Демон

Небеса, хоть хмурые, хоть ясные, не предвещают добра. Добрая судьба не привела бы на поле битвы, где люди стонали и проливали свою кровь. Но для него, все-таки выжившего в бою, это поле стало местом, где он, смеясь, проливал чужую. Он убивал многих. Вот и на этом поле он останется победителем, богом войны. Люди называли его божеством. Верховный бог войны. Руки двигались сами, одним взмахом меча перерезая глотки врагам. Кровь одного врага на лезвии его клинка смывалась кровью следующего. Вокруг, куда ни глянь, смерть выкашивала всех — и своих, и чужих. Невинных людей разрывало на куски, они кричали. Для бессловесных животных все было еще чудовищнее: вой умирающей лошади с оторванными ногами был жуток. Вдалеке над присыпанными человеческими телами и тушами животных кружила стая воронья. Они ковыряли землю клювами и клевали трупы. «Может, они расклюют и мое тело и душу?» — в нем промелькнуло что-то вроде сожаления. Но разве это все было ради него самого? «Это же ради моей страны. И ради богов этой страны, ради моего государя». Северус Снейп снова с криком устремился на врага. Волнения не было. Нужно просто рубить этого. И этого. И вот того. Ведь он божество во плоти. Средь ясного неба ударил гром. Под вспышками молнии знамя кочевников было объято пламенем, а знамя Британии победно развевалось на ветру. — Генерал Северус Снейп! — Да здравствует генерал Северус Снейп! Многотысячная армия снова возвращалась в страну его государя, страну его короля. Лошади, уцелевшие в битвах, устало цокали подковами. И все же на душе было радостно. Хотя были и те, кто не вернулся с войны, но главное, что вернулся Северус Снейп. Вот потому народ и выкрикивал, ликуя, его имя. Генерал Северус Снейп, который смог их всех защитить, держался в седле прямо, его длинные волосы спадали на плечи. Перед воротами крепостной стены, окружавшей столицу, стояли стражники. Израненные воины Снейпа сомневались, что перед ними, сражавшимися с врагами и победившими врагов, ворота тут же распахнутся настежь. Они спешились и зычно прокричали: — Открывай ворота! Генерал Северус Снейп с победой! Поразительно, но его, полководца и полного генерала, перед воротами встречал какой-то сотник, мелкий офицер седьмого разряда: — Северусу Снейпу снять доспехи, разоружиться и выслушать волю короля! Один из боевых командиров, стоявший рядом с генералом, заорал на сотника во всю мощь своей глотки: — Ты что, скотина! Ты хоть понимаешь, перед кем стоишь и с кем разговариваешь? Он выхватил меч, но Снейп остановил его своей здоровой правой рукой. Полководец теперь уже по-другому смотрел на ситуацию: он понял, для чего стоят солдаты перед городской стеной. — Северус Снейп, за измену королю — сдать оружие! Стань на колени и слушай высочайший указ! Измена. Он сказал «измена королю». В его тонущих от огромной усталости зрачках начало расти беспокойство. Стоявшие рядом со Снейпом закричали: — Мерзавец! Да ты точно спятил! Приказ короля. Этого не может быть. Не должно. Ведь именно по его приказу они сражались и вернулись домой. Стоило Северусу пошевелиться, как стоящие на крепостной стене лучники тут же все как один натянули тетиву и нацелились на него. — Преступник Северус Снейп! Этого не может быть. Не может быть такого приказа, чтоб на него направляли стрелы. А точно ли это приказ короля? — Я сам поговорю с государем. Дай дорогу! Снейп сделал шаг вперед, но ни солдаты на стенах, ни стража перед воротами не отступили. Народ, только что выкрикивавший его имя, замер, затаив дыхание. Генерала словно обдало горячей волной, поднимающейся откуда-то снизу, от ног. — Помешаешь — и я тебя убью! С дороги! И в тот же момент, когда он выхватил меч, в него — вжух-вжух, — со свистом разрезая воздух, полетели стрелы. Солдаты за его спиной ничего поделать не могли и, едва успев вскрикнуть от удивления, падали замертво. Те стрелы, что пролетали мимо солдат, втыкались в землю. Тем, кому не досталось легкой смерти, захлебывались собственной кровью. Они три дня и три ночи бились с жестоким врагом лицом к лицу и выстояли. И вот теперь смерть настигала их здесь, и погибают они зазря, даже не успев схватиться за рукоять меча. Клинок в руке у генерала задрожал. Он должен был защитить своих солдат, оставшихся за его спиной. Увидев, как городские ворота медленно открываются, он в одиночку пошел вперед. С каждым шагом его все больше и больше обуревал гнев. У дворца он замедлил шаг. Перед воротами стояла королева. Прекрасная супруга государя была сестрой Снейпа, единственной сестрой. Изящные руки королевы плотно сжимали края юбки. В ее глазах стояли слезы. Северус остановился, поднял взгляд и внимательно осмотрел все вокруг. Вся его семья, все родные и даже слуги стояли на коленях — связанные и в одежде арестантов. По их изможденному виду было понятно, что они подвергались пыткам. Он был в ярости, в него летели стрелы, но только сейчас ему стало ясно то, чего он никак не понимал раньше: это сам король отверг Снейпа. «Вот он, мой молодой король, мой государь, сидит на высоком троне, там, вверху, в своем дворце». — Над народом — король, над королем — боги. И таким божеством называют Северуса Снейпа. Змеиный язык клеветника наушничал королю, и в глазах государя уже был виден растущий гнев на генерала. И замешательство было в его глазах. Хоть Северус и был самым верным слугой королю, но он же был и самой большой угрозой. Горящие глаза Снейпа всегда были самыми преданными, но теперь и в глаза «самых преданных» людей в мире король всматривался пристальнее. — Его бесконечные победы искушают народ, а его растущий авторитет снова и снова делает королевскую семью посмешищем. Прошу поступить с ним по всей строгости закона нашей страны. Снейп покачал головой. Но и без того король уже принял решение и с силой сжал кулаки. — Неужто вы, государь, и вправду способны на такое? — Прерывающийся голос Снейпа был жуток. Генерал побывал в бесчисленных сражениях и слышал много боевых кличей, но и они были не так ужасны, как его собственный голос в этот момент. — Не приближайся! Что бы ты ни задумал — остановись! Просто умри, как изменник. Тогда все остальные останутся живы. — Молодой король на миг отвел взгляд. Королева встретилась с ним глазами, а потом повернулась к Северусу, своему старшему брату. — Если приблизишься еще хоть на шаг, мерзавец, то за этот шаг, да просто за единственный взгляд, я убью их всех и брошу к твоим ногам! Королевская стража взяла оружие наизготовку. Снейп замер, будто пригвожденный к полу, повернулся к сестре. Неужели это действительно она? Он привык думать о сестре как о ребенке, но она как-то незаметно выросла и теперь стоит вон там, перед ним. В своих скитаниях по войнам он часто вспоминал ее взгляд. Он всегда хотел уберечь сестру. — Не останавливайтесь, генерал. Ничего, пусть будет так. — Ваше Величество… Из ее покрасневших глаз текли слезы. — Я понимаю, генерал. Все понимаю. Если мне пришло время умереть, то, значит, такова моя судьба. Поэтому ступайте вперед. Ступайте прямо к государю, не останавливайтесь. Королева, одетая в белое придворное платье, держалась прямо, плечи ее не дрожали. Такое поведение его сестры, королевы страны, подтверждало ее слова. И когда капля слезы упала из ее глаз, Снейп сделал шаг вперед. С первым шагом, с первым же его шагом на Северуса обрушился град стрел. Слуги зарыдали, напоследок обнимая друг друга перед скорой и неизбежной смертью. Звуки их рыданий разрывали сердце Снейпу. Шаг за шагом расстояние между ним и королем сокращалось. — Изменник! Не оставляйте в живых никого из его семьи! Это приказ короля! Снова засвистели стрелы, и все родные Северуса упали убитыми. В спину отвернувшейся королевы тоже вонзилась стрела. Королева медленно опустилась на землю. На спине ее шелкового платья, украшенного изысканной вышивкой, образовалось пятно крови, похожее на цветок. У Северуса из глаз покатились слезы, и он наконец остановился.