Грани доверия

      Лина нашла Макса сидящим на скамье, на том самом холме, на который они приезжали посмотреть на пострадавший город.       Он никак не отреагировал на звук шелестящего под чьими-то шагами песка, продолжая смотреть невидящим взглядом в сторону города. Не отреагировал и на присевшую рядом девушку. Просидев так минуту, Макс припал к горлышку бутылки, сделал пару глотков, чуть скривился и сильно затянулся сигаретой, выпустив облачко ароматного дыма. — Макс. — Начала было девушка, но осеклась.       Мужчина вздрогнул, услышав знакомый голос, его взгляд стал более осмысленным, но он все так же продолжал изучать какую-то одну точку далеко в городе. Однако периферийным зрением он заметил, как девушка потянулась и хотела взять его за руку. Резко отскочил, словно выпрямившаяся пружина, и уставился на Лину. — Отвяжись от меня! — Тихим, срывающими на рычание, но очень отчетливым голосом ответил Макс, в его глазах явно читалась угроза.       Не отводя взгляда, как от опасного противника, сделал еще пару глотков, выбросил едва початую бутылку в урну и туда же щелчком отправил окурок. — И не порть настроение. — Сквозь зубы процедил Макс, повернулся и пошагал к смятому Чарджеру.       С трудом захлопнул скрипящую дверь, запустил почти мертвый двигатель и рывком тронулся с места. Автомобиль неуклюже переваливался по неровностям грунтовки, и сейчас он был похож на старого израненного пса, изо всех сил старающегося быть верным и полезным своему хозяину.

***

      Лина тихонько открыла калитку и зашла во двор, Макс сидел на крыльце с почти пустой бутылкой в руке. Облокотившись спиной на пристенок, он подставил лицо с закрытыми глазами под лучи заходящего солнца и едва заметно улыбался ему в ответ. Делая острожные, специально чуть шаркающие шаги, Лина подошла, опасливо остановившись метрах в трех. — Макс, нам все же нужно обсудить сложившуюся ситуацию. — Попробовала она начать разговор.       Мужчина улыбнулся шире и негромко, но очень искренне рассмеялся. — А что, по-твоему, могут обсуждать лабораторная мышь и увлеченный будущим открытием ученый? — Слегка заплетающимся голосом ответил Макс.       Алкоголь подействовал правильно, агрессии больше не было, ну, по крайней мере не просматривалось. Он приподнял веки и попытался рассмотреть девушку, но солнце неприятно ударило по глазам, мужчина вновь зажмурился. — Знаешь… — Макс осекся. — Хотя ты-то уж точно знаешь наверняка, а я вот не знаю, где мои настоящие воспоминания, а где псевдослучайная генерация для формирования характера. Где эта граница, на каком моменте я начал свое существование? Ты представляешь, каково это… осознавать, что все твое существо сформировано неведомой машиной по хитрому алгоритму?       Девушка молчала, она поняла, что почти все заготовки и аргументы для этого разговора стали неактуальными. — Ну так вот. — Продолжил Макс. — Я не желаю быть игрушкой, удовлетворяя твои амбиции разработчика. И, тем более, я не буду восхищаться тобой, как своим создателем. Осозва… Сосзна… Тьфу. Короче, понимание того, что ты в любой момент можешь меня отключить или вообще, просто взять и удалить, убивает во мне любые стремления. Поэтому не затягивай, лучше сделай это прямо сейчас, пока я немного пьян и лиричен.       Макс почувствовал движение рядом с собой, повернулся и открыл глаза. Лина села рядом, ее глаза блестели от слез. — Я не смогу. — Дрожащим голосом пробормотала девушка. — Помнишь, тогда, ты говорил про доверие Кейли. Теперь я понимаю, что ты имел ввиду. Это были не просто… — Мне не нужна твоя жалость! — Грубо, повысив голос, перебил ее Макс.       Лина отпрянула, и как-то вся съежилась, на ее лице отразился испуг. — Не суетись. — Он продолжил спокойным и почти трезвым голосом. — Я тебя не трону. И я же просил: не портить мне настроение.       Макс отвернулся, закрыл глаза, снова подставляя лицо под солнечные лучи, и было похоже, что он задремал. Внутри себя он так и не смог смириться с тем, что его жизнь с самого начала была фальшивкой, да и сейчас нельзя было уверенно сказать, что она является настоящей. Понимание того, что в любой момент его цифровая личность может быть удалена с серверов или кем-то переписана наводила на суицидальные мысли. Но как это ни странно, жить хотелось все же сильнее.       За невеселыми размышлениями, Макс не сразу заметил, что появилось знакомое по белой комнате чувство тревоги, как будто что-то незримо менялось. Но когда пришло понимание, что он стремительно трезвеет, то это ощущение уже было невозможно игнорировать. Открыл глаза и посмотрел на Лину, у нее на лице читалась паника.       Содрогнулся наэлектризованный воздух. Сначала один раз, а потом по нему прошла серия из десятков ударов, сопровождаемая инфразвуком, скорее ощущаемым каждой клеткой, чем слышимым. Словно где-то далеко работала артиллерийская батарея. Сознание поплыло, как будто незримая сила невероятной мощи вытаскивала его из уютных апартаментов черепной коробки, попутно извлекая из недр памяти полузабытые образы и освобождая разум от хаоса цифрового паттерна. Как вдруг все резко прекратилось, а окружающий мир обрел небывалую до этого четкость и детализацию. — Что это было? — С широко раскрытыми глазами прошептала Лина. — Тебе лучше знать! — Огрызнулся мужчина. — Макс, это несколько странно, но у меня перестал работать интерфейс виртуального мира. Я не могу посмотреть логи, я вообще не могу его открыть. — У меня этому есть два объяснения и начну я, пожалуй, с самого очевидного. — Макс почесал подбородок и продолжил. — Похоже твои драные криворукие админы накатили патч на наш гребанный виртуальный мир, не озаботившись тем, чтобы поставить его на паузу. Вот, смотри, детализация текстур значительно повысилась, мне как будто сделали лазерную коррекцию зрения. — Да, ты совершенно прав. — Задумчиво растягивая гласные произнесла Лина. — Но погоди-ка, мы не готовили такого обновления и даже не планировали. И сейчас все уже разъехались по домам, в корпусе оставались только охрана, обслуживающий персонал и я. А все важные изменения в систему мы вносим только утром, чтобы было больше времени на тестирование. — В таком случае, я тебя поздравляю, и добро пожаловать в наш дерьмовый мир. — Нет-нет-нет. — Лина отчаянно зажестикулировала руками. — Это только теория, причем ничем не подтвержденная. Параллельные миры — это просто вымысел, сказка для… — Вдруг девушка переменилась в лице. — Макс, срочно отвези меня домой.       Тот только фыркнул в ответ — он-то предположил несколько иную версию развития событий, но как-либо содействовать Лине в поиске правильного ответа категорически не хотелось, скорее даже наоборот. Но появившаяся догадка, почему вдруг графиня изменилась лицом и так сильно спешит к пруду, разбудила любопытство и даже некоторое чувство легкой жалости.

***

      В квартире Лины они зашли в ту самую странную комнату. Но комната теперь ничем не отличалась от обычной — просто пустая, без мебели. Все другие необычные свойства пропали. Девушка долго измеряла пол шагами, пыталась что-то нащупать на стенах, невнятно бормотала себе под нос. А когда Максу надоело это зрелище, и он вышел из комнаты, закатила самую настоящую истерику. Еще бы, вернуться в свой мир Лина уже не сможет.       Не дождавшись окончания концерта, Макс вернулся в комнату, сгреб девушку в охапку и, особо не церемонясь, потащил ее в ванную комнату. Но по пути Лина вывернулась из его рук, с силой оттолкнула и накинулась с кулаками. На Макса посыпались удары в грудь, живот и по плечам и не просто так, а в качестве гарнира для обвинений. Взбешенная женщина обвиняла Макса в том, что она не сможет теперь попасть домой, в реальный мир. Видимо понимание того, что этот мир стал не менее реальным, еще не угнездилось в ее голове.       Озадаченный таким выступлением, Макс пятился, прикрываясь руками, пока не уперся в стол на кухне. Понимая, что запал в женщине еще не собирался проходить, предпринял попытку успокоить разбушевавшуюся мегеру, перехватывая ее удары и пытаясь что-то объяснить, о чем тут же пожалел, так как в ход пошла кухонная утварь.       В какой-то момент, Лина таки дотянулась до него, чувствительно задев по уху, и тогда Макс не выдержал. По очереди грубо перехватил оба ее запястья в свои руки, сильно сжал и рывком развернул Лину спиной к столу. Не желая получить коленом в пах, во время разворота откинул своей ступней ногу девушки таким образом, чтобы по его окончании встать четко между ног этой бестии. Завалил на лопатки и с силой прижал ее руки к столешнице. Со стола что-то посыпалось.       Девушка дергалась в попытках вырваться, шипя проклятиями и нецензурной бранью, но Макс ее не слышал. Их текущее положение и запах разгоряченного женского тела увели его мысли в другом направлении. Подождав пока девушка чуть успокоится, он перехватил оба ее запястья в одну руку, освободив таким образом другую и легонько прикрыл ладонью ей рот. Поток сквернословия тут же прекратился.       Несмотря на испытываемые к девушке негативные чувства и сильное желание взять ее прямо сейчас, взять грубо, попутно причиняя боль, Макс убрал ладонь от ее губ и взял за подбородок, медленно поглаживая большим пальцем щеку Лины, периодически касаясь уголка рта, чуть надавливая на него и не без удовольствия наблюдая за гаммой эмоций, отражающихся на ее лице. Он прекрасно понимал, причем понимал, как никто другой, что в одночасье человек потерял все. Все, что у нее было. Работа, положение, друзья, дом… теперь это все в прошлом.       Однако, совсем уж спускать все на тормозах Макс не собирался. Убрав руку от лица Лины, тут же залез в ее трусики и принялся большим пальцем грубо массировать в районе клитора. Девушка с опаской заглянула ему в лицо, он ухмылялся, а в его прищуренных глазах невозможно было ничего прочитать. — Я обещал, что не трону тебя, но ты сама развязала мне руки. — В голосе Макса послышалась издевка.       Лина оторвала взгляд от лица мужчины и уставилась в потолок. Да, похоже она действительно заигралась в Бога, и вот пришел час расплаты. Теперь ее ждет персональный ад, с ненавидящим ее мужчиной, а в своих чувствах она окончательно запуталась. Сопротивляться она уже не хотела, он однозначно сильнее, и, в любом случае, сделает все, что захочет. Однако, несмотря на пугающие слова, сильно жесткого обращения она к себе не ощущала. Более того, Лина почувствовала возбуждение, которое нарастало с каждой секундой.       Поток тяжелых мыслей Лины прервался вместе с грубоватой лаской Макса. Она услышала звук рвущейся ткани. Подняв голову, увидела, как мужчина отбрасывает в сторону мешавший ему элемент ее гардероба. Причем разрывы он сделал двумя руками, не причинив ей ни грамма дискомфорта. Похоже Макс не желает ей зла, несмотря на внешнюю агрессивность. За мгновение осознав ситуацию, девушка приподнялась на локтях, подалась вперед и впилась губами в губы мужчины, судорожно пытаясь залезть рукой ему под одежду.       Убедившись, что у Макса все в полной боевой готовности, уже двумя руками стащила с него штаны настолько низко, насколько могла дотянуться из не самого удобного для этого положения. Обхватила его бедра ногами и с выдохом прошептала в самое ухо. — Давай же, не тяни.       Макс подхватил ее задницу и, не торопясь, проник в девушку, почувствовав, что смазки все же маловато. Нетерпение Лины подстегивало и сильно возбуждало, но торопиться не стоило. Совершая неспешные фрикции, он мял ее ягодицы чуть сильнее, чем обычно.       Наигравшись, вновь положил девушку спиной на стол и схватил ее за талию — теперь он принялся за дело всерьез. От его резких толчков со стола опять что-то упало, а его ножки поползли по полу, издавая неприятные скрежещущие звуки. А когда стол уперся во что-то и перестал двигаться, развернул женщину на живот. Такое положение нравилось ему больше, тем более, что можно было снова мять ее жопку.       Почувствовав, что скоро дойдет до высшей точки, Макс, совершенно не заботясь об удовлетворении Лины, стащил ее со стола, развернул к себе лицом, одновременно опуская на колени. Посмотрел в покорные серые глаза и бесцеремонно проник ей в рот, а чтобы не потерять контроль над ситуацией, придерживал ее за волосы на затылке.       Содрогнувшись всем телом, мужчина отдал семя с короткими, прерывистыми выдохами. Возбуждение было столь велико, что он едва устоял на ногах, однако ему удалось удержать равновесие и даже не сильно пошатнуться, очень не хотелось показать свою уязвимость в этот момент. Взял Лину за подбородок, приподнял ее лицо вверх, заглянул в глаза и подмигнул, улыбаясь своей фирменной кривой ухмылкой.

***

— И что же мне с тобой, такой хорошей, теперь делать? — риторически спросил Макс, приводя в порядок одежду. — Ладно, у тебя здесь есть какие-то вещи? — Нет. По сути, это фейковая квартира. — Лина с грустью рассматривала разорванный элемент гардероба. — Тут нет ничего. Все, что мне было нужно, я моделировала при входе. Даже тот плов. — То есть, готовить ты не умеешь? — Из голоса Макса практически полностью пропали ледяные нотки. — Почему же? Если бы не умела, то и смоделировать у меня бы не получилось так натурально. — Поспешно возразила девушка. — Хорошо, можешь пока пожить у меня, ну или, если хочешь, оставайся здесь. — Нет. — Быстро и немного взволнованно ответила Лина. — Я хочу с тобой. Не бросай меня одну.       Макса затронули ее слова: отношение к ней, незаметно для него самого, поменялось и, кроме того, он ненавидел женские слезы, а глаза Лины подозрительно увлажнились.

***

      В городе однозначно что-то происходило, непонимающие случившегося люди высыпали на улицу, где-то уже начались легкие беспорядки. Связь работала как-то странно, сеть никуда не пропала, и ее уровень был привычно высок, но вот ресурсы сети были практически недоступны. Некоторые беспилотные электрокары остановились прямо посреди проезжей части, что создало серьезные помехи движению. Кортана и Кейли не отзывались. — Что все значит? — Спросила Лина, разглядывая суету вокруг. — Я точно не знаю, но похоже, что люди начали что-то подозревать, видимо не мы одни почувствовали ЭТО. — Задумчиво ответил Макс, аккуратно лавируя между брошенных электрокаров. — И боюсь, теперь проблемы климатического характера отойдут на второй план. — Поясни, пожалуйста. — Обрати внимание на уровень сети. Он привычно высок, а вот связи нет. Попробуй отправить мне сообщение.       Лина на несколько секунд отвлеклась на коммуникатор и сморщила носик. — Да, ты прав, и я знаю, почему так происходит. Дело в том, что мы использовали ресурсы сети нашего мира и транслировали их в мир виртуальный. Естественно, что только в режиме для чтения все изменения записывались инкрементально уже на наших, по сути, прокси-серверах с подменой трафика. — Так вот представь, перестали работать все сервисы, в том числе предназначенные для банковских транзакций и банальных текстовых сообщений, прибавь к этому настроение людей, которые еще очень хорошо помнят… — Макс запнулся, не желая затрагивать неприятные для девушки темы. — …недавние события. Так что с походом за покупками нам придется повременить.       Дома Макс спустился на цокольный этаж, долго что-то искал на полках и в ящиках, ронял коробки, пока не извлек на свет божий какие-то странного вида образцы техники. Затем не менее долго ковырялся с подключением проводов, нажимал кнопки и тыкал пальцем в архаичный тачскрин. — Кейли, ты здесь? — Спросил Макс. — Конечно. — Голограмма девушки просияла привычной улыбкой. — Смотри какую штуку я тебе принес. Это мой самодельный приемопередатчик, ну, или по-простому трансивер. И ты сейчас будешь слушать эфир, надеюсь, физические принципы связи здесь остались такими же. Вот тут, — Макс развернул директории, — есть полный репозитарий, возьми описание, принцип работы и самописные драйверы. Да, они не подписаны, но не волнуйся, их сочинил достаточно известный человек из Тамбова. Собственно, и аппаратная платформа родом оттуда же. — Хорошо, я уже примерно понимаю, что ты хочешь, но все же уточни задачу. — Кейли, так как привычная нам сеть недоступна, то теперь ты будешь нашими ушами, мониторь эфир и докладывай об активности служб правопорядка, да и вообще о любых интересных наблюдениях. Сейчас все, кто могут и имеют для этого средства, полезут в эфир, начнется полная каша, вот для того-то ты мне и нужна. — Я все поняла, будут ли какие-то особые указания? — Да, конечно, следи за случаями мародерства и если вдруг услышишь позывной «Воробей» — доклад немедленно. Этого человека я попробую найти самостоятельно, но есть подозрение, что будет это непросто.       Лина молча наблюдала, как Макс, мурлыча себе под нос какой-то мотивчик, занимался своими любыми железками, стараясь не отсвечивать и не мешать ему. Однако природное любопытство взяло свое. — Макс, я не совсем понимаю, а что ты делаешь? — Здесь все просто, твой покорный слуга когда-то активно занимался радиоспортом и конструированием аппаратуры. Это такое хобби, чтобы в свободное от работы время занять руки и голову. — Никогда о таком не слышала. — Нестрашно. Так вот, сейчас это сыграет нам на руку. Самостоятельно я не смогу охватить весь эфир сразу, а вот Кейли запросто. Более того, ей по зубам на лету взламывать шифрованные передачи. В общем мы не останемся в информационном вакууме. — Я так думаю, ты боишься анархии? — Э, нет, мать. — Хохотнул Макс. — Сейчас выцеплю Глеба, и тогда пусть она нас боится!       Мужчина достал из коробки портативный цифровой терминал связи, подключил к нему пару проводов и принялся задумчиво тыкать в кнопочки на его корпусе, наблюдая за результатом своих стараний на крошечном экранчике. — Похоже и репитеры — все. — Ни к кому не обращаясь, пробурчал он себе под нос. — Ладно, будем пробовать в прямом канале.       Эта загадочная фраза означала, что все наземные ретрансляторы сухопутной службы связи не работали или работали недолжным образом. А потому, зона покрытия его портативной цифровой радиостанции ограничивалась, по сути, линией горизонта. Но и этого должно было хватить, чтобы выйти на связь с Глебом, его старым другом.       Знакомство с Глебом случилось так давно, что оба мужчины и не могли вспомнить, как оно произошло, но, скорее всего, это проделки генератора личностей, хотя сейчас это было не так важно. Глеб был отставным военным, ввиду непростого характера вылетевший со службы чуть ли не с волчьим билетом, а так как он ничего другого не умел, то подался в полузаконную организацию солдатом удачи, ну а если по-простому, то обычным наемником. Будучи людьми прагматичными, Макс с Глебом давным-давно разработали план действий на подобный случай. — Ну давай же, Глебка, соображай быстрее, раскрой глаза и выгляни на улицу. — Вновь в никуда пробурчал мужчина. — Кейли, есть в эфире что-то интересное?       Использовав сразу несколько проекторов, нейросеть вывела свой образ, а так же спектрограммы, водопады эфира, тексты перехватываемых сообщений. Судя по выражению ее лица, давалось ей это непросто, что неудивительно: потоки сырых данных составляли несколько терабайт в секунду. — Все как ты и предполагал. В эфире абсолютный хаос, беспорядочные переклички и невнятные попытки выстроить вертикаль власти. По твоим особым запросам пока результатов нет, все тихо. По всему миру активизировались военные, здесь идет четкий и централизованный радиообмен. — Хорошо, Кейли, спасибо, сейчас я попробую тебе помочь. Кортана, ты здесь?       Проявившая голограмма домашней нейросети заменила собой Кейли, все же приоритет был у нее. — Да, я здесь, но мой функционал сильно ограничен, ввиду отсутствия полноценного подключения к сети. — Хорошо, Кортана, режим администратора, сделай полный бэкап своей личности, затем делегируй все задачи Кейли и полностью завершай свою работу. Спасибо тебе за службу, ты была отличным помощником, и, может быть, мы еще увидимся.       В душе у Макса что-то дрогнуло, все же не один год вместе, хоть сейчас не до сантиментов и персонизаций, нужны вычислительные мощности для Кейли. Более того, по сути Кортана больше и не была нужна — Кейли с легкостью ее заменит. — Кейли, вот еще четыре хоста, и как только Кортана закончит, добавь их в свой кластер. — Тихим и печальным голосом приказал Макс. В его голове зародился новый термин — цифровой каннибализм.