Против Империи

Действуя быстро, но без суеты, Витани завершила предполётный алгоритм действий и взялась за штурвал. «Зазу» вибрировал, словно живое существо, нетерпеливо ожидая старта, и Витани включила антигравитатор, одновременно убирая шасси истребителя в корпус. Разгоняться по взлётному полю она не могла, пришлось перевести антигравитатор на максимальную мощность, вертикально взмывая над космопортом. В днище машины ударили несколько алых лучей, однако они снова не нанесли никакого вреда, а Витани и не подумала отвлекаться на стрелков, стремясь как можно быстрее убраться с планеты, пока на её перехват не подняли другие истребители. Острый нос «Зазу» задрался к небесам, включились кормовые двигатели, выбросив пока ещё недлинные струи раскалённых газов за корму машины. Покачивая крыльями, Витани осторожно поворачивала истребитель, нацелившись в ночное небо, выжала педаль ускорения и тут же оказалась прижата перегрузками к креслу, поскольку «Зазу» стремительно набирал скорость, намереваясь преодолеть притяжение планеты. К счастью, у львицы хватило сил отключить антигравитатор, машину хорошенько тряхнуло, однако полёт продолжался, да ещё и с каждым мигом лишняя тысяча метров уходила за хвост истребителя. - Внимание, пилот, нами зафиксирован несанкционированный взлёт! Немедленно вернитесь! Напряжение спало. Выдохнув, Витани вырубила автоматически включившееся устройство связи, а после ещё больше увеличила скорость, заодно бросив взгляд на обзорный экран. Внизу расцвели первые яркие огоньки, противокосмические орудия открыли огонь. «Зазу» как раз отвёл крылья чуть назад, придавая себе более стреловидную форму, когда смертоносные лучи миновали его и сомкнулись чуть впереди в слепящей вспышке. - Арх! Поджимая хвост, Витани успела дёрнуть штурвал, ныряя под новый поток лучей, уклоняясь от сверкающей смерти. Раньше Витани занималась лишь на тренажёрах, но недостаток практики возмещали теория и инстинкт; не думая, а действуя, львица уклонялась от лучей, а скорость её истребителя была так высока, что вскоре они уже не дотягивались до неё. Теперь главная проблема заключалась в истребителях, которые наверняка направлены встречать Витани, но львица внимательно смотрела на зелёный кружок радара и видела, что пока поблизости врагов нет. Через несколько минут она уже будет вне досягаемости для противника, надо лишь вылететь подальше в космос и перевести машину в режим межпространственного прыжка… Сигнал тревоги болезненно ударил по её ушам своим пронзительным воем. За пределами немигающего взгляда радара возникла сверкающая точка, которая стремительно приближалась, выкатываясь в конце концов и на поверхность круга. Чёрная точка на зелёном — ракета. Витани стиснула зубы, подавшись вперёд (кресло тоже сдвинулось), вцепилась до боли в израненных пальцах в штурвал, и резко наклонила его влево и от себя. «Зазу», переворачиваясь через левое крыло, вошёл в штопор, однако в космосе без направления и притяжения это не имело значения, зато ракета теперь тоже принялась раскручиваться, уверенно нацелившись на переносицу Витани. Львица резким движением головы отбросила чёлку с глаз. Компьютер настойчиво советовал ей перейти в режим автопилота, чтобы выйти из-под атаки, но Витани не доверяла компьютеру, который был солидарен с выпущенной ракетой, произведён той же фирмой и наверняка имеющий алгоритм на отключение команды «свой-чужой», если истребитель окажется захвачен неприятелем. Если она и погибнет, так по своей вине, а не по прихоти машины! Даже совершенная система стабилизации не могла помочь Витани справиться со всеми перегрузками, что обрушивались на её тельце, выворачивая мышцы, скручивая нервы. Она не только видела, но и чувствовала ракету, приближающуюся с каждым мигом, и мысль о близкой смерти полыхнула было в её сознании, но тут же была задавлена отчаянной решимостью. Ещё одно резкое движение, за которым последовало отключение двигателей, и «Зазу» кормой вперёд полетел навстречу ракете. - Ну да-а-авай! - выкрикнула девочка на чувствах. Под бешеный стук своего сердца Витани дала машине краткий миг спокойствия, затем сразу врубила полный ход, и истребитель рванулся прочь от преследующей его ракеты. Та не отставала, однако Витани и не собиралась отрываться: с болезненным выражением на мордашке она дожидалась, когда ракета окажется как можно ближе. Когда казалось, что столкновение уже неизбежно, львица врубила экстренное торможение и одновременно дёрнула штурвал на себя. Её машина задрала нос кверху, но так как мощности двигателя уже не хватало на поворот, в дело вмешался космос. «Зазу» стал одновременно заваливаться влево и продвигаться ещё чуть вперёд, ракета промчалась у него над носом, Витани навалилась на штурвал, завершив переворот истребителя, и тут же надавила на спуск. Отдачей от собственных орудий «Зазу» швырнуло назад, зато лучи ударили прямо по корпусу ракеты, и чудовищный взрыв полыхнул перед истребителем, сдирая с его носа серебристую краску. Этот же взрыв отшвырнул истребитель прочь, так что бедную Витани затрясло и завертело, но она всё же смогла удержать контроль над машиной. Да, всё было не так просто, как на тренажёрах! Пустивший ракету истребитель внезапно возник и на экране, про который Витани забыла, и в зоне видимости: он приближался слева от львицы, справа и сверху, если судить по межзвёздному навигатору, и мчался он от условного «востока» космоса прямо к львице, явно собираясь доделать то, что не смогла совершить ракета. Витани врубила двигатели и сдвинула истребитель, нацеливаясь было на врага, но лапы её, так уверенно сжимавшие штурвал, вдруг начали мелко дрожать. Одно дело — стрелять по ракете, и совсем другое бить по живому существу, находящемуся внутри звездолёта. Это ведь не тренажёр! Как Витани не старалась, она не могла приказать своим пальцам надавить на гашетку, и неизвестно, чем бы всё кончилось, если бы враг не открыл огонь первым. По-видимому, пилоту сообщили, что истребитель угнал ребёнок, потому что лазеры вонзились в левое крыло «Зазу», пытаясь отрубить его и лишить истребитель манёвренности, а не уничтожить пилота; но эти выстрелы пробудили в груди Витани страх пополам с решимостью, и потому она зажмурилась и с пронзительным криком надавила на спуск. Пилота спасло лишь то, что он видел, как лихо Витани разделалась с ракетой. Потому он подсознательно ожидал сопротивления, а тело его опережало разум, и сразу после выстрела Витани лапы рванули штурвал. Доли секунды понадобились лучу, чтобы добраться до истребителя, но этого времени хватило на то, чтобы удар пришёлся по нижней плоскости левого крыла, не отрубив его полностью. Завертевшийся волчком истребитель пронёсся мимо «Зазу», выровнялся, но вместо продолжения сражения начал спуск к планете. Витани поняла, что сегодня удача и Великие Боги на её стороне. Ещё один истребитель приближался с востока, однако он находился на расстоянии, и львица выжала из «Зазу» всё возможное для того, чтобы расстояние это увеличилось ещё больше. Дюзы машины полыхали огнём, крылья мелко вибрировали, и указатель критического нагрева застыл на опасной отметке, зато истребитель оставался далеко позади, а перед Витани раскрылась наконец-то завеса Вселенной. Устало оскалившись, девочка вбила нажатием когтей координаты ближайшей звёздной системы, вычитанные ею в учебнике по астрономии, затем включила систему принудительного охлаждения и сразу же сдвинула тумблер межпространственного перехода. За кормой «Зазу» Вселенная начала мигать и раскручиваться, словно карусель, экран радара померк, замигал ряд предупреждающих лампочек. Выругавшись теми словами, которые знали все сироты, она заставила компьютер проигнорировать эти предупреждения и вторично двинула тумблер… Космос вдруг стал голубым-голубым, истребитель начал будто бы провалиться вниз, но вдруг остановился, замер… И на неимоверной скорости устремился в космическую даль.