Футбольный алфавит

— Ананас? Сань, ты чего?       Джикия внимательно разглядывает сокомандника, который тянет ему красиво порезанный на ровные кубики фрукт. Странное начало дня, ничего не скажешь. — Да. Жри.       В догонку к контейнеру с ананасами ему вручают литровую пачку сока из того же фрукта. Парень капитана всегда был немного странноватый, но чтобы настолько… — Сань… — Чтоб все съел и выпил за сегодня. Там еще на твоих вещах упаковка лежит.       Джикия недолго рассматривает странный подарок от своего благоверного и тащит с собой на тренировку пачку сока, оставив контейнер в раздевалке. Выйдя на поле он кидает упаковку прямо в ящик со льдом, который охлаждает воду для всей команды, и идет разминаться.       Тренировка на нещадной летней жаре заставит вас выпить все, что находится в жидком состоянии. Мужчина подмечает, что слегка кисловатый охлажденный сок заливается в него как к себе домой, и, осушив добрую половину упаковки за раз, возвращается к тренировке, периодически подбегая к скамейке с водой, чтобы допить свой чудный напиток. Приятное, однако, подношение. — Джик, ты че все сегодня сок за собой ананасовый таскаешь? Готовишься к важной встрече? — Соболев подмигивает сокоманднику, играя бровями, когда они переодеваются после тренировки, направляясь домой. — Э-э, — мужчина смотрит на лежащие на скамейке упаковки и пожимает плечами, — да просто захотелось. А в смысле? Ты о чём? — М-м-м… Да забей. Просто так, — Соболев хватает свою сумку и направляется к выходу, — до завтра!       В ответ на громкое громкое прощание все оставшиеся члены команды отвечают и машут рукой, а Джикия без задней мысли собирает вещи в сумку и отправляется домой.       На дорогах, конечно, пробки. Мужчина обреченно откидывает голову назад, упираясь в подголовник, во время очередной остановки. Вспомнив про сок, он протягивает руку к своей спортивной сумке, лежащей на пассажирском кресле, и вытягивает оттуда упаковку. Хоть что-то скрасит это нудное путешествие домой.       Когда в ночи приспичило поесть, он вспоминает про контейнер с ананасом, который кинул в холодильник, как только зашел в квартиру. Охладившиеся сочные кусочки идеально подходят для того, чтобы притупить чувство голода до завтрашнего завтрака, пока он лениво болтает с Сашей о всякой ерунде, готовясь ко сну. — На, — Селихов протягивает ему пакет, — ешь. — Сань, мне, конечно, приятно, но че за фигня? Еще и ребята стебутся, что я с этим соком таскаюсь. — А ты их не слушай.       Селихов быстро убегает в раздевалку готовиться к тренировке. Благо сегодня воскресенье, значит они здесь не на долго, а завтра выходной. Вот дома он и домучает своего парня, чтобы тот ответил, что за кормежка экзотическим фруктом.       Когда они успели начать сосаться, стоя в корридоре, Джикия не очень-то и осознавал. Да и не сильно хотел. Они дома, дверь закрыта на ключ, а значит, можно всё. Он подхватывает парня за задницу, подкидывая, чтобы тот зацепился за него ногами, и прижимает к стене, продолжая вылизывать его рот. Это продолжается, кажется, вечность, но заканчивать эту вечность не хотелось бы, если бы не… — Пойдем в спальню, — выдыхает прямо во время поцелуя Селихов, продолжая касаться губами чужого кадыка.       Дважды просить не надо. Джикия отпускает его из объятий и, схватив за запястье, тащит за собой в комнату. Еще весь вечер впереди, да и ночь, да и весь следующий день, но ощущается это всегда так, будто моргнуть не успеешь, и вот опять всем по делам.       Саша тянет руки к ремню Джикии, но тот останавливает его, заставляя сесть на кровати, и сам начинает раздевать его. Футболка летит на другой край кровати, а штаны вместе с бельём остаются на полу. Он растирает пальцем выступившую смазку, слыша удовлетворенный выдох, и проводит по члену пару раз сверху вниз, замечая как напрягаются бедра. — Ты же в душе был?       Селихов коротко кивает. Этого достаточно, чтобы сорвать тормоза и запустить сегодняшний марафон. Джикия проводит языком сверху вниз, останавливаясь на головке, заставляя тело под собой напрячься. Но напрягается сам. — Что там? — немного удивившись спрашивает Саша, видя как Джикия задумчиво смотрит в сторону. — Что-то не так, — он потер языком о нёбо, — ты…сладкий? — Сработало! — Селихов хлопнул в ладоши и откинулся на кровать, оставшись лежать перед Джикией. — Не понял. Ты о чём? — он сидел на коленях, тупо пялясь на половой орган своего парня. — Я ананасы эти неделю уже жру. От них вкус спермы меняется. Ну и смазка туда же. — Ах вот оно что…       Он ещё раз проводит языком вокруг головки, подмечая, что привкус действительно сладковатый. Непривычно, но почему бы и нет? Хочется помучать этого хитрожопого засранца, за его идеи, которые он проворачивает втихаря, поэтому в ход пойдет план для особых случаев.       Крепко обхватить член у основания двумя пальцами и начать быстро двигать рукой, вылизывая головку, втягивая и уделяя особое внимание уздечке. Второй рукой немного сжать яички, зная, что этот засранец вот-вот кончит от такого. — Да, да, давай, — тихий шёпот доносится с кровати. — Хуй тебе.       Пережать член у основания. Да так, чтобы стало неприятно, болезненно. Чтобы шипел и приподнялся на локтях, злобно сверля глазами, пока улыбаешься, глядя прямо в глаза. А потом всё по новой. Раз за разом. Пока не начнет молить о пощаде и обещать прибить, когда это закончится. А когда он кончит, вылизать досуха, чтобы краснел и смущался, чтобы живот подрагивал от рваных вздохов. — А знаешь, — Джикия вытирает рот тыльной стороной ладони, — мне нравятся ананасы. Вкусно же. — Вот сейчас и проверим.       Саша утягивает его на кровать, садясь на него сверху. Кажется, ананасы теперь будут в их рационе незаменимым продуктом.