Welcome back

— Он ничего не говорит, только сидит и смотрит, — раздражённо доложил доктор, выходя из гостиной. — Может, у него языка нет? — предположил Игорь. — Ага, Валерка вырвал, — наливая стакан воды, попытался пошутить Носатов, но, судя по встревоженным выражениям лиц присутствующих, шутка не удалась. — Да есть у него язык! Он просто молчит. — А, — кивнула Ника, проверяя картошку на плите. — Надеюсь, все будут картошку? Потому что больше ничего нет, а в магазин я идти не собираюсь. — Вот почему он не отвечал... — задумчиво и невпопад протянул Игорь. До этого он молча всматривался в узоры на кухонной скатерти, никак не участвуя ни в допросе пиявца доктором, ни в тихом разговоре Ники и отца Павла. — Кто? — Валера. Я ему звонил, а он не ответил. — Потому что он уже был здесь, — пожал плечами доктор. — В нашем городе два стратилата! — Вы опять за свое, Валентин Сергеевич? Диалог прервал звонок в дверь, и Ника, отложив деревянную ложку, пошла открывать. Как только она вышла в коридор, спор между Игорем и доктором перешёл на высокие тона. Открывая дверь, Ника закатила глаза. Замок щелкнул, створка отворилась, и Ника тут же забыла обо всем. Прямо на пороге стояла закутанная в мужской пиджак Рита. Волосы ее были небрежно распущены, сама она стеснительно отводила взгляд, а позади нее стоял Валера Лагунов. — Можно войти? Ника молча отошла в сторону, пропуская вампиров, однако Валера застыл на пороге. Рита обернулась, закусывая нижнюю губу. Несветова недоуменно посмотрела на бывшего пионера, а потом вздохнула, догадавшись. — Заходи. Валера улыбнулся ей, переступая порог, и Ника закрыла двери. Она прикоснулась лбом к затянутой в дерматин створке, мысленно спрашивая себя, когда для нее стало нормальным пускать в дом вампиров? Как так получилось, что она даже ни капли не удивляется? — А я вам повторяю: хватит! — вдруг услышала она возглас Игоря. — Валентин Сергеевич, это переходит уже все границы! Мало того, что вы нас все последние месяцы убеждали в том, что во всем виноват Валера, так ещё и теперь, когда доказательства против вас, вы продолжаете нести чушь! — Какую чушь?! — взревел в ответ доктор. — Откуда нам знать, что Валера и Молот не в сговоре?! Валера, стоя рядом с Никой, усмехнулся и покачал головой, а Рита закатила глаза, умоляющее посмотрев на Нику. На предложение повесить пиджак на вешалку, Рита, покраснев, помотала головой, и через секунду губы Ники сложились в букву «о». Догадавшись, почему Рита оставалась в пиджаке, она еле сдержала улыбку. — Пиявцы Молота чуть не убили Риту! — прогремело тем временем с кухни. Ника кивнула Рите, и, зайдя в их с Игорем спальню, достала из шкафа свою рубашку. Выйдя в коридор, где, по-прежнему стоя возле входа в кухню, Валера молчаливо слушал спорщиков, а Рита терпеливо ждала Нику, Несветова протянула ей одежду. Валера, заметив это, снова усмехнулся, и Рита бросила в него злой взгляд. — Валера не может быть с ним в сговоре! Я его знаю,! — продолжался спор на кухне. Ника пыталась придумать ответы на возможные неудобные вопросы соседей. — Ты его пять лет не видел! — Потому что я боялся! Боялся узнать, что он изменился! Но он не изменился, он остался тем же Валеркой, каким и был! И вообще, у вас хоть один аргумент имеется? — Да! — крикнул Носатов. — Он — стратилат! — Какой отличный аргумент, сразу все объясняет! — Прекратите оба! — не выдержала Ника и твёрдой походкой направилась на кухню, оставляя Валеру с Ритой, которая торопливо переодевалась. — Вы сейчас весь дом на уши поднимете. — Но он… — начал было Игорь, но Ника так на него посмотрела, что Корзухин решил промолчать. — Кто пришел? — впервые подал голос Лева, сидящий возле окна. Отец Павел заинтересованно поднял голову, а доктор и Игорь впервые вспомнили, что в дверь вообще-то звонили и уставились на Нику, которая подошла к плите помешать картошку. Не поворачиваясь, она бросила через плечо: — Рита, — и, помолчав, добавила. — И Валера. — Что?! — схватив свой второй арбалет, доктор навел болт на коридор. Рита спокойно зашла в кухню и молча села на стул, слегка скривившись. Заметившая это Ника еле подавила смешок. Она увидела больше, чем все находящиеся в этой квартире парни. Через секунду на пороге кухни показался Валера, и Игорь не поверил своим глазам. Он не ожидал, что Валера все-таки появится у них. Не ожидал, но надеялся, а сейчас, когда надежды оправдались, он не мог в это поверить. — Валентин Сергеевич, мы это уже проходили, — протянул Лагунов, ни капли не испугавшись арбалета. — И где твое уважение к старшим, Лагунов? — отбросил арбалет на стол доктор, садясь обратно. — Ни привет, ни до свидания. — Валентин Сергеевич, я в курсе, что вы обвиняли меня во всем, что сейчас происходит в городе, — скептически посмотрел на доктора Валера. — Опять. Игорь хмыкнул, вспомнив их прошлую встречу с доктором пять лет назад, и Валера обернулся к нему. Впервые за долгое время они встретились лицом к лицу, и теперь каждый из них не знал, что и сказать. Игорь думал, что скажет много чего, многое объяснит, но сейчас в голове не было ни единой мысли. Валера же просто не понимал, правильно ли Рита истолковала слова Корзухина — может, он вовсе и не скучал, и не хотел его видеть. Может, дружба для Корзухина умерла в тот момент, когда Валера укусил Риту? Игорь резко поднялся со стула, и быстро преодолев расстояние, отделяющее его от Валеры, молча, без слов, обнял друга. Впервые он был уверен, что сделал все правильно. Валера обнял его в ответ, и так они стояли несколько секунд в полном молчании. Никто не нарушил тишину, понимая важность момента. Разжав объятия, Игорь внимательно оглядел Валеру. — Как ты вырос, — сказал он, — а я ведь помню, каким мелким ты был в лагере... Валера засмеялся и посмотрел в сторону окна, встречаясь взглядом с Левой. Хлопов смотрел на них с улыбкой, сидя в своем инвалидном кресле. Лагунов сразу понял, почему Рита на его вопрос, как Лева выжил, ответила «сам поймешь». Хлопов выжил, но слишком большой ценой. — Ты тут ни при чем, — сказал твердо Лева, заметив отголоски вины в глазах Валеры. — Это вообще я тебя во все это втянул. Лагунов грустно усмехнулся, вспоминая ту олимпийскую смену. Действительно, если так подумать, то Хлопов был первым, кто втянул его во всю эту тему с вампирами. — Как интересно сложилось, правда? — усмехнулся Лева. — Я рад, что ты жив, — кивнул ему Валера. — Раз вы закончили с сантиментами, — начал доктор, — то, может, мы обсудим, как убьем Молота? — Его убью я, — просто ответил Валера. — Сначала мы поужинаем, — встряла Ника. — Позовите кто-нибудь бабу Нюру, пожалуйста. — А как вы тут оказались? — обратилась к отцу Павлу Рита. — Молот напал на Нюру, и мы приехали сюда за помощью, — ответил ей священник, наблюдая за Валерой. — И как вы согласились на этот обреченный план вломиться на завод? — подняла брови Ника. — Это был самый худший план на свете, — добавил Лева. — Полностью согласен, — подтвердил Валера, бросая взгляд на Риту. Девушка закатила глаза и встала, чтобы помочь Нике расставить тарелки, решив ничего не комментировать.

***

— Думаешь, это хорошая идея? — тихо спросила Рита, удобно устроив голову на груди Валеры, лежа в постели в гостевой спальне Игоря. Они решили не ехать к бабушке, переживая, что за ними могут проследить, и она окажется в опасности. Поэтому все остались в квартире Игоря, перенеся разработку плана на утро. — Что именно? — шёпотом спросил Валера. — Убийство Молота. Валера тихо вздохнул, приподнимаясь, и Рита подняла голову с его груди, давая ему возможность сесть на кровати. Валера встал и подошёл к окну, всматриваясь в огни фонарей. Спать ему, несмотря на чрезмерно насыщенный день, совсем не хотелось. — Я не думаю, что есть другой выход, — наконец ответил он. — Молот не смирится с тем, что я пролил свою кровь, разрушив наше равенство. И ему плевать на причины, по которым я это сделал. Он пойдет по головам, но никому не позволит быть выше него. — А что мы будем делать с Михаилом? Он теперь твой пиявец, — вспомнила Рита. После того, как Валера зашел в гостиную, где сидел привязанный пиявец, последний тут же заговорил. Доктор из-за этого, кажется, стал с Валерой чуть более приветлив. — Значит, теперь у меня будет пиявец, — хмыкнул Валера. Рита поднялась с кровати, одергивая полы ночной рубашки, которую ей тоже одолжила Ника. Свои вещи она оставила в бабушкиной квартире. На носочках она подошла к стоящему у окна Валере, обнимая его сзади, и положила подбородок ему на плечо. — Ты так сказал, словно у тебя его раньше не было, или ты забыл, что я тоже твоя пиявица? Валера развернулся к ней лицом, теперь уже сам обнимая ее за талию, когда Рита положила руки ему на плечи, сомкнув их в кольцо. — Ты не моя пиявица, — прошептал Валера, и Рита подняла брови вверх. — Ты моя жена. Не дав ей ничего ответить, Валера ее поцеловал, спуская бретельки ночной рубашки с ее плеч. Рита улыбнулась сквозь поцелуй, когда нежная ткань опустилась на пол. Чувствуя мягкие движения пальцев Валеры на своей спине, она ногами обвила его талию, запуская ладони в волосы. — Как думаешь, когда-нибудь мы надоедим друг другу? — отстранившись, спросила Рита. — Вряд ли, — покачал головой Валера, придерживая ее на весу за ягодицы. — В любом случае, ты всегда можешь уехать в другой город и попасть в плен, чтобы обострить наши чувства. Рита засмеялась, почувствовав спиной приятную прохладу простыни, когда Валера опустил ее обратно на кровать.

***

Тихо войдя в гостиную, Валера заметил, что не только они с Ритой не спят этой ночью. Возле открытого окна, глядя на ночную улицу, подложив под голову кулак сидел и курил Лева. Лагунов подошел к нему, обратив внимание на то, что ночное небо сегодня было намного темнее, чем вчера, хотя фонари все так же освещали дороги. — Тоже не спится? — нарушил молчание Хлопов, кинув взгляд на Валеру. Тот кивнул. Многое произошло сегодня, однако спать по-прежнему хотелось меньше всего. Бывшее ужасным ещё утром насроение сменилось радостью, которая нахлынула в тот момент, когда он поговорил с Игорем. Оказалось, они оба просто были идиотами. Им следовало поговорить уже давно, отбросить обиды, но этого не давал сделать страх быть отвергнутыми. — Я рад, что ты жив, — снова признался Валера, ни капли не соврав. Именно новость о том, что Хлопов жив, заставила его все-таки прийти сюда с Ритой и встретиться со старыми друзьями. Лагунов сомневался, что рискнул бы, если бы Рита не рассказала о Леве. Лева грустно усмехнулся, бросая вниз потухший бычок. — Это не жизнь. — Я знаю тебя, Лева, — покачал головой Лагунов. — Помнишь лагерь? Ты стал пиявцем, подконтрольным Серпу, однако все равно оставался при своем мнении. Ты не боялся смерти, идя к своей цели. Защитил меня от Бекли, хотя мы были по разные стороны. Ты заставил забиться свое сердце, Лева, а это не всегда легко, я знаю. А потом? Ты присоединился к Валентину Сергеевичу, убивая вампиров. Ты пошел один к стратилату, пусть даже не знал, кто он. Однако ты там остался, чтобы проверить свою теорию. Ты рисковал своей жизнью, чтобы узнать правду. Тебе разорвали горло, но ты выжил, выкарабкался, не позволяя смерти тебя утащить. Ты всегда был сильным, Лева. И сейчас ты силен, как никогда раньше, раз каждое утро снова делаешь вдох, невзирая на неприятности. Договорив, он по-дружески хлопнул Леву по плечу и вышел из гостиной, направляясь в гостевую комнату, к Рите. Лева молча смотрел ему в след. В голове промелькнула было какая-то нужная мысль, но Хлопов не успел за нее ухватиться. Он нахмурился — мысль, казалось, была очень важной, то, которую обязательно нужно вспомнить... Покачав головой, признавая свое поражение, Лева снова потянулся за сигаретой, обдумывая слова Валеры. Валера говорил фактами, которые должны были поддержать, но он, разумеется, не знал, каково это — быть прикованным к инвалидной коляске, не имея никакой надежды встать на ноги. Хлопов оставался в душе тем смелым парнем, который был готов пойти и в огонь, и в воду, ничего не боясь. Но собственное тело больше не было ему подвластно. Внезапно он снова услышал шаги и обернулся: Рита, помахав ему рукой, улыбнулась и прошла на кухню попить воды. Когда Лагунова возвращалась в свою комнату, сонно зевая, Лева вдруг понял, что за мысль он упустил. Глаза его расширились, когда он понял, что ему нужно сделать.