Признай уже, что ты без ума от моих ног, Хани

×××

— Стоп, чего? Минхо хмурится, держа в руке ту самую вещь, которая вызвала в нём тысячу и один вопрос. Вообще, он должен был поторопиться, потому что совсем скоро начнется MusicCore, из-за которого ему пришлось ехать в Ульсан на фестиваль, где он был ведущим, а у него не готово абсолютно ничего. Стилисты ждут его за примерочной с плойкой и палеткой теней в руках. А он стоит, тупит взглядом в белую вещь и глупо моргает. — Что это, чёрт возьми? Он уже успел надеть футболку поло в крупную горизонтальную полоску и белые шорты ниже колен, украшенные непримечательным коричневым кожаным ремнём, и всё было просто прекрасно. Его одежда в этот раз была удобной и не слишком броской, что радовало. В ней было комфортно вести программу, не задумываясь о том, как те или иные части тела могут выглядеть в этой непривычной одежде, только вот… Гольфы, которые ему дали, были слишком длинными. Минхо всё ещё не понимает, с хмурыми бровями натягивая на ногу гольф. А он оказывается и вправду длинным. Приходится подвернуть шорты и тянуть эту странную вещь всё выше и выше. Что это вообще такое? Почему оно выглядит как… чулок? Ли в момент взрывается, начиная смеяться как душевнобольной, но, Господи, он в них выглядел максимально нелепо по его мнению. Эти «чулки» сглаживали и каким-то образом сужали его икры, которые начали выглядеть слишком утончённо и элегантно. Только вот резинка на ляжке сжимала кожу, создавая рельеф. Выглядело совсем как в аниме. Минхо смахивает скатившуюся слёзку от смеха, думая о том, какой же он дурачок — стоит, растянув гольф как чулок и задыхается от своего непривычного вида. Так в его стиле. Мемберы просто обязаны это увидеть. Ли приподнимает шорты, становясь в наигранно сексуальную позу, ставя ногу в чулке на носочек и делая пару снимков, но отправляя только один. Сынмин на этот раз точно выйдет из группы, увидев такое от старшего. — Минхо, у нас мало времени, ты скоро? — разносится голос стаффа за дверью. — Да, я уже иду. Минхо вздыхает, потихоньку опуская гольф на икру и распределяя большое количество ткани равномерно до колена. Это наверняка должно выглядеть так, иначе Stay не выжили бы после его выхода на сцену в чулках. Примерка была довольно забавной.

Линоу: *Изображение отправлено*

Хёнджин: Вау, хён, а тебе идёт.

Линоу: Я тебя поджарю на шампуре.

Хёнджин: Эй, эй, эй, я, вообще-то, серьёзно. Очень эстетично. Твои ноги прекрасной формы. Я пошёл рисовать. Крис: О боже, нет, зачем я это увидел. Минхо, ты дурак?

Линоу: Я знаю, что тебе понравилось.

Ким Сынмин: Иу! Как блокировать человека в KakaoTalk? Айэн-и: Фу, фу, хён, изыди. Что за порнушка.

Линоу: Камон, это всего лишь моя нога.

Хёнджин: Ладно, давайте все признаем, что это реально секси. Я знаю, что вы все ловите гей-панику. Чанбин: О боже, они прекрасно выделяют все мышцы! Мне нужны такие же, срочно. Ёнбок: Мило. Я тоже как-то мерил. Они так хорошо скрывают неровности лишнего жирка, особенно плотные чулки. Хёнджин: Феликс??? Крис: Феликс??! ₽)"0/₽1 Минхо улыбается, пялясь на экран, пока его волосы подвергают пыткам, сжигая и портя, и думает о том, что надо бы удалить эту фотографию, чтобы Сынмин не задушил его ночью подушками, лишь бы не видеть больше такое. Хани: Выглядишь шикарно, чаги-я. Джисон в своём репертуаре. Ли нажимает на фотографию, выбирая «Удалить у всех». Пытка для мемберов закончилась. Осталось провести удачный MusicCore, по возможности пофлиртовать с Чону на камеры, а после можно будет со спокойной душой отправиться обратно в Сеул и устроить себе хотя бы один спокойный вечер. Как раз Хан обещал в первый же свободный момент собраться вместе и посмотреть недавно вышедший американский ужастик, вместо того, чтобы как всегда запереться в комнате и не появляться на глазах у мемберов. Минхо с трепетом и нетерпением ожидает конца рабочего дня.

×××

Минхо часто ходил в гости в первое общежитие, здоровался с Чанбином и Чаном и никогда не видел Джисона с Хёнджином вне своих комнат. Обычно Ли заходил только чтобы передохнуть, проверить уведомления в соцсетях на удобном диванчике в гостиной, а после уже спокойно направиться к своему общежитию. Но в этот раз приход был запланирован. У них был свободен весь вечер, которым они распоряжались как душе угодно перед днями усиленных тренировок и подготовкой к японскому релизу. Дверь открыл полуобнажённый Чан, светящий своими фирменными труселями и подкачанными мышцами, и это значило одно — Джисон забыл об их планах. Скорее всего спит или, потеряв счёт времени, смотрит очередное аниме. Минхо показушно кривит лицо на вид старшего, в душе́ крича о том, почему у старика Чана есть кубики, а у Минхо нет, хотя он занимается каждый день и делает всё для того, чтобы иметь идеальное, по меркам корейского айдола, тело. — Хан у себя? — Произошёл бы конец света, если бы он был где-нибудь в другом месте, — усмехнулся лидер, разворачиваясь и направляясь на кухню, виляя своим хорошеньким задом. Минхо не успевает среагировать, чтобы смачно шлёпнуть, разочарованно вздыхая под нос. — Джисо-о-он! — кричит танцор, даже не думая постучать в дверь, распахивая её с ноги. Бедный Хан вздрагивает и пискляво вскрикивает, вскакивая с кровати и спотыкаясь о свои же ноги. Телефон из рук летит на пол, с шумом шлёпаясь экраном вниз. — Какого чёрта, Минхо-хён! — Ты всё-таки забыл, да? Хан был одет в пижаму, заранее подготовившись ко сну, чтобы лишний раз не ходить и переодеваться. Его волосы торчали в разные стороны, что говорило о том, что он уже не первый час находился в лежачем положении. — Что забыл? — Джисон с медленным осознанием распахивает глаза, виновато ойкая. — Нет, нет, я… Ты садись, — он вскакивает, толкая старшего в уличной одежде на расправленную кровать. — Я нашёл этот фильм и оставил вкладку в ноуте. Ты открывай, а я быстро в туалет сбегаю, а потом еду закажем, — протораторил Джисон, извиняюще и одновременно флиртующе посылая воздушный поцелуй, прежде чем убежать в ванную. — Вот дурачок, — ласково усмехается старший, поднимая чужой телефон с пола, успев прохрустеть всеми своими костями. Да, ему явно нужна джисоно-терапия с марафоном фильмов ужасов и игривыми редкими обнимашками, заканчивающимися шуточной дракой. Они никогда не могли себе запросто позволить долго быть в объятиях друг друга исключительно потому, что это смущало. Возможно, раньше было немного легче, но сейчас проведенное время наедине ощущалось очень неловко. Но даже так это были самые любимые моменты Минхо. Дружбу с Джисоном он бы ни на что не променял. Ли включает айфон Хана, которым он мог пользоваться только в общежитии и на котором хранились все идеи для песен вместе с самыми глупыми фотографиями мемберов. Минхо громко хихикнул, вспоминая как младший, только приобретя этот айфон, записал пароль на листочек и повесил себе на шкаф, а потом искренне удивлялся, когда каждый мембер с лёгкостью заходил к нему в галерею без его помощи. — И кто вообще свою дату рождения ста…вит? — у Минхо челюсть чуть ли не отвисает. Первое, что бросается ему в глаза с экрана телефона — его собственные ноги в чулках. Та самая фотография, когда он дурачился с гольфами, кинул в группу и в итоге удалил, чтобы не мозолить глаза. Та самая фотография, на которую Джисон отшутился в дурацкой манере «выглядишь прекрасно, чаги-я». Минхо представлял этот тон голоса, его подыгрывающие танцы бровями и смешной беличий взгляд. Но какого чёрта эта фотография всплыла первой после того, как он разблокировал чужой телефон? — О боже, — вспыхнув, выдохнул Ли, понимая, что Хан Джисон пялился на его фотку в чулках, лёжа на кровати перед приходом Минхо. Хан Джисон за те считанные секунды сохранил фотографию, чтобы смотреть на неё, изучать и… и что? У Минхо руки трясутся, когда одна мысль за другой посещают его голову. Джисон, Джисон, Джисон. Зачем? Дверь хлопает, Ли инстинктивно поворачивает голову на шум, видя в проходе застывшего Джисона. И секунды не проходит, как он срывается с места, прыгая и выхватывая телефон. Обычно Хан не бывал таким активным вне камер. Очевидно, сейчас он испытывает всепоглощающий стыд, из-за которого хочется закопать себя под первым же деревом во дворе. — Т-ты фильм нашёл? — неумело начал переводить тему младший, надеясь, что Ли ничего не видел, а если и видел, то спишет на чистую случайность. Случайно сохранил. Случайно пялился. Случайно испытал панику, когда увидел свой телефон в чужих руках. И Минхо бы правда стоило подыграть младшему, который, кажется, сейчас сознание потеряет от прихлынувшей к щекам крови. Но… ему, вообще-то, интересно. — Почему моя удалённая фотография в чулке оказалась в твоём телефоне? — Я… я не… — запнулся Джисон, ещё сильнее краснея и сжимаясь всем телом в маленький комочек. — Присядь, а то ещё упадёшь, — усмехнулся Ли, глазами указывая на кровать. Джисон глубоко набирает воздух, прикрывая глаза. Его грудная клетка приподнимается и он так же медленно выдыхает, сжимая телефон в руках до побеления костяшек. Садится на другом конце кровати и отводит взгляд, прикусывая губу. Минхо может поспорить, что сядь он чуть ближе, можно было бы услышать его бешеное сердцебиение. — Ты просто хорошо выглядел в этих чулках-гольфах. Это было очень эстетично и я решил сохранить на память. А смотрел я на это только потому, что собирался очистить галерею и остановился на ней. Вот, — на одном дыхании проговорил Джисон, сжав колени. Он был готов к чему угодно. Наверное, младший ждал, что Минхо накричит на него, обзовёт противным и постарается больше не общаться с ним. Только вот Ли сам чувствовал в груди жгучую лаву, плавящую все органы. Ему было сложно дышать из-за всей этой ситуации. В голове творился полный бардак. — У тебя фетиш на ноги? Глаза Джисона были похожи на две копеечки. Он удивлённо повернулся всем телом к Минхо. — Н-нет! — Оо, так я прав, — игриво протянул Ли, расплываясь в лисьей улыбке. — Нет, нет, — замотал головой Хан, походя на спелый, красный помидор. — Просто ноги в чулках это красиво и-и-ах! — издал он странный звук, ведь… Минхо просто не мог сдержаться, вытянув ногу и уткнувшись ею в пах младшего. Он не знал, зачем это делает, и что его подталкивает к этому поступку. Почему он не думает о том, что это же Хан Джисон — его коллега и лучший друг, но, чёрт возьми, реакция Джисона после его слов заставила Ли поступить необдуманно. В нём играло такое сильное желание получить от Хана ещё больше реакции и, возможно, даже признания, что да, он без ума от ног. От ног Минхо в чулках. — З-зачем ты это делаешь?! — Джисон крепко схватил его за щиколотку, собираясь отпрянуть от ноги. — Потому что ты милый, — пропел Минхо, улыбаясь, как чертёнок и надавливая ступнёй сильнее, позволяя Хану пробежать ладонью по его икре и услышать неловкий, незапланированный, приглушённый стон. Если бы они были в аниме, у Джисона бы пошла кровь из носа. Но они в реальной жизни, и Хан чуть ли не трясётся, боясь встретиться с чужим взглядом, в котором пляшут искринки возбуждения с издёвкой. — О боже, хён, что ты творишь, — проскулил Джисон после более чувственного касания пятки о его мошонку и скатываясь с кровати из-за окутавших его острых чувств. Минхо приподнимает брови, начиная нервно хихикать над пугливым беличьим взглядом Хана, валявшегося на полу. — Ты ж-жесток, хён! Какого хрена? — Ж-жесток, — передразнивает Минхо, заливаясь новым потоком смеха. — Ты такой чувствительный, Хани. Неужели у тебя и вправду фетиш на ноги и ты сходишь с ума от того, что твой член потирает чья-то ступня? — Ничего подобного! Ты застал меня врасплох! И вообще, иди нафиг, хён. Мне нужно выйти подышать воздухом. Так Джисон сбегает из своей же комнаты и общаги прямо в ночнушке. Дальше последнего этажа он, конечно, никуда не денется в таком виде, но всё же это выглядит довольно смешно. Минхо понимает, что ему понравилось так доводить младшего. Его нога на члене Джисона выглядела довольно сексуально. — Чёрт, — шипит он, касаясь своей твёрдой эрекции. Так вот что за неловкость между ними была. Глубоко в душе они знали, что любое неверное движение может привести к чему-то такому. Ли откидывается на подушки Хана, прикрывая глаза и ощущая щекочущее чувство внизу живота, скручивающееся и посылающее потоки возбуждения после осознания того, что он сейчас сидит на кровати Джисона и прижимает ладонь к паху, раздумывая, что делать дальше. Что делать после открытия того, что у Хана фут-фетиш и фетиш на чулки. Мысли, которые приходят в голову, не совсем нравятся здравомыслию Минхо, но он никогда не был нормальным.

×××

— О, Минхо, тебе посы… — Спасибо, — Минхо выхватывает из рук Феликса коробку, зная о том, как младший любит распаковки вещей. Если бы старший замялся хотя бы на секунду, Ликс уже сидел бы возле него и смотрел на примерку новой вещи. Точнее, примерку чулков. Было невероятно стыдно заказывать что-то подобное, но Ли просто не мог удержаться. Он хотел себе их до подкашивающихся ног. И нет, не потому, что ему понравилось, как он выглядит в них. А потому, что ему хочется ещё поиздеваться над Джисоном. Так сильно, что последние три дня ему только и снился Хан, стонущий и потирающийся о ноги Минхо в тех самых белых чулках. Ли не стал заморачиваться, заказав капроновые чёрные чулки (потому что чёрный брутальный и крутой цвет). Он ещё ни разу так не пылал от стеснения, заказывая что-то. Хорошо, что никто из мемберов не вскрыл посылку раньше него. — Ох, вау, — томно выдохнул Минхо, наблюдая в зеркале симпатичные стройные ноги, обрамлённые чёрной, полупрозрачной тканью, сжимающей его ляжки. — А я секси. Они выглядели куда лучше, чем те белые. Видел бы Джисон его сейчас…

×××

Если честно, это немного неудобно. Такое ощущение, что оно спадёт. А ещё, что все заметят. Они собрались в зале практики, чтобы отрепетировать все песни. Сегодня был день без хореографии, поэтому Ли не мог упустить такой момент и, да, напялил чулки под спортивные штаны надеясь на то, что Хан сойдёт с ума, узнав об этом. Кстати, насчёт него. — Хан Джисон-и-и. — Мм. — Пошли поедим. Младший отрывает взгляд от телефона, смотря так неуверенно и с ноткой подозрения. — Ладно, пошли. С того дня Джисон его боялся. Ходил шугался, но старался разговаривать как обычно, только вот прикосновения сократились ещё в два раза, что очень огорчало. Об их неудачном вечере кино ни один из них даже не заикнулся. Младший надеялся забыть и провалиться сквозь землю от стыда, пока Ли готовил целый план в голове. — Сейчас обед, JYP кафе как всегда заполнено, — спокойно говорит Хан. — Пошли во внутреннее. — Там же невкусно. — Там есть кофе и шоколад. Этого будет достаточно для счастья моего желудка. Напряжение то и дело летало между ними. Может, Хану и вправду было неприятно? Все столы свободны, но Минхо всё равно идёт к дальнему месту, где уже сидит Джисон, нервно мнущий свои пальцы. Старший ставит два холодных американо и самую сладкую шоколадку, которая только продавалась тут, потому что Хан любит такое. — Ты же позвал меня ради чего-то, да? Джисон был проницательным в такие моменты. Ну, или старший не мог сдержать свои эмоции, ведя себя не так, как обычно. Ли ухмыляется, откидываясь на спинку стула и захватывая трубочку ртом, делая пару освежающих глотков. Хан не отводит взгляд, показывает свою решительность, ломая шоколадку и пачкая уголок губ вытекшей карамелью. — Да, — признаётся старший, с внутренним удовольствием наблюдая за реакцией Джисона, у которого щёки заливаются румянцем. — Я же тебе говорил, хён, я не пялился на твою фотографию и у меня нет фетиша на ног- — Я сейчас в чулках. Хан запинается, давится шоколадкой и начинает громко кашлять, ударяя себя по груди. — Что ты сказал? — неверяще вскрикнул он. — Что я сейчас в чулках. — О Господи, хён, — плаксиво заныл младший, закрывая ладонями пылающее лицо и ёрзая на сиденье. — Зачем? — Для тебя, — шепчет Ли, снимая кроссовок с одной ноги и поднимая её на чужой стул. — Тебе же нравится это, — он проходится по внутренней стороне бедра вздрогнувшего младшего, доходя до паха и, о боже, Джисон уже был очень твёрд. — Х-хён… — выдохнул напряжённо Хан, сглатывая слюну и падая лицом в руки на столе, тихо всхлипывая от ощущения. — Ты невыносим. Младший отпускает одну руку вниз, касаясь щиколотки Минхо и вскакивая из-за стола с ошарашенным лицом. Он неверяще направляет взгляд себе на пах. — Капроновые чулки, — задыхаясь, шепчет Джисон, поглаживая и сжимая стройную ногу в тисках капрона. Хан хмурит брови, его лицо приобретает серьёзный оттенок, если не считать помутненный взгляд, говорящий о том, что он готов прямо тут растаять как мороженое на солнце. — Ты сам виноват, хён. Я правда пытался сдерживаться, но твои игры… Блять, — кадык Джисона дёргается. — Твои ноги - самая возбуждающая вещь в этой чёртовой Вселенной. Я хочу кончить, просто смотря на тебя. А та фотография, боже, это был самый сильный оргазм в моей жизни, — возбуждённо выпалил Хан, прижимая бёдра к ступне замеревшего Минхо, хлопающего своими глазами. У Ли дыхание спёрло и огромный горящий шар окутал его тело теплом, протекая по животу ниже. Минхо тихо промычал под нос, пытаясь вырвать ногу из-за ощущений нарастающего возбуждения в штанах, смущённо поджимая губы и краснея. Чёрт возьми, он уже чувствует вытекающий влажный предэякулят, пачкающий его нижнее белье. Почему Джисон сейчас весь такой горячий, сидит и так томно обводит взглядом? Он же должен был смутиться, запинаться и, в конце концов, сбежать подальше от Ли, выглядя до нелепости мило. Хан наклоняет голову, с озорством ухмыляясь. Теперь они поменялись ролями и, видимо, ему это безумно понравилось. — Пошли. — Куда? Джисон встал с места и, не сказав и слова, подхватил старшего за руку, начиная тянуть в сторону выхода. Старший еле успел нырнуть обратно в кроссовку. — Ещё минута, и я сорву эти блядские штаны прямо в коридоре компании. Минхо хотелось поджать ноги. Такой Джисон, уверенный и доминантный, до боли возбуждал. Старший никогда бы и не подумал, что будет так растекаться в лужицу от одних грязных слов и крепкой руки на своём запястье. — Я могу попозировать для тебя в этих чулочках, — с издёвкой пропел Минхо, чтобы разбавить атмосферу. Джисон наверняка представляет это в голове в самых ярких подробностях. Он резко останавливается и, ох, Минхо только сейчас замечает, что они дошли до кабинета, в котором всегда работали 3RACHA. У Джисона был к ней доступ с индивидуальной ключ-картой, чем он воспользовался, протискиваясь внутрь и сходу толкая Минхо на диван. — Мои ноги никуда не убегут, — хихикает Минхо, снимая кроссовки и давясь воздухом после того, как Хан стягивает с себя оверсайз футболку, вот так смотря на него сверху вниз со своим накачанным, горячим телом. — Ох, боже. — Я не хотел срываться, но ты… Зачем вообще делаешь это? — Потому что нравится, — бесстрашно бросает Минхо, остро глядя в чужие глаза и приподнимая штанину, предъявляет на показ ногу в капроне. Хан шипит, ставя одно колено на кожаный чёрный диван и тянет резинку спортивных штанов Минхо вниз, который с предвкушением реакции младшего отдаётся его рукам. Джисон низко выстанывает, отбрасывая штаны в сторону и окутывая два крупных бедра ладонями, с силой сжимая и с накатывающим возбуждением осматривая идеальной формы и длины ноги в чулках. — Красиво. Очень красиво, хён, — плаксиво мямлит Хан, наклоняясь и потираясь щекой о ляжки. Джисон полностью очарован. Старший вздрагивает, наполняясь потоком эмоций от чужого восхищения. Ему нравится, так сильно нравится реакция и действия. Руки на его ногах и тихие хрипы с губ, щекочущие его нежную кожу. — Это потому, что на мне эти чулки? — У меня фетиш, ты был прав. Но не только на чулки. Твои ноги - это сокровище для такого, как я. Я не видел чего-то более красивого, чем это. Ну всё, Минхо поплыл. Он готов хоть каждый день теперь надевать что-то подобное, лишь бы слышать от Джисона такие слова и видеть, как он буквально поклоняется ему. — Хочешь сфотографировать? Хан закивал как болванчик, вставая с ляжек и смотря как маленький щенок, перед которым держат аппетитную еду, но не дают команды есть. Ли ухмыляется так по-извращенски, желая разрушить Хан Джисона и превратить его в одно неконтролируемое месиво, поэтому он приподнимает ногу как тогда, когда всё только началось, и, плывя к паху пальчиками, прижимает ступню к твёрдому члену младшего, который голову запрокидывает и чуть ли не рычит. — Играешься? — Проверяю сбежишь ты или… ай, Хан Джисон! Младший смеётся, поглаживая покрасневшую кожу от того, что он оттянул и отпустил край чулка. Хан поднял ногу на уровень своего лица, начиная расцеловывать от самых кончиков пальцев и продолжая вести дорожку по ноге к тазовым костям. Минхо дрожит, ощущая маленькие холодные чмоки. Он готов утонуть в этой нежности. — Прости, что это делаю, — низко шепчет Джисон, смотря из-под ресниц. — Делаешь что? Хан касается эрекции старшего, сжимая и поглаживая. Неожиданно и приятно. Только сейчас Минхо понимает, как нуждается в прикосновениях Джисона. Член ноет и дёргается, смазка оставляет след на белье, вводя в краску, заставляя прикрыть лицо руками. Хан же лишь ласково смотрит, немного потираясь о полусогнутую в колене ногу. — Боже, что же мы творим, — уже затуманенный возбуждением мычит Ли, так ярко реагируя на каждое действие. Джисон медленно стягивает с него нижнее бельё, наблюдая за реакцией старшего, чтобы не сделать ничего лишнего. Минхо сжимает колени, но позволяет раздеть себя. Разбухший венистый член ударяется о живот, оставляя влажный след от предэякулята. Джисон разводит его ноги и пристраивается между ними, одной рукой сжимая бедро, а второй обхватывая основание органа. — Прекрасен, — задыхаясь, вырывается у него и он несдержанно ныряет к основанию бедра, смыкая челюсти на чувствительной коже. Минхо стонет, подкидывая бёдра. Младший начинает двигать рукой на его стволе, страстно покусывая светлую кожу. Ли и не думал, что это будет ощущаться так остро и хорошо. Он закатывает глаза, зарываясь в пышные волосы Хана и сжимая пряди пальцами, получая невнятный хрип и громкий последний чмок, после которого алый Джисон приподнимается и лезет в задний карман, доставая телефон. — Можно? Минхо стыдно, но мысли о том, что Джисон будет сидеть у себя в комнате и смотреть на его фотографию заглушает всю осторожность, и он кивает, наблюдая за тем, как Хан делает пару фотографий своих рук, сжимающих искусанные ляжки Минхо в чулках. А ещё Джисон фотографирует его лицо, изображающее яркое желание с чистой воды удовольствием. — Зачем? — Ты очень красив, — сразу же отвечает Хан. — Великолепен. Идеален. Чёрт возьми, я так тебя хочу, что я готов взорваться. Член Минхо дёргается, он жмурится от приятных слов и тяжело дышит. Он тоже хочет Джисона. — Я был бы не против, если бы ты… — сердце учащенно забилось. — …взял меня. У Хана глаза распахнулись, на лицо взобралась глупая улыбка. — Детка, я сейчас кончу от одних твоих слов. Невероятно горячий Джисон всегда появляется неожиданно. И Ли никогда не может предугадать его следующие действия. Хан расстёгивает джинсы, приспуская и вынимая твёрдый ствол с покрасневшей ровной головкой. Ли громко вздыхает, наблюдая за тем, как младший пару раз проезжается по своему члену, шипя под нос. Минхо почему-то нравится эта картина. — Иди сюда, котёнок, — Джисон притянул Ли за бёдра ближе, нависая над ним и вглядываясь прямо в глаза. Старший чувствует прикоснувшийся тяжёлый член к своей эрекции. А потом и руку Хана, охватившую два ствола и начавшую в умеренном темпе надрачивать, размазывая смешанную смазку, вытекающую из уретры. Минхо прикрывает глаза и тихо стонет. Дыхание на щеке ощущается как интимные поцелуи. Слишком личные. Слишком близкие. Джисон касается губами его скулы, заставляя бабочек проснуться и начать врезаться друг в друга как ненормальные. — Хани. Джисон всхлипнул, ускорив движения и захватив мочку уха между губами. Ли вскинул бёдра, приобнимая Хана и впиваясь ногтями в его спину. Звук хлюпанья смешался с их стонами и горячими чмоками младшего, спускающегося к шее и шепчущего приятные, нежные слова. Им явно будет стыдно, когда это закончится, но сейчас это было так не важно. — Минхо, я так без ума от тебя. Ли тихо усмехается от этих слов, но чувства экстаза захватывают его с головой, поэтому он стонет ещё громче. Их члены так плавно скользят, потираясь друг о друга, а рука Хана помогает ещё быстрее дойти до края, сжимая и так идеально подбирая темп. — Боже, Хани, я… — Ли ладонями плывёт по спине к тазу и сжимает ягодицы младшего, прижимая его ближе, хотя казалось бы куда ещё. — Б-быстрее, ещё чуть-чуть, — неосознанно шепчет Минхо, дыша в нескольких сантиметрах от губ младшего. Джисон разрывался в чувствах, простанывая имя старшего и толкаясь своими бёдрами, ещё сильнее ускоряя движения. Ли тоже направляет руку к их членам, обхватывая с другой стороны и помогая. Хан вздрагивает, падает лбом на плечо Минхо и дрожит, тяжело дыша на ухо старшего, который ощущает сперму на своей ладони и этого хватает, чтобы тело окутало пронзительным наслаждением, срывающим его с края обрыва. Удовольствие окутывает всё тело, растекаясь негой. Минхо сладко выстанывает в последний раз, замедляя движения и позволяя себе отдышаться. — Ох, твою мать, — хрипло ругается Джисон, но не торопится вставать с чужой груди. — Прости. — Прости, но я буду дрочить по ночам на твою фотографию в чулках? Ты это хотел сказать? — О боже, нет, нет, нет, — смущённо заныл Хан, глубже зарываясь в шею Минхо. — Или прости, но я не приму твоих фотографий в чулках в сетку и в чулках с рисунком котика? Хан вскочил, вглядываясь в глаза. — Ты хотел мне отправить эти фотографии? — Хани, ты же знаешь, что ты довольно милый, когда смущаешься? — младший неуверенно кивнул. — Как ты думаешь, я бы упустил шанс поиздеваться над тобой? Так что готовься к самому сладкому аду в своей жизни, — Минхо схватил младшего за затылок, притягивая к своему лицу и максимально близко шепча на ухо: — Я от тебя теперь не отстану. — Я… — Хан сглотнул, облизнув губы. Минхо мог почувствовать рукой, как его сердце в груди разрывается в бешеном темпе. — Я закажу тебе самые красивые и дорогие чулки, котёнок.