Аморе

      — Вставай, милый. Нам нужно успеть позавтракать перед работой.       Нежные прикосновения вывели Джисона из сладкого сна, где он гордо управлял страной кошек, а справа от него сидел прекрасный король, облаченный в золотые одежды и самые изумительные украшения, что так красиво поблескивали на солнце. Хану было жалко просыпаться и возвращаться в реальный мир, но он понимал, что мечты не сумеют одарить его возлюбленного подарками, которые тот заслуживает. Чуть приоткрыв глаза, он увидел прямо перед носом сонное и слегка опухшее лицо Минхо, удобно устроившегося на его груди и отчаянно пытавшегося не провалиться в дрему. Слабо улыбнувшись открывшемуся перед ним зрелищу, Джисон зачесал чужие волосы назад, открывая лоб и оставляя на нем медленный поцелуй.       — Доброе утро, мой баклажанчик, — зарываясь пальцами в растрепанную прическу старшего, он хрипло пропел, еще не до конца проснувшись.       Минхо недовольно проворчал, утыкаясь лицом в одеяло и пряча покрасневшие щеки.       — Джисон, — простонал он, — то, что я покрасил волосы в фиолетовый, не дает тебе права так меня называть. Сколько раз тебе говорить?       Хан лишь захихикал, слегка массируя чужую шею и шепча извинения.       — Прости-прости. Я просто не могу устоять. Ты такой милый, — словно в подтверждение своих слов он косточкой пальца провел по щеке, словно гладя его, а после этого прихватил её. Минхо успокоился и, немного подтянувшись, стал ластиться под любимую руку, почти мурлыча от удовольствия, вызванного этим небольшим, но таким влюбленным действием. Но Джисон разрушил всю атмосферу умиротворения, когда по-глупому продолжил говорить: — Моя симпатичная фасолинка.       Этого Минхо выдержать не смог и, зарычав и бросив бешеный взгляд на смеющегося младшего, поднялся, выходя из комнаты. Напоследок он громко хлопнул дверью, показывая всю степень своего недовольства.       — Очаровашка, — прошептал в пустоту комнаты Джисон, поднимаясь с кровати и направляясь в ванную комнату, по пути безостановочно зевая и еле переставляя ноги. Чем раньше он придет на кухню и вымолит прощение, стоя на коленях, тем больше времени до работы проведет со своим парнем.       Солнце за окном только вставало, озаряя ванную комнату теплым светом, и Хану, который лег недальновидно поздно и сейчас выглядел, скорее, как мертвец, необходимо было взбодриться. Прямо сейчас, желательно. Поэтому он, не жалея себя, включил в душе воду и зашел под холодную строю, успев лишь избавиться от помятой пижамы. Если бы он не сделал это, то долго бы корил себя за то, что поступил так с подарком Минхо, даже если бы тот не сказал и слова.       Громко вскрикнув от слишком быстрой смены температур, он задрожал и собрался уже было выйти, полностью проснувшись.       — У тебя все хорошо? — в комнату просунулась голова переживающего Минхо, который начал сканировать помещение на предмет опасности. Удостоверившись, что грабителей и маньяков нет, он перевел глаза на замершего Джисона и поднял бровь, тонко задавая немой вопрос.       — Все хорошо, не волнуйся. Просто решил, — он сглотнул и нервно улыбнулся, — начать закаляться.       Ли лишь закатил глаза, никак не комментируя чужие слова, и прикрыл дверь, исчезая.       — Ну, Минхо все еще меня любит и беспокоится обо мне, — обтирая тело, вслух рассуждал Джисон. — Значит, добиться прощения за свою глупость будет не так сложно.       — Конечно люблю, придурок, — неожиданно прозвучал голос старшего, заставляя вздрогнуть. Открыв дверь и оперевшись на косяк, Минхо сложил руки на груди и просто уставился на одевающегося младшего. — Тебе недостаточно быть просто глупым, чтобы я разлюбил тебя.       — Хён? Ты чего так пугаешь-то?       — А ты чего глупости говоришь? — вопросом на вопрос ответил Минхо, снова закатывая глаза. Хан собирается отучить его от этой раздражающей привычки. — Давай быстрее уже. Мне надоело тебя ждать.       Хан цокнул.       — Сейчас, подожди еще немного, милый, — когда Ли не сдвинулся с места, Джисон посмотрел на старшего с немым вопросом во взгляде.       — Что? Я уже не могу полюбоваться своим парнем? — снова закатил глаза. — Если жалко, то я на тебя вообще больше не взгляну.       После этих слов он развернулся, собираясь уйти, но в последнюю секунду был схвачен за запястье. Хитрая ухмылка осталась незамеченной.       — Стой, смотри, сколько хочешь. Могу вообще не одеваться, если пожелаешь, — кокетливо закончил Джисон и соблазнительно, как он думал, подвигал бровями. В ответ был получен лишь цок и надутые губы. — Ну крошка, — Хан жалко проныл, заключая старшего в объятия и дотрагиваясь губами до всего, куда достает, — как мне загладить свою вину?       — Прийти скорее на кухню, если ты все еще хочешь провести со мной немного времени, — нейтрально ответил Минхо, будто не он минуту назад был обижен и зол. Ли отстранился и поцеловал чужую щеку, разворачиваясь к двери.       — Жди, детка. Я скоро приду.       Минхо кивнул и ушел на кухню, наконец оставляя Джисона в одиночестве. Быстро закончив, тот поспешил следом, боясь быстро летящего времени. До выхода из квартиры оставалось чуть больше часа, и ни Хан, ни Ли не хотели тратить его зазря.       Они лишь хотели быть рядом столько, сколько вообще возможно.