Одно/классники

      Немая сцена, к счастью, длилась недолго. В коридоре щёлкнул замок и незнакомый омега повернулся туда, давая Серёге и Тойво возможность хотя бы прикрыться чем-нибудь.       — Ома? — раздался удивлённый голос Ирины. Видимо парни были в течной отключке довольно долго, раз она успела вернуться с учёбы. — Что случилось?       — Твой отец! — возмутился омега. — Подлец и негодяй. Он врал мне всю жизнь!       — Ты от него ушёл? — удивилась Ирина.       Омега ничего не ответил. Ирина тем временем тоже появилась на пороге комнаты. Сергей успел найти свои трусы, но пока только прикрывался ими и загораживал собой Тойво, который трусов не нашёл и тянулся за своими джинсами.       Ирина весело показала им большие пальцы.       — Это мои одноклассники, их из квартиры выгнали, я пустила пожить, пока новую не снимут, — пояснила она и подтолкнула ому в сторону кухни.       Омега окинул ребят недовольным взглядом.       — Извините, — на всякий случай сказал Серёга.       — Течка, — из-за его спины пискнул Тойво.       — Ай, дело молодое, — наконец, улыбнулся омега. — Чего стесняться? В кровати вы ещё успеете полежать, надо и другие поверхности испробовать.       Сергей смутился, отвернулся и всё же быстро натянул трусы. Омега, видимо, пошёл в кухню, потому что в следующий раз его голос раздался дальше.       — Это ты хорошо придумала, комнату сдать. Раз уж из агентства ушла.       — Что? А ты откуда знаешь? — удивилась Ирина и затормозила в конце коридора.       — Ой, ну конечно, Сева не оставил бы тебя без присмотра, — возмутился омега. — Он купил эту фирму. Даже записал на моё имя.       — Погоди, — медленно проговорила Ирина. — Ты хочешь сказать, что это отец дал мне работу… в этом агентстве?       — Ну да, — радостно ответил омега. — Я немного его мотивировал, конечно. Ты всегда придумывала игры для братьев, я решил, что тебе понравится проводить праздники.       — Праздники… — тупо повторила Ирина и всё же шагнула на кухню.       Сергей сгрёб все вещи в кучу и быстро затолкал Тойво в его комнату.       — Чёрт! — выдохнул альфа, привалившись спиной к двери.       — Очень неловко получилось, — потупился Тойво.       Сергей бросил вещи, подскочил к нему и крепко поцеловал.       — Всё хорошо, — заверил Сергей. — Пока что. Но нам надо одеваться и сваливать отсюда.       — Почему?       Сергей мгновение сомневался, но покосился на дверь и принялся быстро натягивать свою одежду:       — Объясню по дороге, — бросил он и выскочил из комнаты, чтобы через минуту вернуться со своим драгоценным компом.       — Одевайся, — попросил Сергей и помчался теперь за монитором.       Тойво попытался прикинуть, что вызвало такую реакцию. Тот факт, что посторонний человек застал их голыми, вряд ли мог так подействовать на Сергея. И то, что секс, который они хотели отложить на «после течки», всё же случился, не заставило бы срочно куда-то бежать. Значит дело либо в письме, с которого всё началось, либо в Ирином оме.       Прежде чем одеваться Тойво выпил ещё одну дозу подавителя. Вроде бы теперь это было уже не нужно, феромоны после секса должны на время успокаиваться, но ничего лучше в голову не приходило. В этих таблетках был и противозачаточный компонент. Все знали, что он слабый, но ничего другого под рукой не было. Тойво совсем не подготовился к такому повороту событий.       Сергей составил свои вещи в угол и придирчиво осмотрел. Результат его не удовлетворил, но ничего лучше не придумалось. Только потом он повернулся к Тойво. Тот пытался незаметно вытереться.       — В душ надо бы, — вздохнул Сергей. — Но я не знаю…       — Переживём, — отмахнулся Тойво. Он явно был не очень доволен, но Серёгино волнение разливалось в воздухе и заражало. Так что он только торопливо натянул бельё и штаны.       — Я очень хочу затащить тебя в постель и дня три из неё не вылезать, — сознался Серёга. — Или в душе, чтобы вода текла. И просто обнять и так сидеть. Я с ума схожу, если честно. Но мы не в безопасности.       Тойво кивнул и потянулся за кардиганом. Сергей нетерпеливо приоткрыл дверь.       — И ты представляешь, что он учудил? — донесся из-за неё немного истеричный голос. — Написал мне в понедельник: «Я убил твоего мужа, теперь ты свободен».       — В смысле? — не поняла Ирина.       — Да я сам не знаю, — чуть спокойнее продолжил её ома. — Испугался немного, конечно. Сева только на работу поехал. Я подумал, может, с машиной что-то. Позвонил ему даже. Хотя этот паразит не стоит моего беспокойства!       — Что он натворил? — со вздохом спросила Ирина. Кажется, Сергей уже слышал, как она задавала этот вопрос.       — Ох, так и не знаю. Пытался послать кого-нибудь проверить, но мне так и не ответили.       — Отец что натворил? — с нажимом повторила Ирина.       — Врал мне всю жизнь! — взвился омега, так что Сергей отпрянул от двери и врезался в Тойво. — Нет, я знал, что он негодяй. Не всегда знал, но уже какое-то время. Как он тебя выгнал, тогда примерно мне про него всё рассказали.       — И по этому поводу ты завёл любовника, я помню. Теперь-то что?       — Ой, да ты же не знаешь! — Сергей мог бы поклясться, что омега всплеснул руками. Лёвушка всегда так делал. — Мы с Севой, конечно, в одном классе учились и даже тогда встречаться начали, но замуж-то за него я вовсе не собирался! Я вообще в организацию учителей-волонтёров заявку подавал. Хотел на их стажировку в Африку попасть. Магистратура по педагогике в Бонне, там хорошие программы тогда были. Докторскую в будущем хотел писать. Даже тема уже была. Я в Москву поехал, чтобы там в центре для людей с инвалидностью работать. А там меня похитили какие-то негодяи и продали в бордель!       — Тебя? — удивилась Ирина. Хотя ома её и сейчас выглядел очень привлекательного, что странного в том, что кто-то им заинтересовался?       — А Сева с друзьями меня спас, — закончил он. — И знаешь, что теперь выясняется? Он всё подстроил. Он был хозяином того борделя и устроил всё это, чтобы я за него вышел и никуда не уехал! Мудак!       Тойво потянулся к двери, и Сергей вспомнил, что они собирались сбежать, а не подслушивать.       — Нам надо ехать квартиру смотреть, — на всякий случай сообщил он, заглянув на кухню. — Извините за… ну за наш вид там в гостиной. Я всё убрал.       Омега, имени которого они так и не узнали, усмехнулся и сказал что-то обычно вежливое. Но Сергей сбежал не дослушав. В машине стало немного спокойней.       — Ирина, наверное, тоже догадалась, — предположил Тойво.       — Не знаю. Я сначала испугался, что он и есть убийца. Скорее всего, это он звонил в агентство, чтобы Ирину послали в квартиру. Но если это сделал его любовник, то может всё не так плохо.       — Или нет.       — Или нет, — кивнул Сергей и завёл машину. Она шумела привычно, и это успокаивало. Хотя какое-то сомнение всё равно сидело в душе. А вдруг то, а вдруг это. А вдруг за ними следят прямо сейчас, а вдруг кто-нибудь испортил машину, а вдруг тот омега всё знает, просто притворяется как Левушка.       — Всё будет хорошо, — Тойво погладил его руку. — Я нашел, куда записал номер того полицейского, могу ему позвонить.       — Позже, — решил Сергей. — Сначала едем к Нинель.       — К твоей злой мачехе? — удивился Тойво.       — Почему злой? Она нормальная. Хорошая даже. Я говорил, что не знаю, зачем они с отцом поженились. Может, это было как-то с бизнесом связано? За всё время их брака, она была дома недели две, наверное. Ну, если в сумме. Ей это всё не надо вообще. А в остальном она неплохой человек.       — И зачем нам к ней ехать?       — Ну не совсем к ней, — скривился Серёга. — Она может быть где-нибудь в другом городе. Её всё ещё приглашают участвовать в показах и съемках, хоть и реже, чем в молодости. В смысле, она — модель. Ну или была моделью. А потом вложилась в гостиничный бизнес и стала его развивать. У неё сеть отелей. Штук пять вроде. По крайней мере раньше было так. Только они немного того, специфические.       — В каком смысле?       — Вот, — Сергей ловко припарковался на месте только что выехавшей машины. — Дом с привидениями.       Они были в центре, возле классического доходного дома, который снаружи выглядел довольно непрезентабельно. Хотя приглядевшись можно было понять, что легкая неухоженность скорее старательно выверенная, чем естественная. Вывеска на двери была почти незаметна, но на ней действительно красовалась надпись «Дом с привидениями».       Сергей галантно открыл перед Тойво эту самую дверь.       Внутри оказался полумрак, старое дерево и ковры полностью заглушающие шаги.       — Как в кино, — выдохнул Тойво.       — Мне склад декораций в театре напоминает, — поморщился Сергей. На самом деле в интерьере холла не было избытка бутафории. Просто старый дом с лёгким налетом мистики. Но годы работы в театре сказывались на восприятии.       Омега за стойкой ресепшена был одет в старомодный, живописно потрёпанный сюртук, и наверное, должен был смотреться одним из таинственных привидений. Но юное улыбчивое лицо и торчащий из-под воротника край татуировки портили впечатление.       — Здравствуйте, чем могу быть полезен? — протараторил он заученную фразу.       — Добрый день, — буркнул Сергей. Ему это место не нравилось. — Коробов. Скажите, мой номер сейчас свободен?       — У тебя тут есть свой номер? — удивился Тойво, даже отвлёкся от разглядывания интерьера.       — Э-э, ну… — портье быстро набрал что-то на спрятанном в стойке компьютере и недоумённо уставился в экран. — Я не совсем понимаю…       — А Нинель здесь? — прервал его метания Сергей несколько раздражённым голосом.       — Э-э, да, минуту…       — Сережа, — раздался сбоку глубокий голос. — Неужели ты, наконец, решился принять моё приглашение?       — Нет, — поспешно ответил Сергей и для убедительности помахал руками. — Мы это… Ну так получилось, чисто душ принять надо. Там свободно? Там ремонт за это время не делали?       Женщина рассмеялась и поманила их за собой. На каблуках она была даже выше Сергея. Платье её не выпало из прежних эпох, как наряд портье, но роль призрака в нём запросто можно было сыграть. Очень красивого призрака.       Она провела ребят в свой кабинет, который оказался вопреки всему очень современным.       — Держи, — Нинель достала ключ из ящика стола. — Мы сдаём этот номер только в самых крайних случаях. В остальное время он ждет тебя, как Макс и просил. Душ работает.       — С-спасибо, — через силу улыбнулся Сергей и потянул Тойво к лестнице наверх. Выше таинственных аксессуаров становилось больше, на верхнем этаже просто старый дом превращался в настоящее логово безумной ведьмы. А нужная дверь оказалась прямо-таки эпицентром этого хаоса. Внутри, правда, номер был почти обычным, хоть и выполнен в тёмных тонах. Разве что пара картин вселяла тревожность.       — Душ там, — сквозь зубы проговорил Сергей и вздрогнул, когда в дверь постучали.       — Полотенца возьмите, — крикнули оттуда.       Тойво сам открыл и забрал стопку вполне стандартных мягких чистых полотенец. Правда, черных.       — Здесь круто, — полувопросительным тоном сказал он. Сергей вёл себя странно и это напрягало.       — Некоторым нравится, — вздохнул тот и расстегнул куртку. Как будто бы немного расслабился. — Тут ещё везде всякие встроенные динамики и проекторы, передают пугающие звуки, делают таинственные тени и всякое такое.       — Крутая идея. Наверное, бизнес процветает.       — Да, насколько я знаю.       Сергей бросил куртку на кровать. Тойво же открыл шкаф, чтобы повесить свою аккуратно. Внутри как будто что-то мелькнуло, но будучи предупреждён о пугалках, он только улыбнулся. Сергей же подошёл к столу и заглянул в ящик. Там сидел вполне настоящий с виду паук. Видимо уборщики давно не заглядывали внутрь.       — Я пожалуй, правда, схожу в душ, — решил Тойво, с минуту понаблюдав, как Сергей пялится в пустой ящик.       — Да, я после тебя, — кивнул тот, не отвлекаясь от своего созерцания.       Когда Тойво вернулся в комнату, Сергей сидел на кровати и листал какие-то бумаги.       — Так здесь был тайник?       — Да, типа того, — кивнул Сергей и поднял теперь уже довольный взгляд. — Я его случайно нашёл, когда меня сюда в детстве привели. Прятался под столом и увидел. Тут тогда больше безумия было. Типа место убийства. Лет пять назад перекрасили и тогда отец вставил в тот тайник сейф и велел Нинель сдавать мне этот номер, если я попрошу.       — Но ты не просил?       — Только полные психи могут ночевать в таком месте! — возмутился Серёга, сложил бумаги в конверт и ушёл в душ.       — Я понял! — возвестил Тойво, когда Сергей вернулся снова недовольным. — Ты боишься привидений!

***

      Карл нервно потёр виски. Пятница. Его бывший, любой из них, уже намекал бы, что завтра выходной, и им стоит подумать об отдыхе. Но казалось, что в этом деле оставалось дотянуть совсем немного, надо было только ещё чуточку напрячься. Ведь перерыв только даст фору преступникам, что бы они не задумали. Скорее всего, в субботу придётся работать. И… Это было хорошо: что делать дома, Карл не представлял.       В квартире Апракиса им не открыли. Был там хозяин или нет, можно было только гадать. Соседка рассказала о некоем скандале накануне. Вероятно, это был тот случай, о котором говорил Сергей, когда он забрал свой компьютер и ощутил запах постороннего альфы. Следы взлома были, так что Сергей не лгал. Этот дом был попроще того, где жил Прокопчук: без камер везде и всюду. Была только одна на улице. На всякий случай Карл запросил записи, но не думал, что действительно получится по ним найти человека, пытавшегося вскрыть замок.       Никаких предположений о местоположении Владимировых не было, пришлось всё же ехать к родителям убитого. Поездка заняла два часа и не принесла почти ничего. Немного уточнили портрет Влада, рассказали, что Илюша был замечательным мальчиком, и в юности воровать в магазине его подговорили другие ребята, сам бы он ни за что. И Владик — хороший парень, только сильно младше, это как-то неприлично для пары беты и альфы. И все друзья и знакомые у Илюши сплошь замечательные люди, некоторые даже аристократы. Он был знаком минимум с тремя настоящими князьями, одним адмиралом и одним французским графом, но тот, кажется, умер. Про друзей полицейские, конечно, тщательно записали. Среди них легко можно было узнать Терёхина. Сказочник, вероятно, тоже был, но сложно было угадать, кто именно.       Про бизнес родители толком ничего сказать не могли только то, что Илюша — молодец и вон какого успеха сам добился. С нуля! Только разве что друзья помогали, так это ведь тоже его заслуга, что таких хороших людей нашёл. Жаль только в последние годы не хотел вылезать из Варшавы, прям таки избегал Петербурга.       Так что Карл с Матвеем возвращались в отдел вроде и с новыми данными, а вроде и без ничего.       — Давай в столовку зайдём, пообедаем, что ли, — предложил Шульц.       — В кабинете ещё куча еды оставалась, — напомнил Карл.       — Да ну, — отмахнулся Матвей и отвернулся. Понятно, что он просто не хотел снова сидеть, пялиться на доску и мучительно думать, что делать дальше.       Карлу скинули намёк в виде номера дела, которым Сказочник недавно интересовался. А значит это имело отношение к его планам. Достаточно было пары слов, чтобы вспомнить, что там. Известные аристократические фамилии, включая представителей царской семьи, и за условно нераскрытым убийством чуть ли не государственный переворот. Не у всех в отделе хватило бы уровня доступа, чтобы в папку заглянуть. А у кого хватало, не было желания. Так что Карл повернул в сторону столовой.       Дело было уже скорей к вечеру, так что из еды осталось только самое невкусное, да и народу считай не было. Один дежурный печально смотрел на свой полезный полдник, да один из международников пытался не уснуть носом в чашку. Правда, ежеминутно забегал кто-нибудь перехватить кофе или шоколадку. Пока Карл с Матвеем уговаривали поваров найти хоть какую-нибудь нормальную еду, мимо проскочили трое, а в спину упёрся Ирбулов. Он взял себе огромную порцию самого крепкого кофе и присоединился к Оздемиру и Шульцу за столиком.       — Так что Влада поймали? — спросил он и шумно отхлебнул.       Международник быстро заморгал, одним глотком осушил свою чашку и умчался. Дежурный же только принялся за еду. Ирбулов взглянул на него недовольно, потом покосился на Матвея и, наконец, перевёл взгляд на Карла.       — Я думаю, Паруса убил Тук-Тук, — тихо сообщил Алексей. Глаза Матвея округлились, но он быстро вернулся к еде. — Хотя это довольно тупо, вот если бы Сказочника, я бы понял.       — Почему? — Карл не верил, что Барс что-то действительно объяснит, но всё же спросил.       — Потому что он нам врал. Всё это время. И Тук-Тук никогда этого не простит.       — А ты?       — Я? Я думал, что помогаю людям, — он нервно покачивал свою кружку, не замечая, что кофе проливается и пачкает манжеты рубашки. — Людям вроде меня, кому по закону помочь невозможно.       Барс вздохнул и всё же отхлебнул кофе. Матвей чуть сдвинулся, как будто затаился за широкой спиной Карла, но есть продолжал, это он всегда мог.       — Моих родителей оклеветали. Якобы, они были шпионами и замышляли что-то против императора. А они были просто учителями в школе. Ничего такого. Им дали восемь лет, но там в Империи все знают, что в таких случаях никогда не возвращаются. А детей положено отдавать в специальный интернат. Он только так называется. По сути, это та же тюрьма, только детская. Родственникам удалось забрать моего младшего брата. Ему едва исполнился год, в таких случаях делают исключение. Типа родители ещё не успели на него плохо повлиять. Сестрам было шесть и восемь. Говорили, что их подержат год, а потом отдадут на усыновление. Новый император недавно отменил этот закон, так что я надеюсь, можно будет что-то узнать о них. Мне было четырнадцать. Это без шансов. Интернат до совершеннолетия, потом обычная тюрьма неизвестно на сколько. Я сбежал. Пробрался на север. Там далеко, но я знал, что есть тропы через границу. Север почти не охраняется. Там были ещё люди, и на этой стороне ждал перевозчик. Нас посадили на корабль. Это…       Барс вспомнил про Матвея, но тот с незаинтересванным видом подцепил кусок котлеты. Как будто и не слушал вовсе.       — Некоторых они действительно просто перевозили. У кого были деньги, и кого в Альянсе ждали родные. Остальные… Это был бордель, для клиентов с запросами. Если кто-то хочет в процессе секса убить партнёра и съесть его печень, там это было можно.       Матвей выплюнул котлету и смачно выругался.       — У меня не было денег, и меня здесь никто не ждал. Меня оставили в качестве официанта и уборщика. Наверное, кто-то из руководства Балтийского флота был у них в доле, потому что в охране и корабельных службах были моряки. Из тех, кто хотел заработать побольше денег. Я тогда мало что понимал в здешнем устройстве. Просто постарался прибиться к ребятам получше. Тогда бы я не сказал, почему выбрал эту компанию. Но сейчас мне кажется, что они все не хотели денег ради денег. У них были цели. Кто-то копил на открытие своего бизнеса, кто-то на оплату обучения. Разве что Кондор. Он всегда был немного апатичным. В общем, когда были их смены я старался держаться поближе. Они иногда рассуждали, можно ли что-то сделать, куда-то об этом доложить и как-то это прекратить. А потом… Я там провёл больше полугода и мне кажется, в какой-то момент клиентам надоело, что предлагают только азиатов, и на корабль стали привозить русских омег. Их похищали в разных местах, насколько я знаю. И вот в один день мы увидели, что привезли брата Тук-Тука. Он — инвалид. Видимо, у кого-то был такой изощрённый запрос. Ребята паниковали, и тут появился Он. Сказочник… Он был не из тех, кого пригласили бы работать на этом корабле. Но он не дал времени на подозрения. Рассказал, что похитили его жениха. Семейной охране, службе безопасности или ещё кому удалось проследить пропажу до этой точки. Они не могут незаметно пробраться на корабль, но подхватят, если нам удастся того омегу вытащить. Тук-Тук тут же потребовал, чтобы и его брата тоже вывезли. А я… Я понимал, что официантом буду, пока на меня кто-нибудь не обратит внимание. И я надеялся как-то зацепиться и сбежать вместе с омегами. Сказочник придумал план и сначала всё шло хорошо. Но потом кто-то подал сигнал бедствия. Мы всегда думали, что это Макс. Коробов. Он отказался участвовать, сказал, что Сказочнику не верит и чувствует подставу. Но теперь я думаю, что это возможно была часть плана. Сигнал принял финский пограничный катер. Другие охранники подняли панику. Началась перестрелка. Я видел как убили двух официантов, хотя они ничего не делали. Нас сначала не заметили, но потом и в нас начали стрелять. Морта ранили. Когда мы погрузились в лодку, было страшно, что он не выживет. Но он смог, только остался импотентом.       Барс замолчал, гипнотизируя свой кофе. Потом всё же отпил ещё глоток.       — Сказочник сделал мне документы. Хорошие. Я смог стать полицейским, без труда прошёл все проверки. Намного позже я сумел выяснить, что мне досталось имя другого человека. Это был сын имперских мигрантов. Их депортировали обратно, а ребёнка оставили. Я думаю, он сгинул где-то на том корабле. Два года я жил в приёмной семье с тремя другими приёмными детьми, ходил в школу, как будто так всегда было. Я знал русский ещё на родине, а акцент постепенно ушёл. Как будто всё стало нормально.       Он отодвинул кофе.       — Мы убили нескольких человек. Я помнил их как клиентов на том корабле и никогда об этом не жалел. Но это не заканчивалось. Сказочник хотел найти всех, кто был с этим связан. По крайней мере, он так говорил. А потом Тук-Тук оказался в тюрьме, и сокамерники ему кое-что рассказали. Он звонил мне оттуда. Но я смог добраться до нужной информации, только когда перевелся сюда, в Управление. Макс был прав. Этот корабль принадлежал Сказочнику. Не знаю, зачем он всё это устроил. Вряд ли только для того, чтобы впечатлить омегу. Он умеет проворачивать сложные многоходовки. То дело почти удалось скрыть, скорее всего через армейское руководство. А что не удалось повесили на какого-то человека, который вскоре умер от инсульта. Но я теперь знаю, что корабль всё ещё существует и возит нелегалов. Их проводят через ферму Кондора. Кажется, борделя там больше нет, но люди ведь всё равно попадают в рабство. В общем, Кондор в курсе всего этого. Парус, мне кажется, тоже узнал в какой-то момент. Он уехал, но при этом… как бы не стал вести дела иначе. Может из страха, а может, его это не беспокоило, не знаю. Шед, если знает, никому не скажет. Он всегда такой. Когда Морт уехал, я подумал, что он надеется соскочить, но мы не обсуждали. А Тук-Тук… Он пошёл на флот, чтобы заработать на лечение брата. Тот стал инвалидом в детстве, но в какой-то момент был шанс ему помочь. Какое-то крутое лечение. И он надеялся заработать быстро. Но после похищения парню стало намного хуже, и теперь ни за какие деньги его вылечить нельзя. Тук-Тук этого никогда не простит. Хотя зачем ему убивать Паруса, я не знаю.       Барс отодвинул чашку и долго на неё смотрел.       — А Раус? — подал голос Матвей. Карлу хотелось бы знать, каким путём шла мысль напарника.       — Он был под прикрытием. Не знаю, кто и откуда. Не местный. Этот поток нелегалов куда-то идёт. Им могли заинтересоваться в любом конце Альянса. Те двое из торговой палаты должны были передать ему информацию. Я не знаю, их убили до или после. Но он близко подобрался к Сказочнику. Тот был очень зол.       — Если бы на вашу встречу привели течного омегу, похожего на Рауса, ему бы понравилось? — спросил Карл.       — С ума сошли? После всего этого мы бы стали… унижать омегу? Нет. С… Сказочник лично пристрелил бы того, кто до такого додумается.       Телефон Матвея пискнул, тот быстро прочитал сообщение и показал его Карлу. Оздемир встал, так и не притронувшись к еде.       — Не раскисай, — улыбнулся Матвей и прежде чем уйти похлопал Барса по плечу.