Внутренние границы

Дмитрий Сергеевич проснулся с хорошим настроением, он наконец выспался, солнышко радостно светило в окна и будило своими лучами академика. Но радость была недолгой. Была уже поздняя осень и обычно, Дмитрий Сергеевич вставал, когда за окном было темным-темно. Солнечные лучи же явственно намекали, что Сеченов бессовестно проспал. Он в панике вскочил и начал метаться по комнате собираясь. Силясь понять, как такое вообще могло произойти — ладно, он не услышал будильники, но его так же будил по связи Харитон, которому было скучно одному. Часы показывали одиннадцать утра, в комнату проникал аромат свежесвареного кофе. Серёжа наверняка уже позавтракал, но почему не разбудил? Ладно, они почти не разговаривали в последнее время, но это же серьёзное дело - проспать на работу. Дмитрия Сергеевича могли искать официальные лица, или вызывать другие комплексы для отчётов и консультаций. Сеченов быстро заскочил в душевую, — надо помыться и срочно бежать. Тёплые струи воды обожгли кожу шеи — рука потянулась к метке альфы. Так и есть, её снова покусали, кожу саднило, под пальцами ощущалась явная припухлость, хорошо хоть крови не было. Академик ни черта не помнил из вчерашней ночи. Память обрывалась на сцене в детской, где он отправлял Серёжу спать в кровать. Он понадеялся, что его не вырубило прямо там. Кроме горящей метки, ни что не намекало на его связь этой ночью с альфой. Выходило, что Сергей его просто укусил и всё. Кусаться он и правда любил с поводом и без, но спали ли они сегодняшней ночью вместе? Сеченов вышел из душевой, стараясь быстрее высушить и уложить волосы, на звуки фена к нему и вышел Серёжа, одетый по домашнему - в майку и спортивные штаны. — Ты куда это собрался, Дима? — Сергей встал прислонившись к стене и сложив руки на груди. Его вид не предвещал ничего хорошего. — Я опаздываю, это ты отключил будильник? Поразительная незрелость. — Я ещё и с ХРАЗом связался… И больничный тебе оформил. — На каком основании больничный и как ты это сделал без меня? — Сеченов застёгивал рубашку, глядя на себя в большое зеркало, воротник неприятно натирал метку, чтоб его… — Я хотел бы тебе напомнить, что ты мой омега, и может для всего мира ты министр промышленности и вообще учёный с мировым именем. Но есть законы семейные, и как твой альфа я могу много всего, и даже без твоего желания. — Серёжа, мы договорились изначально, что я выхожу за тебя, но ты не мешаешь моей работе. Ты же человек слова, — хорошо, что его работа на данный момент ограничевалась опытами в лабораториях, а если бы важное совещание? — Ты себя не видел вчера, ты пришёл просто мёртвый, а я не хочу, чтобы мой муж умер на работе от перенапряжения. Сеченов полностью одетый, но без обуви полетел в прихожую, потом разберутся, ну Тоша, так подставил. Надев ботинки, пошарил рукой по столику в поисках «Мысли». Не обнаружив, попытался вспомнить, приходил ли он вчера в ней. Серёжа вышел вслед за ним, и теперь смотрел на своего мужа с нечитаемым выражением на лице. Ладно, всё потом, «Мысль» в лаборатории поищет. — Пока Серёжа, — академик развернувшись чмокнул своего альфу в щёку - надо бежать. Дверь не открылась. — Серёжа, это вообще что? — Сеченов начинал злиться, это просто детский сад, да он сам умилялся ребячествам своего альфы, но подобное недопустимо. — Ты на больничном, а я перекодировал дверной замок, мне Харитон помог. И он не ждёт тебя сегодня. Вот так Харитон, опять спелся с П-3, интриган чёртов. Чёртова альфачья солидарность. Сеченов мог попытаться самостоятельно подобрать код, но это могло занять от нескольких часов до нескольких дней. Сергей развернувшись вышел из коридора и отправился в сторону кухни — допивать свой кофе. Через минут сорок туда же пришёл и академик, взмокший и в одной рубашке, оставив на поле боя с замком, пиджак и жилетку, рукава были закатаны, а две верхние пуговицы расстегнуты открывая доступ к горящей метке. Серёжа невольно залюбовался, тело у Дмитрия Сергеевича было, что надо. Такой тонкий и звонкий, словно струна. Красивый…и очень злой. — Сергей, мне надо на работу! Прекрати это. — Только не сегодня — ты отдыхаешь и это не обсуждается. Сеченов устало сел за стол к Серёже: — Хорошо, сегодня я сдамся, но ты вынуждаешь меня ночевать на работе в таком случае. — Да мы всей семьёй уже живём на твоей работе, если ты не заметил, Дима. — А где Вася? Он же обычно встаёт в это время? И правда, ребёнок обычно поднимался часам к восьми и устраивал дикие скачки по всему дому, П-3 не препятствовал такому поведению, хотя Сеченов задумывался показать Васю неврологу. — Я отправил его к бабе Зине. Она обещала покатать его на «паровозике». Вызвал Терешкову и она отвела его. — Сергей, никогда так не делай — появились технологии отключения автономных роботов — ты рискуешь нашим ребёнком! — А раньше тебя Баба Зина пугала, — Сергей улыбнулся в чашку, вспоминая, как Сеченов кричал, что не подпустит эту сумасшедшую к своему сыну. И вот привык уже получать от неё помощь, а что делать если люди не надёжны, роботы опасны, а дедушек и бабушек у них не водилось. — Ты всё подстроил, что бы мы остались с тобой одни… — Поразительное умозаключение, сразу видно, что мой муж академик, и часа не прошло, — Серёжа улыбался, от его хмуро вида не осталось и следа. «Раунд» — Я ведь действительно академик и достаточно умный человек, неужели ты думаешь, что мне не хватит мозгов придумать, как выйти отсюда? Даже если попозже. И на что я способен, если пойму, что мне мешает твоё поведение. — Ого, ты мне угрожаешь? Сотрешь мне память снова, открутишь протезы? Разговор угрожал перейти уже в конкретную такую ссору. — Семья — это компромисс. Всегда надо решать такие вещи через разговоры. — Да ты меня не слышишь совсем и работаешь, пока не свалишься, что мы будем без тебя делать? Как мне жить без тебя Дима? Я же тебя люблю, не смотря на твой эгоиз через край. Я терплю твои заскоки, словно это ты альфа, а я омега. Сергей возмущённо сжимал кулаки. — Ты вчера в постели лежал, словно в коме, я не знал что делать! — Ты мне метку погрыз, — Сеченов поморщившись дотронулся до отметины — до сих пор больно. — Надо чаще это делать, а то ты забываешь, кто в семье главный. Сеченов устало посмотрел на своего агента, да это был ребяческий поступок, но за такую непосредственность он и любил своего Плутония. Он был простыми честным малым и абсолютно зря связался с таким человеком, как Дмитрий Сергеевич. — Серёж, давай помиримся. Я обещаю, что буду прислушиваться к твоим словам, а ты обещаешь не саботировать мою работу. Серёжа снова заулыбался, его голубые глаза смотрели на академика счастливо и невинно, так легко обмануть этого мальчика… Сеченову на секунду стало стыдно, но он не может менять свою работу на семью — не сейчас. — «Мысль» тебе вернуть? «Ах ты ж» — Давай попозже. Я решил всё-таки остаться с тобой и позавтракать, как это в нормальных семьях принято. Сеченов решил, что за один день он всё равно ничего не теряет, а ближе к вечеру может спуститься в лабораторию к Харитону, там и кушетка есть, неудобная правда, но на ночь можно и там остаться, не пустив П-3. Вот такая микро месть, что бы знал, как своевольничать. Он с удовольствием сделал глоток кофе, думая о сигарете, которая была бы сейчас кстати. Ещё промелькнула мысль, что Серёжа как-то странно на него смотрит, словно ждёт чего-то. Чего именно ждал Серёжа Сеченов узнал очень быстро, потому что волна жара пробежала по его телу, а в голове странно зашумело. — Ты, ты где взял это? — Сеченов попытался встать из-за стола и сбежать, правда неизвестно куда. Экспериментальный препарат под кодовым название «второй», моментально вызывающий течку у омеги. Единственным местом его хранения, был сейф в лаборатории. И у Сергея не было туда доступа. Значит это… — ХРАЗ поделился, сказал, ты любишь такие вещи, — в улыбке П-3 больше не было ничего невинного, он поднялся во весь свой гигантский рост и подхватил Дмитрия Сергеевича на руки. На этот раз ему хватило времени и самообладания, чтобы дотащить скулящую в течке омегу, до их кровати.