Любовь зла

      — Крис, слушай, а корешь кореша может полюбить? — сколько я тогда выпил не помню, но много точно, раз меня на разговоры понесло.       — Какого именно? Если меня, то я тебе всеку для начала, апотом мы поговорим и решим, что нафиг портить дружбу. Ну или как там у всех. — ну начнём с простого знакомства. У нас музыкальная группа, эрокезы, все в коже и клепках, проколы везде в виде пирсинга. Сейчас с кем говорю, наш музыкант, ну потому что он пишет всю музыку и тексты и многое держится на нем. А мы так, кто когда и то раз в полгода что-то там стараемся.       — Ну преположим не ты. — вздохнул я, на меня посмотрели. Отпили пива, икнули.       — Уже легче, но не очень. С каких пор ты стал этим самым, что стал смотреть на наш пол? — уточнили у меня, а вернее ситуация как в прогнозе: облачно, надвигаются тучи, гром и град — будьте осторожнее, могут смыть и унести потоками воды.       Начнем с того, что Феликс, по кличке «Дикий» присоединился к нам недавно. Точнее влился как и был. Любил пиво, но иногда что-то такое, что не понятно как он жив до сих пор. А он не пьянеет особо, не умирает с похмелья. Кличка, ну в общем, он с нами поспорил что выпьет ящик пива и не упадет на половине. А у него роста чуть выше среднего, худой правда, веснушки по щекам и лицу. Он их замазывает гримом страшным. Да в принципе как-то с ними редко. Уж не знаю что они ему сделали. Волосы красит чуть ли не каждую неделю, то ли спреем, то ли шампунь специальный. Делает сосули на голове, под ёжика. Ну все же конечно сказали, что в него не влезет столько. Потом домой его тащи к кому то, выхаживай. Все поставили что не осилит. А он за вечер все вдул в одну каску, икнул, забрал наши деньги. И даже глазом не моргнул. Особенность организма, что пей, что нет. Ну и голос у него. Орет басом, а на вид, кроха. Находка та ещё, ну в общем на него я и запал. Пришел он как-то в кожаных шортах длинных, а ноги то стройные. То ли у меня тогда солнце в бошку дало, то ли пиво, да я тогда выпил пару банок. Нас пятеро, все мы с длинными волосами, ну как не совсем конечно. Но чтобы делать эрокез и прочее, надо длинну. Ещё у нас есть Чанбин, он хоть и пьет с нами. Но в качалке пропадает чаще, пункт у него на тело. Чтоб все видели и пищали, местами в обморок падали. Девушки и так вешаются. Но времени у нас маловато все время. Да и он хочет встретить ту самую. Поэтому все номерки на бумажке, выкидывает в урну. Хоть бы одной позвонил, но он говорит не екнуло сердце ни разу. Прозвище романтик, надо было бы дать, но нет у нас он «разборчивый». У него все по полочкам, что в жизни, что в голове. Я вот вообще «Хаос», ну потому что в отличии от Чанбина, у меня сложно в голове прибраться. А походу там сквозняк гулял и залетела мысль что нравиться Дикий. С тех пор, я на него смотрю чаще. Правда пока он не видит. А то устроит мне выяснения. И как-то мы сидели вдвоем в квартире, что снимаем, трёшка. Мелкие у нас вдвоем, а именно Дикий и Мелочь. Чонин у нас появился внезапно как шальная мысль. Как-то мы шли по переходу, а там голос такой, что заслушаешься. Что то очень грустное, мелодичное. Мы ему денег подбросили, выслушали. И к нам позвали, на подпевку. А что, все-таки у нас клубы и спец концерты, там побольше дают. Ему вообще скоро двадцать только. Мысль опять перескочила, сидели мы с Диким, молчали. Я перебирал струны гитары. Нес фигню, обычное мое дело. Блин, ну с какого хрена меня на нем сдвинуло. — Дикий? — сказал я, на меня взгляд. Сидит чипсы ест, хрустит так аппетитно. — А? — ответили мне. — Тут такое дело, кажется я запал. — начал я издалека. Меня слушают внимательно. — Ну и кто эта длинноногая богиня? Где видел? Номер достал? Или ты решил спросить что дарить? — говорил он, хрустел, слушал что отвечу. — У нас. — решил выдать я. — В смысле? У нас одни парни? Шутка что ли? Я то думал. — махнул он рукой, но я нахмурился. Потом вздохнул. Решил уже идти до конца. Ну там намеками насыпать. — Он милый, заботливый иногда. Помогает и поддерживает. — видели бы его глаза, расширялись при каждом слове. Отложил пачку. Приблизился корпусом. — Крис что ли? Да. попал ты. Тут на коне не подъехать. Ну если все так, помочь? — спросили меня, я что то внезапно кивнул. Рассчитывал на консультации, но он хитро ухмыльнулся. Офигел я от приглашения в кино. На мелодраму что ли? Позвал Дикий, я значит радостный иду. А там стоит наш Крис, весь в черном, ну любит он этот цвет. В джинсовой безрукавке, уложены волосы, ботинки на платформе. Кого то высматривает. Взгляд упал на меня. Потом ещё раз вокруг обвел глазами. Снова на меня. — Ты тут какими судьбами? Говорили что придет человек которому я нравлюсь. Жду девушку. Я вот даже купил цветок. — показал он в кармане куртки торчит букетик — Наверное это я. Тебе же Дикий сказал да? — глаза нашего главного округлились, потом появилась морщина на лбу, от смены выражения лица. — Я тебе все-таки всеку! Вот прям сейчас! И больно! — шипел Крис, я же отводил его подальше. Почему то ухмылнулся сам про себя. — ты куда меня тащишь такой довольный? А? Маньяк? — но я его отвёл подальше, где кустов побольше. — Всеки. Вот реально со всего размаху. Чтобы я забыл о нем. Чтобы меня повернуло в нормальное движение. — подставлял я глаз, но на меня странно смотрят. Потом напрягаються. Поза боевая, ну руки на груди и грозный взгляд. — О ком о нем то? Хватит Хаос тумана уже. Рассеивай давай! Говори уже кто. — но я загорелся идеей получить под глаз. Потом жаловаться что меня отвергли, грозились убить, если ещё раз такое случиться. — Сначала фингал. Ну правда надо. А если нет, то я тебя поцелую, взасос! Да так, что возможно понравиться. — не успел договорить, как мой глаз заболел так, что грозил выводиться на асфальт. Да что там, я сам не ожидал, скатился впополам. Меня подняли, разогнули. Смотрят, я же вообще не в состоянии. Боль не отпускает, моргать больно. — Ну теперь слушаю. Ещё раз про поцелуи и будет второй. — да уж, ну в общем что хотел, то я получил. Внезапно очень конечно. — Да Феликс наш. Давно уже. Блин у меня сейчас даже искры были. — жаловался я, но он смотрит, все ещё хмуро. — Дикий тебе ещё раз вмажет. Думаешь он такой? И вообще почему он нас сводит? Ты и ему наврал? — что то захотелось пива холодного, к глазу приложить. — Прошли в магазин, а потом в квартире, ты резко от меня отходишь. И не разговариваешь. На вопросы все шипишь. Просто я не знаю что придумать ещё. И сейчас у меня голова даже заболела. Можно же как-то слабее. — говорил я, шел за ним. Чую много вопросов будет. Дорога не заняла много времени, молча зашли, в разные стороны сразу. Я в свою комнату, пиво к месту больному. Сижу. Заглянул Дикий, увидел мое состояние. Сел рядом на кровать. Рассмотрел поближе, банку оттащил. — Это он да? Не удалось сказать? Больно? Сильно? — принес мне таблетку и воды, говорю же заботливый. А он почему то прот других думает. — Да слово не успел вставить. Мне как прилетело. И угроза близко не подходить. Или ещё один такой. Пока мозги на место не встанут. Любовь — зла. — открыл я банку со звуком тсс, отпил. Лег, Дикий смотрит внимательно. — Да уж. Не зла, а беспощадна. Это ж как теперь смотреть на того кого любишь, а он такой грозный. Может мне с ним поговорить. Ну там хотя бы не обижать. И что возможно это пройдет. Да чё ты, найдем тебе того самого. Фанатов у нас много. А вдруг и парень номер подкинет. — и оптимист ещё, ну чем не самый лучший человек на земле. Только как к нему подобраться? И вообще реакция у всех разная. Принесли мне поесть. Рамена, сели рядом, не знаю к чему такая забота. Хотя если бы ему поставили фингал я бы всем отомстил и не раз. Но тут дело такое, группа, надо уживаться стараться. Да мы в принципе не особо что то выясняли. У нас выступление, а у меня фонарь. Приняли решение, что я типо вампира бледного, синяки под глазами. Феликс рисовал помогал, шипел, потому что все ещё больно. Да какая разница, если я играю на гитаре, иногда подпеваю. А в основном все внимание на Дикого, который опять напялил шорты, видимо он решил лишить группу гитариста. Ну вот родили же его такого. Слов не могу подобрать. Ревёт басом, толпа с ума сходит и скачет. Иногда даже трусы летят женские. Хоть продажи открывай, такое их количество. Нам вот цветы не кидают, чаще всего ящик пива ставят на край сцены. Как-то рыбы был мешок вяленой. И вот спустя песен так семь, мы зашли за кулисы. Крис на меня всё ещё волком смотрит, точно дадим ему эту кличку. Потом спрошу как всем. В разговоре мы не продвинулись, ну план же такой был. Группа в напряжении, но вижу не подают. Дикий говорил с ним, долго так. Я даже подслушал. Что я перебешусь и все будет нормально. Просто я молодой пока и вообще он же Хаос, там не угадать что в голове. Из плюсов, теперь мы чаще общаемся с моим избранным. Да фу слово какое, с любовью моей наверное. Да тут слово то какое, тьфу в общем. Наверное застрял вот самое то. Девушки что мне активно глаза строят, меня вообще не волнуют. Мне бы низким голосом Хёнджин произнесли. Редко меня зовут по имени, практически никогда. Но вот в последнее время, когда мы выпивали. Я вот напился вообще, а его не берет. Ему что чаю попил. — Феликс, а что если я не полюблю другого? Ну вот если мне нравится один образ? Любовь говорят это наши фантазии. На самом деле человек другой. — рассуждал я, лежа на кровати. Ногу свесил. — Брось Хаос, я обещал что ты на него будешь смотреть как раньше. Ну смотри, народу на земле семь миллиардов или девять. Что из них никто что ли? Крис конечно добрый, но тут вряд ли. — а что если вот взять и признаться? И будь что будет. Как трус последний, но не могу. Если и он отвернуться, главное все уже узнали. Чанбин вообще охренел. А мелькому пока не сказали. Но он что то подозревает. Хотя ему и лет то уже нормально. — А если я не могу как раньше? — говорил я, на меня смотрели. — Все проходит, пройдет и это. Я уеду на неделю? Ты тут держись. Родители позвали. Сказали давно не видели, наверное мозг промывать будут, что панки фигня, а вот вот банкир дело. Как они не поймут, что я люблю музыку? Деньги конечно тоже, но кажется это не важное. — как гром среди ясного неба. То есть целую неделю? Я утром и то скучаю когда не вижу. Крис мне носит еду и уговаривает поесть, в буквальном смысле. То пиццу, мою любимую, а я сочиняю что то. «Скучаю, люблю, жду и ночами вою, мне бы видеть эти глаза, в них какая то надежда.» — зачеркнул все вообще, смял и выкинул. Ну ещё посреди темноты и соседи не спят. Жалуются. Грозятся позвонить хозяйке. Я уже молча пишу и все равно хрень. Думаю как он там? Может я схожу с ума? Он часто ездит к родным, чё я тут не в себе то? Меня мучают ужасы, что он не вернётся. И пройдет лет так пять — шесть. Я заведу себе любовника, откуда вообще такие мысли. Чонин догадался, просто я кажется брежу ещё его именем. Заболел, подхватил простуду. Лежу, мне тряпочки на лоб. Врач приезжал, поставил укол, должно быть легче. А я вон что творю. Когда я очнулся, а Дикий рядом. Положил мне тряпочку, выжал. Налил чаю с вареньем, мама отправила с ним. — Ты тут говорят странно себя ведёшь? Не ешь, не спишь, стихи сочиняешь? Покажешь? — сказал он, потом рассмотрел меня внимательно. Я же взял его руки в свои. Прижал к груди. — Живой? Ты приехал? Я ждал. — хрипло произнес я, просто кашлял сильно. Мне и леденцов и брызгалку в рот, стропа. А вот хоть бы что вообще. Ни чем не легче. — А что со мной будет? Надо чаю с лимоном. Я в магазин быстро. — но я держу руки, кажется отпущу и он исчезнет. Он краснет, их вырывает аккуратно. Сон, это все не реально, поэтому я ворочаюсь. Маленькая ладонь, щупает меня. По лицу, меняет тряпочку. Я открываю глаза свои, он. Блин, кажется не привидение. Глаза кошачьи задумчивые такие. — Да уж, конец лета только, а ты подхватил болезнь. А что дальше? Чаю принес, пей. Я за обедом, тебе надо поесть. Говорят ты выл местами, так будто ты оборотень. — что то я путаю сон с явью. Но Дикий, сел на стул. Потом вздохнул. — сварил бульон. Надо все выпить. Курицы немного. — вкуснее, я ничего не пробовал, мне целую чашку глубокую споили. Вытерли рот салфеткой. Сидят рядом. — А ты не уйдешь? — боялся я, на меня взгляд. Прищур. Потом ухмылка. — Странный ты. будто меня год не было, а то и больше. — нахмуренный такой стал,. Поставил тарелку на тумбочку. Кажется там холодно, он в кофте. Не хотелось выздоравливать, потому что за тобой ухаживают. Но вечно тоже не получится. Поэтому утром я почувствовал себя лучше. Три дня он меня развлекал. Я боялся что его западу. Но выгонять тоже не могу. Сидит он, смотрит на меня, чай. За окном пасмурно так и я спать все время хочется. — Не борись со сном, закрывай глаза. Я не пропала. Ну не должен по крайней мере. — я же лежал и улыбался ему. — Ты уверен? А вдруг, все пропущу. — выдал я, на меня взгляд. — Чего именно, как я чай допью? Ты какой то мутный. Чего с тобой тут сделали, что ты боишься что люди пропадут? Или конкретно я? — уточнили у меня, наклонились вперёд, глаза свои распахнул пошире. — Да я так. Просто со мной тут иногда разговаривали заходили. Но рядом не сидели. А тут так чихал и кашлял. — кстати до сих пор сиплю немного, видимо внутри очень там все долго заживает. — Бывает. А ты с Крисом говорил? Ну там что ты передумал его разглядывать? Или ты тут всё ещё скучаешь по нему? Позвать, мне не трудно. Могу сказать что ты текст сочинил. И тогда он тут застрянет. Но надо опять же хотя бы что то выдать. — подсказали мне, потом улыбнулись светло так. Он словно солнышко маленькое. Мой взгляд снова поймали, задумались. Ждут ответа и кажется какая то эмоция, типо ревности. В общем мне сейчас кажется что он хочет остаться. Иди я что то путаю. — Не, ещё один фингал я не хочу. Наверное я лучше спать буду. — закрыл я глаза, сон меня посетил не сразу. Зато как, губы с Диким оказались очень близко. И они очень вкусные, какая-то сладость есть. Наверное газировку пил. Просыпаться не хотелось, а изучать его ротик вполне. Мы где то за кулисами, народ ревёт и музыка грохочет. Ещё там Крис рядом оказался, смотрел хмуро, будто бы вообще не одобряет такое. Закрыть глаза во сне, такая себе идея. В реальности на улице темно совсем. Слышу стук в дверь, заглянул Дикий, принес тарелку чего то. Поставил на тумбочку. — Я сейчас приду. Если хочешь. Или ты спишь? — переспросили меня, я же от сна не отошёл если честно. Смотрю на губы его. — Если хочешь. Но потом тебя лечить ещё. — возмутился я, на меня посмотрели внимательно. — Ну как хочешь. Я тогда к парням. — кажется обидел его, он так недовольно дёрнул носиком, словно я пошевелился когда кот пришел на колени и сбил его настрой. И не разговаривает больше со мной. Рядом не сидит. Мне не хватает очень сильно моего друга. Пришлось вылезти из своего убежища. Нашел его со всеми, что то они обсуждают. На меня взгляд. — Хаос, ты это ещё полежи. Какой то ты бледный и микробы летать начнут. Тебе чаю? — крикнул Чонин, я кивнул и молча ушёл. Посмотрел хотя бы на него. Мне принесли чашку, поставили рядом и как ветром сдуло. Два дня, я тут лежу один. Переодически приносят мне еду и горячего чаю сладкого. С лимоном, я скоро сам буду как он, жёлтый и очень кислый. Не выдержал все-таки. — Дикий ты можешь придти. Извини меня! Ты меня лечил, а я так говорю. — буквально кричал я, дверь открылась. Он зашёл, смотрит. — Да ладно, наверное ты хотел отдохнуть от меня. У нас завтра выступление, ты как? Лучше? — с ним мне лучше всегда, просто от его вида. Шорты напялил и вообще с ума можно сойти. Вот не мог бы я подумать, что у меня фетиш на мужские худые ножки. В общем дальше мое сознание отказало и я к ним прикоснулся. Видели бы его глаза. Резко встал и снова ушёл. Я же осознал что наделал. Резко за ним. Парни на нас смотрят, Дикий шипит. Как кот при драке. — Ты совсем охренел? Или у тебя мозг отказал? Или тебе ещё один фингал проставить? — он кричал, громко, а я не знал что ответить. Хотя, да пропали все вообще. — Феликс, ты мне нравишься очень. Ты красивый. И я не могу держать себя уже в руках. И Крис мне не нравится в этом смысле. Это всё я придумал и фингал, чтобы ты меня пожалел. Ты же знаешь что я того, изначально. Тебе первее всех- сознался. Хочу тебя обнимать и целовать. Но видимо этого не будет. Тогда лучше мне уехать. Да к черту все. — при всех я его поцеловал, как можно нежнее, всю душу вложил в этот шанс. А потом молча собирал все в сумку. На вокзале покупал билет, сел в зале ожидания. Кажется уснул и мою сумку украли. Потому что найти ее не могу. Окрик меня напугал. — Хаос, ты не это ищешь? — сумка была в руках Разбора, он ей махал буквально. — куда собрался трус ты эдакий? Почему он один? А остальным что пофиг и нафиг. Подошёл поближе. — А почему тут только ты? — спросил я, на меня смотрят. — Мой голубой друг, там все в шоке пока. Ещё ничего ты не видишь вообще. Дикий чего около тебя сидел, микробы его не пугали. Варил супчики? По дружбе? Ага, как же. А сейчас он вообще слезы по лицу растирает. Но не признается же сам себе, что нравиться ему один длинный. Поехали, там такси ждёт. И ты это не говори что я за тобой приехал. Скажи что сам передумал. — приезжаем, там все грустные, один заплакан сильно. Даже икает немного. Налил ему воды стакан, протянул. Я поднял его с дивана, обнял, погладил. Нас уже не смотрят, вернее смотрю они выходят все. Наверное на кухню. — Дикий, даже если ты меня не любишь, я пойму. Не сразу конечно. Возможно нужен ещё один фингал. Чтобы мозги на место встали. Но я не могу без тебя. — всхлипы затихли, потом глаза на меня подняли — Дурак, сволочь, ты знаешь как я испугался когда Крис тебя разукрасил. И что нравиться тебе именно он. — дальше был долгий поцелуй. Из-за угла был слышен шум. — Идите к себе в комнату. У нас тут пьянка. Или прекратите долбиться в десна. Все ночью, даже стоны. — выдал Чанбин, потом ухмыльнулся. Ну пили мы тогда долго, как завтра куда то ехать выступать. Когда мы вообще еле живые. После долгих поцелуев, все конечно требовало продолжения. Но я не тороплю своего елюбимого. Как-то сам справлялся, но тут его возбудил сильно. Трогал упругости, ноги гладил. И он вздыхал сильнее. Глазки блестят, щеки красные. Лежит подо мной. Ну вернее рядом, спим мы вместе, в обнимку. Перевезли его кровать ко мне в комнату. Но он ее не посещает. Там вещи мои и его лежат, надо сдвинуть, чтобы больше пространства было. — Хёнджи. надо остановиться. Иди уже закончить.- выстонал он. — Могу подрочить. — предложил я, на меня взгляд, краснеющие щеки, веснушки даже не видно стало. — Ну. если не трудно. У вас тут рука свободна? — хохотал он, я же залез рукой под шорты и трусы, там уже смазка ест. Размазал ее по длине, водил рукой туда сюда, приличный у него размер, скажу я вам. Бедра подмахивают его, целую в губы. Ловлю вздохи, хлюпанья по всей комнате. Пара движений быстрых, он вскрикнул и закатил глаза. — Можно потише. Тут не все железные. Снимите гостиницу и потрахайтесь. Или ждите пока все свалим. — это Крис возмущался, просто времени час с чем то ночи.