточенно посмотрел на них, пытаясь вспомнить. Он поднял бровь и кивнул — Я заметил, что ее не было рядом, когда у нас было перемирие. Я думал, она ушла одновременно с Михоуком. Сабо согласился с этим, оглядываясь на Эйса. — На самом деле об этом не говорили, потому что у морских дозорных были другие, более важные заботы. Боа Хэнкок заимела репутацию человека, которому наплевать на всех, особенно на морских дозорных, поэтому исчезновение Боа не было сочтено чем-то необычным. Эйс положил ноги на стол, его лицо так и спрашивало Сабо, в чем же здесь смысл. Сабо продолжил, зная мысли Эйса и игнорируя их. — Был один отчет от морского дозорного низкого ранга, едва имевшего звание, необходимое для пребывания в Маринфорде во время войны. Судя по всему, этому парню повезло, что он вообще пережил войну. В любом случае, он сообщил, что перед тем, как его ударил по затылку неизвестный противник, он видел, как змея Боа Хэнкок уносила тело какого-то дозорного с поля боя. Этот отчет был отвергнут с учетом того, насколько нелепым он был в общей видении событий, и ни один высокопоставленный офицер не обратил на это внимания. Марко нахмурился и спросил Сабо. — Ладно, признаю, это странно, но почему ты об этом заговорил? Сабо разочарованно вздохнул. Он указал на них обоих с маниакальной энергией, исходящей от его гибкого тела. — В отчете дозорный указал, что ему удалось мельком разглядеть человека под плащом морского дозора. Он сказал, что человек был небольшого роста, примерно 160-180 сантиметров в высоту. Вес не указан, но морской дозорный сказал, что волосы были черного цвета. Итак, вам это не кажется знакомым? Осанка Эйса сразу же стала прямее, он опустил ноги на пол и сосредоточил все свое внимание исключительно на Сабо. Марко напрягся, и на его лице появилось понимание. Эйс тихим голосом произнес: — Почему ты не сказал этого раньше? Сабо посмотрел на отчет: — Потому что я не хотел давать вам, ребята, ложную надежду. Кто бы мог подумать, что Боа Хэнкок заберет тело Луффи и рискнет всем, что у неё есть, ради мертвеца? И знаете, насколько невзрачным был этот отчет? Описание было настолько расплывчатым, что ничего не давало о человеке. Никаких черт лица или тела. Оно было практически бесполезно без предварительных знаний. Этот парень мог легко видеть то, чего там не было, из-за раны головы. Я бы упомянул об этом, если бы это казалось возможным, и теперь оно так и есть. Эйс на мгновение разозлился на Сабо, но понял, что есть дела поважнее. Он успокаивающе вдохнул и выдохнул. Он жестом попросил Сабо подождать. Эйсу потребовалась секунда, чтобы собраться с мыслями. — Со всем этим, с доказательствами и теориями, которые мы едва собрали воедино, ты думаешь, что тело Луффи у Боа Хэнкок? Сабо отчаянно закивал. Эйс лишь поморщился. Конечно, это была лучшая зацепка, которая у них была, но она была такой хлипкой. Однако это Грандлайн, и все было возможно. — Тогда как Рэйли замешан в этой ситуации? Сабо кивнул и достал другую папку. Он вернулся к карте и ткнул на Сабаоди. — Ты знаешь, что Рэйли спас Мугивар от Кизару, но кое-что, о чем не упомянули, это то, что Рэйли удалось оторваться от Кизару и на мгновение сразиться с Кумой. От человека, который разговаривал с одним из моих информаторов, они сказали, что Кума и Рэйли немного поговорили, а затем Рэйли ушел, не закончив бой. Я подумал, что это в какой-то степени странно, но это также может быть случай, когда противники разговаривают в середине боя. Бьюсь об заклад, у тебя такое было. Эйс и Марко согласились, вспомнив подобные примеры за свою жизнь. Сабо начал говорить быстрее, волнение окрасило его голос. Он указал на стену с нитками, которую Эйс и Сабо установили на левой стене, где они разместили появления Рэйли. — Рэйли последний раз видели там, пока он не появился в Маринфорде со шляпой Луффи. Итак, он, должно быть, связался с Боа Хэнкок, но как он это сделал? Эйс наблюдал, как волнение Сабо растет все больше и больше, его глаза горели маниакальной искрой. Будь он слабее, он бы отодвинулся от Сабо, опасаясь за свою жизнь. Марко смотрел на Сабо с беспокойством, боясь за его рассудок. Сабо повернулся к Эйсу, его тело дрожало от внутренней энергии. — Держу пари, что у вас, ребята, особенно у тебя, Марко, много связей. Марко озадаченно взглянул на него: — Да, ты заводишь их с опытом и временем, проведенным в морях-йой. Сабо улыбнулся: — Итак, вы должны согласиться, что у Рэйли было бы столько же связей, сколько у вас. Он живет уже давно, и он был вице-капитаном одной из самых могущественных пиратских команд прошлой эпохи. Марко медленно кивнул, не понимая, о чем говорил Сабо. Эйс же изо всех сил пытался понять, к чему клонит Сабо. — Пару лет назад Драгон дал мне, по сути, домашнее задание: выяснить, сколько связей есть у определенных людей и можем ли мы использовать какие-либо из них. Рэйли был одним из них. И прежде чем ты спросишь Марко, ты тоже был в списке вместе со своим капитаном. Извини. И Эйс… Ты тогда еще даже не был в море. Не волнуйся. Эйс видел, как извинения Сабо слегка выбили Марко из колеи, и Эйс лишь пожал плечами. Он видел, как это делал Сабо. У него всегда был талант разбираться в людях и их друзьях. Эйс смирился с этим, не заботясь о тонких извинениях, Сабо, по сути, шпионил бы за ним в будущем, если к нему не вернулись бы воспоминания. — Когда я исследовал Рэйли, мне пришлось переворошить весь архив армии, потому что он был на пенсии и, скажем так, держался особняком на Сабаоди. Когда я приводил в порядок документы, я обнаружил любопытную вещь. Рэйли видели с женщиной по имени Нён около тридцати-двадцати лет назад, но после того, как «Пираты Роджера» распались. Любопытно, что эта женщина, Нён, путешествовала по миру одна. Мне это показалось странным, поэтому я копнул глубже. Сабо сделал паузу, собираясь с духом. — Когда я покопался поглубже в том аду, которым были архивы армии, я нашел упоминании о ней много лет назад. Это был документ, фактически сделанный около за 40 лет до создании Армии. Отчет был написан на украденном корабле морского дозора, на который армия совершила налет около двадцати лет назад. В записи упоминалась императрица Нён, а в то время нынешняя императрица Амазон Лили. Нён была прошлой императрицей народа куджа до того, как Боа Хэнкок заняла ее место в качестве нынешней императрицы. Сабо остановился: — Собрали картину? Эйс сжимал руки, стараясь понять, о чем говорил Сабо, но никак не мог переварить, к какому выводу пришел Сабо. Эйсу пришла в голову мысль, что у Рэйли есть связи и что он, возможно, мог бы поговорить с Боа Хэнкок, не подвергаясь преследованию со стороны Амазон Лили. Сабо соединил точки, которые были едва заметны, и Эйс даже не думал, что они вообще связаны. Все это было слишком условно. Возможно, Эйс просто пессимистичен, но даже Марко не выглядел настолько убежденным. Сабо переводил взгляд с одного на другого, и у него возникло ощущение, что они не уверены в его выводах. Сабо скрестил руки на груди. — Не помешает проверить это самим. Если это тупик, так оно и есть, но мы не узнаем, пока не проверим это сами. Марко устало потер голову: — Я могу попросить отца пройти мимо Калм Белт в районе Амазон Лили-йой. Сабо радостно кивнул: — Это все, о чем я могу просить. Эйс сначала нахмурился, а потом подумал, почему бы и нет. Как и сказал Сабо, что им было терять? Эйс уже потерял своего брата, хуже этого ничего быть не может. И Эйс сильно сомневался, что даже Боа Хэнкок смогла бы убить их, даже приложив все свои силы. Может, она и Шичибукай, но Попс был Йонку. Разница в силе была слишком велика. Эйс лишь надеялся, что она не будет сильно расстроена, когда они войдут в ее воды.

***

Коби все еще злился. Проснувшись этим утром, перед его глазами промелькнула его последнее воспоминание — кулак Акайну, летящий к нему с полным намерением убить — заставил его вздрогнуть. Последнее, что он осознал, это то, что меч встретился с кулаком, и Коби потерял сознание. Когда он полностью проснулся, то начал узнавать про вещи, которые до это момента были ему неизвестны. Гарп объяснил, что такое Воля. Коби был изрядно удивлен, что такая сила вообще существует. Когда он рассказывал о Королевской Воле, он вспомнил, как Луффи вырубил тысячи морских дозорных, теперь-то он понял, что он сделал. Коби гордился своим другом, поскольку тот был редким обладателем подобной Воли. Конечно, он таким будет, Коби посчитал, что это уместно. Луффи хотел быть Королем пиратов и, без всяких сомнений, у него будет Королевская Воля. Коби поморщился при мысли о своем друге, с кровью на коже и дырой в груди. Коби утешился тем, что Луффи дышал, когда он отдавал его Боа, так что ему оставалось только надеяться, что он все еще жив. Хэнкок, казалось, хотела спасти Луффи, поэтому Коби отдал его ей. Он понимал, что ничего не мог поделать, поэтому Коби хотел верить Шичибукаю. Газеты объявили его мертвым, но он знал, что у них нет тела, подтверждающего это. Коби поверит, что его друг мертв, только если ему покажут его мертвое тело. Это был единственный способ для Коби полностью поверить в смерть Луффи. Еще одной причиной, по которой Луффи ещё жив, было появление Сильверса Рэйли в Маринфорде с его шляпой. Коби желал верить, что это знак того, что Луффи был жив. Люди могли обзывать Коби наивным, но ему было все равно. Если надежда делает его наивным, то пусть, он бы с радостью это принял. Коби было наплевать, как его называли. У него была надежда, и потому он не сдастся. Коби потянулся, готовясь к первому дню тренировок вице-адмирала Гарпа по Воле. Он не видел Гарпа с тех пор, как тот очнулся в медицинских палатках. Гарп, похоже, погряз в бумажной работе, и Коби не смог встретиться с ним за это время. Коби видел, как начальство пыталось исправить послевоенный хаос, и у его непосредственного начальника не было возможности выкроить себе свободного времени. Хельмеппо был рядом с ним, уже закончив растяжку. Он был здесь, потому что хотел сам пробудить Волю, и Гарп согласился тренировать и его. Коби улыбнулся своему другу, счастливый, что они были в этом деле вместе. Хельмеппо увидел это и сразу же нахмурился, ему не понравился нескрываемый энтузиазм Коби. Прежде чем Хельмеппо открыл рот, дверь во двор, в котором они находились, открылась, и Коби и Хельмеппо отдали честь. Проходя мимо, Гарп что-то проворчал им. — Вольно, сопляки. Коби и Хельмеппо расслабились, глядя на Гарпа с удивлением и замешательством. Судя по мешкам под глазами и пустоте в глазах, Гарп не выглядел так, как будто ему следовало работать. Коби шагнул вперед, беспокоясь за человека, который так сильно помог ему — Что случилось? Гарп уставился на него, что заставило Коби вздрогнуть и сделать шаг назад. Гарп перевел взгляд с Коби на Хельмеппо. — Вы, сопляки, помните, что произошло две недели назад. Коби и Хельмеппо кивнули, очевидно, вспомнив о войне, в которой они участвовали. Коби не мог выбросить образы из головы, как ни старался. Грохот лязгающих клинков, запах порохового дыма и крови. Коби каждую ночь снились кошмары об этом. Конечно, он бы этого не забыл. — Я дам вам подсказку, ребята. Он был вашим другом. Коби был сбит с толку, а затем в шоке понял, что Гарп, должно быть, верит газетам. Все объявили его мертвым, и только он, Хелмеппо и Боа Хэнкок знали, что он был жив, когда покидал поле боя. Коби повернул голову к Хельмеппо. — Ты не рассказал вице-адмиралу Гарпу? Хельмеппо запаниковал: — Я думал, ты это сделал! — Я был без сознания, когда я мог рассказать?! — Я не видел его несколько недель, у меня не было разрешения встретиться с ним! Гарп переводил взгляд с одного подростка на другого, его глаза потемнели. Он громко кашлянул и свирепо посмотрел на своих подчиненных. — Расказать мне что? Двое парней посмотрели на Гарпа, затем снова друг на друга. Коби поднял руку, Гарп посмотрел на него и дал разрешение говорить. Коби опустил взгляд, переминаясь с ноги на ногу. Он собрался с духом и посмотрел Гарпу в глаза, в его взгляде была сталь. — Ладно, итак, когда я увидел смерть Луффи, мне было очень плохо, и я пошел к его телу. Никто не обращал на нас внимания, потому что все были больше сосредоточены на Белоусе. Я все время плакал, и знаете что, Хельмеппо показалось, что он увидел движение груди Луффи. Я проверил, и это оказалось правдой. Он все еще дышал. Тогда я и понял, что он все еще жив и был только сильно ранен. Я завернул его в пальто морского дозорного, чтобы избежать подозрений, и унес его с поля боя. Затем появилась Боа Хэнкок, мы поговорили, и она сказала, что она друг Луффи. В общем, я отдал Луффи ей, зная, что у нее больше возможностей спасти его, чем у меня. Коби открыл рот, но закрыл его, когда понял, что ему нечего сказать. Гарп молча уставился на них, слова застряли у него в горле. Он начал плакать, а Коби и Хельмеппо запаниковали. — Луффи жив?