Чувства повышенной сложности

      Тэхен, не успев до конца проснуться, сразу узнал этот звук, который раздавался из другого конца спальни. Будильник. Нужно было вставать, потому что это был план, а как говорил его парень… И здесь, до сих пор не открыв глаза, Тэхен широко довольно улыбнулся… План нужен для того, чтобы забыть о хочу и вспомнить о надо. Он хотел обнять Джина ногами и руками, сжать изо всех сил и оставить так. А что надо…       — Я сам.       Он почувствовал, как Джин зашевелился, что-то пробурчав, и Тэхен сразу же приподнялся, мягко уперевшись рукой в его голую и горячую от одеяла и его собственного дыхания грудь.       — Полежи.       Прозвучало хрипло, низко, глубоко, и Джин открыл один глаз, наугад и весьма неловко накрыв руку Тэхена своей. Тэхен понял всё правильно, потянувшись к теплым приоткрытым губам, языком собрав с них ленивый выдох. Он мечтал именно о таком утре всё это время, теперь ощутив в себе силы встать и исполнить данное Джину обещание. Пока Джин, неуверенно прихватив его за затылок, подтянулся, сильнее вжавшись в губы, а затем, отстранившись, посмотрел на Тэхена полуприкрытым, но при этом серьезным взглядом.       — Видишь, я исполнил свое обещание. — Тэхен самодовольно улыбнулся, затем выпрямившись и откинув одеяло, которое затем бережно подоткнул под Джина. — У тебя надежный парень.       — Я… не сомневался. — Джин вновь прикрыл глаза, заёрзав, как будто теперь вновь собирался укладываться спать. — Давай в душ, а я сразу после тебя.       Он открыл глаза в тот момент, когда Тэхен, поднявшись с кровати, направился сначала к телефону, выключив будильник и выдернув из розетки зарядку, а затем — в ванную. Абсолютно голый. Неловко и чуть скованно моментами переставляющий свои длинные ноги, увенчанные круглой, как будто отражающей свет попой. Джин, после настолько удавшейся ночи, преисполненный светлыми чувствами не мог назвать эту часть тела Тэхена задницей. Особенно после того, как упоенно ее нацеловывал, пока Тэхен, в отместку за такую отчаянную нежность, пытался поглубже в горло затолкать его член. Хотя, не только нацеловывал…       Джин, взяв Тэхена за бедра, попытался потянуть на себя, но вместо этого, то ли от безысходности, то ли от того, что член скользнул слишком глубоко в тесное горло, выгнулся, прикрыв глаза, и переместил ладони на круглые упругие ягодицы, посильнее их сжав. Кажется, Тэхену это понравилось, потому что он, плотно перехватив пальцами член у основания, вновь насадил на него свою голову, задержавшись внизу, рукой начав поглаживать яйца. План был такой, что Джин тоже должен был участвовать в ласках, причем активно, но ему это перестало удаваться, когда Тэхен, чтобы глотать член было удобнее и приятнее, сдвинулся ближе к его коленям.       — Тэ… — Получилось очень чувственно, на выдохе, и Тэхен, прервавшись, посмотрел на него через плечо. — Я сейчас кончу.       — Ни в чем себе не отказывай. — Он самодовольно и весьма многозначительно улыбался, пока Джин вдруг вспомнил о своем обещании его съесть, в то время, как слишком самоотверженный Тэхен вновь принялся за дело.       Мысль о том, что он просто стеснялся и поэтому держался на почтительном расстоянии, до этого храбро согласившись на эту позу, пришла внезапно. Вместе с идеей, и Джин занес свою руку, затем оставив на маячившей перед ним ягодице, вынуждающей его вытягивать шею даже для невинного поцелуя, звонкий шлепок. Сработало, и Тэхен выпустил член изо рта, пока Джин шлёпнул его еще раз, заметив, что кожа успела порозоветь. Он прикладывал достаточно силы, чтобы привлечь внимание, и недостаточно для того, чтобы причинить боль.       — Эй, это…       Тэхен выпрямился, и вот именно в тот момент, когда он потерял концентрацию и не мог оказать сопротивление, готовый только возмутиться, Джин потянул его на себя, приподнявшись. Действовать нужно было решительно и быстро, поэтому он просто прикрыл глаза, покрепче двумя руками ухватившись за ягодицы и разведя их. Развратно и слишком откровенно (хотя, он же зажмурился...), но последовавший за этим неожиданно громкий и надрывный выдох Тэхена того стоил. И Джин стал увереннее и вдохновеннее его вылизывать, пока Тэхен упирался руками в его пресс, моментами сжимая пальцы и чувствительно царапая упругую кожу. Теперь он сам подавался назад, пытаясь насадиться, двигая бедрами в тот момент, когда мягкий и расслабленный после настойчивого проникновения язык оказывался снаружи.       — Я… — Слышал ли он таким Тэхена? Запыхавшимся, как будто он теперь бежал, а не сидел на чужом лице, взволнованным и... Теперь очень хотелось посмотреть на его лицо. — Кончу…       Вместо ответа, Джин решительнее принялся за ласки, в какой-то момент совершенно забыв стыд. К чему вообще стыд, когда ты в постели со своим парнем, который, как оказалось, умел не только сладко петь, но и стонать.       От таких воспоминаний очень хотелось дать волю рукам, но в этом случае профессионализм был сильнее эрекции. А еще из ванной очень вовремя появился Тэхен, в полотенце, как вечером ранее, и с мокрыми волосами, которые прямо при Джине непринужденно и слишком сексуально зачесал назад своими длинными красивыми пальцами. Он весь был невыносимо красив. Как и раньше. Как и всегда, но только теперь он был красив для Джина, который позволил себе засмотреться, а затем заметить на себе полный хитрой нежности взгляд. Тэхен собирался что-то сказать, а затем нарочито грациозной походкой направился к кровати, поставив на нее колено.       — Так! Мне пора!       Это могло просто так не закончиться, и Джин, быстро приняв сидячее положение, попытался выбраться из-под одеяла, но не успел. Ему не хватило мгновения, прежде чем Тэхен повалил его на спину, придавив собой и своей обворожительно квадратной улыбкой.       — Ты так на меня смотрел… Как я на тебя! — Он сложил руки у Джина на груди, затем нахмурившись. — Две минуты. Обещаю. Я держу себя в руках.       — Просто… — Джин видел эту ответственность и верил ей, мягко улыбнувшись. — Не верится, что такой красавец теперь… мой.       — Знаешь, мне тоже не верится, что такой красавец теперь мой. — Тэхен забавно надул губы, затем потянувшись к губам Джина. — Нам с тобой обоим несказанно повезло.       Это был на самом деле короткий поцелуй, но при этом пылкий от еще не успевших остыть после ночи любви эмоций, после которого Тэхен слез в кровати, протянув Джину руку и помогая ему подняться.       — Я быстро. А потом приготовлю нам завтрак.       Тэхен, помня о том, что свой костюм Джин до этого аккуратно развесил на вешалке в его шкафу, к шкафу и направился, расценив, что теперь было самое время переодеться. И начать было решено с брюк. И стоило ему только попытаться поднять ногу, не привыкшие к такой сексуальной нагрузке мышцы сразу дали о себе знать, протяжно заныв. Но Тэхен не мог жалеть. Вообще, это был секс без какой-либо выдумки, без какой-либо провокационно чувственной подоплеки, которая должны была повысить градус возбуждения. Однако… Тэхен смог убедиться в том, что Джин был настроен так же серьезно, как и он. Потому что у него сложилось ощущение, что в момент этой близости… Наверное, это были глупые и даже наивные мысли, но на самом деле было ощущение того, что для Джина в тот момент не существовало никого другого. Как будто Тэхен в тот момент был и смыслом, и целью, и первым и единственным желанием, которое он не торопился воплощать, наслаждаясь не результатом, а процессом. Это было абсолютно новое чувство, которое и делало этот простой и незамысловатый по своей технике секс особенным.       Наверное, так и должно выглядеть и ощущаться занятие любовью. Когда не только сперма, в момент разрядки, бьет через край, но эмоции, сильные, откликающиеся в том, кто находился рядом, и от того становящиеся только очевиднее, осязаемее, вместе с касаниями рук и губ превращаясь в разряды электрического тока. Тэхен застыл с брюками наперевес, с мечтательной улыбкой окунувшись в пережитое. В то, что очень хотелось запомнить надолго.       — Вот так просто? — Тэхен повалился на спину, обвив пальцами упирающиеся в матрас по бокам от его головы руки.       Он чуть приподнял бедра, чтобы член Джина, твёрдый и, в отличие от него, не успевший получить избавление в оргазме, смог быстрее привести в чувство его собственный член, который успел опасть. Как Джин и обещал, Тэхен кончил на его языке, и здесь Тэхен не мог жаловаться, успев немного возбудиться во время бережного и сопровождающегося тщательным вылизыванием растягивания.       — Ты можешь спеть. — Джин самодовольно улыбался, позволив себе опуститься на Тэхена всем телом, придавливая его к кровати, при этом начав медленно и едва заметно двигаться, головкой своего члена скользя по влажной от до этого примененной смазки промежности Тэхена, упираясь в его мошонку.       — Шутишь. — Тэхен вытянул шею, напрашиваясь на поцелуй, и Джин, подсунув по его затылок ладонь, притянул его к своим уже раскрытым губам.       Неторопливо и так сладко, что, казалось, не нужно было ничего другого. Тэхен готов был заурчать от того, насколько мягко, ласково и трепетно переплетались их языки, замирая, когда губы разделялись потребностью впустить в себя воздух, чтобы затем вновь чувственнее соединиться.       — Я… — Джин отстранился, успев пропустить пару выдохов. — Хочу тебя так.       — И я… — Тэхен заметил, что сейчас Джин упирался в кровать одной рукой, другой взявшись за свой член, первое соприкосновение с которым Тэхен почувствовал спустя мгновение. — Хочу тебя так.       — Не хочешь. — Джин говорил в губы Тэхена, пока Тэхен задержал дыхание, затем судорожно выдохнув. — Не хочешь?       Он мягко продавливал головкой члена рефлекторно сжимающийся анус. Тэхен почувствовал бережное прикосновение пальцев на промежности, которые, чуть надавливая, круговыми движениями поглаживали чувствительную кожу. Это были непривычные, но при этом неожиданно приятные и нужные ощущения.       — Хочу. — Тэхен, проникнувшись ими, улыбнулся, двумя руками обняв Джина за плечи и подав ему навстречу бедра в тот момент, когда головка члена всё же оказалась внутри, не доставив при этом никаких неприятных ощущений. Магия. Возможно, блестящих карих глаз, которые смотрели на него с игривой, но необычайно нежной улыбкой, повторяющейся на мягких губах.       Неожиданно Джин выпрямился, устроившись на коленях между широко разведенных бедер Тэхена, положив на них свои руки. Тонкие пальцы заскользили по чувствительно тонкой коже, и они не стали препятствовать тому, что Тэхен двинулся, тщательнее насадившись на член, забыв о том, что его собственный не успел достаточно затвердеть. Он собирался еще чуть подвинуться, но вместо этого приподнялся на локтях, с недоумением наблюдая за тем, как Джин, минуя член, переместил ладони на его живот, чуть рассеянно за ними следя. Тэхен собирался задать вопрос, пока пальцы Джина скользнули к его талии, сжавшись на боках, но не успел, потому что Джин подцепил с простыни его ладони, крепко их сжав в своих. Тэхен потерял равновесие, но не надолго, потому что Джин потянул его на себя, не дав одуматься и что-то сказать, вместе с поцелуем пропустив между невольно открывшихся губ язык.       Это был слишком неожиданный маневр, и поэтому то, что член Джина вошел в него по основание ощущалось… Острее. Движение получилось достаточно резким, что в любом другом случае могло доставить болезненный дискомфорт, но так как Тэхен в этот момент был сбит с толку, он мог сосредоточиться только на результате. На наполненности, чувственном распирании, ощущая, как горела от растяжения кожа, мышцы, становясь мягкими, и всё это спустя одно лишь, казалось, мгновение… Это были новые, ни с чем до этого несравнимые впечатления, которые подчеркивались становящимся на губах всё более пылким поцелуем. Джин освободил его руки, своей придерживая его за плечи, другой упираясь в кровать, пока Тэхен, заваливаясь назад, успел подставить локти.       — Что… Это было? — Тэхен воспользовался тем, что Джин оторвался от его губ, которые не успели прикрыться, пропустив взволнованный вдох.       — Хотел произвести на тебя впечатление. — Джин прислонился лбом ко лбу Тэхена, пока его пальцы бережно сжимали вновь эрегированный член, чуть оттягивая крайнюю плоть, поглаживая большим пальцем влажную и чуть набухшую головку.       Джин вновь придавил Тэхена к кровати, подхватив его ноги под коленями, пока тот сжал его плечи.       — Я… — Тэхен сглотнул, почувствовав движение члена внутри. — Уже твой парень.       — Не думал, что меня… — Джин ушел от поцелуя, вместо этого с хитрой улыбкой всматриваясь в лицо Тэхена. Сбитого с толку, восхищенного и возбужденного. — Это будет так возбуждать.       — Я? — Пальцы Тэхена скользнули к затылку Джина, зарывшись в мягкие волосы, сжав и чуть потянув их, волнуя чувствительностью кожу.       — Ты. — Джин прикрыл глаза, затем, не сопротивляясь наклоняющей его голову руке, оказался у открытых губ, по которым Тэхен, готовясь к новому поцелую, провел языком. — Только ты.       Он смотрел ему прямо в глаза, и Тэхен был уверен, что причиной тому было не то, что Джин вдруг разучился стесняться — он хотел насмотреться. Любовался? Всё внутри трепетало и переливалось под этим взглядом, откликаясь и стремясь вырваться наружу. Не хотелось пытаться забрать инициативу себе, демонстрируя свои умения и страсть — отдаться. Не подставиться под член, а покориться, совершенно расслабиться и отдать себя чужой воле. Чужим желаниям. Желаниям Джина, который больше не осторожничал, с чувством и жесткими глубокими толчками вдавливая его в матрас.       Тэхен, завороженный воспоминаниями, всё-таки справился с надеванием брюк, продолжая мечтательно улыбаться, пока застегивал рубашку.       — Я быстро? — Джин вышел из ванной, и Тэхен повернулся. — А ты чего такой довольный?       — Честно?       — Нет, соври мне. — Джин подошел к нему, протиснувшись к шкафу, не став дожидаться, когда Тэхен сделает шаг в сторону.       — Не могу дождаться начала рабочего дня.       Джин посмотрел на него с искренним недоумением, а затем, распахнув халат, чтобы его снять и облачиться в костюм (а не для того, чтобы лишний раз заставить Тэхена волноваться), потянулся к губам своего парня.       — А теперь правда и ничего кроме правды.       — Я вспоминал наш секс. Наше занятие любовью. — Тэхен прикрыл глаза, пытаясь получить всё возможное удовольствие от короткого, но всё равно сладкого поцелуя. — Я точно не смогу также.       — Ты сможешь лучше. — Джин с нежностью улыбнулся, а затем, нахмурившись, отстранил от себя Тэхена, схватившись за вешалку. — У нас не так много времени, зато очень много дел.       — Да. Завтрак. — Тэхен кивнул, сделав еще один шаг назад. — А потом мы вместе отправимся на работу.       — Кстати, у меня есть условие. — Джин теперь скрылся за дверцей шкафа, застегивая рубашку. — На работе никаких нежностей.       — Почему? — В голове сразу возникла, наверняка, неправильная мысль.       — Потому что я терпеть не могу слухи. И если мне в лицо побоятся что-то высказать, то ты можешь стать жертвой неуместных вопросов, намеков и предположений. Тем более, если учесть, что ты в компании только-только появился, причем, достаточно внезапно.       — То есть, это забота обо мне.       Услышав в голосе сомнение, Джин выглянул из-за дверцы, успев уже схватиться за брюки.       — Нет, на самом деле я сплю с половиной твоего отдела и не хочу лишиться этого приятного бонуса.       — Я так и знал. Ты слишком хорош, чтобы принадлежать одному. — Тэхен драматично вздохнул, затем улыбнувшись, когда Джин закатил глаза. — Я согласен с твоим условием. И… — Тэхен задумался, взяв паузу до момента, когда Джин закрыл шкаф, держа в руках пиджак. — Может, как-нибудь сходим поужинать?       — Ты приглашаешь меня на свидание? — Джин прищурился в сомнении. — Я не могу отказаться, если как-нибудь не сегодня — у меня, к сожалению, насыщенный рабочий день и рабочий вечер. А ещё я не смогу позволить тебе платить. За меня, за себя и за всех нас.       — Это намек на то, что…       — Считай, что я так ухаживаю.       Кажется, они теперь были парой, но эти слова почему-то успели Тэхена взволновать. И озадачить. А как ухаживать будет он?..       — Тэтэ, мне будет это приятно, так же, как и тебе, поэтому я не буду ждать ничего взамен. — Джин сделал к нему шаг, коснувшись щеки, чтобы привлечь к себе до этого рассеянное тяжелыми раздумьями внимание. — У тебя на лбу бегущей строкой отпечатано Что я могу дать взамен.       — А что я могу дать взамен? — Тэхен обнял двумя руками Джина за талию, потянув к себе.       — Искренность. Честность. Верность. Себя. Это база, остальное — на твоё усмотрение. — Джин мягко поцеловал уже с вопросом приоткрывшиеся губы.       — Ты какой-то идеальный… — Тэхен с недоверием поджал губы, чувствуя, как сердце куда-то вдруг вновь заторопилось. — Я таких еще не встречал.       — Честно? Я тоже таких еще не встречал. — Джин с теплом улыбнулся, затем взяв Тэхена за руку. — Пошли. Нежничать будем потом.

* * *

      — Итак, господин Ким. — Юнги позволил себе откинуться в рабочем кресле и потянуться, с задумчивым недоверием посмотрев на сидящего напротив Тэхена, который только улыбался. Как дурачок. — Скоро тебе предстоит самостоятельно провести презентацию нашей алкогольной продукции, но чтобы ты теперь не пытался упасть в обморок от страха — это будет наш постоянный клиент, и мероприятие будет проходить здесь.       — Постоянный клиент? — Тэхен всё же испытал волнение, пока Юнги только улыбнулся.       — Да. Он подпишет новый договор на реализацию алкогольной продукции марки Эклипс в любом случае, потому что она пользуется большой популярностью в сети его отелей, но… Возможно, ты сможешь предложить ему еще не выпущенную линейку напитков, а он не сможет в свою очередь отказаться. Тем более, ты успел распробовать всё, что собираются выпустить в продажу.       — Я понял. — Тэхен сосредоточенно кивнул.       — Чтобы ты чувствовал себя еще спокойнее, за это время, в том числе, сегодня — тебе нужно будет подойти к Наён — ты посетишь несколько презентаций, а также — несколько заведений, которые еще не успели присоединиться к числу наших покупателей, но оставили для этого заявки. — Юнги замолк, чем-то увлекшись на своем столе. — В строго отведенном для заявок месте. — Он поднял на Тэхена глаза. — Всё понятно?       — Да, господин Мин. — Тэхен сосредоточенно кивнул. — Сделаю всё в лучшем виде.       — О, я не сомневаюсь. — Юнги улыбнулся, затем посмотрев на часы. — Пообедать у тебя, к сожалению, сегодня не получится, но после окончания презентации Наён вернется, а ты можешь отправляться домой, но… — Юнги задумчиво закатил глаза, затем хитро их сузив, стоило ему перевести взгляд на Тэхена. — Может, дать тебе домашнее…       Господин Мин не успел закончить мысль, так в дверь его кабинета постучали, а затем, получив разрешение войти, в проеме появилась личная помощница коммерческого директора.       — Господин Мин. К вам господин Чон.       — Чон? — Тэхен не успел скрыть удивление, заметив, что в ответ на его недоумение, девушка лишь пожала плечами.       — Чонгук? — Юнги нахмурился, затем переведя взгляд на Тэхена, правда, кажется, смотря сквозь него. — Пусть войдет.       — Чонгук? — Тэхен теперь на Юнги смотрел вопросительно, а спустя мгновение уже на Чонгука, в руках которого был плотный пакет, и сквозь него можно было рассмотреть очертания каких-то контейнеров. — Добрый день, господин Чон.       — О, привет. — Чонгук, смущенно улыбнувшись, приветственно поднял руку, затем нерешительно ее опустив, когда его глаза наткнулись на Юнги. — Я помешал?       — Ты спал вообще? — Юнги вышел из-за стола, пока Тэхен, поняв, что может узнать секрет, не задавая вопросов, отошел на безопасное расстояние, ближе к двери. — Глаза красные и несчастные.       — Я… нуууу… — Чонгук опустил красные несчастные глаза. — Не смог. — А затем резко поднял. — Но я пытался! Правда. Просто… Тут обед. — Чонгук поднял пакет, на который Юнги даже не посмотрел, продолжая сосредоточенно вглядываться в бледное лицо Чонгука. — Я решил попробовать новый рецепт. Там свинина, грибы, бок… — Чонгук запнулся. — Почему ты так на меня смотришь?       — Тэтэ, свободен. Наён ждет. — Юнги посмотрел Чонгуку через плечо, при этом вежливо улыбаясь. — Всего хорошего и удачи.       — Понял. Не дурак. — Тэхен, поклонившись, выскользнул в дверь, задержавшись, чтобы заметить, что Юнги Чонгука усадил в кресло. Задерживаться еще дольше было бы просто неприлично, поэтому он спешно покинул приемную коммерческого директора в обозначенном им же направлении.       А коммерческий директор, кажется, собирался учинить допрос с пристрастием, склонившись над Чонгуком.       — Я чего-то не знаю и есть еще что-то, что тебя волнует? Ты очень плохо выглядишь, Гук.       — Нет. — Чонгук замотал головой. — Просто… У меня так с детства — если сильно переволноваться, потом… Хорошо, что не тошнило. Но это только потому, что ты… Что хорошее волнение.       — Точно? — Юнги пристально всматривался в устремленные на него глаза, затем улыбнувшись. — Будешь есть со мной. И только попробуй отказываться от еды. Раз твои родители отпустили тебя сюда на мое попечение, я, как ответственный… — Видя, что Чонгук приготовился протестовать, Юнги улыбнулся мягче. — Я хочу, чтобы ты со мной покушал. Тут явно много для одного, а мне всегда нравилось наблюдать за твоим здоровым аппетитом. Только… — Юнги огляделся. — Нам лучше переместиться в кафетерий.       — Как скажешь. — Чонгук поднялся вместе с пакетом, пока Юнги потянулся за телефоном. — Юнги…       — М? — Господин Мин на этот раз решил избавиться от необходимости брать пиджак, засунув телефон в карман брюк.       — То есть… Ты не передумал?       Юнги смотрел на Чонгука внимательно, даже строго, затем закатив глаза.       — Понятно, почему ты не спал. Думал, что я согласился просто, чтобы заткнуть твой сопливый фонтан. Ладно. — Он выдохнул, а затем потянулся руками к лицу Чонгука, не очень бережно смяв его щеки. — Я, Мин Юнги, находящийся в трезвом уме и твердой памяти подтверждаю, что у тебя до сих пор есть шанс заполучить мое сердце и задницу. Более того, я определился с тем, что у нас нет и не может быть никаких преград и предрассудков. Поэтому… Да, ещё ты мне нравишься. Достаточно, чтобы я начал смотреть на тебя как на мужчину, или о чем ты там грезил, обливаясь слезами.       — Точно? — Чонгук нахмурился. — Нет, точно-точно?       — Да, Гук. — Юнги снисходительно, но при этом ласково улыбнулся, прикрыв глаза, а потом потянул Чонгука к себе, на мгновение прижав губы к его щеке, которая тут же покраснела. — Это гарантии.       — Пошли тогда. Ты еще должен успеть отдохнуть после обеда. — Чонгук, явно взволнованный неожиданным проявлением такой невинной нежности, схватил Юнги за руку, потянув его к выходу, но в последний момент он его всё-таки остановил.       А потом порывисто, как будто боясь получить сдачи, клюнул Юнги в щеку, затем только открыв дверь. Юнги лишь улыбнулся, про себя подумав, что он не будет долго пытаться разглядеть в Чонгуке мужчину. Молодого и неопытного, но его искренность и очарование уже это компенсировали. Сполна.

* * *

      — Спасибо огромное, Тэ, что решил меня подвезти — я знаю, что господин Мин разрешил тебе не возвращаться на работу, но ты… Как храбрый рыцарь…       — Решил выведать у тебя все профессиональные секреты. — Тэхен щелкнул автомобильным брелоком, убедившись, что его личное авто было под надежной защитой сигнализации.       — Знаешь… — Молодая женщина в классическом брючном костюме, который она, после грамотно и успешно проведенной презентации, решила сделать неформальным, накинув пиджак на одно плечо и чуть больше расстегнув блузку, без сопротивления отдала Тэхену свой рабочий портфель. — Мы продаем очень качественный продукт, который уже успел зарекомендовать себя на рынке. Поэтому, всё, что от тебя требуется — воспитание, грамотная речь и компетентность по всем тем вопросам, которые ты освещаешь. Разумеется, приветливость и всё такое, но это важно только на моменте, когда ты знакомишься с потенциальным клиентом. Потом — только компетенции.       — Да, ты была великолепна… — Тэхен не лукавил, на самом деле успев немало почерпнуть из того, как его старшая коллега общалась с потенциальным покупателем. — Я бы отдал тебе все свои деньги.       — В принципе, ты до сих пор можешь это сделать… — Наён посмотрела на него, задумчиво поджав губы, а потом рассмеялась. — У меня опыт. Я работаю в компании уже четыре года и успела дослужиться до старшего менеджера. Жаль, что господина Мина подвинуть мне совесть не позволит, потому что он прелесть. И судя по тому, какой красавчик к нему таскается, так думаю не только я…       Девушка заговорщицки подмигнула Тэхену, а затем, когда он вежливо пропустил ее вперед, думая о чем-то своем (а точнее о том, что успел узнать по переписке от Чонгука), вдруг остановилась, склонив голову. И Тэхен заметил отца и сына, которые явно куда-то собирались, почему-то сосредоточенно переговариваясь и, скорее всего, находясь в середине обсуждения какого-то бизнес-вопроса. На самом деле, Тэхен знал, что сегодняшний вечер Джина занят — просто хотел с ним провести немного времени, прежде чем закончится его нормированный рабочий день и начнется ненормированный.       — Так, оставим формальные приветствия. Вы явно торопитесь закончить свой рабочий день. — Ким Намджун добродушно улыбнулся, и Наён, которая тут же подняла голову, не могла не улыбнуться в ответ. — Хорошего вечера.       — Спасибо. — Девушка еще раз поклонилась, обратив низкий кивок и Джину, затем посмотрев на Тэхена и заговорив шепотом. — Ты идешь?       Тэхен только отрицательно покачал головой.       — Добрый вечер, господин Ким. — Он обращался к Ким Намджуну, а сам, стараясь быть не очень заметным, если не сказать скрытным, успел взять Джина за руку и крепко ее сжать, чем вызвал полную нежности улыбку.       — Джинни, а как ты относишься к тому, что Тэхен присоединиться к нам за ужином? — Ким Намджун медленно перевел свой взгляд с шокированного таким вопросом Тэхена на Джина. — Насколько я понял из твоих разговоров, он теперь почти что член нашей семьи?       — Может, тогда нам стоит дождаться возвращения мамы? — Джин смотрел на отца явно с волнением, то и дело переводя короткие взгляды на Тэхена, чтобы понять, что он чувствовал в этот момент.       — Мама Джина — продюсер одного популярного телевизионного шоу, и теперь она в другом городе. В рабочей командировке. — Ким Намджун улыбался своими очаровательными ямочками, которые совершенно стирали с его лица любые намеки на возраст. — Я понимаю, что вы могли бы с Джином провести этот вечер вдвоем, если бы я не подсунулся со своим желанием...       — Я буду рад присоединиться к вам за ужином. — Тэхен кивнул, посмотрев на Джина, который закатил глаза, но затем улыбнулся. — С удовольствием.       — Вот это разговор! — Ким Намджун самодовольно улыбнулся. — Джинни сказал, что ты на машине, значит, я могу отпустить водителя. — Увидев некоторое недоумение на лице Тэхена, старший Ким добавил. — Я не вожу, а сын пока передвигается на своих двоих. Но если….       — Никаких проблем! Так будет даже удобнее.       — Удобнее будет, если ты потом доставишь нас с сыном домой. — Ким Намджун смотрел на Тэхена с немного многозначительной улыбкой, пока Джин приготовился возмутиться, набрав в легкие побольше воздуха.       — Ты собираешься эксплуатировать моего парня. Я протестую.       — А я готов эксплуатироваться и эксплуатироваться, если ты продолжишь мне напоминать, что я твой парень… — Пожалуй, эти эмоции можно было не скрывать. Особенно в момент, когда стало понятно, что старший Ким ими любовался, а не раздражался.       — С тобой приятно иметь дело, Тэхен. — Ким Намджун позволил себе взять и Джина, и Тэхена за плечи, теперь направляя их к выходу. И здесь было уже не до конспирации, о которой Джин даже не успел подумать. — Нам давно стоило познакомиться ближе.       Почему-то Тэхен совершенно не волновался. И, как оказалось, не зря, потому что ужин в компании старшего Кима был неожиданно непринужденным и очень увлекательным, что позволило с уверенностью назвать вечер приятным. Особенно после того, как господин Ким старший вежливо удалился, поблагодарив Тэхена за компанию и дав им с Джином возможность остаться наедине.       — У тебя крутой папа. — Тэхен, дождавшись, когда крутой папа скрылся из виду в недрах элитного жилого комплекса, обхватил двумя руками Джина за талию, прижав к себе, что стало до замирания сердца привычным. А Джин тем временем обнял его за шею, сцепив на его затылке пальцы, которыми зарылся в пушистые волосы.       — Ты тоже ему понравился. И теперь осталось мне понравиться твоим родителям. — Джин улыбался чуть устало, явно успев провести насыщенный рабочий день и насыщенный родственный вечер.       — Можешь даже не сомневаться. Ты не можешь не понравиться моим родителям. И они обязательно понравятся тебе — я знаю. — Тэхен смотрел прямо в глаза Джина, чтобы подтвердить честность и уверенность в своих словах. — Мне даже нравится, что всё развивается так быстро. Создается ощущение, что это судьба.       — Думаешь, я не просто так двенадцать лет назад положил на тебя глаз? Два. Четыре, если учитывать линзы очков. — Джин успел полюбоваться квадратной улыбкой, прежде чем спрятать ее в нежно трепетном поцелуе. — Так как мы с тобой еще не решили съехаться, можно не думать о том, что мы торопимся.       — Согласен. — Тэхен кивнул, пока Джин положил голову ему на плечо, за спиной устало повесив руки. — Ты нравишься мне любой, но такой — особенно.       Голос сам перешел на мягкий шепот, и Джин только улыбнулся.       — Я сильный, смелый и независимый, но не всегда. Иногда хочется себе позволить пожаловаться, поныть, растянуться на диване и ничего совершенно не делать…       — Какое совпадение, потому что мне временами хочется слушать жалобы, утешать и делать за других всё то, чему они предпочли лень. Например, за тебя.       Вместо ответа, Тэхен почувствовал на своей шее ласковые губы. И он тут же откинул голову.       — Возможно, это на самом деле судьба. — Теперь Тэхен звучал абсолютно серьезно.       — Ты просто пытаешься себя обнадежить, что дальше всё будет также гладко. — Джин отстранился, смотря на Тэхена неожиданно серьезно. — Я могу гарантировать тебе две недели. Потом обязательно мы столкнемся лбами.       — Ты так уверен? — Тэхен искренне удивился.       — У меня сложный характер, а у тебя — легкий. Мы противоположности, Тэтэ, которые притянулись. — В интонации Джина был какой-то подтекст, который стал только очевиднее, когда он схватился за лацканы пиджака Тэхена, начав их рассеянно разглаживать. — И мы не можем не столкнуться. И не оттолкнуться после этого, на какое-то время. Это физика.       — Думаешь, мы, столкнувшись, оттолкнемся? — Тэхен сосредоточенно прищурился. — Или я просто в тебя войду? На какое-то время.       — Так, ну хватит! — Джин, явно смутившись, начал Тэхена отпихивать. — У нас с папой еще дела, а ты…       — А ты будешь представлять, как я в тебя войду. — Тэхен удержал Джина, приблизившись к его губам. — Но папа ведь не узнает об этом.       Как и о том, что они целовались, и целовались, как влюбленные и еще не контуженные суровым жизненным опытом подростки, не желая разлучаться. Вот что бывает, когда всё-таки даешь своим чувствам шанс. И свободу. Но где свобода, всегда должна быть ответственность.

* * *

      — Чон Хосок, перестань так лыбиться — меня слепит. — Юнги закатил глаза, при этом всё же заметив, как Хосок дурашливо скривился, заставив его самого улыбнуться.       — С ним такое уже второй день. — Джин с сочувствием смотрел на друга. — Вчера, правда, он еще постоянно пропускал мимо ушей всё, что я пытался в них влить.       — Помимо чавканья. — Хосок кивнул.       — Помимо чавканья. — И Джин, снисходительно улыбнувшись, кивнул в ответ.       — А в чем причина? — Юнги с недоверием смотрел на Хосока, пока Джин повернулся к нему.       — Да, в чем причина, что ты вчера к нам не присоединился? Тэтэ сказал мне, что застал тебя с Чонгуком, который…       — Был голым?! — Хосок изобразил на своем лице искренний шок, который затем слишком быстро перешел в самоуверенную улыбку.       — Кто о чем, а однажды удовлетворенный — о сексе. — Джин покачал головой.       — То есть, свидание всё-таки было? — Юнги решил, что теперь было самое время элегантно и незатейливо перевести тему.       — О, не то слово… — И Хосок, который до сих пор находился под впечатлением, стремясь поделиться им со всем миром, тут же откликнулся. — Он был уставшим, я был напряженным, но закончили мы на том, что… — Хосок сделал паузу, явно теперь в памяти вновь воспроизводя всё однажды между ним и Чимином случившееся. — Я влюбился окончательно и бесповоротно. И… — Он вновь замолк, переводя вопросительный взгляд с Юнги на Джина и обратно, пока оба его друга с явным любопытством напряглись. — Наверное, я не должен об этом говорить, но…       — Если там интимные подробности, не говори, потому что мне с твоим Чимином еще знакомиться, в глаза ему смотреть, а я не смогу, не краснея. Потому что у меня очень тонкая душевная организация. И хронический недотрах. — Юнги покачал головой, пока Джин вновь к нему повернулся, отставив тарелку.       — Так что с Чонгуком?       — Кстати! — Хосок неожиданно широко распахнул глаза. — На вечер послезавтра ничего не планируйте. Чим свободен, так что мы хотим посидеть, как полагается взрослым людям, у меня. С тебя, Джин, твои новые напитки, а с Юнги — никаких матерных причитаний, потому что Чимин хочет пригласить Гука. — Хосок улыбнулся. — Они подружились с мелким. И да. — Он перевел взгляд на Джина. — Извини, но Тэхен, как лучший друг моего парня, тоже в списке приглашенных.       — Я не могу спорить с лучшим другом моего парня.       — Вот то-то же! — Хосок строго выставил палец, а затем (как будто на лице Юнги пытаясь найти подтверждение тому, что только что на самом деле услышал) от удивления открыл рот. — Что?       — Мы с Тэтэ теперь официально вместе. Строим серьезные отношения, и в ближайшее время я поеду знакомиться с его родителями. — Джин спокойно улыбался, пока Юнги и Хосок как по команде уставились на него одинаково изумленными глазами. — Знаю, это неожиданно, но я вдруг понял, что это лучший способ отомстить за свои обиды — обнадежить, а потом бросить. Тем более, что он явно влюбился.       За столом повисла неожиданно неловкая пауза, пока Джин, довольный собой, спокойно поправил лежащую на коленях салфетку.       — Ты… серьезно? — Юнги с недоверием смотрел на Джина, который невозмутимо кивнул. — Блять, ты… Джин, мать твою! Сколько тебе? Одиннадцать?       — На самом деле, это как-то слишком по-скотски, и такому принцу, как ты, это совершенно не подходит. — Хосок качал головой, всем своим видом демонстрируя неожиданное и потому еще более горькое разочарование.       — Да? — Джин поджал губы, затем пожав плечами. — Ну ладно, тогда не буду. Тем более, я сам в него влюблен так, что… — Джин запнулся, затем широко улыбнувшись, когда вновь рассмотрел на лицах лучших друзей недоумение. Он был, кажется, абсолютно доволен произведенным эффектом. — Я шучу! И настроен более чем серьезно, и что важно, я верю Тэтэ. А еще буквально вчера мы ужинали втроем с моим папой, который уже успел проникнуться Тэхеном и... Ну, Юнги видел, как они любезничали. И я, честно признаться, очень этому рад.       Теперь его улыбка стала настолько мягкой, что Хосок и Юнги с облегчением выдохнули.       — Я знал, что ты не сволочь. — Хосок откинулся на спинку стула.       — А я знал, что Тэтэ не сволочь. — Юнги повторил позу Хосока, затем серьезно посмотрев на Джина. — А дядя Джун знает, чем Тэхен занимался до того, как появился в вашей компании?       Услышав этот вопрос, Джин немного скис, однако, выдохнув, вновь вернул себе спокойное выражение лица.       — Мы решили с Тэхеном этот вопрос. Он уверил меня в том, что у него никогда не было встреч наедине, а, значит, ничего заведомо предосудительного он совершить не успел. Вы же знаете, как папа относится к таким вещам — я не считаю нужным заводить этот разговор, при том, что вопрос на самом деле решен.       — Мудро. — Хосок отреагировал первым, и Юнги его поддержал молчаливым кивком. — В конце концов, главное, что ты в нём уверен.       — Вот и я так подумал. И… Так что там с Чонгуком, милый? — А Джин посмотрел на Хосока прежде, чем обратить свою заискивающую улыбку Юнги.       — Он любит меня уже шесть лет.       Услышав это, Джин и Хосок переглянулись, в один момент потеряв в какой либо игривости, удивившись не самому этому факту, а тому, что о нем знал их лучший друг, до этого долго находящийся в счастливом неведении.       — У нас с ним был серьезный разговор, за который было потрачено очень много нервов и слез, и мы с ним сошлись на том, что я дам ему шанс. Шанс на то, что мы можем быть вместе, а я лично смогу ответить на его чувства.       — А ты сможешь ответить? — Хосок с задумчивой осторожностью вглядывался в лицо Юнги. Как и Джин.       — Да. Он мне нравится. Тем более, нужно быть пиздец каким тупым, чтобы не оценить такие чувства. А я верю, что Гук был искренен. — Юнги немного нервно улыбнулся, опустив глаза.       — Мы были в курсе и также единогласно сошлись во мнении, что он искренен. — Джин сказал это на выдохе, расправив плечи, когда заметил убийственный в своем недоумении взгляд Юнги. — Он поделился с нами — сам понимаешь, такое сложно держать в себе. А мы не поделились с тобой лишь потому, что такие тайны должен открывать только тот, кто носит их всегда с собой.       — И мы рады. — Хосок мягко улыбнулся. — За вас обоих.       — Спасибо. — Юнги явно был смущен, поэтому его лучшие друзья решили дальше не продолжать эту тему, вместо этого…       — Так! — Хосок сцепил перед собой руки, строго нахмурившись. — Нам нужно продумать меню на предстоящие выходные, потому что напитками уже занимается квалифицированный бармен при моем финансовом участии.       — О, предоставь это мне. — Джин самодовольно улыбнулся, затем посмотрев на Юнги, который готов был возмутиться. — Нам.       — Можем привлечь Гука, потому что он очень вкусно готовит. И до пизды будет рад поучаствовать. А если он до пизды рад, то и… — Юнги запнулся. — Всем будет заебись.       — Волнуется. Это хороший знак. — Хосок кивнул, затем широко улыбнувшись. — И уже покраснел.       — Да пошли вы! — Юнги надул щеки и губы, на самом деле смущаясь. — Только недалеко, чтобы я не успел заскучать.       К моменту, когда необходимо было закругляться и возвращаться к своим профессиональным обязанностям, в трех светлых головах была одна мысль. Поскорее бы наступили выходные…