Welcome back

Игорь разливал чай по чашкам, краем глаза наблюдая за доктором и Нюрой, сидящими за столом. Баба Нюра выглядела откровенно плохо: руки дрожали, в глазах застыл ужас, лицо побледнело. Корзухин еще не знал, что именно ее так напугало, но догадывался, что дело в вампирах. — Так расскажите же, что вы здесь делаете? — перешел к важной теме Валентин Сергеевич, когда Игорь поставил чашки на стол. Отец Павел благодарно кивнул, придвигая к себе чашку и делая первый живительный глоток горячего напитка. Они с Нюрой потратили целый день на то, чтобы добраться до Куйбышева, и женщина каждую секунду оглядывалась назад, боясь, что стратилат их преследует. Только сейчас она начала приходить в себя, понимая, что вампиры не могут без приглашения войти в чужой дом. — Он напал на меня, — хрипло ответила Нюра, так же забирая чашку с чаем. — Я уже думала, что мне конец. — Кто — он? — допытывался доктор. — Стратилат? Зачем? Отец Павел снова нужен стратилату? — Нет, — покачала головой Нюра. — Ему нужна была я. Женщина вдруг всхлипнула, и отец Павел сжал ее предплечье, успокаивая. Он не мог себе представить, что пережила Нюра, но понимал, что такое потрясение не пройдет для нее без следа. — Нюра, он не достанет тебя здесь. — Вы его не знаете, отец Павел, — покачала она головой. — Он никогда мне не простит. — О чем речь? — не выдержал Игорь. — К нам недавно приходил пиявец, Нику, Риту и Леву похитили, стратилату нужна плита. — Рита? Она здесь? — удивился священник. — А Валера? Игорь покачал головой. Он до сих пор надеялся, что ему выпадет шанс поговорить со старым другом, но Валера больше не звонил, а у самого Корзухина не хватало смелости набрать его рабочий номер. Он взял его у Риты и уже пару раз стоял возле телефона, собираясь набрать, но так до сих пор и не решился. — Жаль, — заключил отец Павел. — Боюсь, без него мы не справимся. — Может, вы наконец нам объясните? — повысил голос доктор. — Это Молот, — ответила Нюра, повернувшись к нему. От удивления Носатов только и смог открыть рот, вопрошающе глядя на священника, и тот кивнул, подтверждая слова Нюры. Доктор захлопал глазами, переводя взгляд с Нюры на отца Павла, ожидая, что они признаются в неудачном розыгрыше. — Я нашел старые документы, — начал объяснять Павел. — Там написано, что Матвей Иеронов сбежал из тюрьмы. — Вы шутите, — покачал головой доктор, все еще не веря, но серьезные выражения лиц нежданных гостей дали ему понять, что это вовсе не шутка. — Но как?! — Он стратилат, — хмыкнула Нюра. — Такие, как он, найдут способ сбежать. Я долго была уверена в том, что он мертв. До того самого момента, пока он не объявился в лагере и не попытался меня убить. К счастью, отец Павел появился вовремя. — Почему он пытался тебя убить? — Потому что я была его пиявицей, — подняла глаза на Игоря Нюра. — Он считает, что я его предала. — Чисто технически так и есть, — проговорил доктор, и на нем сразу же скрестились три взгляда. — Что? Ты была его пиявицей, а потом тебе вернули твою человеческую жизнь. Ты оставила его в тюрьме. Так что как пиявица ты предала своего стратилата. — Это сейчас очень помогло, Валентин, — скептически ответила Нюра. — Если это Молот, — начал рассуждать Игорь. — Значит, он из рода Валеры, верно? Из правящего рода вампиров. Тогда зачем ему плита? — Правящий род разделился на две ветви, — ответил отец Павел. — Молот и Серп одновременно стали стратилатами, они были равны. Серп передал свою кровь Валере, а Валера замкнул плиту именно на своей крови. Валера стал сильнее Молота, они перестали быть равными, и, вероятно, Молоту это не нравится. Ему нужна плита, чтобы пролить на нее свою кровь и таким образом стать выше Валеры. — Чудесно, — заключил доктор. На какое-то время в кухне воцарилось молчание. Каждый обдумывал новую информацию. Нюра пыталась прийти в себя и осознать, что находится в безопасности. Игорь начал придумывать план, как вытащить девушек и Леву. Отец Павел встал из-за стола и подошел к окну. Он понимал, что одним против Молота им не справиться. Единственным, кто способен был его одолеть, был Валера. — Знаете что? — доктор вдруг поднялся с места, стукнув кулаком по столу. — Он не получит эту плиту. Я против всех вампиров, но уж лучше пусть наш Валерка стоит во главе, чем этот Молот. Мы вытащим ребят сегодня без плиты. — Наш Валерка? — поднял брови Игорь. — Неужели вы пересмотрели свои взгляды, Валентин Сергеевич? — Сейчас не время, Игорь, — рыкнул на него доктор. — Нам нужна помощь, — подтвердил отец Павел. — Нам нужен Валера. — У меня есть его рабочий номер, — признался Игорь. — Рита дала. Я много раз собирался набрать его, но не смог. — Значит, самое время это сделать, — священник подошел к Игорю и положил руку ему на плечо. — Сложности случаются, но сейчас тебе нужно собраться с силами и позвонить. Знаю, это трудно, и ты винишь себя, но он нам нужен. Игорь кивнул, соглашаясь, и вышел в коридор, доставая из кармана листок с накорябанными впопыхах цифрами. Закрыв глаза, он пару раз вдохнул и выдохнул, собираясь с силами, после чего набрал наконец номер. В трубке послышались гудки, и сердце Корзухина стучало им в такт. Неужели он наконец-то это сделает? Целую неделю он ходил вокруг аппарата и сегодня впервые пошел дальше. Он не разговаривал с Валерой уже целых пять лет, и ему хотелось сказать так много, что он совершенно не знал, с чего начать. Однако в свете событий тема для разговора больше не вызывала сомнений. — Никто не отвечает, — произнес Игорь, когда гудки оборвались. — Я попробую еще раз. — Нет времени, — возразил доктор. — Сейчас уже десять часов вечера, его, конечно, нет на работе, а у тебя нет их домашнего номера. Нам нужно идти за ребятами. Вы с нами? Носатов посмотрел на Нюру и отца Павла, ожидая ответа. Нюра побледнела еще сильнее, сжимая в руках чашку. Священник достал из-за пазухи крест. — Я пойду, — ответил Павел. — Но Нюра лучше пусть останется здесь. Попробует дозвониться до Валеры, может кто и ответит. Нюра удивленно посмотрела на священника, переводя взгляд на телефон. Уж кому-кому, а стратилату она звонить явно не горела желанием. Но вскоре женщина согласно кивнула, понимая, что без этого не обойтись. Когда трое, собрав все необходимое, вышли из квартиры, она дрожащими руками подняла трубку телефона, набирая номер. Внутри нее все еще бушевал страх, но Нюра настойчиво его отгоняла, вспоминая улыбчивую Веронику, милого Леву и отважно лезущую в неприятности Риту. Они были важнее ее собственного страха.

***

— А мы вообще знаем, куда ехать? — спросил Павел, когда Игорь уже завел машину, и они тронулись со стоянки. — Да, — ответил Носатов. — Мы месяц назад поняли, где обычно собираются пиявцы. Наверняка наших забрали туда. — Это заброшенный завод, — продолжил Игорь. — Мы случайно на него наткнулись, когда следили за тушкой. — Хорошо, — кивнул священник. Оставшееся время все ехали молча. Игорь безуспешно пытался отвлечься от страха потерять любимую. Сколько раз они уже подходили к этой грани? Давно, казалось бы, миновавшая угроза снова нависла над ними, и Корзухин искренне надеялся, что все еще может разрешиться благополучно. Доктор проверял свой арбалет, волнуясь за Леву. Он не хотел этого признавать, но парень стал ему как сын. Чуть не потеряв его однажды, Валентин боялся пережить это вновь. Единственным, кто сохранял видимое спокойствие, был отец Павел, читавший молитву. Игорь, подумав, последовал его примеру, проговаривая про себя запретные слова. Все-таки, раз они сражаются с вампирами, помощь Бога им не помешает. В конце-концов, кресты и святая вода оказались действенными. Они остановились в километре от завода, решив дальше пройти пешком, чтобы вампиры не сразу узнали об их присутствии. Когда они, прячась за деревьями, подошли к проходной, отец Павел прошептал: — И какой у нас план? — Зайти и перебить всех вампиров, — оглядывая здание, в окнах которого не видно было ни малейшего огонька, ответил Носатов. Интуиция твердила ему, что они на верном пути. — Кроме Риты, — добавил Игорь. — Кроме Риты, — согласился доктор. В любой другой ситуации Игорь бы удивился такой покладистости ненавидящего всех без исключения вампиров Валентина, но все его мысли были сейчас с Вероникой. Решив больше не скрываться, все трое побежали ко входу в здание и, распахнув двери, погрузились в полную темноту. Только луна освещала им путь, прорываясь сквозь открытые двери и щели в стенах. Благодаря ее свету Игорь заметил Нику, которая обернулась на звук. Все трое сидели в клетке, и Игорь тут же бросился к ним, в то время как доктор ввязался в драку с пиявцем-охранником. Отец Павел отталкивал от себя двух других пиявцев крестом, отчего те скалили зубы, а Игорь наконец добрался до клетки и попытался открыть замок. Тот не поддавался, и Игорь поднял валяющийся рядом осколок бетона, чтобы сбить засов. — Игорь! — крикнула Ника, расширив глаза. — Сзади! Однако, Корзухин не успел обернуться. Последним, что он почувствовал, теряя сознание, была резкая боль в затылке. Осколок выскользнул из его руки и покатился в другую от клетки сторону, когда пиявец с усмешкой потащил Игоря в стоящую рядом другую клетку. — У них план был еще хуже, — прокомментировал Лева, глядя, как отец Павел падает на пол, сбитый метко брошенным куском бетона, а доктор ударяется головой о стену, отброшенный ударом пиявца. Носатов попытался снова поднять арбалет, но в глазах у него все плыло, и пиявец одним ударом смог лишить его сознания. Трое пиявцев переглянулись и втащили новоприбывших в клетку с Игорем, после чего один из них обратился к Нике: — Надеюсь, у вас остался кто-то еще. Тот, кто сможет принести плиту. Иначе вы все будете мертвы. Ника со всей силы стукнула кулаком о решетку, но пиявец только усмехнулся, кивком головы указав своему товарищу на выход. Тот пошел прочь из здания, оставляя двоих других сторожить шестерых пленников. Рита переглянулась с Левой и, заметив его вопрошающий взгляд, покачала головой. Она позвала Валеру, но не получила ответа. Передав ему все свои мысли и новости из Куйбышева, она ждала реакции мужа, но ее не последовало. И этому было только одно объяснение: Валера был страшно зол. Рита не знала точно, на кого именно он злился, но чутье подсказывало, что и на их похитителей, и на нее саму. Девушка прислонилась затылком к решетке и закрыла глаза, пробуя снова достучаться до Валеры. Вопреки ее желанию, перед закрытыми глазами пронеслись картинки прошлого. — А мне она нравится, — спорила она с Валерой, глядя на картину. Сегодня они решили устроить себе творческий вечер и отправились в Третьяковскую галерею. Поначалу, правда, хотели пойти в кино, но ни один из предлагаемых фильмов не вызвал их интереса. — Чем? — не понимал стоящий рядом Валера. — От нее веет спокойствием, — Рита подошла к картине поближе, разглядывая мазки на холсте. — Хочется на море. — Рита, на ней изображен шторм, о каком спокойствии ты говоришь? — В тот момент, когда бушует стихия, как раз понимаешь ценность жизни. — Так ценность жизни или спокойствие? Рита бросила на мужа колючий взгляд, и тут же наткнулась на его хитрую улыбку. Валера еле сдерживался, чтобы не засмеяться прямо перед произведением Айвазовского. Девушка поджала губы и повернулась в сторону другого зала. — Пошли. — Куда? — поднял бровь Валера, следуя за ней. — К Ивану Грозному. — В третий раз? — Он мне тебя напоминает. — Какая прелесть, — закатил глаза Валера, беря Риту под руку и гадая, в чем именно она увидела сходство. Рита тихо засмеялась, наблюдая его мыслительный процесс. Валера не разбирался в живописи, он не находил в картинах загадки или тайны, но все равно ходил за ней по залам вот уже два часа. Лишь потому что ей, Рите, полотна были интересны. В который раз она поняла, как сильно его любит. — Ты мне нужен, — прошептала Рита вслух, сидя в клетке с закрытыми глазами. Она не почувствовала, как по щеке скатилась слезинка.