Юные чувства

Ночная охота выдалась весёлой. Она была такой всегда, если рядом с Цзинь Лином появлялись младшие Лани, в основном, конечно, Сычжуй и Цзинъи. В этот же раз пути господни столкнули его нос к носу с семейной вылазкой ушедших на покой Вэй Усяня и Ханьгуан-Цзюня, выгуливающих своего названного сына. О возможном визите в Ланьлин Цзинь Лань Юань предупредить забыл, да и случился он незапланированно — на востоке территорий, принадлежащих ордену, разбушевались гули, отлично подходившие на роль тренировки для молодого заклинателя. С целью их усмирения прибыл и Цзинь Лин. Получившейся толпой расправиться с мертвецами не составило труда, и без нужды в отдыхе Лань Чжань с Вэй Ином двинулись дальше, искать хаос, оставив Лань Сычжуя с приятелем. Родительство не тяготило, но им тоже нужно было побыть наедине друг с другом.        — Встретимся в Цзинине, редиска! — напоследок весело выкрикнул Вэй Усянь.        Удаляясь вдаль по дороге, Вэй Ин, звонко смеясь, нежно притянул своего супруга к себе для поцелуя, повисая на нём, как на своём ослике. Жуланя от такой картины передернуло легким румянцем, он недолго округлившимися глазами смотрел им вслед, перед тем как принять напущенно-невозмутимый вид.        — Нет, ну это уже просто неприлично, — пробубнил Цзинь Лин.        А-Юань склонил голову набок, вопросительно поднимая бровь.        — А-а? — протянул он, — Неужели ты сам ни разу не целовался?        Цзинь Лин тут же вспыхнул. Его брови поползли к киноварной точке.        — Что за тупые вопросы ты задаешь?! — он слегка поджал губы, становясь ещё больше похожим на оскорбленную молодую госпожу, — Мне уже почти семнадцать лет, конечно я… А сам то?        — Ты ведь знаешь, правила ордена Гусу, — серьёзно начал Лань Сычжуй, ничуть не смутившись, но быстро замолк, ловко уворачиваясь от пинка.        -Идиот! — фыркнул Цзинь Лин, отворачиваясь от него.        Лань Сычжуй растерянно продолжил смотреть на Жуланя, ладонью потирая шею. Кончики ушей робко покраснели, и он опустил взгляд в траву, борясь с любопытством.        — Ну так… Целовался или нет?        — Мне что, доказать тебе нужно? — не подумав рявкнул Цзинь Лин, резко разворачиваясь на пятках. Выглядел он при этом крайне возмущенным. От такого предложения Сычжуй подавился воздухом, но быстро собрался, не желая отступать.        — А ты можешь?        — Могу, конечно, — идти на попятный было уже поздно, и Цзинь Лин успокоил себя тем, что в конце концов этот благочестивый мальчик уж точно на это не решится. Каково же было его удивление, когда во взгляде Лань Сычжуя проскользнуло что-то смутно напоминающее Вэй Усяня.        —Ну раз можешь, то давай, — на спокойном лице юноши на долю секунды промелькнула улыбка. Жулань не разобрал её смысла, но чем-то она его смутила, заставляя почувствовать, что его берут на слабо.        — Не здесь же, дурачина, — смущение привычно скрылось за злостью, — Пойдём. Нам ещё нужно найти в этой убогой дыре хоть какой-нибудь ночлег.        — Молодой господин Цзинь, вы так много бранитесь, — едва слышно усмехнулся Сычжуй, направляясь за юношей в золотых одеждах.        Приличный — исчерпывающе описывало найденный ими постоялый двор. До роскоши ему было далеко, но клопов там не водилось, и даже две комнаты для поздних гостей удалось отыскать довольно быстро. Хозяин проводил молодых заклинателей на второй этаж, участливо обещая подогреть для них ужин. Еда была весьма кстати — голодные и уставшие после проделанного за день, они нуждались в чем-то сытном и желательно мясном. Они устроились на полу в комнате, отведенной Цзинь Лину, сев друг перед другом на колени. Сычжуй искусственно улыбался, глазами исследуя досчатый пол. Подол белоснежных одежд то и дело подрагивал между его пальцев. Цзинь Лину очень хотелось продолжить молча поддерживать заинтересованность товарища досками, но медлить было бессмысленно. Он неторопливо потянулся руками к чужому лицу, кладя ладони на фарфоровые щеки, тем самым заставляя А-Юаня поднять на него взгляд. Жулань в нерешительности замер, всматриваясь в черты лица, сидящего напротив. Всё-таки он был действительно красивым. Правильно-утонченным, с глубокими серыми глазами, одним словом — идеальным, каким может быть только адепт Гусу Лань. Должно быть, целовать его будет приятно. При этой мысли в груди что-то сжалось, но сейчас было не до этого — внутри и так всё нервно дрожало от осознания что ему сейчас нужно сделать. Лань же терпеливо смотрел Цзинь Лину прямо в глаза, и у последнего от этого взгляда по коже пробегали едва ощутимые мурашки. Как этот гусуланьский праведник вообще на это согласился? Куда только их учителя смотрят, раз ученики так резво нарушают правила? Хотя, к воспитанию конкретно этого руку приложил сам Вэй Усянь, так что… Была не была. Цзинь Лин зажмурился, резко сокращая расстояние между их лицами, и нелепо столкнулся с ещё незнакомыми губами. Вопреки ожиданиям, после секундного ступора, Сычжуй приоткрыл рот, неумело им шевеля, словно подсказывая, что нужно делать. Жулань повторил те же движения, что и почувствовал, и на несколько мгновений они сошлись в нестройном поцелуе. Сердца колотились через ребра, угрожая покинуть грудную клетку, а оба юноши захлёбывались в новых ощущениях. Отстраняясь, Цзинь Лин опустил ладони на плечи Лань Юаню, шумно втягивая носом воздух. Всё было донельзя по-книжному банально — обоим хотелось ещё.        — Так значит я украл первый поцелуй молодой госпожи Цзинь, — Лань Сычжуй виновато улыбнулся. Разумеется он догадался об обмане.        — Умолкни, — раздраженно бросил Жулань, вновь подаваясь вперед. Его соучастник по поцелуям нисколько не возражал, с удовольствием прижимаясь ближе.        Постепенно движения становились более уверенными — природа подсказывала то, чего разум не знал. Сычжуй отклонился назад, одной рукой опираясь на локоть, а вторую положив на талию Цзинь Лина, аккуратно потянув его на себя, и коротко провел языком по губам. Жулань, оказавшийся почти что на его коленях, нависая сверху, сильнее сжал его плечи, и это стало для Лань Юаня призывом к действию. Не чувствуя сопротивления, язык осторожно проскользнул внутрь. Было необычно. Было интересно. Было сладко-приятно, и ни о чем другом уже не думалось — способность здраво мыслить временно покинула их головы. Жадно пробуя друг друга и незнакомые чувства, они так увлеклись, что не услышали шагов по коридору, и лишь стук в дверь вернул их в реальность.        — Молодые господа, ужин скоро будет, — глухо раздалось с обратной стороны.        Потребовалось пара мгновений, чтобы они отлетели друг от друга в разные стороны. Дышать было тяжело. Пульс был учащен, словно их отравили. Они ошарашенно смотрели друг на друга, сгорая со стыда. Расширенные зрачки и раскрасневшиеся лица придавали им вид вовсе не благопристойный. Сычжуй постарался спрятать лицо за рукавом, но вышло анекдотично. В случае ничем не выделяющемся, Жулань бы привычно язвительно подшутил, но точно не в этот раз. Ни один из них ни за что не расскажет товарищам о своем первом поцелуе.